Поездка в Швейцарию

Антонио Алвес Редол – признанный мастер португальской прозы.

Отрывок из произведения:

Жили они впятером в одном доме. Спали впятером в одной комнате, как в больнице в общей палате. Рядом была маленькая комната с душем, служившая также кладовой. В комнате, куда нужно было подниматься по лестнице, они устроили нечто вроде столовой и клуба. В середине – большой стол, купленный вскладчину, восемь стульев (порой заходил кто-то из приятелей сыграть в «семь с половиной»), и овальный столик с вазой без цветов, чернильным прибором с двумя чернильницами, которым никто не пользовался, и три картины на побеленных стенах.

Другие книги автора Антонио Алвес Редол

Роман «У лодки семь рулей» рождается на глазах у читателя как художественное произведение, создаваемое в равной степени его главным персонажем — Алсидесом и его безымянным «автором», подлинным, хоть и не главным героем этого романа. Тема романа относится к числу так называемых «вечных тем» капиталистической действительности: человек и общество, одиночество человека среди себе подобных. И. Чежегова.

Антонио Алвес Редол — признанный мастер португальской прозы. «Яма Слепых» единодушно вершиной его творчества. Роман рассказывает о крушении социальных и моральных устоев крупного землевладения в Португалии в первой половине нашего столетия. Его действие начинается в мае 1891 гола и кончается где-то накануне прихода к власти фашистов, охватывая свыше трех десятилетий.

Антонио Алвес Редол — признанный мастер португальской прозы. В книгу включены один из его лучших романов «Яма слепых», рассказывающий о крушении социальных и моральных устоев крупного землевладения в Португалии в первой половине нашего столетия, роман «Белая стена» и рассказы.

Последний, изданный при жизни писателя роман "Белая стена" является составляющей частью "Саги о Релвасах". Своими героями, временем и местом действия, развертывающегося в провинции Рибатежо и в родном городе Редола Вила-Франка, роман во многом является продолжением "Ямы слепых". Его главный персонаж Зе Мигел, по прозвищу "Зе Богач", внук Антонио Шестипалого, слуги и конюха Дного Релваса, становится одной из очередных жертв могущественного помещичьего клана.

Антонио Алвес Редол – признанный мастер португальской прозы.

"Я гляжу туда, в глубь времени (что же я сделал со всеми этими годами?…), и думаю, как это было хорошо, что я – жил, и как это хорошо, что мне еще – умирать или жить… Вот сейчас, когда прошлое длится во мне, именно в этот миг, когда я не знаю, кто я и чего же мне хочется…"

Антонио Алвес Редол – признанный мастер португальской прозы.

"Даже разъединенные пространством, они чувствовали друг друга. Пространство между ними было заполнено неудержимой любовной страстью: так и хотелось соединить их – ведь яростный пламень алчной стихии мог опалить и зажечь нас самих. В конце концов они сожгли себя в огне страсти, а ветер, которому не терпелось увидеть пепел их любви, загасил этот огонь…"

Антонио Алвес Редол – признанный мастер португальской прозы.

"Терзаемый безысходной тоской, парень вошел в таверну, спросил бутылку вина и, вернувшись к порогу, устремил потухший взгляд вдаль, за дома, будто где-то там осталась его душа или преследовавший его дикий зверь. Он казался испуганным и взволнованным. В руках он сжимал боль, которая рвалась наружу…"

Антонио Алвес Редол – признанный мастер португальской прозы.

"Написано в 3 часа утра в одну из мучительных ночей в безумном порыве и с чувством обиды на непонимание другими…"

Популярные книги в жанре Современная проза

«Вымышленные события и случайные совпадения» дебютного романа сценариста и режиссера документального кино Татьяны Бутовской происходят в среде творческой интеллигенции СССР образца 80-х. Здесь «перестройка, гласность, эйфория» – лишь декорации, в которых разыгрывается очередной акт непреходящей драмы о женщинах и их мужчинах. Александра Камилова, начинающий режиссер-документалист, переживая мучительный и запретный роман со своим коллегой, человеком Востока, верит, что это – «любовь, которая длится дольше жизни». Подруги Александры, тоже каждая по-своему проходящие кризис среднего возраста, пытаются ее образумить, но в душе сами хотят поверить в «вечную любовь». Три женщины, одновременно оказавшиеся на перекрестках судьбы, должны сделать, быть может самый непростой в их жизни, выбор.

Ночью Ишмаэлю плохо спалось. Тяжелая боль под ребрами слева не давала покоя. Старик, кряхтя, переворачивался с боку на бок, шептал заученные  с детства слова наисладчайшей молитвы, но боль не прекращалась.

         Как манны небесной, ждал он дождя. После дождя ему всегда становилось легче. Он часто вспоминал мудрые слова о том, что сила Бога — в воде. Не потому ли и все чудеса свои он творил на воде? Когда возвращались иудеи из египетского рабства, Бог могучей дланью своей рассек Чермное море, а когда ввел их в Палестину —   темные воды Иордана. «Неужели так вот придется гореть веки вечные?»  — все чаще думал Ишмаэль. Мысли об этом не давали ему покоя ни днем, ни ночью, поскольку дело шло к неминуемому концу жизни.  Чем старше, чем дряхлей становился Ишмаэль, чем беззащитнее он был перед жизненными невзгодами, тем больше он сомневался в милосердии Божием. Никак не мог он поверить в милосердие существа, геенной огненной карающего  людей.

Сестра Майиной бабушки, Буська, после инсульта не могла правильно говорить. Она сидела перед телевизором и училась. Ей было всё понятно и покойно, когда выступал Леонид Ильич. «Это — самое лучшее», — говорила она. Она показывала на его мохнатые брови, на неповоротливый рот; может, он иногда хотел улыбнуться, но не мог, или ему было нельзя. Однако он говорил, неторопливо и уверенно. Комнату освещал экран, поздний вечер казался белой ночью, и можно было не спать. Перед буськиными глазами вдруг вспыхивало: «Не забудьте выключить телевизор», и под вой сирены Буська вставала, говоря: «У меня думы, думы…» Включив едкий ночной свет, она ворочалась в кровати, чтобы утомить себя и утолить думы.

В каждой котельной есть невидимые надписи над входом, ну что-то вроде «Мэнэ… Тэкэл…»: раз попал сюда, так, значит, «отмерено» тебе и не ропщи. И надежду всяк сюда входящий, тоже оставь, потому как не вырвешься отсюда. Почему? А почему, к примеру, царь наш Петр, согласно легенде народной опробовавший все ремесла, от нищенства через полсрока сбежал? Наверное, боялся не вернуться на престол, к активной управленческой жизни. Не было об ту пору котельных, а то вдруг попади туда, царь, может, «окно в Европу» не прорубленным оставил?!

Предлагаем вашему вниманию роман известного македонского писателя Живко Чинго "Большая вода".

Виктор Николаевич Харченко родился в Ставропольском крае. Детство провел на Сахалине. Окончил Московский государственный педагогический институт имени Ленина. Работал учителем, журналистом, возглавлял общество книголюбов. Рассказы печатались в журналах: «Сельская молодежь», «Крестьянка», «Аврора», «Нева» и других. «На реке черемуховых облаков» — первая книга Виктора Харченко.

Место действия новой книги Тимура Пулатова — сегодняшний Узбекистан с его большими и малыми городами, пестрой мозаикой кишлаков, степей, пустынь и моря. Роман «Жизнеописание строптивого бухарца», давший название всей книге, — роман воспитания, рождения и становления человеческого в человеке. Исследуя, жизнь героя, автор показывает процесс становления личности которая ощущает свое глубокое родство со всем вокруг и своим народом, Родиной. В книгу включен также ряд рассказов и короткие повести–притчи: «Второе путешествие Каипа», «Владения» и «Завсегдатай».

Елена АФАНАСЬЕВА

О ЛЮБВИ Я МОЛИЛАСЬ

Повесть

Такая печаль на груди у меня,

Что надо тебе полюбить меня снова...

Вероника ДОЛИНА

Страсть ниоткуда

Однажды в моей жизни случилось то, чему я даже название дать затруд­няюсь. Я долго искала подходящее слово, чтобы эту эмоцию каким-то обра­зом квалифицировать, но нужного определения так и не нашла, и потому окрестила возникшее состояние просто — «страсть ниоткуда». Получилось достаточно точно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Гарек Вишневски, собираясь с помощью Элли Эрнандес проучить свою сестру, неожиданно влюбляется. Однако он не желает признаться в этом даже самому себе...

АРС-3-ИТА реаматериализовался в каталогизированной гиперточке в восьми световых годах от Солнца. Грузовой корабль дальнего радиуса действия, он весил восемнадцать миллионов тонн и возвращался с Бета Кита-4.

Корабль был гружен биочипами – компьютерными переключателями, изготовленными на четвертой планете системы Бета Кита. Подходящих условий для их производства не было больше ни на одной из планет Федерации. Эти переключатели составляли ядро любой новейшей компьютерной системы. Так что даже и при высокой стоимости транспортировки, продавая их по всей Федерации, "Транс Фед компани" все равно имела огромную прибыль.

Книга известного американского психотерапевта представляет собой научно-популярное и практическое руководство по психологии. Она адресована тем, кто интересуется методами самопсихотерапии, стремится к личностному росту, хочет научиться в полной мере нести ответственность за свою жизнь. С помощью остроумных, оригинальных упражнений читатель может самостоятельно взяться за решение своих эмоциональных проблем, справиться с внутренними неурядицами и овладеть «искусством быть собой».

Джанетт Рейнуотер — известный американский психотерапевт. Она преподавала в различных колледжах и университетах США, работала в Корпусе мира. Ее курсы по гештальттерапии и психосинтезу прошли сотни психологов не только в США, но и во многих странах Европы, Азии, Австралии и Южной Америки.

В критические моменты мозг человека управляет собственным временем — может ускорять его в сотни раз, а может и замедлить. Однако эта загадочная субстанция редко подчиняется воле человека — только в минуты смертельной опасности. А самым загадочным феноменом времени является так называемая петля времени, когда люди и материальные объекты из прошлого каким-то непостижимым образом переносятся в будущее. Эксперт в области аномальных явлений англичанка Дженни Рэндлз решила разыскать и опросить тех, кто побывал в «петле времени». За двадцать лет ей удалось найти более 300 человек.

К достоинству книги, необходимо отметить профессионально-научный подход автора, без фанатизма, экзальтации и подтасовки фактов, присущей, к сожалению, многим так называемым «исследователям». С другой стороны, книга отнюдь не перегружена научными рассуждениями и теорией — их здесь почти нет. Может это и к лучшему.