Подарок для внука Фусы

Старый Джулайхэ-хан, суровый владыка страны Лухэ, грозный покоритель Тэ и Суэфаля, Бубара и Кассу, окруженный многочисленной свитой и охраной, ехал на своей высоченной, в рост хорошего верблюда, колеснице, богато отделанной драгоценными камнями и благородными металлами, которые только есть в подлунном мире, в город Карахор. За ханской колесницей под усиленной охраной тянулся караван, отяжелевший от непомерного груза сокровищ. Старый хан ехал на Карахорский базар.

Другие книги автора Владимир Николаевич Бровкин

Владимир Николаевич Бровкин

УРАБАРСКИЕ ДРУЗЬЯ

Дед Козлов на пару с дедом Югровым уже много лет выезжает в лето с пчелами на Паршнно озеро, что в пятнадцати километрах от села. Места там вольготные и благодатные - по всей округе таких мест не сыскать. На раздольных зеленых лугах чайным блюдечком озеро голубеет, по правую руку вперемежку с кудрявым березняком сосновый бор берег обступает.

Благодать такая, что словами все и не выскажешь.

Владимир Николаевич Бровкин

АКУЛА

В третьем Веритюткинском пруду объявилась акула, Об этом сообщил Митька Пискунов.

Он третьего дня после посевной хотел в том пруду купнуться.

Митька только-только залез в воду, но та ему вцепилась в мягкое место зубами, что он, не помня себя, без трусов выскочил из воды.

Получилось почти как в кино "Тайна двух океанов" Слушая Митьку, мужики от души смеялись.

Митька же - божился.

Чюлюкин — умный мужик. До всего дотошный. А главное — мастеровой. В свое время лодку как-то смастерил.

Пре-о-ри-ги-наль-нейшую. Какую еще никто никогда в жизни не видывал. В селе его. В Пунькино.

Смотрят все на лодку, удивляются — это же надо таку башку иметь. Аи да Чюлюкин! Аи да Чюлюкин!

И уж не помню, кто, но кто-то надоумил его отвезти ту лодку в район. И там ее показать — дескать, вот у нас какие люди. В Пунькино.

Тот послушался.

Владимир Николаевич Бровкин

РЕСТОРАН "ДАСТАХА"

Всякий раз, когда в ресторане "Дастпха" за столиком собираются офицеры из разных родов войск, между ними непременно возникает спор о том, чей род войск нужней и кто из них выше по званию. В старые добрые времена, когда кроме войск планетного базирования, а иначе называемых планбазовскими, других не было, дело было куда проще: лейтенант - это лейтенант, капитан это капитан, генерал-майор - это генерал-майор, была в отношении воинских званий полная ясность.

Вы открыли книгу с этой стороны. Однако не думайте, что вся она принадлежит одному автору — Владимиру Бровкину. Переверните и убедитесь: в ней есть и рассказы Владимира Титова. Владимир Бровкин написал свои рассказы давно, в семидесятые годы, когда, как мы знаем, трудно было говорить правду о действительности. Потому он и обратился к фантастике. В рассказах Бровкина легко узнаются «герои» последних десятилетий. Даже я фантастических сюжетах видны приметы наших дней. Манеру В. Титова отличают ирония и мягкий юмор. Эта книга имеет два начала и двух авторов — своеобразный перевертыш. Переверните ее и вы увидите, что на другой стороне переплета другой и автор — Владимир Бровкин. Владимир Титов, написавший предлагаемую подборку фантастических рассказов, — профессиональный журналист, уже печатал вещи в коллективных сборниках в Новосибирске и Москве, в периодических изданиях. Фантастика Титова — это не только космос и путешествия в неизведанные миры, это еще и попытка шире увидеть и понять современный нам мир.

Марьясова Ивана, задержавшегося в тот день на работе дольше обычного и пришедшего домой уже затемно, жена встретила сообщением, что из табуна не вернулась корова.

— Подтелок пришел, а коровы нет. Мы с Васькой уже полдеревни обегали нет нигде, как сквозь землю провалилась. И куда она могла запропасть, ума не приложу? За поскотиной нет, возле могилок нет, за садом тоже нет. Васька на Баеву улицу бегал, там тоже нет.

«Черт знает что, — подумал Иван, — совсем, что ли, корова свесилась. Она все первый год к старым хозяевам бегала. Замаялись с ней тогда вконец».

— Что бабы, красивая медаль, да? Ну еще бы, я и сам это прекрасно вижу. Такой медали окромя меня больше ни у кого на всем земном шаре нет. Точно. На всём земном шаре. Ну что — да ну! Ну что — да ну! Говорят, значит точно! Вот еще, врешь! Да с какой стати мне врать-то. Что мне за это деньги, что ли, платят. Если хотите знать, так Иван Печенкин еще никогда в своей жизни не врал.

Ну вот, опять свое.

Ну а если и вру, так чего тогда рот разинули. Если не интересно, так не слушайте. Я тем рассказываю, кому интересно.

Иван Николаевич Фруктов копал ямку в огороде.

Прокопал Иван Николаевич землю на одну лопату, затем на вторую, а на третью только землю ткнул, уже глинка пошла, как лопата скрипнула, как ровно железо какое внизу лежало, и уперлась во что-то твердое.

— Что такое? Клад, что ли, какой? — усмехнулся себе Иван Николаевич и стал незнакомый предмет осторожно обкапывать.

Обкопал, вывернул.

Глядь, а это камень.

Приличный так себе размером.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

АНДРЕЙ ЩУПОВ

НИКТО НЕ УСТОИТ ПЕРЕД КИНО

Расположившись на балконе высотного этажа и прихлебывая из бутылочек прохладное пиво, Джекки наслаждался зрелищем сражения. В миле над землей два гигантских сверкающих корабля, грузно маневрируя, стегали друг дружку огненными радугами. Ее Величество Смерть сотрясала небеса грохотом, разгоняя горожан по подвалам и переполненным убежищам. Картина завораживала, вызывала благоговейный трепет. И Джекки не видел ни одного смельчака, кто подобно ему наблюдал бы за схваткой с балкона. В этом жутковатом театре он представлял собой единственного зрителя. Впрочем, небесная дуэль близилась к концу. Оба корабля успели получить серьезные повреждения. Один из них кренился, все больше теряя управление. Было видно сквозь обширные иллюминаторы, что внутри парящего дредноута полыхает пожар. Когда прогремел роковой взрыв, Джекки даже не моргнул глазом, хладнокровно созерцая падение корабля. Соскользнув вниз, стальной гигант рухнул на хрупкие крыши небоскребов. Каменный град хлынул на тротуары улиц. Соперник, приблизившись к месту падения, искристыми очередями принялся добивать тех, кто намеревался еще спастись...

Сэндзё Киони.

Последнее лето в Ильзенге

Пролог. 2044 год.

Площадь, несмотря на сумерки, или, наоборот, благодаря привнесенному ими налету интимности, была переполнена молодежью, словно поднос - горохом. Огни магазинов по периметру, молочно-белые неяркие фонари, парочка фонтанов, а в центре памятник, который всегда поражал заезжих путешественников своей солидностью: его массивность подавляла, теперь таких уж не делают... Молодежь, одетая пестро - местами косплей, местами отживающая свое вторая волна унисекса, - эта молодежь вела себя шумно, напористо и агрессивно, как и подобает золотой когорте юношества в просвещенном городе Европы.

Селин Вадим

Половина половины

Жесткие мысли

Над домом повисли:

Красные полу-утёсы,

Бело-синие горе-матросы,

Полу-бритва, полу-мина

И вся жизнь наполовину,

Полу-бритвой полу-миной

Свою жизнь наполовину

Полу-подарю кому-то

Полу-правда, полушутка...

Полу-шепот, полу-хрип,

Полу-голос, полу-грипп.

Полу-мы? Полу-они?

Полу-дети - полу-люди полу-луны?

Эрик Сент-Клер

ОЛСЕН И ЧАЙКА

В один жаркий полдень, через пять месяцев после того, как его выбросило на остров, Олсен узнал, как управлять погодой.

Чайка сказала ему, как.

Ни черта больше на этом острове не было, кроме чаек и их гнезд, миллионов тех и других, и весь он был по колено в помете. Любой другой человек после пятимесячного одиночества, за сотни миль в стороне от судоходных маршрутов, свихнулся бы...

Только не Олсен. Ему всегда недоставало именно того, от чего свихиваются. Он часами гонялся за чайками, вопя на них, потому что они могли улететь в любую минуту, а он не мог - но он никогда не разговаривал с ними. И сам с собой он тоже не разговаривал. Олсену, человеку с малым запасом слов и еще меньшим мыслей, нечего было сказать.

Иннокентий А. Сергеев

Электрическая рапсодия

1. Ночная

...Иногда пробиваются, и мы видим их сквозь мутную пелену событий, влекомые неразрывными нитями наших и чужих движений, прочь, прочь, едва успев ухватить взором бледные образы форм, расплывчатые силуэты, внезапную вспышку света, как будто замёрзшее стекло оттаяло вдруг на долю секунды, и... не в силах противиться или не умея, не зная чего-то такого, что мы так ищем, и умоляем вернуться, чтобы рассмотреть, узнать, чтобы понять... падаем. Но даже эти бледные, слабые отсветы.

Иннокентий А. Сергеев

Эпитафия для дурака

Пролог

Она растворяет мою кровь в вине и поит гостей, и моя жизнь выпадает осадком на дне их недопитых бокалов. Она говорит: "Твоя душа бесцветна как вода в озере, она кажется синей, но это цвет неба". - - Цвет неба - белый. Мы с тобой почти незнакомы, и ты ещё не научилась пить мою кровь. Ты говоришь, что тебе нужно другое. А она смеётся надо мной и шепчет, когда я остаюсь один, а за дверью подслушивают. Я изощрялся, расставляя зеркала, чтобы поймать её отражение, но так и не сумел обмануть её. Ты развешиваешь свою одежду на спинках стульев, зная, что вещи остаются в равновесии, ты говоришь, что тебе тяжело, не следовало есть столько жирного. Иногда мне хочется быть разбитым стеклом, чтобы обо мне пожалели; но вот они вставили новое, и я понимаю, как всё это глупо. И тогда я хочу стать глупцом. И она снова смеётся надо мной. - - И исчезает. Я остаюсь один. Сегодня с утра солнце и слабый ветер. И никаких осадков.

Иннокентий А. Сергеев

Одна и та же (Единственная)

сотворение мифа

1

Сегодня я придумал твой рот. Красные губы в пустом пространстве ночи. Я вырезаю журавлей из чёрного шёлка и отправляю их плавать в багровом небе над голубыми флажками конных воинов, что, набегая страшными волнами, сметают непрочные постройки из серого морского песка. Со стороны это не больше чем смешение красок, а мы... Когда-нибудь кто-нибудь скажет, что нас и вовсе не было, и никто не осмелится или, того хуже, не захочет ему возразить. И нас и впрямь не станет. Сегодня я сотворил твой рот, но никому не скажу об этом, и со стороны им будет казаться, что ничего не произошло, и только ты и я будем знать, что это не так, и это будет твой тайной. Завтра нам будет не хватать воздуха как на вершине самой высокой из гор, и обессиленные, мы будем тянуться друг к другу, и подумаем,- так бывает всегда,- что это конец, и мы достигли дна, и некуда падать дальше, но это как пожар в закрытой комнате - он не погас, а лишь затаился, и стоит открыть окно, как космос содрогнётся от взрыва Сверхновой. Потому что тебя ещё нет, и меня ещё нет, и не было, не было, не было! И они осудили невинных. Так что же, я сжигаю в своих объятьях призрак? И моим журавлям, как палой листве под снегом, никогда не суждено взлететь выше деревьев? Я знаю секрет - нужно быть терпеливым и последовательным. За зимой непременно придёт лето, а с ним и лесные пожары. Главное, быть последовательным. Сегодня я сотворил твой рот, а завтра,- хотя и тут парадокс: как может наступить завтра, если у нас с тобой не было никакого вчера?- я продолжу свой кропотливый труд. Всё ещё будет хорошо. Просто ты ещё слишком юна - ещё не родившаяся богиня новой Вселенной. Потому что прежняя земля и прежнее небо оказались дерьмом. Сегодня у меня есть деньги, и тайны исчезают одна за другой,- я ломаю сургуч печатей,- и пусть всё это неправда и всего лишь товар - инструмент для перекачивания денег из моего кармана в никуда, но мне нравится звук ломающихся сургучных печатей в моих пальцах, которые ты ещё не успела создать, потому что я ещё не создал тебя. Звук, который никто и никогда не услышит,- даже те, кто обманули меня или думают, что обманули меня, или им всё равно, обманут я или нет, главное, чтобы я платил деньги - в их заведении я теперь уже просто клиент. И конечно, я был вчера,- потому что и вчера были клиенты,- и буду завтра, если только не вмешается налоговая полиция, буду всегда. Мне нравятся деньги, когда они у меня есть. Тогда они доказывают абсурдность мира, а я всегда питал слабость к исчерпывающим доказательствам. "Всегда" - неплохое слово. Ничем не хуже слова "никогда". И почему бы мне не воспользоваться им, и вместо того чтобы говорить, что нас никогда не было, сказать, что мы были всегда? Мне или тому, кто о нас скажет. Рот - это не так уж и мало. Ведь нам противостоит весь мир, заражённый проказой культа потребления, диктующего человеку только одно правило "Жрать!" Совсем не плохое начало для дня, который никогда не наступит. Я опрометчиво обещал тебе, что не буду злиться, и вот, нарушил обет. Вчера я занял деньги у человека, которого сегодня убили, тем самым избавив меня от необходимости отдавать долг. И что с того, что я невзначай разозлился. Завтра это назовут безобидной причудой. Завтра я придумаю для тебя ноги.

РОД СЕРЛИНГ

ДУХ ТИКОНДЕРОГИ

Перевод Г. Барановской

Дональд Кэмпбелл, владетель Инверо, остановил коня на крутом холме, осматривая окрестности. Узкое горное урочище лежало перед неровной дорогой, там серебряный ручей каскадами срывался с камней, чтобы слиться с мутной рекой, вьющейся через хорошо возделанную долину. Над ней возвышался еще один холм. Как и тот, на котором остановился Инверо, он был густо усеян огромными причудливого вида камнями, тут и там на нем виднелись островки пурпурного вереска.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Как я погляжу, уж больно модно стало сейчас разводить у нас в деревне разные тары-бары и про марсианцев, и про инопланетянцев, и про прочих иноземных пришельцев. Послушаешь, так выходит, что чуть ли не каждый второй с ними дело имел. Видел ли он их, или, может быть, ему это померещилось, но уж начнет тебе рассказывать, тут только знай отгребай.

И ведь вот что интересно! Народ-то вроде бы сплошь пошел ученый да грамотный, а откуда такое суеверие берется, я не понимаю. Вроде бы в наше-то время парод наоборот должен подальше от такого дела держаться.

Открытия приходят всегда неожиданно. Жители города Коняева долгие годы даже не подозревали, что название их города происходит от лошадиной фамилии. Им и в голову никогда не приходила мысль задать себе такой вопрос. История поименования их мало занимала. Да и недосуг им было этим заниматься. Одно только было известно — город, по неподтвержденным данным, назван так якобы по фамилии хлебопашца-первопоселенца Коняева, который жил в здешних местах в середине прошлого столетия.

Продолжение книги о Вольном охотнике в одиннадцатом поколении, где новый Горный король встретится с нашими старыми знакомыми — мантикорами, магами Акапульки, драконами, навью и нечистью диких миров…. Книга закончена, приятного чтения.

Вольный охотник полностью. (все три части) Новая книга из цикла "Истории рассказанные творцом". Выпускник школы Ньюкасл борется с нечистью и монстрами. Он живет в постоянной опасности и напряжении, не зная откуда последует удар…