Победное отчаянье. Собрание сочинений

Николай Александрович Щеголев (1910-1975) – один из наиболее ярких поэтов восточной ветви русской эмиграции первой волны, активный участник поэтических студий «Молодая Чураевка» (Харбин) и «Пятница» (Шанхай), талантливый критик. Щеголев не заботился о сохранении своего поэтического наследия, а по возвращении в 1947 г. в СССР и вовсе отошел от активной творческой деятельности. Настоящее издание с максимальной на сегодняшний день полнотой представляет творчество Щеголева – стихотворения, прозу и статьи на литературные темы.

Отрывок из произведения:

Жажда свободы

Глаза глядят туда –

В далекие долины.

Слова готовы с уст

Сорваться навсегда.

Я пуст, как эта даль

За дымкой паутины,

И черен я, как туч

Текучая гряда.

Надвинулась весна.

Избитые мотивы

Подстерегают нас,

Как придорожный волк.

Зачем я – человек?

Души моей извивы

Пронизаны навек

Суровым словом: долг.

А даль – пестрей, пестрей, –

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Гармония и диссонанс, вечность и смерть, лунный свет и мгновенно меняющий огненный лик ночной костер — образы "Шаманской книги" неожиданно раскрывают те бездны, в которые человек не привык заглядывать. Это стихи, безупречной интонацией соприкасающиеся с абсолютом музыки, мистическими и мифологическими образами.

Из творческого наследия украинского поэта Игоря Рымарука (1958–2008) — «Возможно, в поэзии ценнее не прямое высказывание, а подбор послевкусий, следов события. Это как вино, когда букет распадается на ароматы, живущие своей отдельной жизнью. Событие, толчок для творчества рассматривается здесь с разных, часто неожиданных ракурсов. Наложение нескольких взглядов, как наложение светокопий, позволяет увидеть происшедшее в неожиданной полноте и развитии. Современники обозначают творчество Игоря Рымарука словом — филигранность. Добавим еще: слух, взвешенность, метафористичность и интеллектуальность, плюс гибкость и теплота украинской речи». (Александр Ирванец)

Сканирую город всевидящим оком

(сейчас ещё гордости полный музон бы):

шагают по городу бодрые зомби;

повсюду петарды, и ленты из окон.

И смотрит принцесса из башни высокой.

Мой сканер ломает великая радость,

хлопушки, шутихи все, все фейерверки;

и шум клоунады, и топот проверки,

где чёрным крылом, да по мёртвой парадной

проносит волна нефтяные лампады…

Принцесса испугано смотрит из башни,

Они прекрасны — ледники чилийских кордильер, когда крошечная тень самолета скользит по их нетронутой белизне, а ты прижимаешься к иллюминатору восхищенно и печально, ибо знаешь, что там, внизу, особенно отвратительный на фоне такой красоты, какой-то жалкий выскочка уже столько лет правит страной Габриэлы Мистраль и Пабло Неруды. Пиночет любит облачаться в белоснежный генеральский мундир, подделываясь под целомудренную белизну Кордильер. Ледники раскаляются от гнева, когда это видят. Конечно, когда-нибудь не станет ни Пиночета, ни его хунты, а Кордильеры останутся. Природа, в конце концов, выплевывает из себя все то, что оскорбляет ее красоту. Эта мысль, словно тайный родник под сугробами горных невад, скрыта в поэзии чилийца Рауля Суриты. Он вообще поэт особого склада — одновременно и скрытный и беззащитно открытый. Такая скрытная открытость — результат инстинктивной самозащиты в постоянной борьбе с цензурой, с казарменной идеологией. Хочешь не хочешь, а бывает так, что нужда заставит быть метафоричным. Русским поэтам это хорошо известно — вспомним хотя бы лермонтовские «Жалобы турка». Пиночет, правда, осторожен с писателями и вообще с известными людьми более, чем с простыми смертными. Пабло Неруда был убит только морально, а не физически. Когда Виктору Харе отрубили руки, он не был так знаменит, как это случилось после его убийства. Пиночет, стараясь выглядеть либералом, в последнее время создал даже довольно ловкую полугласность. Но полугласность — это еще не гласность, и работать в условиях полугласности писателю ох как нелегко. Полугласность — это своего рода полукляп во рту. Полугласностью слишком медленно издыхающий режим балансирует разгоны демонстраций, убийства в темных закоулках.

Подборки стихотворений Юлианы Новиковой «На расстоянии огня», Дмитрия Быкова «Новые баллады», Татьяны Полетаевой «Ты такую не знал», Виталия Науменко «Косноязычие»

Введите сюда краткую аннотацию

Стихи Алексея Дамиановича (Демьяновича) Илличевского, лицейского соученика А. С. Пушкина воспроизводятся по антологии поэзии пушкинской поры «Издревле сладостный союз...».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Настоящее издание впервые в приближающемся к полноте объеме знакомит читателя с поэтическим творчеством художника Павла Яковлевича Зальцмана (1912–1985). Зальцману-поэту, прошедшему школу Павла Филонова и близкому к кругу ОБЭРИУ, удалось в своих произведениях объединить формальный эксперимент с непосредственностью поэтического высказывания и с уникальной экспрессией передать катастрофизм эпохи и трагедию творческой личности. Тексты подготовлены по материалам рукописного архива поэта и сопровождаются текстологическим и реальным комментарием.

Капитан полиции Павел Загорский переведен из Москвы в Зеленоградское УВД – его отправили в «ссылку» за серию нераскрытых ограблений, одно из которых было особенно громким: из музея вынесли несколько бесценных картин, и сделали это так мастерски, что бывалые сыщики диву дались. Прошло восемь лет. Павел уже почти забыл о своем позоре, когда к нему попало дело об ограблении коллекционера. Изучив материалы, Загорский вдруг понял, что преступление совершил его старый знакомый – картинный вор. И самое главное: в этот раз он «наследил» – оставил зацепку! Впервые за много лет в полицейском проснулся инстинкт охотника. Загорский решил во что бы то ни стало поймать и жестоко покарать виновника своего позора…

Ей твердили, что «женщина не может управлять государством». В юности ее выдали замуж за младшего брата, как испокон веков было заведено у фараонов, а когда она восстала против инцеста – объявили царевну вне закона. Но КЛЕОПАТРА смогла покорить сердце Цезаря – и с его помощью завоевала трон! Вот только возможно ли женское счастье на вершине власти? Выживут ли страсть и нежность в паутине дворцовых интриг? Защитит ли магия любви от лютой ненависти? Какую цену приходится платить за ночь с Клеопатрой? И кто исцелит ее разбитое сердце? Читайте НОВЫЙ РОМАН о божественной женщине, в которую продолжают влюбляться до сих пор, чье легендарное имя и совершенные черты известны каждому, а ее поразительная судьба, полная потрясающих драм и обжигающих страстей, никого не оставит равнодушным!

Бывший командир десантно-штурмового батальона Борис Рублев узнает о таинственном исчезновении своего боевого друга Сергея Казакова и сразу же бросается на поиски. Подозревая, что Серега мог стать жертвой черных риелторов, он начал поиски в этом направлении. Но нити этого преступления потянулись гораздо дальше – за тысячу километров от Москвы, к старому (времен Второй мировой) немецкому бункеру. Узнав от чудом спасшегося Сергея страшную правду, трое бывших десантников проникают в бункер…