По щучьему веленью

Олег Борушко

По щучьему веленью

рассказ

Апрельским днем 2000 года озарило: почему не едем на рыбалку? Внезапность порыва отвечала графику британского клева: клюет неожиданно и в самых неприспособленных водоемах.

Жаня пришла с работы, Егор поставил на стол котлету "чикен-Киев" и сказал:

- Мам! Я сегодня удочки делал...

- Удочки? - сказала Жаня, облизываясь. - У меня завтра рабочий день... И потом... Эта картошка - она что, подгорела?

Другие книги автора Олег Матвеевич Борушко

Памфлет раскрывает одну из запретных страниц жизни советской молодежной суперэлиты — студентов Института международных отношений. Герой памфлета проходит путь от невинного лукавства — через ловушки институтской политической жандармерии — до полной потери моральных критериев… Автор рисует теневые стороны жизни советских дипломатов, посольских колоний, спекуляцию, склоки, интриги, доносы. Развенчивает миф о социальной справедливости в СССР и равенстве перед законом. Разоблачает лицемерие, коррупцию и двойную мораль в высших эшелонах партгосаппарата. Автор не ставит точку: может быть, через десять лет выпускники МГИМО придут к власти…

Маяк в Большой Гавани Мальты работал как часы.

Двадцатипятилетний граф Джулио Литта, приняв с вечера команду над караулом порта, расположился поужинать.

В старом здании таможни, сложенном еще Жаном Ла-Валеттой, было сыро.

– Нет, это не христианский остров! – заявил Робертино после первой мальтийской ночи семь лет назад. Он ненавидел влажные простыни почти так же сильно, как ревнивых мужей. – Это, ваше сиятельство, наоборот!

– Н-наоборот? – рассеянно отозвался тогда Литта.

Популярные книги в жанре Современная проза

Женщины гораздо лучше мужчин. Я давно уже общаюсь исключительно с женским полом. Мужики мне не интересны. Все они прозрачны как стекло, со своими амбициями, дешёвым гонором не по делу, с тупой любовью к автомобилям и рыбной ловли. А уж если мужчина глуп, то это просто финиш. Глупость женщины занятна и обаятельна, к тому же соседствует почти всегда с красотой. И это можно простить. Но мужская глупость меня бесит, а когда от такого вот мудака зависят какие – нибудь важные для меня решения, то это просто невыносимо...

Дождь лил как из ведра, а трое здоровенных чернокожих парней продолжали методично размешивать в бадье совковыми лопатами серую массу, отдалённо напоминающую бетон...

Оксана с дочерью приезжает навестить отца, с которым не виделась несколько лет. Поначалу отец и дочь прилагают все усилия, чтобы сделать их встречу приятной… Но за внешним благополучием скрываются обиды и разочарования, которые накапливались всю жизнь и выплеснулись во время ночного разговора…

Извечный вопрос: что должны нам наши родители? Должны ли они нам больше того, что уже дали? Ведь они дали нам самое ценное — жизнь…

Лишь одного святого среди всех считают духовным основателем Первопрестольной. Лишь его во все времена величали и величают Хозяином Москвы. Из всех сыновей великого Александра Невского только он, самый младший, продолжил дело отца, усвоив христианское благочестие и мудрое мужество своего родителя. И Господь предназначил высокую будущность его потомству, избрал род его для управления землею Русскою. Имя ему — святой благоверный князь Даниил Московский.

Роман «Стоиеновая певичка, или Райский ангел» (1997) принадлежит перу популярной японской писательницы Наоми Суэнага, дебютировавшей на литературном поприще в 1996 году и сразу же снискавшей признание как у читательской публики, так и у критики.

В центре повествования — начинающая певица по имени Ринка Кадзуки, талантливая исполнительница песен традиционного жанра «энка».

Книга написана в живой, остроумной манере. Выведенные в ней персонажи психологически достоверны и узнаваемы.

Капитан Андрей Платонов растерянно вертел в руках предписание об убытии к новому месту службы. Столь долго ожидаемое, наконец, свершилось и теперь он должен отправиться туда, где ждет его новая жизнь. Жизнь, в которой успех задуманной научной работы так же призрачен, как и здесь, на арктическом острове. Но если остров стал для него родным, это он особенно почувствовал в час расставания с сослуживцами по дивизиону, то там, в новой жизни он чужой и сумеет ли стать своим, еще только предстоит доказать…

В Германии известный писатель и телеведущий Илья Стогов побывал в очень интересное время, но в абсолютно беспечном возрасте. Это произошло осенью 1990 года, ему было девятнадцать лет, и у него случился роман с немкой.

Истории, которые рассказывает Стогoff, никого не оставят равнодушным, потому что Стогoff не только умеет замечательно рассказывать, но и говорит о том, что важно и близко каждому из нас. Любовь и дружба, жадность и благородство, вера и неверие, святость и кощунство, жизнь и смерть — в эти тринадцать месяцев уложилось многое. Проведите тринадцать месяцев рядом со Стогoffым, и ваш мир опрокинется с ног на голову. Или наоборот, встанет с головы на ноги?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Алексей Борзенков

Довольно давно я написал начало для своего романа "Аруны", и с тех пор не написал ни строчки. Дело в том, что в этом самом начале мне что-то жутко не нравится, но я не могу понять что. (Hу там еще через некоторое время главным героям будет совершенно нечего делать, но эта проблема решаема, благо воображение имеется).

Однако недавно я дал это почитать другу, и ему оно страшно понравилось.

Говорит, что все здесь нормально, ничего лишнего, и молит о продолжении... Вот я и не знаю, что думать. Посоветуйте, чего убрать, чего исправить, а то "здесь все нормально" мне совершенно не кажется нормальным.

Алексей Борзенков

-=[ * * * ]=

Вот, только что закончил, с пылу с жару, как говорится. Вначале пытался написать из этого что-то большое, но так и не смог, так что получилось то, что получилось - всего 11KB. Hадеюсь, вам это понравится, но любая критика/комментарии и так далее только приветствуется.

Да, кстати, постить в фэху разрешаю, под тем же именем, что и в прошлый раз, т.е. Алексей Борзенков. Так что можете не боятся, я буду только рад. Дело в том, что это уже законченное мной произведение, и поэтому... можно! :)

Росен Босев

Спокойствие

Девяносто, семьдесят, пятьдесят... где-то с тридцати километров в час стрелка падает до ноля - подпрыгивают вверх чемоданы, вздрагивают пассажиры, и наступает тишина. Приходит внезапное ощущение природы. Той самой природы, которая безмолвно проносилась за окном вагона.

Сидящий напротив толстяк вскочил, высунулся в окно, потом обернулся к нам, выпрямился, и в купе ворвался свежий воздух с равнины, послышался шелест пшеничных колосьев, замелькали красными бабочками тысячи маков, рассыпанных по полю.

Ран Босилек

Дед и репка

В огороде грядки дед держал в порядке.

И выросла там репка - кругла, желта и крепка. Обрадовался дедка, тащить собрался репку, да только силы мало.

Тут бабка прибежала. Бежала, торопилась, за деда ухватилась. Ухватилась крепко. Вместе тянут репку, аж земля трясётся - репка не даётся!

Стали внучку кликать:

- Помоги, Иглика! Вырвать репку нужно. А ну-ка разом, дружно!

Тянут репку вместе, а она - ни с места. Все устали. Жарко. А тут - собака Шарка: