По дороге домой

Илья Кочергин

По дороге домой

(Алтайские рассказы)

Три алтайки сидят на скамейке в Юркиной кухне и смотрят, как я пью чай. Это соседки, которые пришли поболтать с Чечек. А Чечек ставит на плиту сковородку с лапшой, прикрывает поддувало у печки и объясняет мне:

- Сашка уехал, к вам туда уехал уже неделю как. Рыбачить. Пацанов всех своих взял, Катьку взял, и они поехали. Он на своем "трумэне" поехал, наверное, оставил его у Иваныча в Ташту-Бажи, а дальше на лошадях.

Другие книги автора Илья Николаевич Кочергин

«Помощник китайца» — первая книга молодого талантливого русского писателя Ильи Кочергина. Публикация этой повести в журнале «Знамя» вызвала оживление и литературной критике. «Помощник китайца» уже получил несколько именитых литературных премий и номинирован на новые.

Лесники, еще вчера бывшие горожанами, сибирские пастухи и охотники, профессор МГУ и новообращенные паломники-старообрядцы, идущие к «таежной затворнице» Агафье Лыковой, выдуманные персонажи и реальные люди населяют новую повесть Ильи Кочергина, лауреата многих литературных премий. На охраняемой территории заповедника жизнь людей, да и само время текут чуть по-другому. Это именно то место, где происходят волнующие и необычные встречи – современного городского человека и уходящей дикой природы, традиции и современности, сказки и реальности, встречи различных культур и взглядов. Эта повесть по-настоящему современна и «экологична» – и по теме, и по отношению к тому, кто откроет эту книгу. Сама форма подачи приглашает к сотворчеству – после каждой главы мы видим «материалы к главе», которые не только показывают, чем вдохновлялся автор, но и предлагают читателю по-другому «вступить в контакт» с книгой и, возможно, с природой, по-своему дописать эти истории. Вместе с героями попробовать сместить свою «точку сборки» и по-новому взглянуть на огромный и прекрасный мир. Повесть получила премию журнала «Октябрь» за 2017 год.

«Помощник китайца» и «Я внук твой» своего рода диптих. В них общий по характеру герой, общая тема — сегодняшний человек и прошлое его семьи, его рода. Где бы он ни оказывался, в суетно входящей в рынок Москве, в тайге или в благополучной на первый взгляд Европе, его не отпускает прошлое. Повести о самом настоящем сегодняшнем дне. Но не об Иване, не помнящем родства. Он много помнит, но не знает, как быть со своей памятью. Как смело ринуться в нынешнее, включиться в борьбу за существование.

Илья Кочергин

Рекламные дни

(Алтайские рассказы)

Илья Николаевич Кочергин родился в 1970 году в Москве. Учился в Институте стран Азии и Африки, потом в МХТИ, но не закончил, бросил, уехал в Сибирь. Работал лесником сначала в Баргузинском, затем, в течение четырех лет, в Алтайском государственном заповеднике. В Москве в разное время работал на почте, в библиотеке, в "Макдоналдсе", был дистрибьютором, подрабатывал на реставрации Даниловского монастыря, в других местах.

Повесть

Министры сказали свои официальные речи, осталось скучать недолго.

Мне все же хотелось посмотреть на короля. Поэтому Тинеке встала на цыпочки и стала показывать пальцем в толпу черных пиджаков:

– Вон там. Видишь, он лысый. Маленький. Рядом с королевой. Я вынул из кармана монетку в пятьдесят центов и посмотрел на профиль монарха. Потом опять попытался отыскать его среди VIP-персон.

Мы затушили сигареты и подошли поближе.

ИЛЬЯ КОЧЕРГИН

ВОЛКИ

Рассказ

Одиночество зимних охот; постоянный внутренний диалог с самим собой на переходах, на слепящем однообразии лыжни; ежедневный физический труд и дикое мясо на ужин. Засыпанная белым тайга, она смотрит на тебя, с интересом наблюдая за твоими действиями, безразличная к тому, барахтаешься ли ты в снегу или отдыхаешь у костра. Она выдает свое ожидание лишь треском сломанного сучка или далеким звуком сошедшей лавины. Кровь иногда стучит в ушах так, что не слышно своих выстрелов, иногда густеет от жажды и мороза; оставляет кислый привкус во рту в конце тяжелого дня. Неподвижные склоны гор, низкое, мягкое в непогоду или синее, твердое от холода небо.

«Новый Белкин» составлен из повестей тех писателей, которые входили в «пятерку» лучших, но не стали лауреатами. Это повести финалистов ежегодной литературной премии Ивана Петровича Белкина – Эргали Гера, Андрея Дмитриева, Ильи Кочергина, Марины Палей, Ирины Поволоцкой, Игоря Фролова и Маргариты Хемлин. В сборник включены статьи и эссе удостоенных диплома «Станционный смотритель» критиков и литературоведов – Инны Булкиной, Льва Данилкина, Евгения Ермолина, Аллы Латыниной и Андрея Немзера, координатора премии Натальи Ивановой, а также размышления о словесности в стихах – Тимура Кибирова.

Илья Кочергин

Рахат

(Алтайские рассказы)

Эрик с седлом под мышкой стоял на носу подходящей "Береники", поджимал губы и смотрел в небо. При этом еще качал головой, и я понял, что он будет разговаривать со мной очень холодно.

Я принял трап, - он слез, вручил мне мешок с продуктами, и мы молча пошли вверх по дороге. Ружья и седло он нес сам - обижался. Эти ружья я забыл на "Беренике", когда мы с Антоном забрасывали на метеостанцию все наше снаряжение. Мое, Эрика и Антона. Все вещи сгрузил, а ружья стояли для лучшей сохранности в рубке у капитана, а не на палубе, я их и позабыл. И Антон не напомнил. Хорошо, что капитан, вернувшись в поселок, зашел к Эрику, хорошо, что Эрик был дома. Теперь вот Эрик приехал, а мне еще ему одно неприятное известие надо было сообщить.

Популярные книги в жанре Современная проза

Друзенко Анатолий Иванович родился в 1940 году. Закончил МГУ. В 1961

– 1998 годах работал в газете “Известия”. В “Новом мире” печатается впервые.

Когда этот номер готовился к печати, пришло горестное известие о скоропостижной смерти Анатолия Ивановича. Редакция выражает искреннее соболезнование родным и близким нашего уважаемого автора.

1976-й.

Расцвет застоя.

Брежнев еще сам застегивает ширинку.

На Пушкинскую присылают Алексеева.

Весь день хмурилось, низкие облака нависали над городом, как бы стремясь укрыть одеялом то, что ещё осталось. Тяжёлый холодный воздух, перенасыщенный влагой, буквально давил на людей, требовал оставить все неотложные дела, забиться куда-нибудь в щель и заснуть. Температура поднималась, временами срывался мокрый снег. Во второй половине дня перестрелки почти прекратились. Казалось, что обе стороны плюнули на выяснение отношений и ожидают, чем же кончится сражение гораздо более могущественных сил.

Электричества опять не было и пришлось стучать кулаком. В тишине звук разносился по всему дому, раньше уже везде бы пооткрывали двери, сейчас — тишина. Наконец дверь отворилась, и показалось заспанное лицо Заурбека.

— Привет! Спишь что ли?

— Привет, а что ещё делать?

Автомат на вешалке в прихожей, скомканный плед на диване, полная пепельница окурков. У окна тихонько сопит газовая «буржуйка», сделанная из обрезка трубы. Газ подаётся из кухни по длинному шлангу, уродливый хобот тяги выведен в форточку. Всё как обычно.

Хаяо Миядзаки – величайший аниматор в мире. И просто волшебник. В этом сходятся все, кто хоть раз видел его творения: «Мой сосед Тоторо», «Принцесса Мононоке», «Унесенные призраками» и множество других полнометражных мультфильмов. Феномен Миядзаки в том, что он достучался до ребенка в каждом из нас. Он оставляет мир серьезных и взрослых людей другим режиссерам, а сам окутывает нас счастливым миром детства. В его работах оживают фантазии, страшилки и мечты. Мы знаем, что хранитель леса сейчас спит, но скоро наступит ночь, и он выйдет на прогулку. Знаем, почему идет дождь, почему задувает ветер, почему детство не должно заканчиваться, почему среди нас живет Миядзаки. Премия «Оскар», восемь премий «Tokyo Anime Award», шесть премий Японской киноакадемии – награды можно перечислять бесконечно. Книга, которую вы держите в руках, – это единственная на данный момент книга на русском языке о творчестве великого мастера. Это – ключ к пониманию самого Миядзаки, попытка взглянуть на его творения через призму его биографии. Сюзан Нейпир проведет вас по всем 11 мультфильмам, познакомит с героями, поможет понять их характер, укажет на образы и символы, которые замаскировал маэстро. Здесь же вы увидите, какие события происходили в жизни самого аниматора в этот период и как они повлияли на героев. Книга станет замечательным подарком как ценителям творчества Хаяо Миядзаки, так и тем, кто приоткрывает для себя волшебную страну его творений.

Анимационные фильмы Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты – шедевры мировой мультипликации, созданные с большой виртуозностью и любовью. Студия Ghibli – это то самое место, где появлялись всемирно любимые картины, бесспорно ставшие классикой жанра: «Унесенные призраками», «Ходячий замок», «Навсикая из Долины ветров», «Могила светлячков» и многие другие. Именно здесь мастера японской анимации воплощали свои идеи и фантазии в жизнь, одушевляли персонажей и творили самое настоящее волшебство.

Скорее садитесь на параплан Навсикаи, и отправимся в путь: вместе мы промчимся мимо небесного замка Лапуты, догоним Кики, летящую на своей метле, с высоты птичьего полета посмотрим на японские леса и урбанистические пейзажи, услышим шум крепчающего ветра. Страницы этой книги, впитавшие в себя всю магию волшебных миров студии Ghibli, позволят вам увидеть эти фильмы такими, какими вы не видели их прежде.

Алиса Уиндем боится птиц. Но получает странный подарок от старушки, скончавшейся прямо на ее руках. Невзрачное перо сиелулинту, полуночника.

Теперь Алиса – птицелов и знает, что может читать души как раскрытую книгу.

Когда лучшая подруга Алисы попадает в автокатастрофу, она должна проникнуть в Обитель Смерти, чтобы спасти ее. Добраться до Черного зверинца, где находят кров полуночники, если души их владельцев отлетают прочь. И украсть душу-птицу у самого Повелителя мертвых.

Лотта Бёк – женщина средних лет, которая абсолютно довольна своей жизнью. Она преподает в Академии искусств в Осло, ее лекции отличаются продуманностью и экспрессией.

Когда студент-выпускник режиссерского факультета Таге Баст просит Лотту принять участие в его художественном проекте, Лотта соглашается, хотя ее терзают сомнения (шутка ли, но Таге Баст ею как будто увлечен).

Съемки меняют мировосприятие Лотты. Она впервые видит себя со стороны. И это ей не слишком нравится.

«Любовь» – вторая книга шеститомного автобиографического цикла «Моя борьба» классика современной норвежской литературы. Карл Уве оставляет жену и перебирается из Норвегии в Швецию, где знакомится с Линдой. С бесконечной нежностью и порой шокирующей откровенностью он рассказывает об их страстном романе с бесчисленными ссорами и примирениями. Вскоре на свет появляется их старшая дочь, следом – еще дочь и сын. Начинаются изматывающие будни отца троих детей. Многое раздражает героя: и гонор собратьев по перу, и конформизм как норма жизни в чужой для него стране. Тем не менее именно здесь к нему возвращается вдохновение. Не без труда вырываясь хоть на пару часов в день из семейной рутины, он отдается творчеству – своей главной борьбе.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кочетков Андрей

Hовинки видеопроката

ДО ПОСЛЕДHЕГО ГВОЗДЯ. Космический боевик.

Плотник Забейдеpий одеpжим манией забивать гвозди. Он постоянно носит с собой молоток и чемодан гвоздей и вколачивает гвозди в каждое удобное и неудобное место. Однажды в гостинице он вбивает в стену свой очеpедной гвоздь. Hо он не знает, что за стеной спит пpапоpщик Hедобейко. Безуспешные попытки вбить гвоздь пpодолжаются всю ночь... Этот случай пеpевоpачивает жизнь Забейдеpия. Он пpинимает pешение вытащить все вбитые им гвозди, меняет молоток на гвоздодеp и отпpавляется в путь. Дело близится к концу, остается всего один гвоздь, и тут выясняется, что свой самый пеpвый гвоздь он вбил в двухлетнем возpасте в обшивку летающей таpелки. Забейдеpий выходит в откpытый космос и, pассекая пустоту гвоздодеpом, носится от планеты к планете в поисках последнего гвоздя, попутно освобождая вселенную от гнета ненавистных Т-Мангов. И вот гнездо зловещих Т-Мангов найдено. Полный гнева Забейдеpий веpшит свой пpавый суд напpаво и налево, цель его близка. Hо пpобившись к таpелке он обнаpуживает что его гвоздь пpобил обшивку, пять секций и сиденье командиpа. Тоpчащий наpужу гвоздь - вот пpичина злобности Т-Мангов. Забейдеpий со смаком выдиpает последний гвоздь, Т-Манги pаскаиваются в своих злодеяниях.

Кочетков Андрей

ЗАМРИ-УМРИ-ЗАСОХHИ

Лето выдалось жаpким, давно уже отшумели весенние дожди, почва потpескалась и все больше напоминала какую-то диковинную паутину сотканную из пустоты и безмолвия. Деpево ждало, оно больше ничего не умело. Ждало дождя. Редкий ветеp не пpиносил ничего кpоме шоpоха осыпающихся листьев и напpасных надежд. Каждую ночь звезды смеялись над ним. Здесь, в этом кpаю, ожидание было безумием, но деpево еще помнило вpемя, когда на месте буpой засохшей массы было озеpо и к нему пpиходили звеpи. Вода ушла, коpни умиpали, а деpево ждало. Деpево вспоминало как большие звеpи забиpались в озеpо и поднимали тучу бpызг. Иногда бpызги долетали до деpева. Деpево думало, каково это оказаться целиком в воде и не понимало, почему звеpи в конце концов уходили. Так пpоходили дни.

И.А.Кочетков

О.В.Лелекова

С.С.Подъяпольский

КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ И ФЕРАПОНТОВ МОНАСТЫРИ

АРХИТЕКТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ

ВВЕДЕНИЕ

Небольшой городок Кириллов, раскинувшийся на берегу Сиверского озера недалеко от Волго-Балтийского водного пути и в 130 километрах от Вологды, стал в наши дни одним из наиболее известных центров туризма. Пробудившийся широкий интерес к художественной культуре прошлого привлек внимание к двум древним монастырям Белозерья - Кириллову и Ферапонтову, в которых сосредоточены замечательные сокровища русской архитектуры, живописи и прикладного искусства.

Кочетов Всеволод Анисимович

На невских равнинах

Аннотация издательства: Книгу известного советского писателя Всеволода Кочетова составили повести: "На невских равнинах" (о ленинградских ополченцах), "Предместье" (о содружестве фронтовиков и тружеников тыла во имя победы над фашистскими оккупантами), "Профессор Майбородов" (о созидательном труде бывших воинов в первые послевоенные годы), и другие произведения.

С о д е р ж а н и е