Плёнка

Валерий Корнеев

ПЛЕНКА

" Целуя кусок трофейного льда,

Я молча пошел к огню..."

- ...Я вам сейчас расскажу, как получилось целое. Ну, доченька, налей винца, я скажу о целом!

Сидевшие за столом силились слушать, насколько это вообще было возможно. Сватья жаловалась кому-то громко на больные зубы и просила налить коньячку, сватьина внучка просила торта, пес повизгивал под столом, требуя курицы, старшая сватьина дочь внятно почавкивала. Муж мягко попросил всех, как просят собравшихся перед фотоаппаратом:

Другие книги автора Валерий Корнеев

Валерий Корнеев

ТВОЙ АНГЕЛ

Твой ангел все еще ждет тебя...

Я смотрю на твое распухшее от алкоголя лицо, на твои сгнившие зубы, я смотрю на твоего сына, похожего на тебя, каким я тебя помню в самых глубоких глубинах моей детской еще памяти. Я смотрю, как ты берешь его на руки, сияющего от радости: - Папка пришел! - и нещадно бьешь его, пытаясь показать мне, что ты строго воспитываешь детей. Ты уже не можешь ничего сказать: твое всегдашнее - с детства жуткое - заикание эхом повторяет мычащие пьяные звуки обрывающихся матов.

Валерий Корнеев

Бормотание как компонент поэтического творчества

В 1996 году, после трехлетнего перерыва, спровоцированный некоей совершенной чушью, появившейся в нескольких профессиональных конференциях, я снова взялся за остывшее и давно окостеневшее мое перо.

Компьютер отсек у меня привычку писать что-либо (кроме подписи в ведомости), автоматизм письма стал увядать, чистые ключи, прежде утолявшие жажду одним сознанием того, что в мире где-нибудь есть человек, несущий в себе мудрые устои и сокровенные знание, иссякли, писать стало не о чем, не для кого и нечем. Было ясно, что это уже навсегда, что (совершенно очевидно) по той же причине и в том же возрасте прекратил писать Блок (за вычетом компьютерного фактора), и что надо бы придумать, как бы помереть достойным образом.

Популярные книги в жанре Современная проза

В 2006 г. этот роман Шона Томаса, сына знаменитого писателя Д. М. Томаса («Белый отель», «Арарат», «Вкушая Павлову»), произвел в Британии настоящую сенсацию. Томас-младший, сам видный писатель и журналист, получил от редактора журнала «Men's Health» задание подготовить материал о знакомствах по Интернету. Томас не просто с блеском выполнил поставленную задачу, став акулой киберпространства и асом эротических чатов, но по ходу своих изысканий — изложенных в данном романе с подкупающей искренностью — нашел прочное личное счастье.

Рассказ опубликован в журнале "Иностранная литература" № 6, 1989

Из интервью писательницы:

...Меня не раз предупреждали, что в литературе иллюзии опасны, не скатиться бы до банальности, не дойти до памфлетов и розовых романчиков. Но я готова бросить вызов литературной позиции мужчин, которые боятся даже крохи сентиментальности — как бомбы — в священном порядке разума и хорошего вкуса. А я не боюсь рисковать...

Когда Нина перешла в четвертый класс (с похвальной грамотой за успехи в учебе и активное участие в общественной жизни), почти одновременно сделала два равных по значимости открытия. Во-первых, если бы мама не встретила папу, то она никогда бы не родилась. Во-вторых, и сама Нина, и ее родные и близкие — не такие, как все. И, несмотря на внешнюю добропорядочность, ум, красоту, доброту и другие бесценные качества, есть в них что-то тайное и, видимо, постыдное, что нужно тщательно скрывать.

Рассказ опубликован в журнале "Наш Современник" №7 2007 год

Леонид Генрихович Зорин — постоянный автор «Знамени». В течение десяти лет все его крупные прозаические сочинения впервые публиковались в нашем журнале. Только в последние два года напечатан цикл монологов: «Он» (№ 3, 2006), «Восходитель» (№ 7, 2006), «Письма из Петербурга» (№ 2, 2007), «Выкрест» (№ 9, 2007), «Медный закат» (№ 2, 2008). «Глас народа» — шестнадцатая по счету, начиная с 1997 года, публикация Л. Зорина в «Знамени».

От автора

В январском номере «Знамени» я прибавил к шестнадцати предыдущим публикациям еще три — прозу, стихи, комедию. Таким образом, предлагаемая маленькая повесть станет двадцатой публикацией (начиная с 1997 года).

Подпадая под магию круглой цифры, я испытываю потребность выразить родному журналу свою сердечную благодарность.

Жанр рассказа имеет в исландской литературе многовековую историю. Развиваясь в русле современных литературных течений, исландская новелла остается в то же время глубоко самобытной.

Сборник знакомит с произведениями как признанных мастеров, уже известных советскому читателю – Халлдора Лакснеоса, Оулавюра Й. Сигурдесона, Якобины Сигурдардоттир, – так и те, кто вошел в литературу за последнее девятилетие, – Вестейдна Лудвиксона, Валдис Оускардоттир и др.

Жанр рассказа имеет в исландской литературе многовековую историю. Развиваясь в русле современных литературных течений, исландская новелла остается в то же время глубоко самобытной.

Сборник знакомит с произведениями как признанных мастеров, уже известных советскому читателю – Халлдора Лакснеоса, Оулавюра Й. Сигурдесона, Якобины Сигурдардоттир, – так и те, кто вошел в литературу за последнее девятилетие, – Вестейдна Лудвиксона, Валдис Оускардоттир и др.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Корнеева Н. А.

Любовные истории актеров

СОДЕРЖАНИЕ

Валентина Серова и трое ее мужчин

Земная жизнь Екатерины Фурцевой

Легенда о первой любви

Роман, длиною в полвека

Девочка из города Нежина

Похищение Джигарханяна

Муза Михаила Козакова

Единственная любовь Ихтиандра

Жизнь балерины

Последняя любовь Кайдановского

Любимая невестка Сергея Михалкова

Прости меня, Вовчик!

О.Корнеева

Моя бабушка

Бабушку мой папа вывел из какой-то личинки, чтобы было кому со мной сидеть. Наверное, личинка находилась в неблагоприятных условиях, потому что старушка получилась допотопная. Целыми днями сидит на камне и сказки рассказывает. Про лису. Она говорит, что лиса в лесу водилась. Ну лес я знаю: десять лет назад последний отключили, когда кислородный синтезатор достроили, а про лису услышал впервые в так и не смог ее себе представить.

О.Корнеева

Саня

Воздух свеж и прозрачен, словно питье. Закрыв глаза, я остужаю тело растворенными в нем солнцем и туманом. Сводит судорогой, огонь, - и рвусь, задыхаясь из плоти. И не чувствую движения - слегка натянут, перетекаю влажным всплеском в неподвижную зыбь утра.

Трава шуршит, скользя по боку палатки. Едва заметное кострище пружинит под кроссовкой. Присаживаюсь ну корточки, окунувшись в туман, кладу несколько сухих - нет, отсыревших прутьев, и поджигаю их слабым лучом бластера.

Пьер Корнель

Цинна

Трагедия

Перевод Вс. Рождественского

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Октавий Цезарь Август, римский император.

Ливия, императрица.

Цинна, сын дочери Помпея, глава заговора против Августа.

Максим, один из главарей заговора.

Эмилия, дочь К. Торания, воспитателя Августа, казненного им во время

триумвирата.

Фульвия, наперсница Эмилии.

Поликлет, вольноотпущенник Августа.