Плазмоид - невидимое тело человека

В. Батищева

ПЛАЗМОИД - НЕВИДИМОЕ ТЕЛО ЧЕЛОВЕКА

Мозг человека не несет интеллектуальной нагрузки, а выполняет лишь вспомогательные функции. Поэтому углубленное изучение мозга в традиционном направлении ничего существенно нового дать не может. Ум человека находится вовсе не там, где его ищут, и представляет он из себя не то, что под ним подразумевается. Результаты умственной деятельности - слово и образ - живые образования, которые слишком драгоценны для природы, чтобы воплотить их в хрупком веществе мозга.

Популярные книги в жанре Научная литература: прочее

Сейчас нам кажется странным, что раньше все женские заболевания долгое время связывались с «загадками» репродуктивной системы, а матка была виновата во всевозможных физических и психических недугах. Ничего удивительного, ведь даже сегодня врачам не всегда удается корректно поставить диагноз. «НЕЗДОРОВЫЕ ЖЕНЩИНЫ» – это не просто и погружение в историю медицины, но и размышление о тех сложностях, с которыми сталкиваются уже современные женщины. Книга посвящена тому, как традиционная медицина прошлых лет объясняла и воспринимала женское тело, какие теории о женском организме сформировались в условиях патриархальных представлений о женственности и к каким последствиям это приводило.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Пандемия коронавируса показала, что, несмотря на развитие медицины, мы оказались беззащитны перед новым вирусом. Мир уже не первый раз сталкивается с подобными вызовами. Чуть более 100 лет назад от гриппа «испанки» погибло гораздо больше людей, чем в Первую мировую войну.

В книге историка Джона Барри читатель обнаружит много знакомого. Ложь и трусость политиков и чиновников, героизм и отчаянный энтузиазм ученых и врачей, страх и паника простых людей – все это приметы и нынешнего времени. Вы увидите, как мир тогда оказался не готов вести одновременно две войны – друг с другом и со смертоносным вирусом, убивавшим, как и вражеские пули, в первую очередь самых молодых и сильных.

Но эта книга еще и гимн науке, гимн медицине: она представляет собой не только яркое и захватывающее описание борьбы с пандемией, но и галерею портретов людей науки, медиков, политиков. В будущем человечеству еще не раз предстоит столкнуться с неизвестными болезнями, поэтому необходимо хорошо усвоить уроки прошлого, чтобы не повторять прежних ошибок.

Форма жизни № 4 – это люди, усиленные имплантами и искусственным интеллектом. Речь идет о недалеком будущем: уже сегодня машины могут безостановочно обучаться, ИИ становиться умнее и дешевле, а спектр его возможностей расширяется с каждым днем. Евгений Черешнев – визионер, первый российский ИТ-спикер TED New York, предприниматель и бионик – описывает ИИ как ступень в эволюции жизни на нашей планете. Автор проанализировал историю думающих машин и современных методов анализа данных, рассказал о влиянии автоматизации на социум, семью, экономику и геополитику, об инструментах защиты от трекинга и цифровых угроз. А главное – он показал, как может выглядеть мир ХХII века, где никто не сможет отключиться от глобальной сети, а нужда во многих сферах человеческой деятельности полностью отпадет. Чтобы не стать рабами в мире разумных роботов, нужно помнить о машинной этике, установить правила сбора и анализа данных и, что важнее всего, понять, как устроен и развивается искусственный разум. Об этих и многих других аспектах ИИ эта книга.

Гербы и флаги с изображением скорпионов, экзотические тюрбаны и колпаки, крючковатые носы, рыжие волосы, багрово-красные, черные или даже синие лица, неестественно вывернутые позы, непристойные жесты и злобно-агрессивные гримасы. В искусстве средневекового Запада применялось множество знаков, которые маркировали и обличали иноверцев (иудеев, мусульман и язычников), еретиков, других грешников и отверженных. Всех их соотносили с «отцом лжи» – дьяволом, а также друг с другом, словно они были частью глобального сговора против христианского социума. Язычников-римлян порой представляли в иудейских шапках и с псевдоеврейскими надписями на одеждах, иудеев – в мусульманских чалмах, а мусульман обвиняли в том, что они поклоняются идолам и взывают к древнеримским богам. В новой книге медиевист Михаил Майзульс показывает, как с XII по XVI в. конструировался образ врага, как в пространстве изображений и на улицах городов работали механизмы стигматизации и как приемы, возникшие в Средние века, перешли в памфлеты, плакаты и карикатуру Нового времени.

Эта книга о палеонтологии – единственной науке, которая способна показать, кем были предки разных существ, населяющих сегодняшнюю Землю. Еще совсем недавно мы даже не подозревали, что киты ведут свой род от парнокопытных, птицы – от динозавров, а жуки и пауки – конечно, через множество промежуточных стадий – от червей с хоботком и коготками на мягких лапках. Да, молекулярная биология может объяснить, кто чей родственник, и доказать, что птицы ближе к крокодилам, чем к черепахам, а киты – к бегемотам, чем к медведям. Но как выглядели эти птицекрокодилы или китобегемоты? Все живое постоянно менялось, все организмы на самом деле были переходными формами и, оказывается, выглядели совершенно иначе, чем можно предположить, изучая современный природный мир. Все эти формы охватить в одной книге невозможно, но попробуем рассказать о самых интересных.

Авторы запланировали эту книгу во время эпидемии лихорадки Эбола в 2014–2016 гг., а писали ее во время вспышки лихорадки Зика. В процессе работы они не забыли об эпидемии коронавируса SARS 2002 г., вспышке гриппа H1N1 2009 г. и о MERS – коронавирусе 2012 г. Наконец, после всего этого мир столкнулся с пандемией COVID-19. А по заверениям авторов обязательно придет и следующая пандемия, а за ней еще и еще. Скорее всего, нас ждет новый вирус гриппа, не менее смертоносный, чем «испанка» 1918–1919 гг. Только эта пандемия будет разворачиваться в мире, где живет в три раза больше людей, где есть международные авиаперевозки и существуют мегаполисы третьего мира – готовые взорваться пороховые бочки. Книга призывает использовать кризис, вызванный COVID-19, как урок и основу для подготовки к будущим событиям, чтобы они не застали нас врасплох.

Мир медицины стремительно меняется: на помощь традиционным врачебным методам приходит искусственный интеллект. Как внедрение новых технологий отразится на современной диагностике и лечении? Как будут взаимодействовать врач и пациент, если обработку данных возьмут на себя машины? Смогут ли пациенты влиять на ход и методы лечения своих заболеваний? Какие перспективы открывает использование искусственного интеллекта перед мировым медицинским сообществом, какие блага и опасности оно в себе таит, какие цели преследует? На эти и многие другие важные вопросы подробно и понятно отвечает автор книги Эрик Тополь – врач, ученый, исследователь и всемирно известный эксперт в области применения искусственного интеллекта в медицине.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

В книге обосновывается идея социального перелома в современной России, вызванного сменой поколений. Развивается социологический подход к анализу поколений, построена их оригинальная классификация. Особый фокус делается на поколении миллениалов, вступивших в период взросления в 2000-е годы. Для сравнительного анализа поколений используются данные Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (1994–2016 гг.). Обнаружены устойчивые значимые межпоколенческие различия в планировании семьи, использовании цифровых технологий, приверженности здоровому образу жизни, уровне религиозности, оценке своего субъективного благополучия и по другим социальным показателям. Выявлены случаи, когда миллениалы ускоряют ранее сложившиеся тренды, и случаи, когда они обеспечивают перелом этих трендов. Книга завершается эссе о характерных чертах миллениалов и вызовах, возникших в ходе обучения нового молодого поколения.

В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Лори Бауке, Колин Уайт

"Нелетучие голландцы".

Перевод с английского Е. Зиминой

От редакции

Жанр путевых заметок имеет в литературе такую же давнюю традицию, как дневники, письма и мемуары. Свидетельства путешественников, посетивших дальние, экзотические страны, становились шедеврами мировой прозы так же часто, как и записки побывавших в соседних странах и местностях, будь то "Путешествие Марко Поло" или "Путешествие в Гарц", "Записки русского путешественника" или "Записки туриста". Путевые записки вызвали к жизни и великие романы-путешествия, такие, как "Робинзон Крузо" и "Гулливер".

Рахиль Баумволь

БАСНИ

В ОБЛАСТИ ПЕЧАТИ

Заяц отпечатал свои следы на снегу и поплатился за это жизнью. А лисица - та отпечатает и заметет хвостом, отпечатает и заметет. Вот и жива по сей день.

МАЛЕНЬКИЙ ТРАКТАТ

Человек - страшный придира. Не критикует он только то, что создано природой. Вот если бы человек создал, скажем, траву - сколько было бы разговору! Непременно кто-нибудь сказал бы:

- Цвет хаки - фи, как грубо! Почему траве не быть голубой или кремовой?

Сидней Баундс

Кукловоды

Харрингтон протиснулся в кабину. Темные волосы на его голове немилосердно спутались, а беспрестанный зуд там, куда дотянуться не было никакой возможности, доводил до бешенства. Отсюда, из кабины марсианского вездехода, высоко поднятой над огромными шарообразными колесами, хорошо видны были окрестности - сплошное скалистое плоскогорье, окрашенное в тусклый ржаво-коричневый цвет - такой оттенок придавала ему пыль, густым слоем лежавшая на поверхности. В кабинете было нормальное земное давление, поэтому Харрингтон удобства ради снял шлем. Он устал и проголодался, пора было возвращаться на Базу - приближалось время очередного сеанса с Землей, но если начистоту, все его желания в эту минуту сводились к одному почесаться. Его товарищ - геолог экспедиции Пагг - не спешил занять свое место в вездеходе, и Харрингтон раздраженно поискал его взглядом. Пагг сосредоточенно занимался делом, непосредственно связанным с его прямыми обязанностями: он отбивал геологическим молотком образцы породы и складывал их в сумку, висевшую на боку. Харрингтон наклонился вперед, нажал кнопку на пульте и сказал в микрофон:

Сидней Баундс

Реликт

Тридцатиэтажная пирамида Музея Языка громоздилась в самом центре Города. Ее основание занимало девятьсот гектаров. Внутри пирамида была забита книгами, магнитофонными лентами и микрофильмами. Посетители редко нарушали унылую и пыльную тишину этого места, да и то только в сезон дождей. Забегали сюда лишь дети. Гигантский мавзолей был посвящен Слову. И слова заполняли его до отказа. Здесь были все слова, когда-либо сказанные или написанные до Великой Перемены.