План побега

Адольфо Биой Касарес

План побега

Перевод с испанского В.Петрова

Адольфо Биой Касарес. AD PORCOSi

В то субботнее утро, возвратившись в отель, чтобы собрать вещи и оплатить счет накануне отъезда из Монтевидео, я повстречал соотечественника. То был старый ловелас из Росарио, открывший на своей мельнице фонтан вечной молодости. По крайней мере, он все время выглядел довольно-таки моложаво, сохраняя если не свежий, то самоуверенный вид, - благодаря необычному цвету кожи вокруг висков. Я не раз получал от него уверения, что "весь секрет - в ростках пшеницы". Этот господин, от чьей фамилии в памяти едва всплывают слоги "ми" и "ни", отвел меня к одной из колонн холла и прошептал доверительно:

Другие книги автора Адольфо Бьой Касарес

Известные по отдельности как вполне «серьезные» писатели, два великих аргентинца в совместном творчестве отдали щедрую дань юмористическому и пародийному началу. В книгу вошли основные произведения, созданные X.Л.Борхесом и А.Биой Касаресом в соавторстве: рассказы из сборника «Две памятные фантазии» (1946), повесть «Образцовое убийство» (1946) рассказ.

«Дневник войны со свиньями» (1969) стал одной из последних книг знаменитого аргентинского писателя, друга и соавтора X. Л. Борхеса – Адольфо Биоя Касареса (1914 – 1999).

Этот роман, своего рода «Осень патриарха» по-аргентински, повествует (как, впрочем, почти все книги Касареса) о Буэнос-Айресе, но только это уже особенный Буэнос-Айрес: на сей раз, не энигматическая вселенная и не обитель дивных грез, а причудливый и пугающий лабиринт кошмаров, попадая куда, рискуешь всем – особенно если тебе уже за 30 лет.

Однажды вечером, в понедельник, в начале осени 1951 года, молодой Корреа, ныне известный многим под прозванием Географ, стоял на пристани в Тигре[1] и поджидал катер, которым должен был добраться до острова своего приятеля Меркадера — туда он удалился, чтобы готовиться к экзаменам за первый курс юридического. Конечно, остров этот был всего-навсего безымянным клочком суши, где в гуще кустов торчала хижина на деревянных сваях, — дикое место, затерянное посреди обширной дельты, в лабиринте проток и ивняка. «Сидя там один, в компании комаров, — предупреждал его Меркадер, — ты волей-неволей начнешь грызть науку. Когда пробьет твой час, ты обскачешь всех». Сам доктор Гусман, старый друг семьи, по ее поручению благосклонно следивший за первыми шагами молодого человека в столице, одобрил этот план и нашел, что такая краткая ссылка не только своевременна, но и необходима. И однако за три прошедших дня островитянин Корреа не прочел предусмотренного числа страниц. Суббота ушла у него на приготовление обеда — он жарил мясо на углях и потягивал мате, — а в воскресенье он поехал посмотреть игру «Экскурсантов» с «Ураганом», потому что, честно говоря, не испытывал ни малейшего желания раскрывать книги. Два первых вечера он садился с твердым намерением серьезно поработать, но его сразу же начинало клонить в сон. Эти вечера вспоминались ему как долгий ряд вечеров, и теперь его мучили угрызения совести и горечь от бесполезных усилий. В понедельник молодому человеку пришлось опять поехать в Буэнос-Айрес, чтобы отобедать с доктором Гусманом и сдержать слово, данное нескольким землякам, сходить вместе в театр «Майпо» на дневной спектакль. Стоя на берегу в ожидании катера, который почему-то запаздывал, он думал, что сейчас время уходит впустую не по его вине, но впредь надо не терять ни минуты, ибо день первого экзамена приближался.

Имя Адольфо Биой Касареса (1914–1999) в аргентинской – и в мировой! – литературе стоит рядом с именами Борхеса и Кортасара. «Борхес завораживает, Кортасар убеждает, Биой Касарес тревожит» – это краткая и точная характеристика, данная французским критиком Юбером Жюэном наиболее значительным прозаикам современной Аргентины. Действительнось, окружавшая Биой Касареса, вызывала у писателя тревогу. И эта тревога явственно звучит в психолого-фантастических романах «План побега», «Сон о героях», «Спящие на солнце», упрочивших всемирную известность автора «Изобретения Мореля».

Помимо романов, в настоящее издание включены избранные рассказы разных лет. Все произведения публикуются на русском языке впервые.

Известные по отдельности как вполне «серьезные» писатели, два великих аргентинца в совместном творчестве отдали щедрую дань юмористическому и пародийному началу. В книгу вошли основные произведения, созданные X.Л.Борхесом и А.Биой Касаресом в соавторстве: рассказы из сборника «Две памятные фантазии» (1946), повесть «Образцовое убийство» (1946) рассказ.

Все-таки Аргентина дала литературе ХХ века трех классиков, а не двух. Хулио Кортасар, Хорхе Луис Борхес — и Адольфо Биой Касарес, чьи произведения уже давно вышли в русском переводе.

Имя Адольфо Биой Касареса (1914–1999) в аргентинской – и в мировой! – литературе стоит рядом с именами Борхеса и Кортасара. «Борхес завораживает, Кортасар убеждает, Биой Касарес тревожит» – это краткая и точная характеристика, данная французским критиком Юбером Жюэном наиболее значительным прозаикам современной Аргентины. Действительнось, окружавшая Биой Касареса, вызывала у писателя тревогу. И эта тревога явственно звучит в психолого-фантастических романах «План побега», «Сон о героях», «Спящие на солнце», упрочивших всемирную известность автора «Изобретения Мореля».

Помимо романов, в настоящее издание включены избранные рассказы разных лет. Все произведения публикуются на русском языке впервые.

«Хроники Бустоса Домека» – знаменитая литературная мистификация, авторами которой явились выдающиеся аргентинские писатели X. Л. Борхес (1899 – 1986) и А. Б. Касарес (1914 – 1999). Эта причудливая коллекция квазирецензий во всем блеске отражает стилистическое мастерство прозаиков. Помимо «Хроник» в книгу включено еще одно примечательное творение О. Б. Домека: «По ту сторону добра и зла».

Предваряется книга извлечением из «Автобиографических заметок» X. Л. Борхеса, излагающим историю возникновения удивительного литературного тандема и обстоятельства появления на свет Божий О. Б. Домека.

Все произведения представлены в переводе Евгении Михайловны Лысенко.

Книга рассчитана на самую массовую аудиторию.

Популярные книги в жанре Классическая проза

Лауреат Нобелевской премии Джон Голсуорси хорошо известен в нашей стране как автор знаменитой «Саги о Форсайтах». Однако его перу принадлежат не менее замечательные новеллы, рассказы и маленькие повести, проникнутые юмором, мягкой лиричностью и романтизмом.

«Мой дальний родственник» – рассказ из сборника «Гостиница успокоения».

В однотомник вошли лучшие произведения знаменитого английского сатирика.

Роман «Мерзкая плоть» дает сатирическую картину жизни английского общества 20-х годов прошлого века. В романе «Возвращение в Брайдсхед» автор показывает обреченность британской аристократии в современном капиталистическом мире. Повесть «Незабвенная» высмеивает американский образ жизни.

В сборник включены также рассказы разных лет.

Подобно другим представителям "потерянного поколения", вступив в литературу после Первой мировой войны, Фолкнер (лауреат Нобелевской премии 1949 г.) заявил о себе как писатель своеобразного стиля, отмеченного историзмом, тягой к символике и повествованию в нескольких временных пластах, эмоциональностью и необычайно высокой риторикой.

Большой мастер создания интриги, Диккенс насытил драму "Холодный дом" тайнами и запутанными сюжетными ходами. Вы будете плакать и смеяться буквально на одной странице, сочувствовать и сострадать беззащитным и несправедливо обиженным - автор не даст вам перевести дух.

Она прожила долгую жизнь, пятьдесят лет из которой отдала творчеству, став автором двадцати семи крупных произведений. И любая из самых знаменитых ее книг могла бы обессмертить ее имя.

В четвертый том Собрания сочинений лауреата Нобелевской премии, шведской писательницы Сельмы Лагерлёф, вошли произведения последних лет жизни — роман «Император Португальский», повести «Возница», «Предание о старом поместье», рассказ «Перстень рыбака».

Тот факт, что Генри Армстронга похоронили, казалось, отнюдь не убедил его самого в том, что он, действительно, умер: его вообще трудно в чем-то убедить. Правда, в настоящий момент все его органы чувств в один голос утверждали — он был вынужден признать их правоту, — что его и в самом деле похоронили. Сама его поза — на спине, ладони на животе, и все тело окутано чем-то легким, непрочным, что можно было, в принципе, без труда разорвать, хотя это и не принесло бы ему сколь-нибудь ощутимой пользы, — вкупе с жестким ограничение ем передвижения его персоны, черная, непроглядная темнота, воистину, гробовая тишина практически не давали ему возможности для дальнейших споров, а потому он безропотно смирился со своим нынешним положением.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ИШТВАН КАСАШ

ЗАДАНИЕ

Пер. Н. Дарчиева

Третий ихтизлитл потерял направление. Вместо треугольного континента, на который его нацелили, он рухнул на гладкую вулканическую равнину и застыл, наполовину зарывшись в красноватый песок. Попытка установить связь потерпела неудачу. Хотя ихтизлитл вскоре после прибытия - в соответствии с предписанием - и выпустил свои антенны, чтобы связаться с базой, в системе ориентации перегорел небольшой, но очень важный контур. Поэтому направленный пучок волн огромной энергии, отклонившись от цели, пронесся мимо Ихтизина и ихтизлитл остался предоставленным самому себе. Однако такой поворот событий не вызвал в нем особого замешательства. Планировалось, что он выполнит свое задание самостоятельно.

Ив. Касаткин

ТЮЛИ-ЛЮЛИ

I.

Пришла бабка Марья из Дрыкина.

Ни колобков, ни пряника в этот раз не принесла. Села на лавку, сгорбилась на свой костылек с резной петушьей головкой на сгибе и вдруг захлипала, будто со-смеху начала пырскать, так что голова у ней затряслась, и костылек в руках тоже затрясся.

Раз нет пряника, Силашка чуфыркнул носом и, поддерживая штаны, юркнул на полати. Лег там плашмя на теплую шерсть тулупа и давай молотить себя пятками в зад.

Иван КАСАТКИН

ЗАДУШЕВНЫЙ РАЗГОВОР

На рассвете я подходил к селу Игнатскому. Слева дремало скошенное овсяное поле.

Справа за лесистыми скатами берегов поблескивала Ока. Таял бледный кружок луны. За рекой из гущи бора маячили далекие крыши музея-усадьбы замечательного художника Василия Дмитриевича Поленова.

Эти красивейшие русские местности, эти синеющие огромные просторы, эти поля и рощи, луну над стогом сена, придорожные березы и дорогу, по которой я иду, и как бы самый воздух этот и тишину неповторимо запечатлел на своих полотнах гениальный ученик Поленова - грустный и милый Левитан.

Александр КАШИРИН

БИБЛИОГРАФИЯ ФАНТАСТИКИ*

БАЧИЛО АЛЕКСАНДР ГЕННАДЬЕВИЧ (1959), Новосибирск

ВОЛШЕБНИК, рассказ, 26 ** ЖДИТЕ СОБЫТИЙ, рассказ, 36 ИНЪЕКЦИЯ СЧАСТЬЯ, рассказ, 26 ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ, рассказ, 36 НИ В СКАЗКЕ СКАЗАТЬ... рассказ, 36 ПОМОЧЬ МОЖНО ЖИВЫМ, повесть, 25 ПРОСТАЯ ТАЙНА, рассказ, 26 УДОБНАЯ ВЕЩЬ, рассказ, 36

_______________

* Настоящая библиография объединяет книжные публикации авторов