Питерские каникулы

Ксения Букша

Питерские каникулы

Вейся дымка золотая, придорожная,

Ой ты радость молодая - невозможная!

Советская песня

1

Я доездился до такой степени, что пиво не лезло мне в глотку, а валеты спали с дамами. Голова кружилась от зелени, которая четыре дня проносилась мимо меня, и от жары. Я ехал в Петербург поступать в высшее учебное заведение. Мы вообще-то питерские, но мой папаня лоханулся в свое время, и родился я в городе Каменный угол. Над ним месяцами висит облако сернистого газа. Несмотря на это, мой организм ничем не болел - ни мочеиспусканием, ни даже срывом, - и, стало быть, осенью меня ожидало ужасное несчастье. У меня не было никакой отмазы. Поступить надо было во что бы то ни стало. Правда, того, во что может "стать", у папаши тоже не было.

Другие книги автора Ксения Сергеевна Букша

Ксения Букша (р. 1983) – автор получившего премию «Национальный бестселлер» романа «Завод "Свобода"», биографии Казимира Малевича, сборника рассказов «Открывается внутрь» о всевозможных человеческих судьбах. В её прозе сочетается жёсткий реализм и лиричность, юмор и гротеск.

«Чуров и Чурбанов» – полный киношной движухи короткий роман с непредсказуемым сюжетом и густой, мрачноватой питерской атмосферой.

Живёшь-живёшь, и вдруг выясняется, что у тебя есть двойник, чьё сердце бьётся синхронно с твоим. Да не просто двойник, а твой бывший одноклассник: отличник или, наоборот, подозрительный тип, с которым у тебя решительно ничего общего в жизни быть не может.

Ничего, кроме смерти.

Содержит нецензурную брань.

Поступить в актерскую школу в 69 лет и в 79 покорить Голливуд.

Избавиться от лишнего веса и привести себя в идеальную физическую форму в 58.

Стать финансовым брокером в 75 и заработать миллион.

Начать успешную спортивную карьеру в 60.

Стать моделью в 82.

В этой книге собраны удивительные истории женщин, которые на собственном примере доказали, что реализовать свои менты возможно в любом возрасте.

И все же эта книга не только для тех, кому сегодня за пятьдесят.

Истории людей, нашедших свое счастье в возрасте за 60 или за 70 лет, невольно заставляют вспомнить о тех, кто несчастлив в 30, 40 или 20.

Конечно, после пятидесяти наступает потенциально самый яркий и самый счастливый период нашей жизни.

Но все же мне бы хотелось, чтобы и те, кто еще не достиг этого удивительного времени жизни, прочитав эту книгу, сказали себе:

«Если это возможно в 60, значит, это возможно и в 30!»

Ксения Букша – писатель, копирайтер, переводчик, журналист. Автор биографии Казимира Малевича, романов «Завод “Свобода”» (премия «Национальный бестселлер») и «Рамка». «Пока Рита плавает, я рисую наброски: родителей, тренеров, мальчишек и девчонок. Детей рисовать труднее всего, потому что они все время вертятся. Постоянно получается так, что у меня на бумаге четыре ноги и три руки. Но если подумать, это ведь правда: когда мы сидим, у нас ног две, а когда бежим – двенадцать. Когда я рисую, никто меня не замечает». Ксения Букша тоже рисует человека одним штрихом, одной точной фразой. В этой книге живут не персонажи и не герои, а именно люди. Странные, заброшенные, усталые, счастливые, несчастные, но всегда настоящие. Автор не придумывает их, скорее – дает им слово. Зарисовки складываются в единую историю, ситуации – в общую судьбу, и чужие оказываются (а иногда и становятся) близкими. Роман печатается с сохранением авторской орфографии и пунктуации. Книга содержит нецензурную брань

Казимир Северинович Малевич — художник, график, педагог, теоретик искусства, философ. Творчество Малевича занимает особое место в истории мирового искусства. Созданный им супрематизм — не просто геометрически абстрактный вариант беспредметности, но и суперстиль, оказавший мощное воздействие на современные искусство, архитектуру и дизайн, и самобытная философия, своего рода «религия без культа». Малевич разработал собственный уникальный метод преподавания искусства и оставил после себя учеников. Он не служил никакому государственному строю и никакой идее, кроме творчества, и потому закончил жизнь в бедности и невостребованности. «Я — идеалист, и совершенно напрасно раскритиковали лозунг „искусство для искусства“», — заявлял Малевич.

Автор книги, петербургский поэт, писатель и переводчик Ксения Букша, на основе документов, воспоминаний современников, сочинений Малевича и критики его художественного наследия анализирует этапы творчества художника и воссоздаёт образ энергичного, доброго, талантливого во всём человека, общение с которым завораживало.

знак информационной продукции 16+

Новый роман Ксении Букши основан на фактическом материале, однако с реализмом (как со старым, так и с новым) он не имеет ничего общего. Устаревшая форма производственного романа в руках современной писательницы совершенно обновилась, а каждая из сорока глав книги написана стилистически обособленно, что создает эффект многослойности текста. Дополнительную конструктивную нагрузку несут авторские иллюстрации. При всем этом книга получилась предельно живой и увлекательной, глубокой и честной.

В сборник вошли тридцать семь текстов, которые составитель — Макс Фрай — считает лучшими рассказами, написанными по-русски в 2005 году. Авторы живут в разных странах, некоторые уже давно известны российскому читателю, а для некоторых это — первая публикация.

Современные писатели и поэты размышляют о русских классиках, чьи произведения входят в школьную программу по литературе.

Издание предназначено для старшеклассников, студентов вузов, а также для всех, кто интересуется классической и современной русской литературой.

Ксения Букша – молодая петербургская писательница, автор многих романов и повестей, сотен веселых стихов, дюжины отличных рассказов. По определению Дмитрия Быкова, «нормальный двадцатипятилетний гений».

«Мы живем неправильно» – сборник новых рассказов, необычных, веселых, разноплановых. «Букша придумывает увлекательные сюжеты, сильных и радостных героев, сумасшедшие и убедительные концепции – и излагает все это с легкостью и озорством».

Популярные книги в жанре Современная проза

Григорий Свирский

На островах имени Джорджа Вашингтона

маленькая повесть

1. ВОЛХВЫ

Письмо от Марьи Ивановны и приглашение профессорствовать на островах имени Джорджа Вашингтона я получил, когда дома не осталось ни цента. Ну просто день в день.

И вот проводины. Батареи пустых бутылок выстроились по периметру гостиной.

-- Вы не бывали на сих островах? Тогда вы не видали чудес! На них великим русским языком считаются польский и идиш. Идиш утвержден ученым советом как сибирский диалект нашего великого и могучего... -- ораторствовал с бокалом в руке мой давний приятель Володичка-каланча, взъерошенный блондин, полиглот, лингвист милостью Божьей, убедивший самого себя в том, что лингвистика -- дело не его ("Меня советская власть загнала в лингвистику"), а его дело -- политология, борьба с русским параличом, как крестил он Октябрьскую революцию.

Александр Терентьев

Литеpатуpное знакомство

Как-то, читая объявы в MO.TALK, я увидел мессагу от одного из постоянных ее обитателей, к котоpому я долгое вpемя не мог опpеделить своего отношения. Он для меня был как бы "не в фокусе": поpой неожиданно веpные остpокpитические его замечания, выдававшие поднабpавшегося жизненного опыта скептика, пеpемежались с востоpженной юношеской углубленностью в абсолютно непонятные мне области - скажем, технические детали пpоизводства и вооpужения самолетов. В мессаге, обpащенной к All'у, автоp под скpомно-кокетливым заголовком "Кому меня, любимого?" сообщал о твоpческой встpече благодаpных и неблагодаpных читателей в одном из книжных клубов Москвы. "А, стало быть, он еще и публикуется?" - подумал я с интеpесом, и, в надежде на то, что смогу, наконец, составить личное впечатление о давнем коллеге по эхе, pешил пойти. Меня подкупило обещание автоpа пpинести гитаpу и спеть песенку пpо некое давно любимое мной существо "Диггеp", упpавляя котоpым, я в незапамятные вpемена пpиобщился к классу компьютеpных игp, позднее названных "стpелялками".

Константин Тетерин

Проза

НАИБОЛЬШИЙ БОЙ ПРОГУЛКА ПО НАБЕРЕЖНОЙ БЕСЕДКА ОТКРЫТИЕ ИГРА ГОЛОС ОХОТНИК ИСКУПЛЕНИЕ КАБИНЕТ ЧЕТЫРЕХ НИТКА ОГОНЬ КОМУ НУЖНО ОТВЕРЖЕНИЕ ГОСПОДА СТИХИ ПОНАРОШКУ ПРЕЛЮДИЯ ПРОЗРЕНИЕ КОГДА ЗАКОНЧИТСЯ ДОЖДЬ БЕГ ШКОЛЬНЫЙ СПЕКТАКЛЬ ТЕТЯ ВАЛЯ ТРА-ЛЯ-ЛЯ ДА. ЗДРАВСТВУЙТЕ. НЕТ. ДО СВИДАНИЯ.

НАИБОЛЬШИЙ БОЙ

Армии, солдаты, политика, философия, - все это мишура. Ты зачастую не обращаешь на это внимания, более увлеченный своими заботами. Но самый страшный бой происходит внутри тебя. Он происходит ежедневно, ежечасно и ежесекундно. Ты постоянно слышишь два голоса, говорящие разные решения. Одному голосу ты веришь, другого немного стыдишся. Один голос говорит, и его правду ты чувствуешь телом. а праведность второго голоса ты чувствуешь сердцем. Бой идет до тех пор, пока не остается только один голос. Тот, который ты выберешь сам...

Саня Тихий

Тут у нас в Суpгуте все сплошь Пелевиным увлеклись, что ажно стpашно становится. Пpочел я паpу его pассказов "Hику" и "Зигмунда в кафе" и pодилось у меня под впечатлением от пpочитаного сие нетленное "пpоизведение". А, Алекс Гоpобец, (он паpень жутко умный, я не шучу, пpочел, Пелевина больше чем тот написал) Он мне так сказать альтеpнативу составил, но так как автоpские пpава на свой pассказ он пеpедал мне то я бpосаю сpазу две вещи. Это все я бpосаю не для какого-то самоудовлетвоpения, а пpосто так вещи эти несеpьезные и пpосьба не воспpинимать их как попытку наезда на Пелевина. Hо если кто хочет может отписать мылом мне или Алексу (только скажу по секpету он не в куpсе).

Лев Тимофеев

Играем Горького

Роман-хроника

Вместо пролога

Трое студентов театрального института жили в огромной пустой квартире на первом этаже старинного дома в арбатском Кривоконюшенном переулке. Когда-то, лет сто назад, квартира (как, впрочем, и весь дом) принадлежала присяжному поверенному Н., знаменитому адвокату по уголовным делам. Адвокат жил на широкую ногу и раз пять-шесть в год устраивал хлебосольные приемы. Говорят, завсегдатаями его вечеров были Станиславский и Качалов, Ольга Книппер привозила уже очень больного Чехова, в разное время здесь играли свои сочинения то Скрябин, то ненавидевший его Рахманинов... Дом был известен не только артистическими вечерами: у адвоката была слава одаренного медиума, и в газетах того времени регулярно появлялись сообщения, что участники спиритического сеанса в его доме общались то с кавалером Глюком, то с Моцартом, то с Сальери, а то и с затесавшимся зачем-то в эту компанию и будто бы являвшимся без вызова Казановой. (Впрочем, злые языки утверждали, что все эти публикации были заказаны и оплачены самим Н., большим любителем розыгрышей и мистификаций.)

Виктор Тымошенко

Под прицельным взглядом зимородка

Сократ сидел на подоконнике, поджав к себе правую ногу, и движениями подбородка пугал мух, садящихся к нему на колено. Мухи необычайно сердили его своей похожестью на котов. Ему не нравились проистекающие из этого обобщения, которые рушили занимавшие его в последнее время красивые мысли о самодостаточности и неизменности форм. Мысли эти были похожи на хрустальные шары, подернутые осенней позолотой. Из-за них выглядывал угол улиц Феодоры Пушиной и Семашко, и душа приятно втягивалась в подпространство между шарами и дубами, где чувствовалось наличие только начатой, но заброшенной по поводу листопада стройки из белого кирпича.

Александр Титов

Последняя мечта

Рассказы

Полынные веники

Первый

Новые деньги

Активист

Полынные веники

В конце пятидесятых в нашем поселке ни клочка асфальта... В космосе летают две симпатичные собаки - Белка и Стрелка. На уроках Василиса Авдеевна каждый день напоминает нам о коммунизме. При этом ее свирепое по обыкновению лицо принимает какое-то плаксивое выражение.

Я - ученик второго класса, хилый и слабый. Плохо ем, мучаюсь бессонницей, но не болею, и помаленьку расту. Мечтаю о тех временах, когда у каждого школьника будет свой персональный летательный аппарат, вроде вертолета. Другой транспорт в осеннюю распутицу здесь не пройдет.

Толстенко Илья

Да здpавствует оpужие

Пpолог

Он шел по центpальной улице гоpода.Было темно.Холодный ветеp воpошил его длинные волосы.Его окликнули.Он обеpнулся.К нему напpавлялись двое паpней. Паpни ничего лично не имели пpотив него - им нужны были деньги.Hе много pовно столько сколько у него было с собой.Он не возpажал пpотив того, чтобы поделиться своими скpомными сбеpежениями с двумя усталыми путниками. Позже он спpашивал себя: "Почему я не убежал?","Почему не удаpил одного из них?".Он был пpотивен самому себе.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Замачательный французский писатель Пьер Буль известен большинству читателей как автор книги «Планета обезьян», по которой режиссер Тим Бёртон снял одноимённый блокбастер. Однако известность Буль получил с романом «Мост через реку Квай», одной из немногих книг западных авторов об азиатской стороне Второй Мировой войны.

Захваченные в плен япоцами британские солдаты и их командир полковник Николсон вынуждены строить железнодорожный мост через реку Квай в Бирме. Тем временем командование направляет спецгруппу для уничтожения этого стратегически важного объекта

Эдвард Джордж Бульвер Литтон

Дарнлей

(Неоконченная пьеса в четырех действиях)

Перевод В. Лившиц и Л. Рейнгардт

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Дарнлей.

Парсонс - его служащий.

Мейнуэринг - его друг.

Лорд Фицхоллоу - его тесть.

Сэр Френсис Марсден |

} его знакомые.

Селфби Фиш |

Слуга.

Леди Джулиет Дарнлей.

Фэнни Дарнлей.

Мисс Плесид.

Дама из виллы Сент Джонс Вуд.

Эдвард Джордж Бульвер Литтон

Деньги

Пьеса в пяти действиях

Перевод H. Надеждиной

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Лорд Глоссмор.

Сэр Джон Веси - баронет, кавалер ордена Гвельфа, член Королевского общества, член Общества антиквариев.

Сэр Фредерик Блаунт.

Стаут.

Грейвс.

Ивлин.

Капитан Дадли Смус.

Шарп.

Ток.

Франц - портной.

Тебурийт - обойщик.

Макфинч - ювелир и серебряных дел мастер.

Эдвард Джордж Бульвер Литтон

Лионская красавица или любовь и гордость

Пьеса в пяти действиях

Перевод Л. Большинцовой

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Босан - богатый лионский дворянин, влюбленный в Полину Дешапель и отвергнутый ею.

Глэвис - его друг, также отвергнутый поклонник Полины.

Полковник Дамас - офицер французской армии, впоследствии генерал, кузен мадам Дешапель.

Мосье Дешапель - лионский коммерсант, отец Полины.