Письмо израильскому солдату

Махмуд Дервиш, Муин Бсису (ПАЛЕСТИНА)

Письмо израильскому солдату

Бейрут - он Бейрут,

и на том он стоит.

И птица на ветке

как на баррикаде.

В Бейруте - Бейрут,

тот, который в осаде,

стоит он.

Окно на обломках стоит...

Столица, Аллаха любимица, ныне

ты - гнева и гордости грозное имя.

...Мы пишем тебе до того, как найдет нас - или тебя - снаряд;

последний осажденный

Другие книги автора Муин Бсису

Махмуд Дервиш

Стихи

ВЛЮБЛЕННЫЙ ИЗ ПАЛЕСТИНЫ

О любимая, в сердце

Вонзились твои глаза.

Я без боли о них вспоминать не могу.

В них и гнев, и тоска, и гроза Отразились.

Но я эту боль берегу.

Эту тысячезвездную рану,

Ибо тернии сердцу сегодня нужней,

Чем виноградные кущи.

Эта боль - продолженье любви моей,

Мост от нынешних дней к грядущим.

Как забуду глаза твои - светлые дни

Муин Бсису

Стихи

ИМ НЕ ПРОЙТИ

- Хоть кто-нибудь да пройдет...

- Врешь!

Никому не пройти.

Все ваши солдаты полягут сплошь.

Стянута шея

веревкой пеньковой...

Лучше смерть,

чем оковы.

- Но пули прошли!

По тому же пути

и солдаты могут пройти.

- Их согнали с родной земли,

чтоб они проливали пот на чужбине,

пот и кровь. Убивают их

и они убивают, не зная сами,

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Стихотворение впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 71, 2 апреля.

В собрания сочинений не включалось.

Печатается по тексту «Самарской газеты».

Поэмы Елены Шварц ярки, пестры, оригинальны, экзотичны, легкомысленны, переполнены ангелами, чертями, зверями, мифологическими героями, историческими персонажами — всем эклектичным пантеоном современного культурного сознания. Но поэзия Елены Шварц не легкомысленна и не эклектична, потому что два главных её персонажа — Поэт и Бог.

Стихи развлекают и поучают, рассказывают на ночь страшные сказки, играют и утешают, грациозно танцуют и молнией носятся среди обыденности, пристально рассматривают мир и готовятся его к его концу.

В книгу включен стихотворный роман "Труды и дни Лавинии...", стилизованный под записки средневековой монахини, постигающей глубину Божественного духа.

Эта книга – сплав философской прозы и любовной поэзии, который автор определяет как коан. Коан – это всегда средство стимулирования мысли, поиска, напряженной работы мозга, которое наставник предлагает адепту в качестве интеллектуальной задачи. Коан обязательно содержит парадокс, который решить рациональным способом не возможно. Классический пример его: «Нет ничего, чему ж улыбается Будда?» – используется автором в его произведении как неординарная загадка, ответить на которую и предстоит пытливому читателю, чтобы провести связующую нить между парадоксом и реальностью.

Встречи с произведениями подлинного искусства никогда не бывают скоропроходящими: все, что написано настоящим художником, приковывает наше воображение, мы удивляемся широте познаний писателя, глубине его понимания жизни.

П. И. Мельников-Печерский принадлежит к числу таких писателей. В главных его произведениях господствует своеобразный тон простодушной непосредственности, заставляющий читателя самого догадываться о том, что же он хотел сказать, заставляющий думать и переживать.

Мельников П. И. (Андрей Печерский)

Полное собранiе сочинений. Изданiе второе.

С.-Петербургъ, Издание Т-ва А.Ф.Марксъ.

Приложенiе къ журналу „Нива" на 1909 г.

Томъ седьмой, с. 587–589.

Славный парад классики русской драматургии на рубеже 19-20 веков свидетельствует о высоких надеждах и далеких помыслах, возлагаемых героями русской классики на будущие виды жизни и само будущее поколение. Автор настоящего рефлексивного демарша ни коем образом не хотел обратить внимание читающих на разительную пропасть между восхищаемыми и чаемыми легендами, имеющими быть в том самом будущем, о котором пеклись и наследник литературных чаяний В.М.Гаршина, вознесших маленького человека на небывалую высоту чувств и переживаний, каким оказался А.П.Чехов, и, конечно, "голос народа" – А.М.Горький, пестовавший и не только Новикова – Прибоя, но и усыновленного Горьким антипода всем русским революциям, родного брата Я.М.Свердлова, будущего генерала Франции, кавалера Ордена Почетного Легиона и непримеримого противника ленинизма. "Буревестник Революции", который в правде жизни колебался между Климом Самгиным и псевдохристианским старчеством Луки, конечно, не мог себе даже в черном сне представить метаморфозы, которые могли бы произойти с его героями, например, пьесы "На дне" в наше время, а режессура этого произведения от умелых рук Станиславского до Волчек в данном временном промежутке лишь подчёркивает гомеричность тех ситуаций, в которых оказываются или могут оказаться современные "бомжи" и "бомжатники".Предлагая читателю свою скромную версию "Божественных бомжатников" как метральную линию индивидуальной мыследеятельности(рефлексию) и, обращаясь к примеру мировой классики "МАКСИМ", как своеобразной форме утешения, где слабости, страсти и переживания сливаются у людей с тонким ручейком надежды, если не на лучшее будущее, о котором мечтать не возбраняется, но безусловно не имеет смысла,то уж во всяком случае есть верный путь самоочищения от скверны и хамства быстротекущей жизни. Аминь!

Основная часть стихов для книги Владислава Дорофеева «Вечерник» написана в относительно короткое время, за шесть лет. Значительная их доля – духовного содержания. Добавлен ряд первых поэтических текстов автора, прошедших испытание временем, и переводы нескольких пронзительных стихотворений последнего европейского романтика финляндского классика Й. Л. Рунеберга.

Книга адресована почитателям и ценителям русской поэзии.

– язычный лад. Так как "поток сознания" ѕ не от мира

сего, то и Таня оказалась "Танией"ѕ "TANYA", представляя
собой сущностный смысл космоса личности женского пола вообще,
но и в частности, поскольку именно "частность", как
подробность, интересна для рефлексии потока сознания, "где
разум одного не подобен разуму другого", поскольку каждый,
" в котором есть дух, способен стать на уровень духа каждого"
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

К.Державин

Драматургия Лопе де Вега

Имя Лопе де Вега - "чуда природы", как называли великого драматурга его восхищенные современники, - по праву возглавляет блестящую плеяду деятелей испанского национального театра XVI-XVII веков. Проза Сервантеса, живопись Веласкеса и поэтическая драма Лопе де Вега явились вершинами испанской национальной культуры позднего Возрождения, ценнейшим вкладом испанского народа в общую сокровищницу мировой культуры.

Владимир Державин

Поэзия мудрости

Белые и розовые лепестки плодовых деревьев падают на на могилу Хайяма каждую весну, как и восемь с половиной веков тому назад.

Современник Хайяма пишет: "Однажды в городе Балы, на улице работорговцев, во дворце эмира, на пиру за веселой беседой наш учитель Омар Хайям сказал: "Меня похоронят в таком месте, где всегда в дни весеннего равноденствия свежий ветер будет осыпать цветы плодовых ветвей". Через двадцать четыре года я побывал в Нишапуре, где был похоронен этот великий человек, и попросил указать мне его могилу. Меня привели на кладбище Хайры,и я увидел могилу у подножия садовой стены, осененную грушевыми и абрикосовыми деревьями и осыпанную лепестками цветов так, что она была совершенно скрыта под ними. Я вспомнил слова, сказанные в Балхе, и заплакал. Нигде во всем мире до обитаемых его границ не бывало человека, подобного ему". Так говорят легенды об Омаре Хайяме, о его мудрости .и прозорливости, граничащей с ясновидением. Он предсказывал погоду, солнечные и лунные затмения, и он перевел стрелку мировых часов на дни весеннего равноденствия, перестроив исчисление времени по нуждам земледельцев, ибо он был великим звездочетом и болел сердцем за судьбы простых людей.

Алексей Дещеревский

Как я ездил в поход с "Караваном"

КАК я ездил в поход с "Караваном"

(Ралли Серпухов-Балабаново, сентябрь 1998г)

Однажды рано утром (то есть еще до 12) меня разбудил неожиданный звонок. Какой-то Роман из Серпухова, случайно узнавший, что у меня есть слегка переделанный дорожный велосипед, сказал, что он и еще несколько его знакомых из Москвы собрались завтра поехать за грибами, и предложил мне присоединиться. Сбор в Серпухове в 10 утра. Вообще-то в такие походы обычно ездят на байках, но кто-то вполне может приехать и на "Каме", так что мой двухколесный зверь, вроде, не будет очень уж выделяться, тем более, что после всех переделок он стал заметно легче и универсальнее.

Красавица-ирландка Кэтлин Флинн, едва достигнув совершеннолетия, едет учиться в Нью-Йорк, а потом остается там работать. Только через пять лет она возвращается в свой маленький город. Возвращается, познавшая успех, повидавшая мир, но… опустошенная и измотанная, утратившая сияющую красоту и юную жизнерадостность. Возвращается к могиле матери, к заброшенному дому, к старым друзьям, которые изменились до неузнаваемости. Особенно разительные перемены произошли с ее бывшим женихом — плотником Беном, которого она предала и потеряла и которого ни на миг не переставала любить…