Письмо

Я стоял на автобусной остановке возле главного корпуса Университета. Боже, как давно это было! Учеба была окончена, и теперь можно было отдохнуть. Солнце светило ярко, но темные очки, полностью скрывающие глаза, создавали ощущение надвигающихся сумерек. Какая же это хорошая штука — темные очки. Они позволяют нам смотреть куда угодно, не думая, как со стороны выглядят наши бесстыжие глаза. Вот и тогда я нагло рассматривал выходящую из парка девушку. Зеленоглазая брюнетка в белом платье. Случайно увидев ее боковым зрением, я уже не мог оторвать от нее глаз. Сама по себе бесспорная ослепительная красота усиливалась некоторой странностью наряда. Хотя я так и не мог уяснить, в чем же все-таки состояла эта странность. Вроде платье — как платье, туфли — как туфли. Ан нет же. Что-то в них было странным.

Другие книги автора Абутраб Александрович Аливердиев

А. Аливердиев

Замерзшая девочка

Страшная быль нового времени

Маленькая девочка заплакала. Молодая женщина высвободилась из лапающих ее рук и подошла к дочке. "Мне все равно не прокормить ее, - думала она сквозь пары алкоголя. Отвезу-ка ее за город. В деревню. Там, может быть, кто-нибудь подберет.

***

Молодая женщина вывела полуодетую дочку на дорогу. Дверь захлопнулась, и машина умчалась прочь.

- Мама, мама! - кричала ей вслед девочка.

А. Аливердиев

Колдун

- Осторожней, когда будешь идти домой, - сказала она одеваясь, - Отец говорит, что колдун ходит где-то поблизости. Собаки поэтому нехорошо воют.

- Говорят, перед смертью колдун ищет, кому передать силу.

- Да, и горе тому, кого он встретит.

- Почему же горе? Ведь именно в это время он не отбирает, а дает. А быть колдуном совсем не плохо.

Захотел кушать - съешь кого хочешь. Захотел женщину, - Гойко посмотрел на Иванку, - приди к ней в виде ее друга, и она тебе сама все отдаст.

А. Аливердиев

Инспектор из горгаза

Не творите дела злого.

Мстят жестоко мертвецы.

Н. Гумелев

Второй звонок в дверь все же заставил его подняться. После того, как один за другим ушли из жизни трое его старых школьных друзей, он, в свои сорок с небольшим, чувствовал себя следующим. Однако, какое это имело отношение к сему звонку? Никакого. И спросив традиционное "Кто там?", он не дожидаясь ответа отворил дверь.

В месте, в простонародье именуемом «Астрал» есть место, которое называется «Лукоморье», где Ученый Кот рассказывает свои сказки…

В этот вечер я чувствовал себя невероятно уставшим и, опустившись на диван, быстро погрузился в легкую дремоту, откуда меня вывело громкое мяуканье. Спросонья оно вызвало легкое недоумение: с тех пор как у сестры обнаружили аллергию, у нас дома не было представителей славного семейства кошачьих. Однако, открыв глаза, я сразу понял, откуда взялся этот гость. Конечно же, это был посыльный моего старого приятеля — Кота Ученого, что живет у Лукоморья. Моя комната была залита необычным светом, и все предметы выглядели неестественно яркими и красивыми, как на цветном плакате или в мультфильмах, с той лишь разницей, что объемность вещей была так же неестественно подчеркнутой. Впрочем, приход засланцев из Лукоморья всегда сопровождается такими эффектами, а мне это было, как говорится, не впервой.

А.Аливердиев, М.Хуршилова

Жизнь за жизнь

Он подошел к трюмо. Из зеркала на него смотрел преуспевающий сорокалетний мужчина с умными и немного насмешливыми глазами. "Пожалуй в жизни я выгляжу много лучше", - с удовлетворением отметил он, сравнив свое отражение с фотографией во вчерашней субботней газете, где вовсю пелись дифирамбы ему, президенту довольно солидного благотворительного фонда.

Он чувствовал, что важен и нужен многим людям, и это весьма приятно. Как и то, что если каждому человеку действительно держать ответ перед Богом, то ему будет что сказать... Но об этом еще рано думать. Впереди его ждут золотые горы: светские приемы, шикарные курорты, любимая работа, счастливая семейная жизнь с молодой и красивой женой... Он добился всего, о чем мечтал.

А. Аливердиев

Скиталец

Знакомство

Мы познакомились в самолете Венеция-Москва. "Рыбак рыбака видит издалека," - гласит народная мудрость. Так и эти ребята, лишь краем глаза увидев мой путевой дневник, сразу узрели во мне родственную душу, и вскоре между нами завязался презанимательнейший разговор, которому как нельзя лучше способствовал трехчасовой полет.

Парня звали Витя, девушку - Алиса. Они были молодоженами и возвращались из почти свадебного путешествия.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Короткие рассказы в жанре фантастики и фентези.

На выступе скалы, посреди мистического леса, из которого нельзя выбраться, располагается угасающая деревушка. Жители здесь один за другим таинственно пропадают: безмолвно и бесследно. Лишь в одном домике, где живут мальчик Мун и его мама, теплится надежда. Они стараются не поддаваться гнетущему влиянию леса, но однажды мама исчезает. Мун сразу же отправляется на поиски. Надежда мальчика – его изобретательный ум и волшебный город, что по легенде находится в дебрях таинственного леса…

Сестра Верховного лорда Кенцират, леди Джейм, борется за свое место в мире, полном опасностей, интриг и почти откровенного безумия. Она поступает в военное училище Тентир, сталкивается с ожесточенным соперничеством и открывает глубоко погребенные семейные тайны. Колледж тестирует ее, она испытывает училище и выносит решение…

Название романа — поговорка Трех народов Кенцир и означает отчаянную авантюру, увлекательную и опасную, от которой невозможно отказаться; кроме того, Джейм преследует молодой раторн (нечто вроде бронированного плотоядного единорога с дурным нравом).

Сегодня, числа 22 мая, я пишу это письмо, сидя в гостинице «Роял Мэджик» на четвертом этаже старого здания. Вонючий клоповник, но даже в нем можно жить. Я стряхиваю пепел дешевой сигареты на бумагу и размышляю, что обо мне подумает тот, кто читает это письмо. Впрочем, какое мне дело? Моя жизнь скоро закончится. Я уже слышу шаги и скрип старых лестниц. Они поднимаются сюда. Я слышу их тяжелое дыхание, пропитанное чесноком и виски, чувствую запах их вонючего пота, которое не могут скрыть дорогие одеколоны. Я почти вижу их красные мясистые лица. Да, я вижу. Френки Босс прислал за мной своих паршивых макаронников. Справа от печатной машинки на столе лежит полуавтоматический «кольт-1911». Дописав последнее слово… нет, не так. Когда я услышу, как скрипят половицы в коридоре, я перестану стучать по клавишам. Я возьму кольт и засуну его себе в рот. Я почти чувствую, как холодное дуло упирается мне в небо. Но я подожду. Я не спущу курок. В этот момент я подумаю о Глории. Я буду думать о ней, пока Никки Хаш на цыпочках, беззвучно, как этот громила думает, приблизится к моей двери. Он приставит волосатое толстое ухо, похожее на еврейский клецк, к замочной скважине. Он услышит тишину. В этот момент, отсчитав пять секунд, я положу палец на спуск. И подумаю: Глория. Никки Хаш повернет бритую голову и приложится к скважине глазом. Я прямо вижу этот выпуклый блестящий черный глаз и кровавую сетку каппиляров, идущих по желтоватому белку. Зрачок расширится, когда Никки увидит меня, сидящего спиной к двери. Передо мной печатная машинка с этим письмом (я постараюсь несильно забрызгать его кровью, я все рассчитал), в мое небо упирается сорок пятый… я думаю: Глория. Я вижу: Глория. Я чувствую твой аромат, подобный струйке сигаретного дыма, вырывающему из твоих алых губ. Алых, как кровь. Алых, как грех. Алых, как сама преисподняя. Моя спина дрогнет. Палец коснется холодного металла спускового крючка, нежно обнимет его… В этот момент Никки Хаш решит действовать. Громилы в коридоре за его спиной шумно сопят и воняют чесноком. Никки слегка отодвинется от двери, чтобы поднять ногу и вышибить дверь к черту. Да, так и будет. Они ворвутся в номер и начнут палить из всех стволов, ледяные шершни пронзят мою спину и разнесут к чертям печатную машинку с этим листком. Мое мертвое тело качнется вперед, затем назад и нелепо распластается на спинке стула. Когда вы читаете это письмо, я уже умер. В холодном номере дешевого отеля. В холодном ночном городе жестокости и насилия. В холодной одинокой ночи холодного двадцать второго мая, вторник. Глор…

Зайцам он написал следующее письмо:

Дорогие зайцы!

Пишу вам неожиданно, сам не ожидал от себя такого. Пожалуйста, у меня к вам одна просьба. Скажите кроликам, чтобы не жрали мои елки. Иначе я им вырву уши с корнями.

С наилучшими,
Ваш Медведь

Отложив перо, он долгое время разглядывал кляксу, оставленную после подписи. Вот так всегда. Придется переписывать, а то эти зайцы подумают, что он совсем неграмотный. А это всего лишь большие лапы. Он медленно вытянул перед собой лапы, медленно расправил пальцы, так, чтобы показались загнутые, коричневые с желтоватым, когти. Такими только убивать.

Роман в жанре стимпанк. Делл — столица Жерденской империи. Это город множества тайн. И одна из них — ее. Ее имя Октябрь, и она не помнит своего прошлого. Октябрь возвращается в город, в поисках человека, разрушившего ее жизнь. Она готова следовать путем мести до конца. Но куда в итоге приведет ее этот путь?

Казалось, сами Дарк и Лайт спустились на землю и начали свое жесткое противостояние. Эта война не имела аналогов в современно мире, еще никогда Иные не сходились в открытом бою, а теперь это являлось пугающей правдой. Драконы сражались за правду, которая была известна только им.

«Они не могли бы быть более разными. Улита была солнечной, чересчур активной, крепко сбитой, как и положено крестьянской дочери. Её волосы, как бы в отражение её натуры, были ярко-рыжими, а лицо и руки были «поцелованы солнцем» – щедро покрыты веснушками. Ярко-голубые глаза всегда смотрели с любопытством и сверкали озорными искорками. Снежана же была мучительно-стеснительной девочкой с белоснежной кожей, что было отчасти причиной для её имени, и тёмно-пепельными волосами, с золотистыми прядками. Её карие глаза всегда смотрели серьёзно, почти настороженно. Когда она разговаривала с другими жителями деревни, они часто начинали нервничать под её внимательным взглядом. Казалось, она смотрела прямо вглубь души…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Семя Ветра.

Древний магический артефакт, веками приносивший силу и удачу могущественному Дому Конгетларов – таинственному клану непобедимых наемников и безжалостных убийц.

Ныне же Дом Конгетларов истреблен в междоусобной войне, и в живых остался лишь лучший из бойцов клана – Герфегест.

Он должен любой ценой – не щадя ни своей, ни чужой жизни – уберечь Семя Ветра, которое маги Круга Земель намерены использовать в новой Войне Богов…

История Лжедмитрия I зияет многочисленными пустотами и тёмными местами. Дело даже не в недостатке доказательств, а в личности Лжедмитрия I, который, по мнению автора, совершенно незаслуженно оказался вымазан грязью с головы до пят и в отечественной историографии присутствует в неприглядной роли «агента ляхов и езуитов», озабоченного исключительно подчинением Руси Кракову и Ватикану.

Как бы там ни было, нельзя сомневаться в одном: долгое правление Лжедмитрия I вполне могло привести к тому, что Россия догнала бы Западную Европу — и в военном деле, и в образовании. Россия смогла бы избежать всех жертв и бед, вызванных тем, что именуется «Петровскими реформами». И уж в любом случае страна никогда бы не попала в Смуту.

Политически и философски прекрасно образованный, обладая в высшей степени ясным и увлекательным изложением, Бакунин оставил по смерти такое количество рукописей по вопросам социальным, политическим и философским, что полное собрание его сочинений на французском языке, издаваемое под редакцией Джемса Гильома, уже составляют шесть томов, хотя его знаменитые письма к испанской, итальянской и другим федерациям и к деятелям Интернационала еще не изданы.

Практическое руководство по решению психологических проблем и ликвидации ненужных убеждений собственными силами