Пьесы

Уильям Батлер Йейтс (1865–1939) – великий поэт, прозаик и драматург, лауреат Нобелевской премии, отец английского модернизма и его оппонент – называл свое творчество «трагическим», видя его основой «конфликт» и «войну противоположностей», «водоворот горечи» или «жизнь». Пьесы Йейтса зачастую напоминают драмы Блока и Гумилева. Но для русских символистов миф и история были, скорее, материалом для переосмысления и художественной игры, а для Йейтса – вечно живым источником изначального жизненного трагизма. В приземленных и прозаических персонажах он умеет увидеть свежесть и живость мифа – трагического и героического. И потому музыка бродяг для него – музыка Гомера, ибо йейтсовские бродяги у кочевого очага передают вечную трагическую мелодию жизни, служат звеном дотянувшейся до XXI столетия мифологической цели, звеном, которое казалось утраченным.

Отрывок из произведения:

Питер Гиллейн.

Бриджет Гиллейн, жена Питера.

Майкл Гиллейн, их сын, который собирается жениться.

Делия Кейл, невеста Майкла.

Патрик Гиллейн, брат Майкла, 12 лет.

Нищая старуха.

Соседи.

1798 год. Дом недалеко от Киллалы. Бриджет стоит у стола, возится со свертком. Питер сидит по одну сторону камина, Патрик – по другую.

ПИТЕР. Что это там?

ПАТРИК. Ничего не слышу. (Прислушивается)

Другие книги автора Уильям Батлер Йейтс

Уильям Батлер Йейтс — В переводах разных авторов

During the last year I have spent much time altering "The Countess Cathleen" and "The Land of Heart's Desire" that they might be a part of the repertory of the Abbey Theatre. I had written them before I had any practical experience, and I knew from the performance of the one in Dublin in 1899 and of the other in London in 1894 that they were full of defects. But in their new shape—and each play has been twice played during the winter—they have given me some pleasure, and are, I think, easier to play effectively than my later plays, depending less upon the players and more upon the producer, both having been imagined more for variety of stage-picture than variety of mood in the player. It was, indeed, the first performance of "The Countess Cathleen," when our stage-pictures were made out of poor conventional scenery and hired costumes, that set me writing plays where all would depend upon the player. The first two scenes are wholly new, and though I have left the old end in the body of this book I have given in the notes an end less difficult to producer and audience, and there are slight alterations elsewhere in the poem. "The Land of Heart's Desire," besides some mending in the details, has been thrown back in time because the metrical speech would have sounded unreal if spoken in a country cottage now that we have so many dialect comedies. The shades of Mrs. Fallan and Mrs. Dillane and of Dan Bourke and the Tramp would have seemed too boisterous or too vivid for shades made cold and distant with the artifice of verse.

Уильям Батлер Йейтс (1865–1939) — классик ирландской и английской литературы ХХ века. Впервые выходящий на русском языке том прозы "Кельтские сумерки" включает в себя самое значительное, написанное выдающимся писателем. Издание снабжено подробным культурологическим комментарием и фундаментальной статьей Вадима Михайлина, исследователя современной английской литературы, переводчика и комментатора четырехтомного "Александрийского квартета" Лоренса Даррелла (ИНАПРЕСС 1996 — 97). "Кельтские сумерки" не только собрание увлекательной прозы, но и путеводитель по ирландской истории и мифологии, которые вдохновляли У. Б. Йейтса.

Уильям Батлер Йейтс стал первым Нобелевским лауреатом среди ирландцев вообще и ирландских литераторов в частности, что целиком справедливо, – знаменитая Британская энциклопедия и по сей день считает Йейтса одним из величайших англоязычных поэтов XX столетия.

Меньше известен русскому читателю другой Йейтс – страстный романтик и почитатель дохристианской кельтской старины, в которой он видел основу духовного возрождения Ирландии, раздираемой противоречиями между католическим и протестантским вероучениями. Языческое прошлое Ирландии привлекало Йейтса еще и стихийной близостью к сверхъестественному, неуловимыми моментами интуитивного приобщения к гармонии природы. Эти очаровательные легенды, где грань между древнеирландским бытом и волшебным миром домовых, фей, эльфов порой оказывается совершенно неразличимой, – настоящий подарок для тех, кто привык считать прозу одной из форм поэзии, пронизывающей своим дыханием все земное существование человека.

В творчестве, великого ирландского поэта-символиста Уильяма Батлера Иейтса (1865–1939) слились два поэтических течения — кельтского Возрождения и английского романтизма. Последователь Блейка и Шелли, ученик знаменитой теософки Блаватской, Иейтс всю жизнь изучал оккультные науки. Но высшей истиной для него оставалась поэзия. Данное двуязычное издание включает стихи из всех книг Иейтса — от ранней лирики до `Последних стихотворений` — в переводе Григория Кружкова. В Приложение вошла прозаическая книга `Per Amica Silentia Lunae`, в которой Иейтс изложил свое поэтическое и философское credo. Издание сопровождается предисловием и обширными филологическими комментариями.

Кухулин, один из главных мифологических героев ирландского эпоса, оказывается мёртвым. Вернуть его к жизни пытаются его законная жена Эмер и возлюбленная Этна Ингуба. Но дух, который может вернуть его к жизни, ставит условие, что Кухулин оживёт, только если Эмер откажется от надежд на то, что он снова полюбит её. Та, терпевшая неверность всю их совместную жизнь, вдруг чувствует ревность. Именно в тот момент, когда надо отказаться от надежды на возвращение к былому счастью, которая поддерживала её всё это время. И Эмер приходится согласиться, ведь это единственный способ спасти любимого.

На графских землях наступили жуткий голод и бедность, ставящие жизнь крестьян под угрозу. Молодая Графиня Кэтлин, образчик христианской добродетели, пытается всем помочь, не жалея никаких денег. Но вот появляются двое неизвестных. Одетые как восточные купцы, своими хитрыми речами они привлекают всеобщее внимание, обещают деньги нищим и голодным за простейшую вещь, которая есть у каждого бедняка… За их душу! Купцы оказываются бесами, посланными собирать урожай и наживаться на человеческом несчастье. И Кэтлин приходится принести себя в жертву бесам, чтобы спасти свой народ от вечных мучений после смерти.

Питер Гиллейн

Бриджет Гиллейн, жена Питера

Майкл Гиллейн, их сын, который собирается жениться

Делия Кейл, невеста Майкла

Патрик Гиллейн, брат Майкла, 12 лет

Нищая старуха

Соседи

1798 год. Дом недалеко от Киллалы. Бриджет стоит у стола, возится со свертком. Питер сидит по одну сторону камина, Патрик - по другую.

Питер. Что это там?

Патрик. Ничего не слышу. (Прислушивается.) Вот теперь слышу. Похоже, веселятся. (Подходит к окну и смотрит наружу.) Чего это они веселятся? Я никого не вижу.

Популярные книги в жанре Классическая проза

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».

В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».

В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.

Оптимизм, вера в конечную победу человека над злом и насилием — во что бы то ни стало, при любых обстоятельствах, — несомненно, составляют наиболее ценное ядро во всем обширном и многообразном творчестве С. Вестдейка и вместе с выдающимся художественным мастерством ставят его в один ряд с лучшими представителями мирового искусства в XX веке.

Рассказы Нарайана поражают широтой охвата, легкостью, с которой писатель переходит от одной интонации к другой. Самые различные чувства — смех и мягкая ирония, сдержанный гнев и грусть о незадавшихся судьбах своих героев — звучат в авторском голосе, придавая ему глубоко индивидуальный характер.

Рассказы Нарайана поражают широтой охвата, легкостью, с которой писатель переходит от одной интонации к другой. Самые различные чувства — смех и мягкая ирония, сдержанный гнев и грусть о незадавшихся судьбах своих героев — звучат в авторском голосе, придавая ему глубоко индивидуальный характер.

 В настоящий том входят шесть повестей: "Дневник Кокса", "Кэтрин", "В благородном семействе", "Из записок Желтоплюша", "Роковые сапоги", "В благородном семействе" и "История Сэмюэла Титмарша и знаменитого бриллианта Хоггарти". В этих ранних вещах писатель дает образцы великолепной прозы, вырабатывает свой взгляд на жизнь и свою позицию сатирика и моралиста.

Отправляясь к синьору Ревени, синьор Майер толком еще не решил, будет ли просить у него поддержки и помощи. Они всегда были добрыми друзьями. Поначалу у обоих ничего не было, но потом, не давая себе ни минуты отдыха, они постепенно сколотили себе значительный капитал; все это происходило в одно и то же время, но действовали они совсем в разных сферах, так что между ними никогда не возникало повода для конкуренции, и, хотя они никогда не вели общих дел, дружба, связывавшая их еще с юности, осталась незыблемой до преклонных лет. Незыблемой, но поверхностной. Жены их никогда не встречались. Сами же они ежедневно мельком встречались на бирже. Теперь обоим было уже за шестьдесят.

В летнем дворце графа Эстергази еще все спят. Даже в нижнем этаже первого крыла, где живут повара, кухонная прислуга и судомойки, уборщицы и прачки, еще не открылось ни одно окно и не было слышно еще ни одного голоса.

Белые мраморные колонны и лестница в шесть ступеней с балюстрадой по обе стороны тускло отливают влагой только что осевшего тумана. Сырыми кажутся и усыпанные белой галькой, пока еще не приглаженные дорожки с редкими вчерашними следами. Густые ветви миртов, округлая крона лавров и стрельчатые листья пальм сверкают от росы. Увивающий зеленую железную ограду дикий виноград чуть заметно парит на Солнце.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Неизвестно, осталось ли что живое за границами Федерации, но из Репродуктора говорят: если и осталось, то ничего хорошего.

Непонятно, замышляют ли живущие по соседству медведи переворот, но в вечерних новостях советуют строить медвежьи ямы.

И главное: сообщают, что Староста лично накажет руководство Департамента подарков, а тут уж все сходятся — давно пора!

Захаров рассказывает о постапокалиптической реальности, в которой некая Федерация, которая вовсе и не федерация, остаётся в полной изоляции после таинственного катаклизма, и люди даже не знают, выжил ли весь остальной мир или провалился к чёрту. Тем не менее, в этой Федерации яростно ищут агентов и врагов, там царят довольно экстравагантные нравы и представления о добре и зле. Людям приходится сосуществовать с научившимися говорить медведями. Один из них даже ведёт аналитическую программу на главном медиаканале. Жизнь в замкнутой чиновничьей реальности, жизнь с постоянно орущим Репродуктором правильных идей, жизнь с говорящими медведями — всё это Захаров придумал и написал еще в 2006 году, но отредактировал только сейчас.

Впервые переведенный на русский язык роман популярного французского писателя Луи Буссенара (1847–1910).

Среди поэтов Серебряного века есть забытые почти намеренно. Таким поэтом был Соломон Веньяминович Копельман, в первой публикации (1915) выбравший псевдоним «С. Барт». Первый сборник Барта — единственный, изданный в России, — известен в одном экземпляре. Позже Барт обосновался в эмиграции, в стране, неблагоприятной для русской поэзии, — Польше. В Берлине и в Варшаве вышли еще четыре его книги. В 1941 году поэт погиб в Варшавском гетто. Более полувека должно было пройти, чтобы в Стэнфордском университете вышло первое собрание стихотворений Барта. Книга стала библиографической редкостью, а факты и материалы продолжали копиться. В предлагаемом читателю издании собрано всё, что дает право считать Соломона Барта одним из значительнейших русских поэтов Восточной Европы.

Эта книга – для тех, кто уже понял, что бизнес нельзя вести традиционными методами, потому что мир изменился. Эдвардс Деминг, выдающийся консультант XX в., один из авторов «японского экономического чуда», бросает интеллектуальный и нравственный вызов стереотипам традиционного менеджмента. Его революционная теория предлагает философию, методы и управленческие технологии, необходимые для построения устойчивого, эффективного бизнеса, обеспечивающего баланс интересов всех заинтересованных сторон: потребителей, сотрудников, собственников, поставщиков, общества в целом. Предлагаемые принципы и концепции иллюстрируются многочисленными примерами из различных отраслей промышленности, сферы услуг и управления. Книга будет интересна руководителям всех уровней, предпринимателям, инженерно-техническим работникам, а также преподавателям и студентам организационно-управленческих и инженерных специальностей.