Первый шаг - честное самопроявление

N20

Первый шаг: честное самопроявление

(Из "Комментариев к Тезисам о Раджнише")

2.1. ...Р. "теорий не измышляет" - та конкретная культурная ситуация, в которой он работает, не требует новых теорий: все необходимые теории здесь уже созданы. Р. известен прежде всего как самобытный комментатор классических текстов и просветленный Мастер, то есть человек, способный с минимумом средств и максимумом выразительности продемонстрировать любому индивиду его нерешенные проблемы, препятствующие духовному развитию, действительные проблемы, закамуфлированные ворохом псевдопроблем.

Другие книги автора Владимир Данченко

Аннотация:

Указывается возможность трансформации проблемы психической защиты в проблему психического развития; тем самым настоящая работа принципиально отличается от традиционных оккультных публикаций на эту тему, которые служат скорее нападению на читателя, нежели его защите. Книга содержит многочисленные практические рекомендации и широкие теоретические обобщения.

Несмотря на значительную информационную насыщенность, написана живым доходчивым языком. Рассчитана прежде всего на лиц, вовлеченных в современную "биопольную" систему верований.

Психотерапевтам она поможет найти общий язык с клиентами, страдающими бредом психического воздействия, и указать последним конструктивный выход из ситуации в рамках их собственной логики.

Данное произведение распространяется в электронной форме с ведома и согласия владельца авторских прав на некоммерческой основе при условии сохранения целостности и неизменности образующих его файлов включая сохранение настоящего уведомления. Любое коммерческое использование текста "Принципов современной психической самозащиты" без ведома и прямого согласия владельца авторских прав НЕ ДОПУСКАЕТСЯ. По вопросам коммерческого использования этого текста| можно обращаться по адресам [email protected], 2:463/192.21.

Владимир Данченко

ПРОГРАММА

ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ВЗРОСЛЫХ ЛЮДЕЙ

"ДАР"

Введение

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ПРОГРАММА PRH ЛИЧНОСТЬ ОСНОВАТЕЛЯ И ПРЕДЫСТОРИЯ ПРОГРАММЫ PRH

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ПРОГРАММЫ PRH

Предпосылки Цели программы На кого рассчитана программа Предлагаемые средства

УЧЕБНЫЕ КУРСЫ PRH

Краткое описание некоторых курсов "Прививающая педагогика"

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ ОБЪЯСНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ PRH

Владимир Данченко

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ МЕХАНИЗМ ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ

И ПРОБЛЕМЫ ДУХОВНОЙ ПРАКТИКИ

Главы из "Очерков эзотерической психологии эпохи развитого социализма"

- Эзотерическая психология: методологические предпосылки содержательного синтеза

- Проблемы духовной практики

- Первый шаг: Честное Самопроявление

ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОДЕРЖАТЕЛЬНОГО СИНТЕЗА

Называя "эзотерическим" определенный класс знаний, представленных в нашей культуре, мы подразумеваем, во-первых, что эти знания не отражены в социальной структуре, то есть, что функцию их сохранения и развития осуществляют частные лица - отдельные энтузиасты или группы энтузиастов, - а не какие-то общественные институты; во-вторых, мы подразумеваем, что это знания о нетривиальных формах отношений человека с миром. Нас в данном случае интересует знание о принципах и методах духовного развития человека - интегрального развития его отношений с миром. Говоря далее об эзотерических знаниях, мы будем подразумевать именно знания такого типа.

N20

ПРИНЦИПЫ СОВРЕМЕННОЙ ПСИХИЧЕСКОЙ САМОЗАЩИТЫ

А н н о т а ц и я: Указывается возможность трансформации

проблемы психической защиты в проблему психического развития;

тем самым настоящая работа принципиально отличается от

традиционных оккультных публикаций на эту тему, которые

служат скорее нападению на читателя, нежели его защите.

Книга содержит многочисленные практические рекомендации

и широкие теоретические обобщения. Несмотря на значительную

№20

БЛЕСК И НИЩЕТА МАГОВ

или

Инструкция по технике безопасности

при работе с Витей А.

"...Если ты будешь так относится к людям, то останешься один".

Недавно в самый разгар боевых действий он как ни в чем не бывало спросил: "Послушай, ты не знаешь, почему от меня все друзья уходят?" Я сказал, что знаю, но на просьбу поделиться знанием уклончиво ответил, что, мол, разговор долгий, сейчас не время, как-нибудь в другой раз. "Только ты же смотри не говори пока никому", - попросил он. Примечательная ситуация и примечательный разговор.

№20

ОТЧЕТ О ЛЕЧЕНИИ ЗУБА

Предварительные сведения

В первых числах мая (1980), сразу после праздников, мне были удалены корни верхнего правого "зуба мудрости". Прошло около недели, а дыра зарастать не собиралась, причем из нее постоянно шли какие-то дурно пахнущие выделения. Болело только если придавить десну рукой, а так - нет. Поскольку же я со дня на день собирался уезжать в глухую деревню, где мне в случае чего никто бы помочь не смог, срочно надо было от этого хронического гниения избавляться. В. предложил мне устроить встречу с тобой,* приблизительно числа 10-го мая. Я согласился, в основном из любопытства.

Всестороннее рассмотрение и интерпретация реалий тантрической анатомии и физиологии (чакры, кундалини, прана, тонкие тела, покровы, планы и т.п.) с привлечением опыта теории функциональных систем, исследований ретикулярной формации ствола мозга и биопольных представлений.

N20

Йогические ясли, младшая группа

[#20 проверяет у В.Б. недельный отчет о работе над собой.]

#20 - ...Здесь у тебя в тексте такая характерная фраза, даже характерное слово: "Из-за того, что не получалось хорошенько сесть и подумать". Это слово "не получалось" характеризует на определенной стадии все наши качества, - что в общем-то все зависит не от нас, все случается. Как говорит Раджниш, - так и должно быть (смеется)... чтобы все случалось. Hо оно, понимаешь, случается очень хитро. Оно случается не в нашу пользу.

Популярные книги в жанре Эзотерика

Эммануил Сведенборг

Учение о милосердии и вере.

Из книги "Тайны небесные"

Возовик Е. Перевод с английского языка

9239. Люди говорят о вере в Бога и о вере в то, что от Бога исходит. Вера в Бога является спасающей верой, но вера в то, что от Бога исходит, является верой, не спасающей без первой. Поскольку верить в Бога - это знать и исполнять; тогда как верить в то, что от Бога исходит - это знать, но ещё не исполнять. Истинные Христиане знают и исполняют, таким образом верят в Бога; не являющиеся же истинными Христианами знают, но не исполняют. Таких Господь называл "безрассудными", а первых "благоразумными" (Мф. 7:24, 26).

Данная книга составлена из ответов ученого-каббалиста Михаэля Лайтмана на форумах, посвященных обсуждению вопросов о КАББАЛЕ. Вопросы задавались учениками и просто гостями форумов. М.Лайтман ответил на огромное количество вопросов, осветив практически все моменты,которые возникают при обращении к изучению КАББАЛЫ и просто при занакомстве с ней.

Настоящая работа, полученная впервые по слышанию в 1999 году, является эффективным способом освоения Зон Влияния Качеств. Ранее в методике, используемой в «Нетрадиционной астрологии» И.Ульрих, обозначалась суть Качества Зоны в целом без указания его законного проявления по уровням. Исходя из отклонений в пассивную и активную стороны, мы пытались, отталкиваясь от формы, найти правильное состояние, что в принципе невозможно. Горизонтальный поиск законного Качества в лучшем случае уменьшал амплитуду маятника отклонений или вовсе приводил к бесконечному блужданию в мире искаженных форм.

Научная фантастика? Нет. В книге описаны реальные события. Но если у кого-то из читателей все-таки останется ощущение ирреальности происходящего, то это вполне естественно. Ведь цель данной публикации, не состоит в том, чтобы навязать мнение автора и заставить воспринимать какие-то факты и явления только так, а не иначе.

Главными причинами, побудившими взяться за перо, были желание поделиться увиденным и пережитым, а также стремление развеять те слухи и домыслы, которые начали появляться вокруг «Группы-2», занимающейся изучением проблем, лежащих за границами наших обыденных представлений. А рассказать об этом хотелось, по возможности, беспристрастно и со стенографической точностью, чтобы каждый мог самостоятельно справиться с информационным водоворотом, который, надеюсь, захватит Ваше внимание с первых страниц.

И последнее, дорогой читатель. Я не рискну давать какие-либо советы, но, имея за плечами определенный опыт соприкосновения с непроявленным миром, хочу высказать одно пожелание: сомневайтесь во всем, но не отрицайте слепо.

 

История Западной Европы – комплексно и кратко

 

Введение

 

Истории Западной Европы я посвятил несколько статей (в папке «Дополнительные доказательства моей теории»), но каждая из этих статей касалась отдельного, локального исторического момента, в основном, так сказать – поворотного исторического этапа. В результате образовалась мозаика, но не как само свойство мозаики, набранной из отдельных разноцветных стекляшек, а – как дряхлая мозаика, половина стекляшек из которой оказалась на полу и задолго до нашей эры подчистую выметена в мусор заботливыми смотрителями. Так что из целостной картины видна, где нога, где – рука, где – пол–лика, а в некоторых местах вообще – кусок платья.  

Я вспоминаю, что, несмотря на строгое католическое воспитание и восемь лет учебы в приходской школе, я все время находилась под впечатлением, что все эти взрослые являются бандой глупых, поверхностных дураков. У меня всегда было ощущение, что Библия и, особенно, слова Иисуса были поэтическими метафорами некоторого существенного проживания, которое невозможно было описать только словами. В глубине сердца я не верила их поверхностным объяснениям, произносимым со скучными, серьезными лицами сквозь сжатые губы. Религия, Иисус и духовность казались мне очень, очень печальными вещами, в которые люди углублялись только в том случае, если неудачей заканчивалось их путешествие по мирской жизни или если они боялись секса. Я думаю о тех людях, которые несли все это детям, и все еще ощущаю слепоту и темноту вокруг и внутри себя.

Беседы по книге Фридриха Ницше "Так говорил Заратустра"

Книга о счастье и смысле жизни

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Н.Г. Данелия (1959 - 1985)

Я прекрасно это начал... 

Безбрежная радость - 

Бесцельное горе.

Безмерная гадость

За окнами море.

Бесстрашная малость

Безликость во взоре.

Безумная ярость

Предельная доля. 

Итог

Итак мы вместе с вами были,

Метались

Высоко парили и

Жили.

Итак мы пели, желали и достичь хотели.

Итак вдруг друга покорили.

Мы вмести с вами

Юлий Даниэль (Николай Аржак)

ЧЕЛОВЕК ИЗ МИНАПА

1.

Две молодые женщины, Анна Львовна Княжицкая и Вера Ивановна Кранц, сбросив туфли, забрались на тахту с ногами. Обе дамы чувствовали себя великолепно: они только что поужинали, выпили коньяку и закурили. Муж Анны Львовны недавно уехал в командировку, и, кроме них, в квартире никого не было. Все располагало к интимной беседе, к откровенному разговору. И как только подруги перекочевали на тахту, разговор действительно произошел.

Юлий Даниэль (Николай Аржак)

ИСКУПЛЕНИЕ

Я соглядатай между вами,

Я слушаю, когда в тревоге

Вы рассуждаете о ванне,

О домработницах, о Боге.

О, милые, и я такой же,

Интеллигентен и тактичен,

Но вот - рванет мороз по коже

И на полях наставит птичек.

И я предам вас, я предам вас!

За что? За то, что в час вечерний

Случайно вспомню я про давность

Вражды художника и черни.

Юлий Даниэль (Николай Аржак)

РУКИ

Ты вот, Сергей, интеллигент, вежливый. Поэтому и молчишь, не спрашиваешь ничего. А наши ребята, заводские, так те прямо говорят: "Что, говорят, Васька, допился до ручки?!" Это они про руки мои. Думаешь, я не заметил, как ты мне на руки посмотрел и отвернулся? И сейчас все норовишь мимо рук глянуть. Я, брат, все понимаю - ты это из деликатности, чтобы меня не смущать. А ты смотри, смотри, ничего. Я не обижусь. Тоже, небось, не каждый день увидишь такое. Это, друг ты мой, не от пьянства. Я и пью-то редко, больше в компании или к случаю, как вот с тобой. Нам с тобой нельзя не выпить за встречу-то. Я, брат, все помню. И как мы с тобой в секрете стояли, и как ты с беляком по-французски разговаривал, и как Ярославль брали... Помнишь, как ты на митинге выступал, за руку взял меня - я рядом с тобой случился - и сказал: "Вот этими, сказал, руками..." Да-а. Ну, Серега, наливай. А то я и впрямь расхлюпаю. Забыл я, как она называется, трясучка эта, по-медицинскому. Ладно, у меня это записано, я тебе потом покажу... Так вот - отчего это со мной приключилось? От происшествия. А по порядку если говорить, то расскажу тебе так, что, когда демобилизовались мы в победившем 21-ом году, то я сразу вернулся на свой родной завод. Ну, мне там, ясное дело, почет и уважение, как революционному герою, опять же - член партии, сознательный рабочий. Не без того, конечно, было, чтобы не вправить мозги кому следует. Разговорчики тогда разные пошли: "Вот, дескать, довоевались, дохозяйничались. Ни хлеба, ни хрена..." Ну, я это дело пресекал. Я всегда был твердый. Меня на этом ихней меньшевистской мякине не проведешь. Да. Ты наливай, меня не дожидайся. Только проработал это я с год, не больше, - хлоп, вызывают меня в райком. "Вот, говорят, тебе, Малинин, путевка. Партия, говорят, мобилизует тебя, Малинин Василий Семенович, в ряды доблестной Чрезвычайной Комиссии, для борьбы с контрреволюцией. Желаем, говорят, тебе успехов в борьбе с мировой буржуазией и кланяйся низко товарищу Дзержинскому, если увидишь". Ну, я - что ж? Я человек партийный. "Есть, говорю, приказ партии исполню". Взял путевку, забежал на завод, попрощался там с ребятами и пошел. Иду, а сам в мечтах воображаю, как я всех этих контриков беспощадно вылавливать буду, чтобы они молодую нашу Советскую власть не поганили. Ну, пришел я. Действительно, Дзержинского Феликса Эдмундовича видел, передал ему от райкомовцев, чего говорили. Он мне руку пожал, поблагодарил, а потом всем нам - нас там человек тридцать было, по партийной мобилизации, выстроил нас всех и сказал, что, мол, на болоте дом не построишь, надо, мол, болото сперва осушить, а что, мол, при этом всяких там жаб да гадюк уничтожить придется, так на то, говорит, есть железная необходимость. И к этому, говорит, всем нам надо руки приложить... Значит, он сказал вроде басни или анекдота какого, а всё, конечно, понятно. Строгий сам, не улыбнется. А после нас распределять стали. Кто, что, откуда - расспросили. "Образование, говорят, какое?" У меня образование, сам знаешь, германская да гражданская, за станком маялся - вот и все мое образование. Два класса церковно-приходской кончил... Ну, и назначили меня в команду особой службы, а просто сказать - приводить приговоры в исполнение. Работка не так чтобы трудная, а и легкой не назовешь. На сердце влияет. Одно дело, сам помнишь, на фронте: либо ты его, либо он тебя. А здесь... Ну, конечно, привык. Шагаешь за ним по двору, а сам думаешь, говоришь себе: "Надо, Василий, НАДО. Не кончишь его сейчас, он, гад, всю Советскую Республику порушит". Привык. Выпивал, конечно, не без того. Спирт нам давали. Насчет пайков каких-то там особенных, что, дескать, чекистов шоколадом и белыми булками кормят - это все буржуйские выдумки: паек, как паек, обыкновенный, солдатский - хлеб, пшено и вобла. А спирт, действительно, давали. Нельзя, сам понимаешь. Ну, вот. Проработал я таким манером месяцев семь, и тут-то и случилось происшествие. Приказано нам было вывести в расход партию попов. За контрреволюционную агитацию. За злостность. Они там прихожан мутили. Из-за Тихона, что ли. Или вообще против социализма - не знаю. Одним словом - враги. Их там двенадцать человек было. Начальник наш распорядился: "Ты, говорит, Малинин, возьмешь троих, ты, Власенко, ты, Головчинер, и ты..." Забыл я, как четвертого-то звали. Латыш он был, фамилие такое чудное, не наше. Он и Головчинер первыми пошли. А у нас так было устроено: караульное помещение - оно как раз посередке было. С одной стороны, значит, комната, где приговоренных держали, а с другой - выход во двор. Брали мы их по одному. С одним во дворе закончишь, оттащишь его с ребятами в сторону и вернешься за другим. Оттаскивать необходимо было, а то, бывало, как выйдешь за другим, а он как увидит покойника и начнет биться да рваться - хлопот не оберешься, да и понятно. Лучше, когда молчат. Ну, вот, значит, Головчинер и латыш этот кончили своих, настала моя очередь. А я уж до этого спирту выпил. Не то, чтобы боязно мне было или там приверженный я к религии был. Нет, я человек партийный, твердый, я в эту дурь - богов там разных, ангелов, архангелов - не верю, а все ж таки стало мне как-то не по себе. Головчинеру легко, он - еврей, у них, говорят, и икон-то нету, не знаю, правда ли, а я сижу, пью, и все в голову ерунда всякая лезет: как мать-покойница в деревне в церковь водила и как я попу нашему, отцу Василию, руку целовал, а он - старик он был - тезкой все меня называл... Да-а. Ну, пошел я, значит, за первым, вывел его. Вернулся, покурил малость, вывел второго. Обратно вернулся, выпил - и что-то замутило меня. "Подождите, говорю, ребята. Я сейчас вернусь." Положил маузер на стол, а сам вышел. Перепил, думаю. Сейчас суну пальцы в рот, облегчусь, умоюсь, и все в порядок прийдет. Ну, сходил, сделал все, что надо - нет, не легчает. Ладно, думаю, черт с ним, закончу сейчас все и - спать. Взял я маузер, пошел за третьим. Третий был молодой еще, видный из себя, здоровенный такой попище, красивый. Веду это я его по коридору, смотрю, как он рясу свою долгополую над порогом поднимает, и тошно мне как-то сделалось, сам не пойму - что такое. Вышли во двор. А он бороду кверху задирает, в небо глядит. "Шагай, говорю, батюшка, не оглядывайся. Сам себе, говорю, рай намолил." Это я, значит, пошутил для бодрости. А зачем - не знаю. Сроду со мной этого не бывало - с приговоренными разговаривать. Ну, пропустил я его на три шага вперед, как положено, поставил ему маузер промеж лопаток и выстрелил. Маузер - он, сам знаешь, как бьет - пушка! И отдача такая, что чуть руку из плеча не выдергивает. Только смотрю я - а мой расстрелянный поп поворачивается и идет на меня. Конечно, раз на раз не приходится: иные сразу плашмя падают, иные на месте волчком крутятся, а бывает и шагать начинают, качаются, как пьяные. А этот идет на меня мелкими шагами, как плывет в рясе своей, будто я и не в него стрелял. "Что ты, говорю, отец, стой!" И еще раз приложил ему - в грудь. А он рясу на груди распахнул-разорвал, грудь волосатая, курчавая, идет и кричит полным голосом: "Стреляй, кричит, в меня, антихрист! Убивай меня, Христа твоего!" Растерялся я тут, еще раз выстрелил и еще. А он идет! Ни раны, ни крови, идет и молится: "Господи, остановил Ты пулю от черных рук! За Тебя муку принимаю!... Не убить душу живую!". И еще что-то... Не помню уж, как я обойму расстрелял; только точно знаю - промахнуться не мог, в упор бил. Стоит он передо мной, глаза горят, как у волка, грудь голая, и от головы вроде сияние идет - я уж потом сообразил, что он мне солнце застил, к закату дело шло. "Руки, кричит, твои в крови! Взгляни на руки свои!" Бросил я тут маузер на землю, вбежал в караулку, сшиб кого-то в дверях, вбежал, а ребята смотрят на меня, как на психа, и ржут. Схватил я винтовку из пирамиды и кричу: "Ведите, кричу, меня сию минуту к Дзержинскому или я вас всех сейчас переколю!" Ну, отняли у меня винтовку, повели скорым шагом. Вошел я в кабинет, вырвался от товарищей и говорю ему, а сам весь дрожу, заикаюсь: "Расстреляй, говорю, меня, Феликс Эдмундыч, не могу я попа убить!" Сказал я это, а сам упал, не помню больше ничего. Очнулся в больнице. Врачи говорят: "Нервное потрясение".