Первый день спасения

Мужчина и женщина завтракали. Впрочем, для женщины это был скорее ужин. Менее четверти часа назад она вернулась домой с ночной смены, и, хотя стрелки на циферблате с тридцатью делениями показывали начало восьмого, позади у нее было двенадцать часов рабочего дня. Мужчина, высокий и худой, с немного детскими – порывистыми и нескладными движениями, поспешно вскрывал жестянки с консервированной питательной массой, нарезал ее ломтиками, раскладывал по пластмассовым блюдцам. Женщина, забравшись с ногами на койку и плотно, словно ей немного мерзлось, обхватив колени руками, прижавшись спиной к перегородке, из-за которой слышались голоса, весело щебетала, рассказывая обо всех пустяках, случившихся за день. Ее оживление выглядело несколько чрезмерным, но не искусственным. И хотя землистый цвет лица и мешки под глазами говорили о крайней измотанности, сами глаза – только что тусклые и равнодушные – уже разгорались задорным блеском. Мужчина между тем отвинтил колпачок фляги и стал разливать воду по небольшим металлическим стаканам.

Другие книги автора Вячеслав Михайлович Рыбаков

В номер включены фантастические произведения: «Кунсткамера» Александра Тюрина, Александра Щёголева, «Залитый солнцем весенний перрон» Марины и Сергея Дяченко, «Куры для восьмого» Михаила Успенского, Сергея Швецова, «Призраки» Евгения Лукина, «Воскресенье» Святослава Логинова, «Неопалео» Андрея Хуснутдинова, «Родительский день» Олега Кожина, «Без передышки» Константина Ситникова, «Мне это не по зубам…» Антона Горина.

Семейная драма персонажей книги разворачивается на фоне напряжённого политического противостояния СССР и западноевропейских держав, в котором главный герой по долгу службы принимает самое непосредственное участие. Время действия – между заключением Мюнхенского соглашения четырёх западных держав о передаче Судет Гитлеру и вводом советских войск на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии.

Что это: историческая реконструкция? политическая фантастика? эротическая драма? актуальная аллюзия на переломные события минувших дней? Всё вместе. Такова новая книга Вячеслава Рыбакова, последние пять лет хранившего интригующее литературное молчание.

Мир, в котором РОССИИ БОЛЬШЕ НЕТ!

Очередная альтернативно-историческая литературная бомба от В. Рыбакова!

Мир – после Российской империи «Гравилета „Цесаревич“!

Мир – после распада СССР на десятки крошечных государств «Человека напротив»!

Великой России... не осталось совсем.

И на построссийском пространстве живут построссийские люди...

Живут. Любят. Ненавидят. Борются. Побеждают.

Но – удастся ли ПОБЕДИТЬ? И – ЧТО ТАКОЕ победа в ЭТОМ мире?

Можно ли написать в наше время фантастический роман о любви? Можно – если за дело берется Вячеслав Рыбаков. "Очаг на башне" – начало восьмидесятых, апофеоз той эпохи, которую называют "безвременьем", "застоем", но зачастую вспоминают с нескрываемой ностальгией.

В этот том вошли популярные произведения автора, которые можно объединить под общим названием "На будущий год в Москве". Их тема - наше ближайшее будущее и те невероятные катаклизмы, которые оно сулит и российскому государству в целом, и обычному человеку, живущему с нами на одной лестничной площадке.

Содержание:

Дерни за веревочку (роман)

Не успеть (повесть)

Гравилет «Цесаревич» (роман)

Трудно стать Богом (повесть)

Хроники смутного времени (повесть)

На будущий год в Москве (роман)

Лауреат премии «Бронзовая улитка» (1997 г.)

Психологический роман, написанный от лица живущего в конце XXI века историка, наблюдающего один день прошлого – ничем, казалось бы не примечательный августовский день 1975 года, в который должны произойти события, оказавшиеся ключевыми для последующего существования человечества. Что определяет будущее? Что спасает людей от неведомых, подстерегающих в грядущем опасностей? Шаг за шагом, час за часом историк прослеживает поведение молодого ленинградца и встречавшихся ему в тот день самых разных людей, от генерала войск связи до дворового подростка, и убеждается, что подлость влечет за собой подлость, а порядочность влечет за собой порядочность, и прерывать цепную реакцию нарастания зла в мире способен только тот, кто, сам того не ведая, неосознанно, просто потому, что иначе не может, на подлость отвечает порядочностью, на зло – добром… сам с неизбежностью страдая при этом десятикратно, стократно…

Легендарный роман в жанре «альтернативной истории»! Конец XX века… Неизвестными террористами взорван гравилет «Цесаревич», на борту которого находился наследник российского престола. Расследование возглавляет полковник Министерства Государственной Безопасности князь Трубецкой. Выясняется, что к преступлению причастны коммунисты. Князь не может в это поверить, так как и сам является приверженцем идеалов коммунизма. Шаг за шагом Трубецкой проходит по всей цепочке следов, ведущих в старинный дом на территории Германской империи, где одинокий ученый проводит немыслимый с точки зрения морали и элементарного человеколюбия эксперимент…

Стремительное перерождение гуманного общества светлого будущего в тоталитарную диктатуру вследствие того, что, руководствуясь поначалу самыми благими намерениями — скрыть от людей угрозу скорой глобальной катастрофы и спасти, кого можно успеть — правительство Земли начинает лгать; ложь тянет за собой другую ложь, и вскоре объем закрытой информации возрастает настолько, что даже открытие, которое могло бы предотвратить катастрофу, остается незамеченным правительством; справиться с порожденным дезорганизацией хаосом не может и диктатура, но возникает она в этих условиях неизбежно.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Виктория Угрюмова

Перевозчик

И куда они лезут со всеми своими узлами и чемоданами? Толкаются, пыхтят, норовя занять самые удобные места. Это ни к чему, потому что удобных мест в моей лодке нет: старая она, дряхленькая, протекает постоянно, и я аккуратно законопачиваю дырки просмоленными тряпочками. Человеки взволнованны и настроение у них разве что не предпраздничное; а, впрочем, их тоже можно понять. В их стылой и скучной жизни всякое путешествие в радость.

Джон УИНДЕМ

НЕ ТАК СТРАШЕН ЧЕРТ...

- Здорово! - с удовлетворением сообщил Стивен. - Знаешь, когда я прокручиваю пленку в обратном направлении, я слышу собственную речь задом наперед.

Отложив книгу, Дилис посмотрела на мужа. Перед ним на столе были магнитофон, усилитель и разные приборчики. Их переплетала сложная сеть проводов, тянувшихся также к большому динамику в углу и к наушникам на голове Стивена. Пол был усыпан кусками магнитной ленты.

Михаил Успенский

ЛЕГЕНДА КРЫМА

Вот какую легенду часто любят рассказывать коренные жители Крыма приезжим людям. Есть в Крыму завод средней величины. И этот завод выпускает продукцию среднего качества. И вот чтобы он выпускал продукцию не среднего качества, а получше, с другого завода, что расположен на Крайнем Севере, в Крым прислали молодого инженера Голякова, до зубов вооружив его рекламациями.

В Крыму Голяков ни разу не был и очень удивился, что и так здесь тепло, и вино такое дешевое. Удивлялся он несколько дней подряд и не казал носа на завод средней величины. А одна девушка затащила его на прогулочный катер. Катер весело побежал прямо в Черное море. Вдруг поднялся ветер неслыханной силы. То есть слыханной, но очень давно, со времен урагана, потопившего англо-французскую эскадру в период Крымской кампании.

П.Вайс

Жизнь на Земле

2064-и год. На Марс послана комплексная экспедиция, призванная проверить слухи о таинственных, неуловимых объектах, которые, как говорят, перекатываются по поверхности планеты с металлическим скрежетом и ведут себя так, как будто они - живые существа. Ученые принялись за работу и действительно обнаружили множество кувыркающихся предметов, напоминающих барабан, с торчащими с обоих торцов жесткими стержнями. По-видимому, они представляют собой род живых скобяных изделии или, скорее, металлических организмов. Их стержни обмотаны чем-то вроде магнитофонной ленты, и, что самое поразительное, когда две особи входят в контакт, лента частично перематывается со стержня одной из них на стержень другой. Как выяснилось, таким путем марсиане обмениваются информацией. Эти странные существа изображены на рисунке. В нижней части рисунка виден младенец, чья память еще очень небогата.

Илья ВАРШАВСКИЙ

ВЕЧНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Соломенно-желтый шар медленно вращается на экране Раскаленные пустыни, высохшие водоемы, растрескавшиеся голые скалы.

Мертвая, покинутая планета.

Народный Уполномоченный повернул выключатель и откинулся в кресле. Серебристо-матовая поверхность экрана медленно тускнела.

Покинутая планета! Десять лет титанического труда по эвакуации населения, бессонные ночи и полные напряженной работы дни - все это уже позади.

Владимир ВАСИЛЬЕВ

ПЕЛЕНА

Бойт ждал пятницы с отчаянием - ночь на субботу была первой ночью полнолуния. Значит, опять начнется... Боль во всем теле, приблизительно с полуночи. И слухи, слухи, ползущие по городку: "Вы слыхали? У Фарлингов сын пропал. И сарай сломан, а забор и вовсе в щепы..." "А следы, следы? Кто может оставлять такие следы на земле?" "Кто?" Потом, конечно, найдутся обезображенные останки молодого Фарлинга, жители торопливо попрячутся по домам, запирая двери и ставни, потому что покрасневшее солнце нырнет за горизонт и сразу же навалятся липкие июньские сумерки, а за ними - вторая ночь полнолуния.

Владимир ВАСИЛЬЕВ

ЖЕСТЫ

Роже и сам не понимал как его занесло на корриду. Ничего привлекательного в том, что несколько человек в ярких костюмах издеваются над бестолковыми быками он не видел. Но в июльскую жару в крохотном испанском городке Сагаста, что в часе езды от Барселоны, податься было совершенно некуда и Роже, бросив автомобиль на единственной стоянке, забрел на небольшую пустошь, окруженную неровным кольцом повозок. Оказалось, что в данный момент это никакая не пустошь, а "пласа дель торо". На повозках теснился народ, в большинстве своем оборванцы со всей округи; впрочем, были и прилично одетые испанцы; в стороне под кричаще-ярким навесом сидели даже какие-то дельцы. Здесь не носили костюмы и галстуки, слишком жарко, но эти вели себя так, словно были облачены именно в костюмы. Они дружно ругали жару и не выпускали из рук банки с кока-колой. Внутри кольца нескладный щуплый паренек размахивал мулетой, пытаясь подостоверней изображать традиционные вероники, полувероники, чикуелины и натуралии. Получалось не шибко. Большой черный бык - торо вяло его атаковал. Зрители свистели и кричали, подбадривая не то тореро, не то быка.

В жизни Императора Виктора Седьмого, Властителя людей, повелителя живых и мертвых (и еще пол сотни титулов), наступает самый важный, для любого мужчины момент: выбор жены. Той, кто продолжит славный род, и станет истиной опорой в самых тяжких испытаниях.

Но кому поручить эту сложную миссию? Ведь даже у самого преданного вассала будут свои цели. Самые мудрые советчики могут ошибиться. Самые зрящие оракулы, бывает, путают истинное прозрение с иллюзией.

И Император призывает своих самых верных псов! Ричарда Гринривера и Рея Салеха, кровожадных ублюдков, чьи имена в кошмарах повторяют не только люди, но и демоны, и даже сами боги. Для которых нет цели выше, чем служить империи. Они не предадут, они не подведут, они не усомнятся.

Ну а в крайнем случае, их кожей всегда можно оббить трон. Ведь это и есть самая большая мечта императора.

В книге присутствует нецензурная брань!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Доктрина шока» — новая книга Наоми Кляйн, жестокая правда о современном мировом порядке, история о том, как американская «свободная рыночная экономика» покоряет другие народы и государства, испытавшие шок новых мировых катастроф.

Каждая катастрофа глобального масштаба завершается сегодня новым триумфом частного капитала:

преимущественное право на разработку иракских нефтяных месторождений; после атак 11 сентября 2001 года война с террором отдается «на аутсорсинг» американским частным компаниям Halliburton и Blackwater; жители Нового Орлеана, едва пережив ураган «Катрина», обнаруживают, что пострадавшие от него больницы и школы больше никогда не возобновят свою работу.

Эти события — примеры новой стратегии завоевания мира, которую Наоми Кляйн называет «доктриной шока»:

использование замешательства народов и государств, возникающего в результате массовых общественных потрясений — войн, террористических атак, природных катаклизмов, — для проведения непопулярных экономических мер, известных как «шоковая терапия».

Основанная на последних исследованиях новейшей истории и наблюдениях автора во время работы в «горячих точках» мира на протяжении последних четырёх лет «доктрина шока» разрушает миф о том, что глобальная рыночная экономика торжествует по всему миру и принимается странами на основе свободного волеизъявления народов. Вы увидите, насколько глубоко связана молниеносная «корпоративная» модернизация современного общества с военными операциями вроде «Шока и трепета» и секретными экспериментами ЦРУ по управлению человеческим поведением.

Наоми Кляин показывает, как сознательное использование доктрины шока политическими элитами приводит к событиям, радикально меняющим историю:

от мятежа Пиночета в Чили в 1973 году до трагедии на площади Тяньаньмэнь в Китае в 1989 году и развала Советского Союза в 1991 году

«Доктрина шока» — это новая сенсационная версия политической истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и истинных причинах основных событий XX-XXI веков.

«Доктрина шока» — книга уникальная, это эпическое творение, это весть, которую необходимо услышать. С настойчивостью журналиста и ответственностью подлинного ученого Наоми Кляйн предлагает не что иное, как новую парадигму для понимания политики. Это честная и крайне необходимая книга. Благодаря точному анализу и удивительно широкому охвату мы можем противостоять высокомерным фанатикам воображаемого «чистого листа», оставляющим после себя только выжженную землю. «Доктрина шока» — это настоящая книга, и только Кляйн могла ее написать.

Энтони Шедид, иракский корреспондент газеты Washington Post, лауреат Пулитцеровской премии

Наоми Кляйн — это ангел-обвинитель. Ее книга, посвященная спасению жизни, таит в себе динамит, но утверждает спокойствие. Она раскрывает разительную параллель между техникой допроса заключенного в ЦРУ и техникой шантажа, применяемой Всемирным банком и МВФ ради насаждения капитализма катастроф по всему миру; в обоих случаях применяется шок, ведущий к утрате идентичности. Поэтому покой есть форма сопротивления. Эту книгу нужно читать повсюду.

Джон Бергер, автор книг «G.» и «Пути зрения», лауреат Букеровской премии

«Доктрина шока» — это убийственная правда, которую власть имущие пытаются скрыть в застенках прошлого. Это ясное изложение тайной истории нашей эпохи, это труд журналиста, запечатлевшего не защитников неправедной власти, но бедных, подвергнутых пыткам, и тех, кто несмотря ни на что борется за справедливость.

Джереми Скехилл, автор книги Blackwater: The Rise of the World is Most Powerful Mercenary Army

Наоми Кляйн разоблачает неолиберальную экономику. Она срывает покров с идеологии «свободной торговли» и глобализации, маскирующей преступный заговор по приватизации войн и катастроф для захвата общественного достояния немногочисленной группой богачей... Ее книга — долгожданный анализ безудержного скатывания назад к феодализму под прикрытием социальных наук и «свободы».

Чэлмерс Джонсон, автор трилогии «Отдача»

Ее доводы прекрасно документированы и логичны, они захватывают и убеждают.

Джейн Смилли, автор книг «Тысяча акров» и «Десять дней среди холмов»

Эта мастерски написанная книга — сдержанный, но яростный призыв к оружию. Наоми Кляйн — Антигона перед лицом царя, противоядие от неизбежности, требующей признать убийство законным средством экономической политики. У нее есть смелость, чтобы верить в справедливость, и мужество, чтобы вести подсчет людской стоимости идеологии, для которой недостаточно поклоняться идолам рынка — нужно убивать людей, чтобы напитать их. Кляйн идет впереди и призывает нас не вступать в самоубийственный клуб, делающий возможным корпоративный каннибализм. Это яркий триумф.

Джон Къюсак, актер, режиссер

Эта прекрасно написанная, захватывающая книга бесстрашно запечатлела историю, вызывающую отвращение.

Питер Кэри, автор книг «Оскар и Люсинда» и «Кража», лауреат Букеровской премии

Наоми Кляйн стоит в ряду лучших последователей традиции И.Ф. Стоуна и Элтона Синклера; разоблачая, она идет вглубь, когда остальным достаточно лежащего на поверхности. Я восхищаюсь ее внутренней силой и как мужчина XX столетия приветствую женщину XXI века.

Стаде Тэркел, историк, автор книги «Работа»

Откровение! С несравнимой отвагой и ясностью мысли Наоми Кляйн создала самую важную и насущную для своего поколения книгу. В ней она разоблачает лжецов, воров и убийц, срывая маску с экономической политики чикагской школы и являя миру ее связь с хаосом и кровопролитием, которые царят повсюду в мире. «Доктрина шока» — столь важная и столь убийственно разоблачающая книга, что она вполне могла бы стать катализатором, поворотным моментом, отправной точкой в движении за экономическую и социальную справедливость.

Тим Роббинс, актер и режиссер

УДК 111.32 ББК 65-64

К52 Кляйн Н.

Доктрина шока/Наоми Кляйн; пер. с англ. - М.: Издательство «Добрая книга», 2009. - 656 с.

ISBN 978-5-98124-357-8

Перевод: М. Завалов

«Доктрина шока» — это новая сенсационная версия нашей политической истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и истинных причинах основных событий XX и XXI веков.

Основанная на последних исследованиях новейшей истории и наблюдениях автора во время работы в «горячих точках» мира на протяжении последних четырех лет «Доктрина шока» разрушает миф о том, что глобальная рыночная экономика торжествует по всему миру и принимается странами на основе свободного волеизъявления их народов.

 Вы увидите, насколько глубоко связана молниеносная «корпоративная» модернизация современного общества с военными операциями вроде «Шока и трепета» и секретными экспериментами ЦРУ по управлению человеческим поведением.

Гай Гранд был мультимиллионером с весьма специфическим предназначением. Вся его жизнь была посвящена тому, чтобы убедить окружающих: все мужчины и женщины одинаковы в своей развращенности и пороках. Ему повезло — он смог доказать, что нет ничего более шокирующего и унизительного, чем то, что человек может сделать за деньги.

Настоящая книга целиком посвящена жизни подразделений пограничных войск Национальной народной армии ГДР.

Автор, сам опытный пограничник, со знанием дела пишет о жизни и службе воинов, показывает суровость и романтику армейских будней, увлекательно рассказывает о том, как днем и ночью, в любую погоду несут свою нелегкую службу пограничники на западной границе республики.

Главный философский труд Эвальда Васильевича Ильенкова (1924-1979), принесший автору международную известность. В книге исследуются закономерности теоретического мышления в контексте логики развития политической экономии как науки. Предмет исследования - конкретный историзм категориальных характеристик мышления. В монографии показано, что критика политэкономии у К.Маркса содержательным образом связана с выявлением историко-философских предпосылок формирования научной теории вообще. Важнейшие особенности научного метода исследования непосредственно обнаруживаются в анализе понятий абстрактного, конкретного, противоречия, исторического и логического.

Книга Э.В.Ильенкова в полном виде издается впервые. Прижизненное (1960) издание (неполное, подвергшееся жесткой цензуре) переведено на основные европейские языки. До настоящего времени работа сохраняет свою актуальность. Основные идеи, реализованные в монографии Ильенкова, и сегодня вызывают интерес в различных областях научного знания.

*   *   *

Ильенков Эвальд Васильевич

Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом мышлении

Художественное оформление А. Сорокин

Компьютерная верстка Н. Мерзляков

Подписано в печать 27.05.97

Усл. печ. л. 24,36

Уч.-изд. л. 29,6

Тираж 2000 экз.

Издательство «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН)

1997