Первый американец, Загадка индейцев доколумбовой эпохи

К.В.Керам

Первый американец. Загадка индейцев доколумбовой эпохи

О ЧЕМ РАССКАЗЫВАЕТ ЭТА КНИГА.

ВСТУПЛЕНИЕ

ПРЕЗИДЕНТ И НЕОБЫЧНЫЕ КУРГАНЫ.

КНИГА ПЕРВАЯ

1. КОЛУМБ, ВИКИНГИ И СКРЕЛИНГИ.

2. СЕМЬ ГОРОДОВ СИБОЛЫ.

3. ГИМН ЮГО-ЗАПАДУ - ОТ БАНДЕЛЬЕ ДО КИДДЕРА.

4. ВОЗВЫШЕНИЕ И УПАДОК ПУЭБЛО АЦТЕК.

5. МУМИИ, МУМИИ...

КНИГА ВТОРАЯ

6. ЧТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ АРХЕОЛОГИЯ И РАДИ ЧЕГО ЕЕ ИЗУЧАЮТ.

Другие книги автора Курт Вальтер Керам

Книга К. Керама `Боги, гробницы, ученые` рассказывает о великих археологических открытиях, позволивших восстановить историю древнейших цивилизаций Греции, Египта, Вавилона, Шумера, Аккада, Мексики.

Читатель узнает об открытиях Генриха Шлимана на холме Гиссарлык, где он искал древнюю Трою, и в Микенах, о том, как Артуру Эвансу удалось найти следы древнегреческой культуры на острове Крит; как Картер и Карнарвон нашли знаменитую гробницу египетского фараона Тутанхамона, а Стефенс и Томпсон — древние города народа майя и их легендарную столицу Чичен-Ицу; как Шампольон расшифровал египетские иероглифы, а Гротефенд и Раулинсон положили начало дешифровке клинописи, и о многих других, не менее интересных открытиях, в результате которых человечество смогло познакомиться с величайшими культурами древнего мира.

В книге известного немецкого ученого в популярной, занимательной форме рассказано об археологических исследованиях и истории древних индейских культур Северной Америки. Книга предназначена для читателей, интересующихся историей и археологией.

Популярные книги в жанре История

Льюис Ламур

Мак-Куин с "Падающего К"

Перевод Александра Савинова

Уорд Мак-Куин осадил гнедого и прищурился, глядя против солнца. Соленый пот разъедал глаза, и он вытер его концом шейного платка. Ким Сартейн загонял двух упирающихся бычков в стадо. Бад Фокс вел лошадь вверх по склону, где ждал Мак-Куин, наблюдая за перегоном.

Фокс остановился рядом.

- Уорд, помнишь того старого пятнистого поганца с подранной шкурой? Это его пастбище, а мы его так и не видали.

Ж.ЛОНГЕ, Г.ЗИЛЬБЕР

ТЕРРОРИСТЫ И ОХРАНКА

ПРОВОКАТОРЫ И ПРАВЯЩИЕ

Правительства всех стран и всех времен в их борьбе против революции никогда не останавливались ни перед какими средствами. Самым бессовестным, самым преступным из этих средств является, несомненно, пользование агентами-провокаторами. Сплошь и рядом в прошлом столетии правители Франции, Германии, Италии прибегали к этому бесчестному средству, чтоб раздавить революционное движение или воспрепятствовать успехам грозных заговоров. Роль темных правительственных сообщников в тайных обществах в эпоху реставрации, во время царствования Луи Филиппа, во время Второй империи и в наши дни служит яркой иллюстрацией того, что политическая полиция, даже в благоустроенном буржуазном государстве, вся насквозь проникнута духом провокации.

Луис Ламур

Тропа к семи соснам

Перевод Александра Савинова

Глава1. Два мертвеца

Попрыгунчик Кэссиди остановил своего белого жеребца на голом гребне хребта. На вычищенных ветрами скалах не было ни крошки земли, и лишь несколько изогнутых кедров росли, казалось, из самого камня, как могут расти только кедры. В этот последний предзакатный час воздух был удивительно чистым, настолько чистым, что ясно просматривался весь склон гор на противоположном конце долины, словно горы стояли не за много миль отсюда, а всего в нескольких ярдах.

Льюис Ламур

Убийца из Пекоса

Перевод Александра Савинова

Когда Чик Боудри поставил своего чалого в конюшню Альмагре, время было по здешним меркам раннее - чуть позже полудня, но городок уже проснулся и грешил напропалую.

Каждая вторая дверь вела в салун или игорный дом. Из пяти разных музыкальных автоматов неслись на улицу пять разных мелодий. Грохот музыки смешивался со щелчками кнутов, которыми возчики фургонов подбадривали свои упряжки, с треском игорных фишек и звоном стаканов. Иногда всю эту суматоху прорезал восторженный выстрел какого-нибудь удачливого игрока.

Евгений Паршаков

Экономическое развитие общества

(Концепция кооперативного социализма)

Аннотация

Паршаков Евгений Афанасьевич

Экономическое развитие общества (Концепция кооперативного социализма) Историческое исследование

Книга издана в авторской концепции

ПРЕДИСЛОВИЕ

XX век - век появления на Земле нового феномена. Этот феномен появился на рубеже XIX-XX вв. и с тех пор властно шествует по планете, не считаясь ни с чем: ни с государственными границами, ни с национальными и языковыми различиями, ни с социальным и политическим строем. Этим феноменом является научно-техническая револЯция.

АДСОН ДЕ МОНТЬЕР-АН-ДЕР

"НОВЫЕ ЗАПИСКИ О ГАЛЛАХ"

ПРЕДИСЛОВИЕ

Мои неуклюжие и, как говорят, запутанные познания в истории, тем более внушающие подозрения, что речь идет о таком далеком, смутном и чужеродном для меня периоде, как время последних Каролингов (X в.) , на первый взгляд запрещают мне выступать с предисловием к нижеследующему сочинению. Ведь по роду своих занятий я - философ, то есть потерянный для истории человек, ибо принадлежу к сонмищу молодых бородачей, заведомо чуждых исторической конкретике, так как с того момента, как Сократ убедился в своем незнании, мы стали стремиться к нему, культивировать "docta ignorantia" как истинные "idiota", агностицировать реальность, заниматься её немой, меонической субстанциональностью, отчего все события для нас - это тени, проложенные ноуменом наискосок от нашего сознания. История же...я все чаще думаю, что она - это только ветер. Не было случая, когда бы он ни дул; нет мгновения, когда он не старил бы нас; при этом иногда он совершенно незаметен, так тихо и крадучись проходит куда то стороной. В другую пору ветер может разъяриться, взвыть и помчаться, все сокрушая на своем пути, уносясь тем быстрее, чем сильнее мы старимся. В таком случае он проносится мимо нас словно экспресс, меняя десятый век и двадцатый, и тысячелетия мелькают, словно окна вагонов; тогда нам хочется ухватиться за него, остановить его, сесть в него и помчаться вместе с ним, но он без нас уходит куда то очень далеко, выскальзывая из рук. Потому что это только воздух, пустота. Ветер приходит ниоткуда и в никуда исчезает; он есть, но словно бы и нет его. Такова для нас чувственная реальность. В пустой арлекинаде истории мы всегда смотрим сквозь исторические факты - так бесплотен ветер - а не на них, пытаясь постигнуть её неподатливую суть, подменяя кричащую ярмарочность бытия безумием неоплатонического безмолвия, пребывая вне эмпирии, а значит и вне Империи. В этом смысле мы всегда остаемся вне истории... хоть и входим в неё иногда. "Hoc tantum dixisse sufficiat"[1].

МАНАФ СУЛЕЙМАНОВ

Дни минувшие

Исторические очерки

Перевод Э.Ахундовой

ГУБЕРНСКИЙ ГОРОД

История Баку уходит в глубь тысячелетий. Название города встречается в древних памятниках, написанных до новой эры. В них упоминается о том, как вычерпывали нефть из рукотворных колодцев, как добывали соль из соляных озер, как разводили шафран на песчаных пустырях. Византийские, арабские, персидские, русские, европейские путешественники и ученые описывают, как верблюжьи караваны бурдюками вывозили в другие страны бакинскую нефть.

Никифоров Юрий Александрович

Военно-исторические исследования

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Hoaxer: сборник исследований к.и.н. Никифорова, содержит три работы, посвящённые "горячей" теме: предвоенные военные планы, дискуссия об упреждающем ударе Советского Союза по Германии et vice versa. Эти статьи, в совокупности с подобными другими, образуют дискуссию, инспирированную в Росии книгами В.Суворова: было ли принято советским руководством решение о начале агрессивной войны против Германской империи в 1941 г.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кербер Л.Л.

А дело шло к войне

Аннотация: Как и где ковалось оружие победы - о жизни в тюрьме и работе там же наших выдающихся авиационных конструкторов - Мясищева, Петлякова, Туполева, и многих других....

С о д е р ж а н и е

Гражданин Туполев. Е. Вентцель

Часть 1. А дело шло к войне

Часть 2. Эпопея бомбардировщика Ту-4

Гражданин Туполев

Предлагаемые читателю очерки "А дело шло к войне" - примечательный образец ярко-публицистической и в то же время художественной прозы, Их автор известный авиационный конструктор, доктор технических наук, лауреат Ленинской и Государственной премий Л. Л. Кербер в течение ряда лет делил трудную судьбу заключенного со знаменитым конструктором и ученым Андреем Николаевичем Туполевым. Написанные в конце 50-х годов, эти очерки до сих пор не могли быть опубликованы: слишком сильна была инерция "годов застоя", лицемерный принцип "не выносить сора из избы". Но избу не очистишь, не вынеся из нее сора. Теперь, в условиях гласности и демократизации, эти правдивые и беспристрастные свидетельства очевидца драматических событий в истории нашей науки и техники могут наконец выйти в свет. В них освещается одно из "белых пятен" нашей истории, а именно - существование и функционирование в годы культа личности особого рода тюрем - специальных конструкторских бюро, где ученые и конструкторы, репрессированные в качестве "врагов народа", работали над созданием новых, прогрессивных образцов техники. Такие тюрьмы с особым режимом на языке заключенных назывались "шарагами". В очерках Л. Л. Кербера ярко и впечатляюще обрисован быт одной из таких "шараг": подробности тюремной обстановки, методы охраны, изоляции, поощрений и наказаний спецзаключенных, их "прогулки" на крыше дома в клетке - "обезьяннике", их начальники - чины НКВД, ни аза ни понимавшие ни в науке, ни в технике, но все же числившиеся "руководителями" работ.

Фарман Керимзаде

ЭТЮД

Искал я красавицу, угли в очах,

Черные косы на белых плечах...

И не напрасно говорят, что красавицы достойны того, чтобы о них слагали легенды, придумывали сказки. Улицы города были выложены камнем. Как кукуруза зернами. И стены домов были из камня, походившего на плитки истлевшего кизяка. Дома были одноэтажные. Недавно выстроенный Дом отдыха напоминал облако, опустившееся на вершину горы. И здесь я искал красавицу с изогнутыми бровями.

Фарман Керимзаде

СВАДЕБНЫЙ БАРАШЕК

По бревну, перекинутому через ручей, шел баран с круто завитыми, спиралевидными рогами. Шерсть его была выкрашена хной, рога повязаны красной лентой. На шее в жирных складках был привязан медный колокольчик. И вышагивал он очень важно, с достоинством. Курдюк его тяжело покачивался, казалось, что баран сейчас свалится. Но он, словно цирковой пехлеван (богатырь - ред.), без особого труда нес эту тяжесть. Колокольчик зазвенел сильнее. Баран словно предупреждал встречных: "Любоваться мною вы можете, но не стойте на дороге. Я ведь все равно пробью ее себе. Я баран избалованный, но храбрый баран".

Людвик ЕЖИ КЕРН

Жил на свете Али

Али-капитан

Он объехал много

Самых разных стран.

И хоть с виду был он

Очень уж сердит

Среди моряков

Был тем знаменит

Что привез однажды

На корабле

Целый зверинец

Вы верите мне?

Говорит он басом

Как будто бы строго

Не так чтобы мало,

Не так чтобы много.

А то вдруг шутку

Выдает впридачу.