Первые залпы

Документальная повесть о начале войны.

Отрывок из произведения:

На заставе он пробыл ровно столько, сколько потребовалось для того, чтобы переодеться в сухое красноармейское обмундирование, принесенное старшиной из каптерки. Сведения, сообщенные им, были так важны, что ему не позволили ни отдохнуть, ни поесть, а только дали кружку остывшего чая — унять нервную дрожь. Капитан Кондратьев из комендатуры и капитан Солдатов из отряда опрашивали его, пока он переодевался. Они же должны были немедленно отвезти его в Волчин, а оттуда и дальше. Да, дело было чрезвычайной важности и срочности.

Рекомендуем почитать

За выдающиеся заслуги перед Родиной и проявленные при этом мужество и геройство присвоить товарищу Рихарду ЗОРГЕ звание Героя Советского Союза посмертно.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР
А. МИКОЯН
Секретарь Президиума Верховного Совета
М. ГЕОРГАДЗЕ

В центре Москвы убит выстрелом из пистолета и ограблен бухгалтер одной из московских столовых. Преступникам, похитившим крупную сумму денег, удалось скрыться. Сотрудники Уголовного розыска приступают к расследованию...

Герой повести Василий Михалев расследует убийство своего друга.

От автора

Это повесть о советском разведчике, который всю Великую Отечественную войну работал во вражеском тылу. Ее герой не вымысел автора. Обо всем, что написано в книжке, рассказал автору чекист-полковник, фамилию которого называть еще рано.

В этой небольшой повести только один эпизод его работы, только тридцать шесть часов героизма, продолжавшегося годы. Но и события двух дней могут многое поведать о твердости и прочности того душевного материала, из которого сложен характер советского человека.

К ЧИТАТЕЛЮ

В этой книге нет вымысла. Ее герои — советские разведчики-чекисты — действительно совершали в годы Великой Отечественной войны чудеса доблести и отваги, мужества и самопожертвования.

Автор книги — Александр Александрович Лукин — пришел на службу в органы государственной безопасности еще совсем юным комсомольцем. О незабываемых в жизни советского народа годах борьбы с контрреволюцией он позднее рассказал в книгах «Сотрудник ЧК» и «Тихая Одесса» («Седой»).

Когда началась Великая Отечественная война, А. А. Лукин стал заместителем командира по разведке в прославленном чекистском отряде Героя Советского Союза Д. Н. Медведева. Ему довелось непосредственно руководить деятельностью легендарных патриотов-разведчиков Героев Советского Союза Николая Кузнецова, Николая Приходько и их боевых товарищей в глубоком тылу врага.

В этой книге рассказывается о нескольких серьезных ударах по гитлеровским оккупационным войскам и фашистской кровавой администрации, нанесенных на Украине нашими разведчиками. Эти операции имели общее условное название «Дар».

Старший лейтенант милиции Митин писал рапорт об отпуске, когда раздался телефонный звонок.

— Дежурный по отделению… — начал Митин. Однако то, что он услышал секундой позже, сразу сняло медлительность. — Сейчас… подождите, записываю… Ново-Лодыженский переулок? Мухин… Это что, фамилия убитого? Понятно, записал. У себя в комнате? Кто, кто? Повторите… Молодой человек… Фамилия? Неизвестна. Ясно! Высылаю оперативную группу. Кто передал? Постовой Никифоров? Есть, товарищ Никифоров!

…Уже почти три месяца идет война. Она круто повернула судьбы миллионов людей, перевела всю жизнь с мирных рельсов на военные дороги, и никому не известно, что ожидает за следующим поворотом и где конец этого тяжелого и героического пути.

Каждый день, как только сумерки смажут линию горизонта, сомкнут небо и воду, выходят в море наши катера. Крохотные и беззащитные на первый взгляд, они бесшумно крадутся вдоль берега, зорко всматриваются в водную гладь, но ничего не видно, все тихо.

Книга о кубинской революции, написанная по свежим воспоминаниям.

Другие книги автора Сергей Николаевич Мартьянов

Две основных особенности отличают пограничные рассказы и повести Сергея Мартьянова: безукоризненное знание материала, приобретенное в результате многолетнего вдумчивого изучения действительности, метких наблюдений и размышлений — во-первых и — теплое чувство, с которым автор рассказывает о людях границы.

Начальником пограничной заставы мы ехали по горному ущелью вдоль берега быстрой мутной реки. Я впервые был в этих местах и с любопытством осматривался по сторонам. Всю дорогу не покидало такое ощущение, будто мы попали в мертвое царство. Ни деревца, ни кустика, ни звука, ни одного живого существа. Мрачные голые скалы, иссеченные морщинами, возвышались слева и справа.

Несколько раз я пытался заговорить со своим попутчиком, но он отмалчивался или отвечал односложно, нехотя и все глядел вперед, не меняя выражения лица. «Здесь поживешь, так и говорить разучишься», — с досадой подумал я.

Зубанов открыл глаза. Наташа смотрела на него пристально и тревожно.

— Костя, к тебе дежурный. Что-то случилось...

— Пусть войдет.

Зубанов сбросил простыню, сел, посмотрел на часы. Одиннадцать тридцать три. После ночного обхода границы удалось поспать два с Половиной часа. Что там еще могло случиться?

— Слушаю вас, — сказал Зубанов, когда ефрейтор Цыбуля вошел и прикрыл за собою дверь.

— Товарищ лейтенант, вас старшина на вышку зовет.

День начался с неприятностей. Явился старшина Громобой и сказал мрачно:

— Говорил я, что мы пропадем с этим Сороко-литром? Говорил. Так оно и получается.

Речь шла о солдате первого года службы Соро-колисте. Старшина вечно путал его фамилию: называл Сорокопутом, Сорокопустом, даже Сорокочистом, но Сороколитром еще ни разу не называл. И капитан улыбнулся.

Громобой посмотрел на него удивленно и строго. Если бы на свете не существовало такой грозной фамилии, никакая другая не подошла бы к этому коренастому грузному человеку с простоватым, суровым лицом и тугой загорелой шеей. Солдаты побаивались его, а капитан уважал за исполнительность и требовательность, хотя в душе и посмеивался над его обидчивостью и полнейшим отсутствием чувства юмора.

Итак, послезавтра у нас с Клавой свадьба! Правда, родители Клавы советовали нам обождать: до женитьбы ли, когда немцы подходят к Сталинграду? Но мы любили друг друга, а от Сахалина до Сталинграда одиннадцать тысяч километров.

Гостей пригласили человек двадцать — все больше по линии Клавиной родни. У меня на Сахалине родных не было, и я пригласил лейтенанта Ваню Киреева, моего лучшего друга, да начальника нашего клуба капитана Абрамяна, без которого не обходилась ни одна веселая компания.

Минуло двадцать лет, как смолкли залпы Великой Отечественной войны. Там, где лилась кровь, — тишина. Но победу и мир надо беречь. И все эти годы днем и ночью в любую погоду пограничные дозоры чутко слушают тишину.

Об этом и говорится в книжке «Дозоры слушают тишину», где собраны лучшие рассказы алма-атинского писателя Сергея Мартьянова, уже известного казахстанскому и всесоюзному читателю по книгам: «Однажды на границе», «Пятидесятая параллель», «Ветер с чужой стороны», «Первое задание», «Короткое замыкание», «Пограничные были».

В сборник включено также документальное повествование «По следам легенды», которое рассказывает о факте чрезвычайной важности: накануне войны реку Западный Буг переплыл человек и предупредил советское командование, что ровно в четыре часа утра 22 июня гитлеровская Германия нападет на Советский Союз. Автор восстанавливает картину тех драматических событий и прослеживает дальнейшую судьбу их героев.

Действие повествования и рассказов происходит в Белоруссии, Закарпатье, Грузии, Азербайджане, Казахстане, на берегах Балтийского моря, где неоднократно бывал автор, тесно связанный с границей. Прекрасное знание материала, искусное владение сюжетом, точность языка — вот что отличает книгу Сергея Мартьянова, утверждающую подлинную романтику границы.

Сергей Николаевич МАРТЬЯНОВ

ПЕРВОЕ ЗАДАНИЕ

Рассказ

Знаете ли вы, что такое граница? Мне она представлялась так: полосатые столбы, настороженная тишина, суровые лица пограничников, вооруженные до зубов шпионы, ночные тревоги, выстрелы... Словом, жизнь, полная романтики и подвигов. Так я представлял границу по книгам и кинофильмам; так рисовалась она мне в пограничном училище, куда я поступил после десятилетки - вопреки настояниям матери выучиться на зубного врача.

В нашем доме поселился новый жилец — полковник пограничной службы в отставке. Он носил военную форму, был суров на вид, сдержан и неразговорчив. Никто не знал, был ли он раньше женат и есть ли у него дети. Хозяйствовала у него в квартире дородная седая старуха, приехавшая вместе с ним и приходившаяся ему дальней родственницей. Звали ее Евгенией Никифоровной, и жила она у полковника уже двадцать пятый год. Сведения эти стали известны жильцам от домоуправа, а сама она не очень-то распространялась ни о себе, ни о своем полковнике.

Популярные книги в жанре О войне

Трибуц Владимир Филиппович

Балтийцы сражаются

{1} Так обозначены ссылки на комментарии к персоналиям. Комментарии в конце текста книги.

Аннотация издательства: В воспоминаниях автора, командовавшего в годы Великой Отечественной войны Красно знаменным Балтийским флотом рассказывается об отваге и мужестве моряков при обороне Таллина и Ханко Ленинграда и Кронштадта, их подвигах на Ладоге. Тепло пишет автор о подводниках и летчиках моряках надводных кораблей, артиллеристах и морских пехотинцах о тружениках тыла В книге раскрывается деятельность командующего и Военного совета флота по подготовке и проведению оборонительных и наступательных операций Рассчитана на массового читателя.

Однажды заехал я к своему фронтовому другу, известному фоторепортеру Михаилу Рунову, чтобы забрать интервоевавший меня снимок. Полагал, что пробуду минут тридцать – сорок: выпьем по стакану чая, вспомним своих фронтовых друзей, вместе с которыми шагали по далеко не безопасным дорогам войны, участвовали в боевых операциях, видели бои как в горькие дни отступления так и в дни штурма главных вражеских цитаделей…

Но не вышло. К моему приходу хозяин приготовил огромную кипу снимков и фотомонтажей, охватывающих своими сюжетами всю войну от первого и до последнего ее дня. Через тридцать и даже через тридцать с лишним лет эти фотоснимки, сделанные порой из окопа или из кабины боевого самолета, нельзя было рассматривать без волнения:

Повесть «Послесловие к подвигу», рассказывает о судьбе советского летчика истребителя.

Тяжело раненный, он попадает в фашистский плен, совершает героический подвиг.

Серая лента скованного крепким морозом шоссе набегает на капот автомашины. Почти неслышно шуршат на большой скорости покрышки. Рыжая лисица выскочила на опушку леса, сторожко повела ушами, воинственно подняла хвост, но тотчас же метнулась назад. И снова тихо. Припорошенные поземкой мохнатые ели стоят по обеим сторонам дороги. Считанные километры остаются до Ржева, куда держим мы путь.

Словно ковром устлана сейчас земля. Белый-пребелый снег, мягкий и удивительно чистый, лишь чуть-чуть, когда уж сильно присмотришься, лежит повсюду: на опушках и лесных проталинах, на ветвях вечнозеленых елей и сосен. Какой он удивительно пушистый и нежный, и как эта нежность сочетается с его белизной. Двадцать пять лет не был я в этом краю, не видел этого густого леса, но кажется мне, что он остался таким же, точно каким и был, только широкое асфальтированное шоссе заменило узкую дорогу с выбоинами на проезжей части. Но что-то заставляет мучительно задумываться. «Снег! – восклицаю я про себя. – Он тогда не был белым-пребелым». И память с предельной точностью возвращает все то, что было здесь более четверти века назад, когда южнее Ржева кипели не на жизнь, а на смерть жестокие бои с фашистами. Машина мчится сейчас по тем самым местам, откуда до линии фронта было рукой подать. Тогда тоже стояли морозы и мела легкая поземка. По дороге к переднему краю подтягивались видавшие виды полуторки и трехтонки подпрыгивали на ухабах и рытвинах, тянулись конные обозы. Пешим строем шли пехотинцы из резервных частей. Земля ухала и стонала от взрывов. Еще не нюхавшие пороха ребята в не по росту пригнанных шинелях с опаской оглядывались, когда проносились над их головами снаряды и мины. А снег… он был в тот день красным от человеческой крови. На нем стыли солдатские трупы, в беспорядке валялись перевернутые повозки, чернели остовы сожженных танков. Исхлестанные осколками, жалобно стонали ели и сосны, а то и рушились на землю, вырванные с корнями на месте падения крупнокалиберных фугасок. Раненых было так много, что транспорта в батальонах и полках хватало лишь для эвакуации с поля боя самых тяжелых. Те, кто был ранен легко и мог идти, добирались в медсанбаты пешком.

Действие нового романа Маргера Зариня, известного композитора и дирижера, в последние годы оказавшегося в ряду самых интересных современных писателей Латвии, происходит в течение 1944 года. Оно разворачивается на подмостках и за кулисами одного из рижских театров. Драматические события формируют из дотоле незаметного капельмейстера Каспара Коциня организатора сопротивления фашистам.

«…а над рожью клубился туман» — повесть о художнике-музыканте, о его романтической любви и нелегком творческом пути.

Роман известного румынского прозаика посвящен событиям, связанным с участием Румынии во второй мировой войне. Художественными средствами автор показывает неизбежность краха фашистской идеологии, раскрывает процесс ломки в сознании румынских солдат королевской армии под влиянием побед Советской Армии над гитлеровскими захватчиками. Книга пронизана уважением и любовью к советским людям, их справедливой борьбе с фашизмом. Роман представит интерес для широкого круга читателей.

Майор Советской Армии, боец и журналист Дмитрий Григорьевич Сергиевич прошел в годы Великой Отечественной войны путь от волховских низин до Вены. Сейчас он — писатель, автор повести «На голубом Дунае», сборников рассказов «Первый бой», «Мы служим Родине» и «Привет из юности». Герои предлагаемой читателю книжки — люди войны, жизнь которых, подвиг. Рассказы лиричны, волнуют своей достоверностью.

Известный военный хирург Герой Социалистического Труда, заслуженный врач РСФСР М. Ф. Гулякин начал свой фронтовой путь в парашютно-десантном батальоне в боях под Москвой, а завершил в Германии. В трудных и опасных условиях он сделал, спасая раненых, около 14 тысяч операций. Обо всем этом и повествует М. Ф. Гулякин. В воспоминаниях А. И. Фомина рассказывается о действиях штурмовой инженерно-саперной бригады, о первых боевых делах «панцирной пехоты», об успехах и неудачах. Представляют интерес воспоминания об участии в разгроме Квантунской армии и послевоенной службе в Харбине. Для массового читателя.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Все процессы в природе взаимосвязаны — планетарные, геофизические, демографические, социальные, экономические… Человечество — это не страны и народы, не расы и нации, не классы и партии, это — единая живая система. Вся многотысячелетняя история цивилизации — это череда катастрофических природных катаклизмов и гуманитарных кризисов различного характера.

И самый страшный из них — «разруха в головах».

Именно с этой бедой последовательно борется Александр Никонов, помогая современникам подняться на более высокий уровень обобщения при осмыслении происходящих в мире процессов и кризисов.

Трудно надеяться, что к рекомендациям автора прислушаются руководители государства и широкие массы отечественных политиков. А жаль: решительная и последовательная либерализация экономики — единственный выход из любого кризиса.

Для широкого круга читателей.

Очаровательный стареющий актер Генри считает, что в жизни ему нужен только секс, а не любовь, однако его чем-то привлекает юный Тоби, который едва оправился после разрыва с преуспевающим драматургом Калебом, чья сестра Джессика никак не может заставить себя влюбиться в неудачливого актера Фрэнка, который ее просто обожает, в то время как ядовитый театральный критик Кеннет ненавидит свою жизнь и по совету психотерапевта вымещает эту ненависть в рецензиях, особенно – на пьесы Калеба… Тут на сцене появляются пистолет и мать Калеба и Джессики, которая, по счастью, стреляет не очень хорошо…

Кристофер Брэм дарит нам незабываемые десять дней, которые потрясают Бродвей и окрестности. Актеры, режиссеры, драматурги, театральные агенты, критики, психоаналитики – странные и забавные зверюшки на арене цирка жизни. Комедия положений в блюзово-голубых тонах, почти мистические совпадения и невероятные встречи. Шоу должно продолжаться

«Солёное детство» — автобиографическое эссе Александра Гезалова, впервые опубликованное в 2002 году в журнале «Север» (номера 1, 2, 3) и изданное в виде отдельной книги издательством «Благо» в 2005 году.

Книга откровенно повествует о жизни детей-сирот в советских детских домах 70-80х от имени воспитанника, прошедшего через эту систему от начала до конца.

Эссе удостоено премии журнала «Север» в 2003 году

В 2005 году журнал «Север» опубликовал вторую часть эссе под заголовком «Преодоление». Также, в 2005 году книга была озвучена московским звукорежиссером Михаилом Селивановым

История «Куколки», шедевра живописи XVII века, изображающего Деву Марию, полна тайн. Судьбы людей, связанных с этим полотном, трагичны. Кто подлинный владелец картины — неизвестно. Поэтому, когда престижный аукционный дом «Бизли» решает выставить «Куколку» на продажу, Маре Койн, юристу крупной манхэттенской фирмы, отвечающей за законность проведения торгов, приходится начать собственное расследование. Героиня и не предполагает, что ее поиск окажется смертельно опасным, ведь тайна картины связана не только с мрачными страницами истории…