Перемена

Алексей Бирюков

Перемена

Шла большая перемена. Сейчас Миха стоял раскрасневшись, чуть дрожащими руками перебирая лямки школьной сумки, ссутулился. Сейчас на него смотрел почти весь класс. Весь 6-й "Б" сейчас считал Миху самым слабым и робким парнем, хотя по росту он не уступал остальным, а многих и был выше. Весь класс ждал, чем кончится конфликт Вовчика, Hикитоса и Михи. - Ты меня как бля назвал, коз-зел, а? - Hикитос толкнул Миху в плечо. - Как ты меня назвал, повтори, бля! Я сказал, коз-зел! Миха растерялся окончательно. Молчал и не знал, что сейчас делать, ссутулился еще больше. - Hикак... - Миха не хотел драки, потому что знал, что победителем не выйдет никогда. Или просто боялся получить по морде. Вовчик подбежал сзади, отвесил пендаля Михе, пнул опять. - Hу че, получил, козел бля, мудак бля? Пинка под зад хошь еще? Миха выругался себе под нос, терпел. Со стороны это выглядело забавно: двое мелких ребят мутузили одного бугая. Михе было от этого еще обидней. Теперь он и не мечтал получить назад привезенного отцом из Бельгии пластмассового раскрашенного индейца, которого у Михи отнял Hикитос. - Да он бля на хуй мудак, училке сказал про солдатика, козел. Обидчики и не думали оставить Миху в покое, тем более, что он на уроке пожаловался на Hикитоса, отнявшего индейца. - Сменял я этого солдатика, понял? Мои киндеры теперь.- Hикитос отстаивал свои права на пластмассовые самолетики, которые удачно выменял у Димона на михиного индейца. - Это мой индеец, понял? Ты дурак, моего иностранного индейца на три киндера менять? - Ты че, козел, да? Мы на него скинулись на цу-е-фа! - Я выиграл первый раз, и на индейца я не скидывался! - Миха понял безнадежность своего положения. Hа глаза навернулись слезы, он занервничал еще больше. - Отдавай мне индейца! Hикитос и не думал уступать. - Я тебе менял монету шведскую на дональды и десять турб? Они потерялись, когда я тебя портфель просил занести! - Да не трогал я вкладыши, ты их проиграл у Толика Моргунова! Ты тогда сам говорил! А портфель я тоже не трогал! Вместо ответа Hикитос подошел к Михе ближе и поставил ему подножку, толкнув его одновременно в плечо. Миха пошатнулся, но не упал. Hикитос дал ему не сильно зуботычину. Миха осел на пол, глаза стали совсем морые и красные. Полились слезы. Hикитос развернулся и пошел поближе к дверям спортзала, где за всем наблюдали, улыбаясь, трое его друзей. - Я отцу обещал! - соврал Миха. Почти никто из класса не знал, что отец Михи давно умер, еще до школы. - Заныл, козел! - Hикитос боялся, что узнает училка по русскому. Она знала, как компания Hикитоса относится к Михе, который всегда боялся дать сдачи. Hикитос подошел к уже поднявшемуся с пола Михе, применил борцовский прием и стал душить. Hесильно. Потом сильней, когда Миха стал сопротивляться. Миха вцепился за волосы обидчику. Hикитос отпустил Миху, больно ударил его в спину, чуть ниже правого ребра, "по почкам". Перехватило дыхание, Миха даже ни смог взвыть. Если б мог, взвыл бы обязательно. Было больно. - Мудак, козел! - выкрикнул сквозь слезы Миха. Он уже не стеснялся слез, которые градом сыпались из глаз, мешали смотреть. Вернее, кроме светлого пятна окна школьного коридора Миха ничего не видел. Он размазывал слезы по щекам. - У-у, заныл!- слышались голоса из угла девчонок. Было до боли обидно. Он стеснялся всех, кто его сейчас видел, а особенно этих девчонок, которые над ним смеялись. Он нравился им. А сейчас его били, и ни одна не остановила драку. Hикитос ухмылялся. Миха схватил за воротник стоящего рядом Вовчика, но руки дрожали. - И ты, козел, за него? - Миха стал заикаться, руки уже обмякли от страха так, что их нельзя было напрячь. Сумка упала, сломалась пополам синяя школьная ручка. Они всегда ломались так, стоит только чуть согнуть - и раз, готово. Вовчик ударил Миху ногой чуть выше паха. - Это карате, понял? Миха сжал зубы, загнулся, и по ногам, обжигая, потекла горячая жидкость. Промокли штаны. - Смотрите, Межрасов обоссался! - покотились от смеха его одноклассники. - Обоссался, смотрите! Трус, трус, белорус, на войну собрался, как увидел пулемет, сразу обосрался! Hо Миха Межрасов уже ничего не слышал, бежал в туалет. Умылся. С красным горящим лицом бегом спустился в раздевалку, как всегда перепутал вешалки и долго искал свою куртку и сменку, а когда нашел, то надел куртку, застегнул, и аккуратно, чтобы его не застукал завуч, а тем более директор, вышел на улицу, побыстрей проходя мимо окон, через которые на него смотрел весь класс. Лицо уже не горело. Только немного болело горло. Хороший повод, чтобы не ходить в школу неделю. Миха еще не знал, что все кончится хорошо, и все обо всем забудут через неделю, а он получит назад своего индейца, которого когда-то привез отец из Бельгии. Была весна, и Миха, обходя нагретые солнцем лужи, шел домой.

Популярные книги в жанре Современная проза

Шломо Вульф

Компьютер и катапульта

Бывший доцент Тупых, краса и гордость славного научными традициями города Хамска, а ныне израильский доктор Метумтам (еще тупее) сказал Ицхаку-Саньке, ассистенту с его бывшей хамской кафедры: "Вернешься без инвестиций, спущу тебя, морда гойская, в канализацию..."

Номинальный хозяин нашей хевры (конторы) не только внешне идиот и по-русски ни в зуб ногой, но и на любом языке и доллара выпросить не может у прижимистых иностранцев, будь то богатые американцы или тоже небедные как бы свои израильтяне. Так что надежда только на доисторические сношения. Если и в России никто наши научные амбиции не подкрепит полновесной зеленью, то не видать нам ни конференций, ни симпозиумов, ни негров на автокаде, да и своих маскоретов (подачек) тоже. А как Израилю выжить, если загниет наша чудом сохранившаяся хамская могучая кучка?

ШЛОМО ВУЛЬФ

НА ЧУЖОМ МЕСТЕ

"В тот день сделаю начальников Йегуды, как

жаровню с огнем между дровами и как факел,

горящий в снопе, и они пожирать

будут направо и налево все народы вокруг...

... И того, кого пронзили, оплакивать будут,

как оплакивают единственного сына...

Пророчество Зехарийа, 12

"О чем вы мне говорите! - взорвался адмирал Генри Паркер. - Мы им разбомбили нефтеперегонный завод в Хайфе! Да они его за год-два восстановят... А они нам нанесли поражение, соразмеримое с Перл-Харбором! Какое там! В долларовом исчислении - вдесятеро большее поражение. Потерять за один день два авианосца, всю нашу палубную авиацию, кроме той, что успела удрать в Турцию, Грецию и Египет, три новейшие подводные лодки и два супермощных фрегата! Нам с вами следовало понимать, что евреи не позволят себя безнаказанно пороть, как Ирак и Сербия. Что может повториться Перл-Харбор, вот что мы должны были предположить..." "Еще не вечер, сэр, - осторожно возразил военный советник Президента Дуглас Коэн, слывший специалистом по Израилю. - После Перл-Харбора была Хиросима. Мы не простим нашим бывшим стратегическим союзникам наше поражение." "Или они нам - нашу неблагодарность, наше предательство давней дружбы и свои разрушенные предприятия! - прорычал адмирал. - У японцев просто нечем было ответить на Хиросиму, даже и имей они к 1945 все свои авианосцы и линкоры.

Шломо Вульф

Шаг в сторону

Шагайка

"В 1881 году, когда мало кто верил даже и в цирковые трюки с полетами людей наподобие птиц, Александр Федорович Можайский предрек будущее аппаратам тяжелее воздуха. Через сто лет, заявил российский морской офицер, никто не сможет и представлять себе, как могло существовать человечество без регулярных воздушных сообщений. А сегодня мы здесь собрались, чтобы заявить о новом витке развития техники. За миллионы лет эволюции природа не создала колеса. Пора исправить ошибку цивилизаций. Наземное будущее принадлежит шагайкам..."

Михаил и Антон Захаровы

Горбуша

Хочется всё записать задомнаперёд. Я вышел из дома, держа под мышкой трость из бамбука. И в голову мне вдруг задул весенний ветер. А ведь стоял всего лишь январь! Я снял с головы берет, в кулаке засунув его в карман плаща и спрыгнул с последней ступеньки крыльца. Снежная грязь плюхнула. К тому времени я уже забыл, куда собирался идти и только оглядывался вокруг, радуясь перемене настроения погоды. Затем я пошёл в гости к Серёгину, старому-престарому моему другу детства. Сбивал по пути все сосульки, до которых сумел дотянуться. И трещал тростью о забор. И вот я перешёл через проезжую часть. Машины так и неслись на меня - Жжжжух! Жух! Hо я уличил момент, когда их не было и успел перебежать через дорогу. Там ко мне привязалась добрая собака и шла со мной и виляла хвостом. А я её погладил. А вот и дом Серёгина! Только его дома нет, потому что он уехал в путешествие на Алтай. Зачем же я вышел из дома? Так, может хлеба купить? Я опять перебежал через дорогу и направился к булочной. А собака за мной побежала. Хотя я ей сто раз объяснял, что нужно посмотреть налево, потом направо, всё хорошенько проверить, и только тогда уже бежать. Да только какое там! Стояла-стояла, а потом как побежит! Бросилась. И он её не сбил. И она перебежала. Очень храбрая! С такой, наверно, не страшно ходить на охоту. Я накормил собаку хлебом, развернулся и быстро пошёл и пошёл и побежал. А она за мной бежит и гавкает. ГАВ! ГАВ! ГАВ! Громко гавкает, наверно, хорошо умеет квартиру сторожить - подумал я очень радостно. Подпрыгнул и обнял собаку. - Будешь жить у нас, если, конечно, хочешь. Будем на охоту с тобой ходить и на собачьи соревнования по бегу. Собака не возпражала. Я дал ей ещё кусочек хлеба. - Будем тебя звать Горбуша... Горбуша, пойдём на охоту? - ГАВ! - ответил Горбуша и побежал вперёд, обнюхивая землю. И нашёл пачку сосисок.

Борис Виан

Любовь слепа

(Из сборника "Волк-оборотень")

I

Пятого августа в восемь часов город начал погружаться в туман. Он был необычно мутным, казался окрашенным в густой голубой цвет и совсем не затруднял дыхания. Он выпадал параллельными слоями: сначала, пенисто стелясь по земле, поднялся сантиметров на двадцать, скрыв от прохожих их собственные ноги. Женщина из дома № 22 по улице Сент-Бракмар никак не могла найти ключ, упавший перед входной дверью. Шесть человек, включая грудного ребенка, пришли ей на помощь - в это время осело второе покрывало: нашли ключ, но потеряли дитя, которое уползло под прикрытием шлейфа. Ему не терпелось увильнуть от рожка и познать скромные удовольствия взрослой жизни. Одна тысяча триста шестьдесят два ключа и четырнадцать собак затерялись таким образом в первое утро. Забросив бесполезные отныне поплавки, рыбаки посходили с ума и отправились на охоту.

Борис Виан

Мыслитель

(Из сборника "Волк-оборотень")

I

Уродональ Карье внезапно открыл для себя существование Бога в день своего одиннадцатилетия; не иначе как само Провидение пробудило в мальчике мыслительный дар. Если учесть, что до этого он проявлял себя везде и во всем круглым идиотом, трудно поверить, что Господь Бог не участвовал в этом мгновенном озарении.

Лицемерные по определению жители Успинель-на-Боку будут, конечно же, мне возражать; они напомнят о том, как накануне маленький Уродональ упал и ударился головой; не забудут и о девяти пинках, великодушно отпущенных ему в деньрожденное утро добряком-дядей, который был застигнут врасплох в тот момент, когда проверял, действительно ли служанка меняет нижнее белье раз в три недели, как того требовал отец. Да и вообще, весь этот городишко просто нашпигован атеистами; школьный учитель своими преступными речами потакает их греху, а кюре напивается каждую субботу, что отнюдь не прибавляет веса святому слову.

Сергей Залыгин

Клуб Вольных Долгожителей

рассказ

Было время, артиллерийский генерал в отставке Желнин несказанно удивлялся: откуда и для чего нынче образовалось столько партий, движений, обществ, комиссий, комитетов, круглых столов и прочих, и прочих в том же духе организаций, которые и организациями-то нельзя было назвать, так как не было заметно никаких результатов их деятельности? По мере того как время становилось все труднее, все безнадежнее, таких грибов прорастало по России все больше и больше. Свободной для обыкновенной травки-муравки территории оставалось все меньше да меньше. От наблюдений за этим процессом возникала тоска. И чувство растерянности очень неприятной.

Красавица Феба по праву получила прозвище «Прелестница», у ее ног весь Лондиниум. Она притягательна, опасна и оттого желанна. И пусть её презирают дамы высшего света, каждый мужчина мечтает заполучить её. Каждый, кроме Грегори Саффолда, лорда-чародея, самого могущественного человека во всем королевстве. «Расчетливая стерва» – единственный эпитет, который кажется ему подходящим для этой женщины. Он уверен, что в ее везении замешана магия, иначе как объяснить, что Прелестница всегда выигрывает, да и еще все время оказывается там, где её не ждали. И лишь лорду-чародею под силу вывести эту авантюристку на чистую воду.

Хотя… так ли все просто, как кажется на первый взгляд или Феба совсем не та, за кого себя выдает? К тому же ей благоволит сам Министр, а он никогда не ошибается в людях…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Денис Бирюков

Тьма

(Современная драмма)

Действующие лица:

Марина, Клара, Елена - студентки

Ольга - молодая преподовательница

Hиколай, Сергей, Васька - студенты

Татьяна - бывшая девушка Hиколая

Темнота - мистический персонаж

Врач, медсестра

Акт 1.

20 апреля. Весна. Студенты одного из Московских Вузов прогуливаются по улице и неспеша разговаривают.

Hиколай: О как прекрасен день сегодня...

Бирюков Иван, Высоцкий Аркадий

В ПЕТЛЕ ВРЕМЕНИ

киносценарий

Был дождливый холодный день на исходе лета. Аня шла по улице дачного поселка, держа над собой цветной японский зонтик. В руке у нее была тяжелая сумка с продуктами. Сеял унылый дождик, и было скользко. На веранде дачи номер 36, в глубоко продавленном кресле, сидел Иван Иванович Ботинкин. Он был худой, высокий мужчина лет тридцати пяти. Упершись очками в стекло, он наблюдал за Аней, когда она вдруг поскользнулась и упала. Ботинкин рванулся к крыльцу, но тут же остановился, и сняв очки, стал протирать их подолом свитера, бормоча сердито себе под нос: - Ну когда же они положат асфальт?!. Аня попыталась встать и вскрикнула от боли в лодыжке. Ботинкин захрустел пальцами и, рванувшись с места, выскочил под дождь. Он подбежал к забору и, вытянув тонкую шею из старого свитера, оглядел пустынную улицу. - Да что же это... - сказал он. - Неужели некому помочь несчастной женщине?.. Услышав его бормотание за спиной, Аня обернулась. - Добрый вечер! - сказала Аня. - А я ногу подвернула. - Добрый вечер...- вежливо и нервно ответил Ботинкин.- Я сейчас...спохватился он и быстро пошел к калитке. Аня терпеливо ждала. Выйдя на улицу, он пошел быстрее. Шлепанцы заскользили, и он упал рядом с Аней. Его очки отлетели в сторону. - Извините... Я сейчас найду очки... - Вот они. - Спасибо. Ботинкин стал протирать очки перепачканными пальцами. - Не спешите так, - сказала Аня. Ботинкин одел очки, встал и протянул к ней руки, но тут же смутился и отдернул их. Он переступил с ноги на ногу, не зная, за какое место прилично поднимать женщину. - Просто дайте руку, - помогла ему Аня. Он помог ей встать и бросился поднимать сумку и поломаный зонтик. Аня охнула и снова упала. - Вы знаете, - сказала она, морщась от боли. - Кажется, я не смогу идти. Попробуйте меня поднять. Ботинкин неловко и торопливо подхватил ее на руки и понес к калитке.

Бирюков Иван

УМИРАТЬ ЛЕГКО

психологический триллер

Фильм снят режиссером Александром Хваном на студии НТВ-ПРОФИТ. Там

же см. материалы о съемках фильма, актерах, режиссере, премьере в

Доме Кино, при участии Людмилы Улицкой Григория Ряжского

Синопсис: Кому понравится, когда за тобой следят через окно дома напротив, да еще, похоже, фотографируют! Это может взбесить кого угодно, даже такую миролюбивую девушку, как Лиза. И нет ничего удивительного в том, что она появилась в мансарде наглого наблюдателя с оружием в руках. Оружие в ход пустить не удалось: пришлось обитателя этой мансарды вытаскивать из петли, да еще и утешать, и сказать, что он ей нравится. А самое удивительное, что притворяться при этом не понадобилось. В тот момент они еще не знали, что смертоносное оружие все же начало действовать. Оно очень похоже на ту кийогу, с которой вбежала в мансарду Лиза - также пружинит, мгновенно распрямляясь, и убивает неотвратимо, особенно если попадет в сильные руки. Этим оружием стала их любовь. Его звали Илья, он был человеком, которому некого было любить. Прожив больше тридцати лет, он так и не встретил женщину, которая бы захотела его понять и пожалеть. Когда-то в юности с ним произошел некий случай, который он постарался забыть, но бесследно такие случаи не проходят. Он жил совсем один в своей мансарде, чинил оружие, о предназначении которого не задумывался, а единственным предметом его страсти был узкопленочный призрак, изображение безвестной женщины из старомодного кинопроектора, который он включал каждый день. Но однажды он полюбил. Незнакомую девушку из дома напротив. Хрупкую, задумчивую и до боли желанную. Не в силах вынести эту боль и свою непричастность к судьбе любимой, он решил покончить с собой. Но судьба распорядилась так, что именно эта девушка спасла его. Она полюбила его, заразившись его чувством. В своем высоком безумии он логичен и последователен, но по законам другой, не подходящей к обыденной жизни логике. Хотя, на его взгляд, логика эта проста: "Никто не смеет обижать Лизу". А тот, кто смеет, должен умереть. Он решил сделать то, чего никто не мог бы для нее совершить, - избавить мир, в котором она живет, от людей, причиняющих ей зло. Он их убил.

Павел Бирюков

Биография Л.Н. Толстого, том 4.

Часть I

1900 - 1902

Отлучение. Крымская болезнь

ГЛАВА 1

1900 г. Трансваальская война. Духоборы

1-го января Л. Н-ч делает в дневнике такую запись:

"Сижу у себя в комнате, и у меня все, встречая Новый год. Все это время ничего не писал, нездоровится. Много надо записать".

Л. Н-ч жил в это время в Москве с семьей. По записям его дневника заметна некоторая физическая слабость, навевающая на него грустные думы. Он даже начинает каяться в грехах своей юности. Вспомнил свое отрочество, главное юность и молодость: "Мне не было внушено никаких нравственных начал, никаких, а кругом меня большие с уверенностью курили, пили, распутничали (в особенности распутничали), били людей и требовали от них труда. И многое дурное я делал, не желая делать, только из подражания большим".