Перебирая наши даты

Поэт Давид Самойлов (1920 — 1990) не успел закончить свои воспоминания, а может быть, и не ставил перед собой такой задачи, ибо книга ощущалась им как река жизни — с бесконечным охватом событий, лиц, постоянной игры ума… Точку поставила смерть. Но вышло, как он и задумывал: `Памятные записки` получились яркими и значительными. О себе, о времени, о друзьях — П. Когане, М. Кульчицком, Б. Слуцком, С. Наровчатове, Н.Глазкове — о тех, кто возмужал и окреп или геройски погиб в `сороковые роковые`. Немало страниц посвящено Б. Пастернаку, Н. Заболоцкому, А. Ахматовой, А. Солженицыну… `Памятные записки` органично продолжены страницами дневников, где многие записи — отточенные до афоризма характеристики века, судеб, характеров.

Отрывок из произведения:

Проза поэта — особая область сцеплений. И путь к ней (или его отсутствие) всякий раз окрашен индивидуально.

Д. С. в разговорах о Борисе Слуцком (и с ним самим) так часто восхищался наблюдательностью, точностью и краткостью его прозаических эссе, написанных сразу после войны, так сетовал на упорное нежелание Бориса Абрамовича продолжать столь удавшийся опыт, что в конце концов выходило: не себя ли уговаривал обратиться к прозе, без боязни изменить привычному, обжитому лику стихотворца.

Рекомендуем почитать

Агата Кристи — непревзойденный мастер детективного жанра, \"королева детектива\". Мы почти совсем ничего не знаем об этой женщине, о ее личной жизни, любви, страданиях, мечтах. Как удалось скромной англичанке, не связанной ни криминалом, ни с полицией, стать автором десятков произведений, в которых описаны самые изощренные преступления и не менее изощренные методы сыска? Откуда брались сюжеты ее повестей, пьес и рассказов, каждый из которых — шедевр детективного жанра? Эти загадки раскрываются в \"Автобиографии\" Агаты Кристи.

Тур Хейердал (1914–2002), норвежский этнограф и археолог. Страсть к географическим исследованиям «воспринял от великих соотечественников — Фритьофа Нансена и Руаля Амундсена». Первые путешествия (на Маркизские острова и в Британскую Колумбию) совершил еще в юности. Участвовал во Второй мировой войне — служил радистом в диверсионном отряде. В 1947 году мир, затаив дыхание, следил за броском группы энтузиастов на плоту «Кон-Тики» через восточную часть Тихого океана. Потом были плавания папирусной лодки «Ра» через Атлантику, тростникового суденышка «Тигрис» по Персидскому заливу, Аравийскому и Красному морям. А еще — путешествия на Мальдивские острова, на остров Пасхи, археологическая экспедиция в Перу… О своих экспедициях Тур Хейердал написал несколько книг, получивших широкую известность во всем мире, в том числе и в нашей стране.

Народный артист СССР Георгий Жженов, давно и прочно любимый миллионами кинозрителей, начал сниматься в кино еще в 1930-е годы (успел сыграть и в легендарном «Чапаеве» братьев Васильевых), но потом исчез из поля зрительского внимания на долгих семнадцать лет. В эти годы ему пришлось полной мерой хлебнуть лиха, пройти через тюрьмы, лагеря, ссылку. Об этом он и вспоминает в своей книге «Прожитое».

В книге «Прожитое» Георгий Жженой вспоминает в основном о самых трудных годах своей жизни — о том времени, когда он был узником ГУЛага.

Но его рассказ, исполненный простоты, высокой правды и печали, не оставляет ощущения безысходности. И не только потому, что на трагические события своей жизни автор порой глядит с присущим ему юмором, но и потому, что многие испытания он сумел одолеть силой своего характера, своего духа. Читая его книгу, понимаешь, почему и в жизни, и на киноэкране, и на театральных подмостках Георгий Жженов был для миллионов своих современников эталоном личности.

Неслучайно за вклад в актерскую профессию он, народный артист СССР, удостаивался главных наград двух киноакадемий («Золотой орел» и «Ника») в номинации «Честь и достоинство».

В книге использованы фотографии из личного архива автора

Эта книга познакомит читателя с дневниками известной британской писательницы Вирджинии Вулф. В своих дневниках, которые она вела с 1915 года — последняя запись датируется 8 марта 1941 года, через четыре дня В. Вулф ушла из жизни, — она писала обо всем, что произошло с ней, о людях, с которыми встречалась, о книгах, которые читала. И самое важное — о произведениях, над которыми работала: романах, рассказах, эссе, статьях.

Также в издании представлены письма, адресованные Литтону Стрэчи.

Автобиографическая и мемуарная проза В.П.Некрасова охватывает период 1930-1980-х годов. В книгу включены произведения, созданные писателем после вынужденной эмиграции и в большинстве своем мало известные современному читателю. Это прежде всего «Записки зеваки», «Саперлипопет», послесловие к зарубежному изданию «В окопах Сталинграда», «Случай на Мамаевом кургане», «Взгляд и Нечто».

Книга замечательной актрисы Лидии Николаевны Смирновой — это искренний, непосредственный рассказ о себе, о людях, с которыми сталкивала ее судьба (а среди них легендарные личности — Дунаевский, Ромм, Раневская, Таиров, Орлова, Михоэлс), о жизни в кино, которому она отдала более полувека, и конечно же, о любви. Смело, порой безрассудно откровенно, но одновременно трогательно актриса рассказывает о друзьях и возлюбленных (она много раз влюблялась и многими была любима), о радости творчества, которому она отдается азартно и самозабвенно, и о горьком одиночестве, которое тоже ей знакомо…

Фигура анархиста Нестора Махно (1889–1934) противоречива и неоднозначна. Батрак, рабочий, арестованный и сосланный за участие в революции 1905 года, организатор «Революционной повстанческой партии Украины», воевавшей и против войск Деникина и Врангеля, политик, на совести которого немало жестоких дел, человек мятущийся, многого так и не понявший, таким предстает Махно в своих воспоминаниях.

Книга представляет интерес для широких кругов читателей.

В книгу воспоминаний Максима Горького — Алексея Максимовича Пешкова (1868–1936), — одного из самых знаменитых писателей XX века, вошли его «Заметки из дневника» (поистине уникальный ряд русских характеров — от интеллигента до философствующего босяка, от революционера до ярого монархиста), знаменитые литературные портреты А. П. Чехова, Л. Н. Толстого, Л. Н. Андреева, В. Г. Короленко, С. А. Есенина, С. Т. Морозова, В. И. Ленина (очерк о нем публикуется в первой редакции — без позднейших наслоений «хрестоматийного глянца»), а также прогремевшая в свое время хроника Октябрьской революции «Несвоевременные мысли».

Предисловие, примечания Павла Басинского

Другие книги автора Давид Самойлович Самойлов

Конь взвился на дыбы,

          но Цыганов

Его сдержал, повиснув на узде.

Огромный конь, коричневато-красный,

Смирясь, ярился под рукою властной,

Мохнатоногий, густогривый конь

Сердился и готов был взвиться снова.

Хозяин хохотал. А Цыганова,

Хозяйка, полногруда и крепка,

Смеялась белозубо с расписного

Крыльца, держа ягнёнка-сосунка.

А Цыганов уже надел хомут

И жеребца поставил меж оглобель.

От большинства из нас, кого современники называют поэтами, остается не так уж много.

"Поэзия — та же добыча радия"(Маяковский). Отбор этот производят читатели — все виды читателей, которых нам посчастливилось иметь.

Несколько слов о себе.

Я 1920 года рождения. Москвич. Мне повезло в товарищах и учителях. Друзьями моей поэтической юности были Павел Коган, Михаил Кульчицкий, Николай Глазков, Сергей Наровчатов, Борис Слуцкий. Учителями нашими — Тихонов, Сельвинский, Асеев, Луговской, Антокольский. Видел Пастернака. Встречался с Ахматовой и Заболоцким. Не раз беседовал с Мартыновым и А. Тарковским. Дружил с Марией Петровых. Поэтическая школа была строгая.

Воевал. Тяжело ранен.

Печататься начал после войны. Первая книга вышла в 1958 году. У меня восемь поэтических книг ("Ближние страны", "Второй перевал", "Дни", "Волна и камень", "Весть", "Залив", "Голоса за холмами", "Горсть"), Наиболее полно мои стихи представлены в сборниках "Избранное" (1980) и "Стихотворения" (1985).

Много переводил. Из больших поэтов — Рембо, Аполинера, Лорку, Брехта, Незвала, Тувима, Галчинского, Бажана, Эминескуи многих других. Мои стихи переведены на главные европейские языки. Выходили отдельными изданиями в нескольких странах.

Давид САМОЙЛОВ

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).

Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.

В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.

На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

В эту книгу вошли стихотворения из шести сборников Д. Самойлова, изданных «Советским писателем» («Ближние страны» — 1958, «Второй перевал» — 1963, «Дни» — 1970, «Волна и камень» — 1974, «Весть» — 1978, «Залив» — 1981), а также новые произведения поэта.

В конце 1960-х годов, на пороге своего пятидесятилетия Давид Самойлов (1920–1990) обратился к прозе. Работа над заветной книгой продолжалась до смерти поэта. В «Памятных записках» воспоминания о детстве, отрочестве, юности, годах войны и страшном послевоенном семилетии органично соединились с размышлениями о новейшей истории, путях России и русской интеллигенции, судьбе и назначении литературы в ХХ веке. Среди героев книги «последние гении» (Николай Заболоцкий, Борис Пастернак, Анна Ахматова), старшие современники Самойлова (Мария Петровых, Илья Сельвинский, Леонид Мартынов), его ближайшие друзья-сверстники, погибшие на Великой Отечественной войне (Михаил Кульчицкий, Павел Коган) и выбравшие разные дороги во второй половине века (Борис Слуцкий, Николай Глазков, Сергей Наровчатов). Состав и композиция «Памятных записок» соответствует авторскому плану; в разделе «Приложения» публикуются другие мемуарные очерки Самойлова и его заметки о литературе разных лет. О работе Самойлова-прозаика рассказывается в предисловии вдовы поэта Г. И. Медведевой. Интерпретации «Памятных записок» посвящено послесловие ординарного профессора Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» А. С. Немзера: исследование осуществлено в рамках Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2014 году.

Давид Самойлов

Стихотворения

Упущенных побед немало,

Одержанных побед немного,

Но если можно бы сначала

Жизнь эту вымолить у Бога,

Хотелось бы чтоб было снова

Упущенных побед немало,

Одержанных побед немного.

1975

Уже много лет ведутся споры: был ли сибирский старец Федор Кузмич императором Александром I... Александр "Струфиана" погружен в тяжелые раздумья о политике, будущем страны, недостойных наследниках и набравших силу бунтовщиках, он чувствует собственную вину, не знает, что делать, и мечтает об уходе, на который не может решиться (легенду о Федоре Кузьмиче в семидесятые не смаковал только ленивый - Самойлов ее элегантно высмеял). Тут-то и приходит избавление - не за что-то, а просто так. Давид Самойлов в этой поэме дал свою версию событий: царя похитили инопланетяне.  Да-да, прилетели пришельцы и случайно уволокли в поднебесье венценосного меланхолика - просто уставшего человека.

Конечно, в "трактате Кузьмича" Самойлов пародировал солженицынское "Письмо вождям" (только подсмеивался над якобы патриархально-утопическим проектом автор одновременно писавшихся "Цыгановых"). Конечно, Самойлов с симпатией рисует "лейб-гвардии бунтовщиков" (только ведь знает, чем их заваруха кончится). Но поэма все же не о них - не о тех, кто так или иначе остался на посту (занятно, что часовой, видевший приземление странного объекта, умер на месте), а о том, кто мигом от всего избавился. Ушел в бессрочный отпуск. И пусть дует сильный ветер в Таганроге, пусть рвется вперед история, пусть остаются нерешенными неразрешимые вопросы:

А неопознанный предмет,

Летел себе среди комет.

В поэме автор путешествует вместе с гениальным польским скульптором Витом Ствошем, пренебрегая последовательностью времен. Наш третий спутник — кот Четверг (фигура вымышленная).

Ствош жил пять веков тому назад. Закончив великое свое творение — резной алтарь Краковского собора,— он ушел в Нюренберг и запропал на пути. После оккупации Польши гитлеровскими войсками фюрер приказал перевезти знаменитый алтарь в Нюренберг. Алтарь прибыл туда, куда не дошел его создатель. И был возвращен в Краков лишь после войны.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Публикуя дневники Г.В.Мясникова, бывшего одним из создателей и первых руководителей Советского фонда культуры, мы не только отдаем дань памяти человеку, сделавшему по-настоящему много для отечественной культуры, члену редакционной коллегии журнала со дня его основания, чему он немало способствовал, но и открываем читателю неповторимый документ эпохи. Дневники Г.В.Мясникова, которые он вел десятки лет, не просто раскрывают эту замечательную личность, но и являются неожиданно самобытным свидетельством жизни нашей страны во второй половине XX века. Эти тысячи страниц (из которых мы вынужденно публикуем лишь малую часть) написаны человеком глубоким и наблюдательным, человеком подлинного дела, оставившим по себе добрую память не только как о талантливом администраторе, но и как о культурном организаторе — созданными музеями, отреставрированными зданиями, возведенными памятниками, открытыми библиотеками, возвращенными в Россию культурными ценностями.

Очерк этот писался в 1970-е годы, когда было еще очень мало материалов о жизни и творчестве матери Марии. В моем распоряжении было два сборника ее стихов, подаренные мне А. В. Ведерниковым (Мать Мария. Стихотворения, поэмы, мистерии. Воспоминания об аресте и лагере в Равенсбрюк. – Париж, 1947; Мать Мария. Стихи. – Париж, 1949). Журналы «Путь» и «Новый град» доставал о. Александр Мень.

Я старалась проследить путь м. Марии через ее стихи и статьи. Много цитировала, может быть, сверх меры, потому что хотела дать читателю услышать как можно более живой голос м. Марии.

Книга «Все наизусть» уникальна, в ней представлен годовой творческий цикл Андрея Битова – современного классика русской литературы.

В книгу вошли новые произведения: «От имени собственного», «Портрет моего двора», «Анти-CV». А так же первые публикации текстов, написанных ранее, несколько «изустных сочинений»?– актуальных интервью, данных по ходу событий 2012 года, накануне «столетнего юбилея» года 1913?го, самого успешного для царской России, но и рокового, предвоенного.

«Произведение – это то, чего не было,?– а есть!»?– известная формула Битова. Автор попытался показать, как и на фоне чего происходит этот мгновенный перелет из актуального высказывания ?– к акту творчества, от частного наблюдения автора к пониманию исторических процессов в сегодняшней России. От «не было» к «есть!».

Веселый и остроумный одессит Лазарь Вайсбейн родился в обычной немузыкальной семье, но всегда говорил: «Что же удивляться, что я люблю музыку, ведь я родился не где-нибудь, я родился в Одессе».

Как только Лазарь стал выступать с сольными программами, он взял псевдоним – Леонид Утесов. И это имя стало известно всей стране. Пораженный работой американского джаз-оркестра Теда Льюиса, Лазарь 8 марта 1929□г. в Ленинграде дебютировал с театрализованной программой «Теа-джаз». Это был совершенно новый для эстрады того периода жанр. Утесов совмещал дирижирование с конферансом, танцами, пением, игрой на скрипке, чтением стихов. Музыканты разыгрывали разнообразные сценки между собой и дирижером.

Леонид говорил: «Я пою не голосом – я пою сердцем», и его полюбил зритель всем сердцем. Но все ли в советской России поняли джаз Утесова? Кого знаменитый артист считал своими друзьями и кто действительно был ему другом? А кто был непримиримым врагом «певца джаза»? Любовь и ненависть, трудности и их преодоление, невообразимый успех и… Об этом и многом другом вы узнаете из книги известного телеведущего и киноведа Глеба Скороходова, которая приоткрывает дверь во внутренний мир Леонида Утесова.

Книга представляет собой воспоминания литератора, чья юность прошла еще в дореволюционное время. После Октября Дон-Аминадо эмигрировал во Францию и поселился в Париже. Память о России, литературная жизнь, портреты современников — все это нашло отражение в интересной книге писателя.

Для широкого круга читателей.

Перед вами своего рода книга-разоблачение. Автор описывает историю возникновения в Сибири так называемой сибирской волны русского рока без романтического ореола. Герои сибирской рок-музыки показаны и предстают перед читателями такими, какими они виделись автору, какими он их знал. При этом автор далёк от претензий на объективность. Всё написанное автором в этой книге есть сугубо личное прочтение истории сибирского рок-движения конца 80-х — начала 90-х годов ХХ века.

Эмануил ИОФФЕ

ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ ВО ГЛАВЕ РЕСПУБЛИКИ

К 100-летию Петра МАШЕРОВА

Если вспомнить руководи­телей Белорусской ССР пери­ода 1919—1991 годов, то по таким критериям, как популяр­ность, авторитет и всенародная любовь, на первом месте, несо­мненно, окажется Петр Миро­нович Машеров. Этот человек вошел в историю нашей страны как народный герой, как видный партийный и государственный деятель, один из организаторов и руководителей патриотического подполья и партизанского дви­жения в Беларуси в годы Великой Отечественной войны, удостоен­ный двух Золотых Звезд — Героя Советского Союза и Героя Социа­листического Труда. Никто — ни до, ни после Машерова — так долго не возглавлял партийную организацию республики — целых пятнадцать с половиной лет (1965—1980).

Олег Павлович Белоусов (1945-2009) - режиссер-аниматор, сценарист, писатель. В книге "Это мой город" он рассказывает о Минске послевоенных десятилетий, делится уникальной информацией о родном городе. Эти главы были размещены на сайте http://belousovart.com, который, к сожалению, прекратил свое существование после смерти автора. В бумажную книгу помимо публикуемой здесь мемуарной части вошли также воспоминания Олега Белоусова о его друзьях и коллегах.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Прошло более ста лет с тех пор, когда были опубликованы «Очерки бурсы» Н. Г. Помяловского. Но и в наше время все еще есть духовные учебные заведения, о которых писал Помяловский.

Что происходит за высокими заборами и толстыми стенами современной бурсы? На этот и ряд других вопросов отвечает предлагаемая читателям книга.

Ее автор, Алексей Борисович Чертков, был верующим, окончил Московскую духовную семинарию и академию, получил степень кандидата богословия, служил в церкви. А. Б. Чертков рассказывает о том, что видел и пережил сам во время учебы в духовных заведениях и службы в церкви.

Исход Второй Мировой решался не только на полях сражений, но и в секретных лабораториях и на оружейных полигонах - всю войну и гитлеровцы, и Союзники бились над созданием Wunder-Waffe («чудо-оружия»), гарантирующего быструю победу над любым противником. Самое активное участие в этих сверхсекретных экспериментах приняли два величайших ученых эпохи - Альберт Эйнштейн и Никола Тесла. Уже осенью 1939 года Эйнштейн предложил план создания атомной бомбы, а Тесла возобновил работу над своими «лучами смерти». Он и вышел из этой заочной «дуэли» победителем - его убийственные лучи, способные «зажечь небо» и «расплавить самолет или автомобиль на расстоянии 400 км», были впервые опробованы еще за три года до первых ядерных испытаний.

Но почему это сверхоружие так и не было принято на вооружение? Почему многие открытия Николы Теслы до сих пор спрятаны в архивах американских спецслужб под грифом «Совершенно секретно»? И как соперничество гениальных ученых помогло СССР? Эта сенсационная книга проливает свет на самые загадочные и запретные страницы истории XX века.

«Помни обо мне, когда меня не станет» — слова, которые в Городе мертвых обретают совершенно новый смысл, ведь его обитатели существуют в своем Послесмертье, лишь пока о них помнят живые…

А так — в общем, никаких особых отличий от мира живых. Те же офисы и фабрики, те же кафе и рестораны, автомобили и заправки, уличные проповедники и бродяги. Даже семьи те же — разве что дети не рождаются.

Так было, пока на Земле не распространился смертоносный вирус, сметающий миллионы человеческих жизней. И население Города мертвых тоже стало стремительно убывать.

Некому помнить родных и близких — нет и жизни в Послесмертье. Таков закон.

Но возможно, на Земле еще остался кто-то способный жить — и помнить?..

Пронзительный и лиричный роман о молодой и увлеченной своим делом учительнице Елене Константиновне по прозвищу Ёлка и о ее столкновении с жесткими и не самыми благовидными реалиями современной школы.

«Идеалистка», — вздыхали ей вслед одни.

«Дура», — вертели пальцем у виска другие. А она верила, что сможет что-то изменить — ведь в школе все зависит от учителя.

«Ты же через полгода сбежишь», — убеждали ее пессимисты.

«Максимум, через год», — великодушно давали отсрочку оптимисты.

«Вы — лучшая!» — писали ей ученики.

«Им дают, а они еще недовольны… Зажрались», — выговаривала ей в спину чиновница.

А она все повторяла: «У меня получится!» И опять шла на урок в свой 9-й класс…