Патер Бракель

ВИЛЛИ БРЕДЕЛЬ

ПАТЕР БРАКЕЛЬ

Рассказ

Сокращенный перевод с немецкого Л. МАКОВКИНА

"Si Deus nobiscum - Quis contra nos!" ("Если с нами бог, то кто против нас!"). Эти слова выбиты на могильной плите патера Жана Франсиса Бракеля в церкви Сен-Пьер...

13 октября 1914 года немецкие части вступили в Зеебрюгге. Приветствовать их вышел один только католический священник - патер Бракель. Он представился командиру и на вопрос о настроении населения выразил желание поговорить с господином капитаном с глазу на глаз. Менее часа спустя были арестованы сапожник Луи Габелен, старый Этьен Валенкур и адвокат Зиверт Хоогбрек; первые двое - известные в городе социалисты, адвокат - фламандский националист.

Другие книги автора Вилли Бредель

Исторический роман о возмущении народа против гнёта церкви и феодалов, о борьбе Ганзы за господство на Балтике об отважном предводителе пиратов Штёртебекере.

Вилли Бредель — известный немецкий писатель нашего столетия, один из зачинателей литературы Германской Демократической Республики — являет редкостный пример единства жизненного и творческого пути.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Этот роман посвящен жизни и деятельности выдающегося азербайджанского поэта, демократа и просветителя XIX века Сеида Азима Ширвани. Поэт и время, поэт и народ, поэт и общество - вот те узловые моменты, которыми определяется проблематика романа.

Говоря о судьбе поэта, А. Джафарзаде воспроизводит социальную и духовную жизнь эпохи, рисует картины народной жизни, показывает пробуждение народного самосознания, тягу простых людей к знаниям, к справедливости, к общению и дружбе с народами других стран.

В сборник известного советского писателя Юрия Нагибина вошли новые повести о музыкантах: «Князь Юрка Голицын» — о знаменитом капельмейстере прошлого века, создателе лучшего в России народного хора, пропагандисте русской песни, познакомившем Европу и Америку с нашим национальным хоровым пением, и «Блестящая и горестная жизнь Имре Кальмана» — о прославленном короле оперетты, привившем традиционному жанру новые ритмы и созвучия, идущие от венгерско-цыганского мелоса — чардаша.

Настоящая книга составлена из этюдов, написанных в течение двух последних лет. Следуя недавно поданному с разных сторон примеру, я выпускаю эти этюды отдельным томом. Статьи, которые мы писали в изгнании, могут быть хороши или дурны, скучны или интересны. Но каждый из нас несет за них ответственность. Между тем только в форме книг он имеют шансы дойти до читателей оставшихся в России.

Число кающихся эмигрантов растет. Они говорят нам, что отношение к «бежавшим» писателям будет особенно суровое, связанное с общим предубеждением. Я этого не думаю. Великий русский писатель-эмигрант завещал нам несколько страниц, где хорошо объясняются причины «бегства» из стран, в которых попрано человеческое достоинство и нет места свободной речи. Надо ли повторять огненные слова А. И. Герцена?

АВТОР

Роман "Офицер фараона" посвящен значительному периоду в истории Древнего Египта освобождению Египта от власти завоевателей гиксосов. Главный герой романа сын крестьянина из Дельты убивает гиксовского воина и бежит на Юг в Фивы, где становиться воином князя Секененра, который возглавил борьбу с гиксосами…

Польский писатель Юзеф Игнацы Крашевский (1812–1887) известен как крупный, талантливый исторический романист, предтеча и наставник польского реализма. В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.

АННОТАЦИЯ

«Живой меч, или Этюд о счастье» – многоплановое художественное повествование из эпохи Великой французской революции – главной социальной революции Европы, заложившей политические основы современного мира. В центре романа-эссе – «Ангел Смерти» Сен-Жюст, ближайший сподвижник «добродетельного» диктатора Робеспьера, один из создателей первой республиканской конституции и организаторов революционной армии, стремившийся к осуществлению собственной социальной утопии справедливого общества, основанного на принципах философии Ж.-Ж. Руссо.

Среди других героев книги – убийца Цезаря Брут, «Наполеон Крузо», бывший император Франции, сосланный на остров св. Елены, маркиз де Сад, «герой трех революций и двух материков» генерал Лафайет, парижский палач Сансон, «подстигающей национальной бритвой» – гильотиной по пятьдесят человек в день, и даже сам товарищ Сталин, чуть было не осуществивший танками Рабоче-Крестьянской Красной армии свою великую мечту о всемирной революции на практике.

Публикуется в таком виде по просьбе автора

Шуты и шутихи при дворе императрицы Анны Иоанновны, что заслужила в истории Российской страшное прозвище "Кровавая", играли большую роль. Они образовали шутовскую кувыр коллегию, которая иногда решала судьбы империи.

Владимир Курносенко

ЕВПАТИЙ

Роман

Легендарный искусник, соколоподобный муж, ты летел, — куда?

Часть первая

Толкаемый в спину

1

Не в силах унять раздражения, она расстегнулась, выложила на колени обе груди и сказала им:

— Видите? Вот груди, которые сосали вы все, о пожиратели материнской утробы! братоубийцы!

*

В год Дракона спросили Великого Ауруха: «Если станешь падать ты, как увядающее дерево, кому прикажешь народ свой, уподобленный развеваемой конопле? Чье имя назовешь из четверых кулюками родившихся сыновей?» Второй по рождению за Джочи — Чагадай поспешил, опережая отца, воспользоваться положением на свою пользу. В народе, мол, поговаривают, и кто знает... А не лучше ли во избежание пересудов, если государь и отец поставит за собою третьего сына — Огодая. «Огодай, — сказал, — у нас великодушен, Огодая бы и наречь». Так лис этот Чагадай, сыпнув соли, напомнил о том, что сын-первенец Джочи-хан, по слухам-то! вовсе не первенец Ауруха и не сын. Отбитая из меркитского плена ханша Бортеучжин — по срокам разрешения от бремени — с чужой начинкою, похоже, воротилась. Ко всему, говорили, черноволосый и черномазый коротышка с кривыми ногами вовсе мало походил ведь на высокого, рыжебородого и зеленоглазого красавца отца!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Бертольд Брехт

Аугсбургский меловой круг

Во время Тридцатилетней войны некий швейцарский протестант по имени Цингли владел в вольном имперском городе Аугсбурге на Лехе большой кожемятней и кожевенной лавкой. Он был женат на уроженке этого города, и у них родился ребенок. Когда к Аугсбургу подошли католики, друзья посоветовали ему немедленно бежать, но то ли он не хотел разлучаться со своей маленькой семьей, то ли боялся бросить на произвол судьбы свою кожемятню, только он своевременно не уехал. И вот случилось, что он был еще в городе, когда нагрянули королевские войска. Вечером, как только начались грабежи, Цингли спрятался у себя во дворе, в яме, где хранились краски. Его жена с ребенком должна была перебраться к родственникам в предместье, но она до тех пор собирала свои вещи-платья, украшения и постели,-пока не увидела вдруг в окно первого этажа королевских солдат, ворвавшихся во двор. Вне себя от страха, она бросила все как было и убежала из дому через заднюю калитку.

???????? ?????

?????? ?? ????????? ?????

? 100-ыхЄш? ёю фэ  Ёюцфхэш 

?хЁхтюф ё эхьхЎъюую ш тёЄєяыхэшх ?. ????????

??????? - ???? ? ??????? ?????...

?тюЁўхёъюх эрёыхфшх ?хЁЄюы№Єр ?ЁхїЄр эх єЄЁрўштрхЄ ётюхщ яЁшЄ урЄхы№эющ ёшы? ё Єхўхэшхь тЁхьхэш. ? ъюэЎх тхър, юЄьхўхээюую яхўрЄ№? хую ьюуєўхую ЄрырэЄр ш юср эшхь эхяютЄюЁшью ёрьюс?Єэющ ышўэюёЄш, я№хё? фЁрьрЄєЁур?эютрЄюЁр яю?яЁхцэхьє ёЄрт Єё  эр ёЎхэрї тёхую ьшЁр, яю яюяєы ЁэюёЄш юэ єёЄєярхЄ ЄєЄ Єюы№ъю ?хъёяшЁє; ёюэуш, ёючфрээ?х т ёюфЁєцхёЄтх ё ?єЁЄюь ?рщыхь, ьруэхЄшчшЁє?Є эрё Єръ цх, ъръ т уюф? яхЁтюую, ю°хыюьы ??хую єёяхїр ??ЁхїуЁю°ютющ юяхЁ??, ЄхюЁш  ¤яшўхёъюую ЄхрЄЁр тёх х?х т?ч?трхЄ црЁъшх ёяюЁ?, ?¤ЇЇхъЄ юўєцфхэш ?, чрёЄрты ??шщ чЁшЄхы  яю?эютюьє тчуы эєЄ№ эр, ърчрыюё№ с?, їюЁю°ю шчтхёЄэ?х тх?ш, эрїюфшЄ тёх эют?ї яЁштхЁцхэЎхт, ёЄшїш яю¤Єр яюъюЁ ?Є ёюўхЄрэшхь ЇшыюёюЇёъющ ь?ёыш ш шёъЁхээюёЄш ўєтёЄтр, фэхтэшъш яшёрЄхы  фр?Є юсшы№эє? яш?є фы  Ёрчь?°ыхэш  шёЄюЁшърь, шчєўр??шь ърЄръышчь? 30-50-ї уюфют. ?ЁхїЄ ръЄєрыхэ ш ёхуюфэ  - єьхэшхь тшфхЄ№ ьшЁ тю тёхщ хую ёыюцэюёЄш ш яЁюЄштюЁхўштюёЄш, ётюшь юсюёЄЁхээ?ь ўєтёЄтюь ёюЎшры№эющ ёяЁртхфыштюёЄш, ъюЄюЁє? юэ эрч?тры їыхсюь эрЁюфр, ш ёЄЁхьыхэшхь ёфхырЄ№ ўхыютхър фюсЁхх, р ёЁхфє хую юсшЄрэш  ётхЄыхх, яЁштхЄыштхх. ?ЁхїЄ ёўшЄры, ўЄю юэ цшы т ьЁрўэ?х тЁхьхэр: яю хую ёыютрь, ЁрчуютюЁ ю фхЁхт№ ї ърчрыё  Єюуфр яЁхёЄєяыхэшхь, шсю т эхь с?ыю чръы?ўхэю ьюыўрэшх ю чтхЁёЄтрї. ?р яюЁюух ЄЁхЄ№хую Є?ё ўхыхЄш  юэ тёхы хЄ т эрё эрфхцфє: ?юуфр?эшсєф№, ъюуфр сєфхЄ тЁхь , ?? яхЁхфєьрхь ь?ёыш тёхї ь?ёышЄхыхщ тёхї тЁхьхэ, ?юёьюЄЁшь ърЁЄшэ? тёхї ьрёЄхЁют, ?юёьххьё  эрф °єЄърьш тёхї °єЄэшъют, ?юєїрцштрхь чр тёхьш цхэ?шэрьш, ?Ёрчєьшь тёхї ьєцўшэ. ? 100-ыхЄш? ёю фэ  Ёюцфхэш  ?. ?ЁхїЄр шчфрЄхы№ёЄтю ??єЁърья? т?яєёЄшыю эхсюы№°є? ъЁрёштє? ъэшцъє, ёюёЄртыхээє? шч шэЄхЁхёэхщ°шї, ярЁрфюъёры№э?ї ёєцфхэшщ, тч Є?ї шч хую ёЄрЄхщ, фэхтэшъют, яшёхь, ёЄшїют, я№хё. ?хЁш  Єръшї ъэшцхъ (цєЁэры ???? єцх юсЁр?рыё  ъ юфэющ шч эшї, яюёт ?хээющ °тхщЎрЁёъюьє яшёрЄхы? ?юсхЁЄє ?ры№чхЁє, ёхэЄ сЁ№ёъшщ эюьхЁ чр ¤ЄюЄ уюф) яЁхфяюырурхЄ ўЄхэшх ъръ с? ьшьюїюфюь, ъюЄюЁюх Єхь эх ьхэхх ўрёЄю эрЄрыъштрхЄ эр ёхЁ№хчэ?х Ёрчфєь№ .

Бертольд Брехт

Дни коммуны

В сотрудничестве с Р.Берлау

Перевод А. Дымшица

Стихи в переводе Е. Эткинда

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Мадам Кабэ - швея.

Жан Кабэ - ее сын, молодой рабочий.

"Папаша" - пятидесятилетний боец Национальной гвардии.

Коко - его друг, боец Национальной гвардии.

Полный господин.

Официант.

Раненый немецкий кирасир.

Два мальчика.

Тьер.

Жюль Фавр.

Бертольд Брехт

Допрос Лукулла

Радиопьеса

В сотрудничестве с М. Штеффин

Перевод В. Нейштадта

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Лукулл - римский полководец.

Ведущий.

Судья

Учитель |

Куртизанка |

Пекарь } присяжные.

Торговка рыбой |

Крестьянин |

Король |

Королева |

Две девушки с доской |

Два раба с золотым богом } фигуры фриза.

Два легионера |