Пассажир

Квасов Игорь

ПАССАЖИР

Он бежал за городом, который ускользал от него. Бежал по дьявольской ночной дороге, скользя на серых пятнах намокшей осенней глины, со свистом выпуская воздух сквозь сжатые зубы. Кто-то настигает его, и ему не поздоровится, точно не поздоровится. Ветер толкал в спину, вымораживая последние остатки тепла, словно стараясь вытеснить душу и заполнить свободное место холодом вечной мерзлоты и тьмой подземного мира. Едва слышный звук за спиной заставил его обернуться. Рычание зверя ? Hет ! Он вспомнил что так звучит двигатель автомобиля. Кажется сейчас они найдут его и увезут обратно, что-бы он не попал в Город. Они догоняют ! Он метнулся на обочину, нога по щиколотку ушла в ледяную воду грязной придорожной лужи, и укрылся за грудой ржавого хлама, судорожно сдерживая рвущийся из зудящих от долгого бега легких кашель. По дороге, в сторону города, медленно проехал автомобиль с погашеными фарами. В салоне тоже не было света, и стекла машины под желтоватым светом придорожного фонаря казались сделаными из абсолютно черного материала - черные дыры. Они увезут меня обратно - снова подумал он, и вздрогнул всем телом. Когда затих последний звук удаляющегося автомобиля, он снова вышел на дорогу и быстрым шагом пошел следом за ним, потому что знал - если он дойдет до города, и его не поймают прежде, он будет в относительной безопасности.

Популярные книги в жанре Современная проза

Это рассказ о котенке длиной в десять сантиметров, который вторгся в жизнь человека в шестнадцать раз длиннее его. Человека звали Хардель. Он был вдовец, пенсионер, но еще бодрый и крепкий. Хромал на левую ногу, с детства терпел насмешки своих неразумных сограждан, и это сделало его недоверчивым даже к тем, кто был к нему дружески расположен.

Все его счастье после смерти жены было в дочери и домике за городом. В этот домик спешил он после смены, когда еще работал на фабрике, и вкладывал весь отпущенный ему творческий запал в труд на своем клочке земли. Летнюю сторожку он мало-помалу превратил в фахверковый домик и перебрался туда, сэкономив этим деньги за оплату городской квартиры. Так жил он на окраине города, несколько в стороне от событий. Хардель надеялся, что маленький домик станет в будущем семейным очагом его дочери. Увы, пришел мужчина, забрал ее и подчинил себе, и дочь пренебрегла маленьким домиком.

Ее звали Глория Шмидт. Имя для парохода, не для девушки. Глория — ровная линия борта, гладкий на ощупь, прохладный металл; причудливые блики над ватерлинией, запах воды, мечта… Шмидт — гордо задранный форштевень; будто лезвие рапиры — бушприт; будто выстрел в небо — мачта; шум ветра в ушах, затаенная тоска…

Его звали Иван Богданов. Иван Титович Богданов. Он был капитаном дальнего плавания.

— Erlerdigt! Der Nachste!

— Klar…

Открытые вагоны теснились, сталкиваясь буферами, перед бортом, с которого свисал на причал светло-бурый брезент. Время от времени по нему дробными очередями стучали горсти похищенного апрельским ветром зерна. Иван, стоя на мостике, перебирал вагоны взглядом, как четки: молился, чтобы время сжалось пружиной, свернулось, будто канат, в бухту; что угодно и как угодно — лишь бы он немедленно очутился на улице Баумваль, где у дверей отцовской аптеки ждет его белокурый ангел в шелковых чулках и клетчатой юбке — Глория Шмидт.

Теперь синий цвет мне чаще «к лицу». Раньше с ним был полный кошмар — когда я надевал что-нибудь синее, мое лицо становилось бледным, набрякшим, под глазами проявлялись темные круги. И сам я казался толще. Потом синий немного утихомирился. То ли привык ко мне, то ли просто устал от моих настойчивых попыток приручить его. Я делал это осторожно. Надевал синий сначала понемногу — какую-нибудь шведку с тоненькой темно-небесной окантовкой. Потом, примерно через год, — синюю кепку или шарф. А еще через год я отважился надеть полноцветную синюю рубашку. Так что, пожалуй, я все-таки его приручил. Причем делать это нужно было именно таким образом, постепенно, иначе — не получалось. Скажем, я пробовал сиреневый. Потом сиренево-сиренево-сиренево-синий. Потом сиренево-синий. И вот, когда дело дошло уже до того, чтоб от фиолетового оттенка избавиться вообще, синий сразу всполошился и показал свой характер. Но все это в прошлом. Теперь он хоть иногда и взбрыкивает, но в целом ведет себя вполне послушно.

Раньше эта мысль довольно часто посещала меня, когда я находилась снаружи, не в электричке (чаще всего это случалось, когда я собиралась войти в вагон, или же, наоборот, сразу после того, как я из него выходила), — мысль о том, что у нас безвозвратно крадут время, которое мы там проводим, и о том, что, когда мы едем в электричке, наше восприятие искажается и глаза видят то, чего на самом деле нет, — сущий морок, наваждение. Да что там говорить, вся та конструкция, частью которой является электричка, и даже само слово «электричка» — просто одна большая иллюзия.

Вадим проснулся одновременно с будильником. Будильник попибикал равнодушно и стих. Вадим открыл глаза. Потом закрыл их. Снова открыл, ибо испугался, что уснет.

Опять эта надоевшая пустая комната с холодными белыми стенами. Смотреть вокруг удовольствия не доставляло. Особенно, только проснувшись. Вадим поднялся.

Он направился в ванную, где без удовольствия рассматривал с минуту свое изображение в грязном зеркале. Когда-то Вадим считался красавчиком. В ранней молодости, еще до иммиграции, он даже подрабатывал фотомоделью. Не столько ради денег, сколько ради удовольствия. Приятно было ощущать на себе сразу так много восторженных женских взглядов.

Движения души непредсказуемы. Об этом все чаще задумывается молодая учительница французского языка, попав на работу в школу для девочек из еврейской общины. Семейный и религиозный уклад, с малых лет усвоенные правила поведения — все, казалось бы, противоречит ее сближению с воспитанницами. Но сердце тянется к этим прелестным ученицам. Особенно к нежной и хрупкой Хадассе, непредсказуемой девочке с лучистыми глазами. Ее реакции трогательны, ее чувства глубоки. Не менее удивительны отношения взрослых мужчин и женщин в этом квартале. И, как часто бывает, любовь вспыхивает даже там, где она запретна, порой вопреки воле влюбленных. Так может ли человек обуздать себя, отречься от счастья? На этот вопрос каждый герой отвечает по-своему…

Ежемесячный литературно-художественный журнал http://magazines.russ.ru/novyi_mi/

Ежемесячный литературно-художественный журнал http://magazines.russ.ru/novyi_mi/

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Раймон Квено

НА КРАЮ ЛЕСА

Перевод с франц. И. Горачина

На краю леса спутники разделились. Один из них повернул направо, а другой налево, к деревне. Деревья стали реже, по обе стороны дороги потянулись поля, дома приближались. Странник вошел в деревню уже в сумерках. На постоялом дворе зажгли лампы, когда он переступил порог таверны. Пошел дождь; он сел на скамью, поставив рюкзак на пол.

Один из официантов подошел и спросил, что ему подать. Странник подумал о своем спутнике, который теперь, наверное, потерянно бредет под дождем. Он заказал вермут и комнату на ночь. Комнату даст хозяин, ответил официант. Хозяин скоро будет, вы должны подождать его; не беспокойтесь, комната у вас будет.

Кэт и Билл Кволс

ПОЙМИ СЕБЯ И ДРУГИХ

ПОНИМАНИЕ СЕБЯ И ДРУГИХ.

ЛЮБОВНЫЕ ОТНОШЕНИЯ.

РЕШЕНИЕ КОНФЛИКТОВ.

САМОПОНИМАНИЕ.

ПОЛОЖИТЕЛЬНОСТЬ.

ПОНИМАНИЕ ЭМОЦИЙ.

КНИГА ВЗАИМООТНОШЕНИЙ.

Постарайтесь улучшить качество вашей жизни! Эта книга поможет вам: - Обогатить ваши любовные отношения - Укрепить дружбу - Добиться успеха в вашей карьере - Найти поэтапное руководство для решения конфликта - Эффективно пользоваться вашими эмоциями - Внести больше интимности в ваш брак Кэт и Билл Кволс-Ридлер - директора Центра отношений Дрейкурса. Эта Национальная Система центров обучения помогает людям по всей Северной Америке лучше понимать человеческие отношения. Билл и Кэт являются также авторами книг "Переориентация плохого поведения детей" и "Указания родителям". Эта книга посвящается всем, кто стремится наслаждаться прекрасными взаимоотношеними. Содержание ВСТУПЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ ГЛАВА 1. НЕОБХОДИМА СМЕЛОСТЬ. КАК ВЫ ВЫРАБОТАЛИ ВАШЕ САМОПОНИМАНИЕ КАКИЕ У ВАС ЖЕЛТЫЕ ВЕРЕВКИ. КОНТРОЛИРОВАНИЕ ПРИРОДЫ. ДОЛЖНО ЛИ В ЖИЗНИ ВСЕ БЫТЬ ПО-ВАШЕМУ? ВЫ МЕНЯЕТЕ МИР. КАК СЕБЯ ПОДБОДРИТЬ. ТЕСТ САМОУВЕРЕННОСТИ ПОДБАДРИВАНИЕ ДРУГИХ. УНИЖЕНИЕ ДРУГИХ ЖИЗНЬ-ШУТКА? БОЯЗНЬ ОШИБОК СОКРЫТИЕ ОШИБОК СМЕЛОСТЬ БЫТЬ НЕСОВЕРШЕННЫМ ГЛАВА 2. НАШИ ЧУВСТВА И ЭМОЦИИ. ТВОРЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. СЛОВАРЬ ЧУВСТВ И ЭМОЦИЙ. ПРИМЕРЫ СЛОВАРНЫХ ТЕРМИНОВ 1.ТВОРЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. 2.ЧУВСТВА. 3.ПОДСОЗНАТЕЛЬНЫЕ НАМЕРЕНИЯ. 4.ВИНА. 5.БЕСПОКОЙСТВО. 33 6.РЕВНОСТЬ. 7.СНЫ. 8. НЕПРИЯЗНЕННЫЕ ЧУВСТВА. 9. ГНЕВ. 10. ГНЕВ НА САМОГО СЕБЯ. 11. ВСПЫЛЬЧИВОСТЬ. 12. СКУКА 13. ЛЮБОВЬ 14. ДЕПРЕССИЯ ПРЕОДОЛЕНИЕ РАЗОЧАРОВАНИЯ ПРИЧИНЫ ДЕПРЕССИИ. ГНЕВ, ЗАМАСКИРОВАННЫЙ КАК ДЕПРЕССИЯ РАСХОЛАЖИВАНИЕ САМОГО СЕБЯ. ОБРЕСТИ КОНТРОЛЬ НАД СОБОЙ. ТАЙНА СНОВ ФАБРИКА ЭМОЦИЙ. ВАШИ НЕОСОЗНАННЫЕ ТВОРЧЕСКИЕ СПОСОБНОСТИ СЕРДЦЕ НЕ ЛЕЖИТ. СМЫСЛ НАШИХ СНОВ. 5 ШАГОВ ДЛЯ ОБЪЯСНЕНИЯ ВАШИХ СНОВ. ПОЧЕМУ ЭТО РАБОТАЕТ. СОН ПРОФЕССОРА. ГЛАВА 3. НАШЕ МНЕНИЕ О САМИХ СЕБЕ. МНЕНИЯ КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ НЕПРАВИЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ ПОРЯДОК РОЖДЕНИЯ. ПЕРВЕНЕЦ. СРЕДНИЕ ДЕТИ. САМЫЙ МЛАДШИЙ. ЕДИНСТВЕННЫЕ ДЕТИ. РАЗНИЦА В ВОЗРАСТЕ. ПОЛ СОПЕРНИЧЕСТВО ДЕТЕЙ. НЕДОСТАТКИ И ПРОБЛЕМЫ ЗДОРОВЬЯ СОЦИАЛЬНОЕ ОКРУЖЕНИЕ ТРАГЕДИИ В СЕМЬЕ СЕМЕЙНЫЕ ЦЕННОСТИ РЕАКЦИЯ РОДИТЕЛЕЙ. КАК РЕШЕНИЯ ФОРМИРУЮТ НАШ СТИЛЬ ЖИЗНИ. ОЖИДАНИЯ КАК РЕШЕНИЯ ФОРМИРУЮТ РАННИЕ ВОСПОМИНАНИЯ. КАК ИНТЕРПРЕТИРОВАТЬ ВОСПОМИНАНИЯ. ДОГАДКИ ВОСПОМИНАНИЯ И ТЕКУЩИЕ ПРОБЛЕМЫ ВАШИ ВОСПОМИНАНИЯ НАМЕКИ ПО ИНТЕРПРЕТАЦИИ ИЗМЕНЕНИЕ ВОСПОМИНАНИЙ. КАК ВОСПОМИНАНИЯ СОХРАНЯЮТ НАШ СТИЛЬ. ПРИОРИТЕТЫ. СТРЕМЛЕНИЕ К ЗНАЧИТЕЛЬНОСТИ УМЕНИЕ НРАВИТЬСЯ. ПОКОЙ КОНТРОЛЬ. СПИСОК ПРИОРИТЕТОВ. Я НЕ ОЩУЩАЮ СЕБЯ ВАЖНЫМ. ПОКОЙ ОЗНАЧАЕТ ЛЮБОВЬ. Я ДОЛЖЕН УГОЖДАТЬ. МНЕ НЕ ХВАТАЕТ КОНТРОЛЯ. ПРОЦЕСС ИЗМЕНЕНИЯ. ГЛАВА 4. НАШЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ 4 ФАКТОРА НЕПОДГОТОВЛЕННОСТИ. ОБРАЗЦОВЫЙ ГРАЖДАНИН ЖАЛЕТЬ РОЗГУ. ТРАДИЦИОННАЯ СЕМЬЯ ОДНО ИЛИ БОЛЕЕ ПОКОЛЕНИЙ ТОМУ НАЗАД. ПОКОЛЕНИЕ ПОСЛЕ ЧТО НАРУШИЛО ВЗАИМООТНОШЕНИЯ: ЛЮБОВЬ СО ВЗАИМНЫМ УВАЖЕНИЕМ. НОВАЯ МОДЕЛЬ. КАК ОНИ ИЗБЕГАЮТ КОНФЛИКТА. 18 ШАГОВ К СОГЛАШЕНИЮ ДЕМОКРАТИЯ СТИМУЛИРУЕТ ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ. Я НЕ МОГУ ВОДИТЬ МАШИНУ. ОТНОШЕНИЯ ПРИ СВОБОДЕ ЧТО-ТО НИ ЗА ЧТО. Я СДЕЛАЮ ЭТО ЗА ТЕБЯ. ГЛАВА 5. УВЕРЕННОЕ РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ САМОУТВЕРЖДЕНИЕ 12 РУКОВОДЯЩИХ УКАЗАНИЙ ПО САМОУТВЕРЖДЕНИЮ. БЫТЬ НЕУВЕРЕННЫМ ПРИХОДИТЬ ДОМОЙ ПОЗДНО ДЕЛОВАЯ ПОЕЗДКА. ПОХОД В КИНО. ПОЙТИ НА ВЕЧЕРИНКУ. ЭТО ВАША ВИНА. МНЕ НУЖНА ПОСУДОМОЙКА. ТАНЦЕВАТЬ СЛИШКОМ БЛИЗКО. ПОЛУЧЕНИЕ ПОВЫШЕНИЯ ЗАРПЛАТЫ. ИСКУССТВО РЕШЕНИЯ КОНФЛИКТА ДО РАЗГОВОРА. РАЗГОВОР. СПОСОБЫ УМАЛЧИВАНИЯ. ДУМАТЬ И ГОВОРИТЬ О ДРУГИХ. КАК ЭТО ВЫГЛЯДИТ. НЕ СВОДИТЕ СЧЕТЫ, ПОЛУЧАЙТЕ ТО, ЧТО ХОТИТЕ МСТИТЬ? Я? НЕОСВЕДОМЛЕННОСТЬ. НЕВОЗМОЖНОСТЬ ВЕРНУТЬСЯ НАЗАД ГДЕ ВЫ ОТРИЦАЕТЕ ВОЛЮ. ПРИЗНАНИЕ ПРИЧИНЕННОГО ВРЕДА. ИЗБАВИТЬСЯ ОТ СВОЕЙ МСТИТЕЛЬНОСТИ ДВА ЭТАПА ИЗБАВЛЕНИЯ ОТ ЧУЖОЙ МСТИТЕЛЬНОСТИ. ВОЛШЕБНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ. ПРИЧИНЕННАЯ БОЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ ЗЛОСТЬ. ГЛАВА 6. ДРУГОЙ ПОЛ НАШЕ ОТНОШЕНИЕ ПЛАН ДЛЯ УЛУЧШЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ. Я НЕ МОГУ НАЙТИ ЛЮБОВЬ. 1+2=0 МОЕ ОТНОШЕНИЕ НЕ СЕРДЕЧНОЕ. 37 СИМПТОМОВ ПРИЧИНЫ ИНТИМНЫХ ПРОБЛЕМ. 4 ОШИБОЧНЫХ ЦЕЛИ. СХЕМА ЛЮБОВНОЙ ПРОГРЕССИИ. ГРАФИК СЧАСТЬЯ. ПРЕОДОЛЕНИЕ ПРЕПЯТСТВИЙ К ИНТИМНОСТИ. ДЛЯ КАКОЙ ЦЕЛИ? ПОЧЕМУ ЭТО ТО, ЧЕГО ОТ МЕНЯ ЖДУТ? ЧТОБЫ СОПЕРНИЧАТЬ С ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ СВОЕГО ПОЛА ПОТОМУ ЧТО МНЕ НУЖЕН КТО-ТО, КТО НЕ БУДЕТ СОПЕРНИЧАТЬ СО МНОЙ ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ. ЧТОБЫ КТО-ТО МНОЙ ВОСХИЩАЛСЯ. ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ ПОДЧИНЯТЬ ИЛИ КОНТРОЛИРОВАТЬ КОГО-ТО. ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ, ЧТОБЫ КТО-НИБУДЬ ОБО МНЕ ЗАБОТИЛСЯ ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ О КОМ-НИБУДЬ ЗАБОТИТЬСЯ. ОЩУЩАТЬ УСПЕХ ИЛИ ПРЕСТИЖ ЧЕРЕЗ УСПЕХ СВОЕГО СУПРУГА. ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ, ЧТОБЫ КТО-ТО ОБРАЩАЛ НА МЕНЯ ВНИМАНИЕ. ЗАПОЛНИТЬ ПУСТОТУ В МОЕЙ СОБСТВЕННОЙ ЛИЧНОСТИ. ПОТОМУ ЧТО Я ХОЧУ. ЧТОБЫ КТО-ТО СДЕРЖИВАЛ МЕНЯ. ПОТОМУ ЧТО У НЕГО ЕСТЬ ЧЕРТЫ. ПОХОЖИЕ НА РОДИТЕЛЯ ИЛИ БРАТА. ЧТО ВЫ ЧУВСТВОВАЛИ БУДУЧИ ЛЮБИМЫМ. УВЕЛИЧЕНИЕ УВЕРЕННОСТИ В СЕБЕ НРАВИТЬСЯ СЕБЕ НЕ БЫТЬ САМИМ СОБОЙ. УДАРИТЬ СОБАКУ ПОДБАДРИВАНИЕ САМОГО СЕБЯ. СТРАХ ПОДРЫВАЕТ ДОВЕРИЕ. НЕ СОЗНАВАТЬ СТРАХА. ВЫПОЛНЯТЬ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА. БРАТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛЮБВИ НОВОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛЮБВИ. ОБВИНЕНИЕ. БЫТЬ НЕСОВЕРШЕННЫМ. ВЕРНОСТЬ ОДНОМУ ЧЕЛОВЕКУ. ПРИСПОСОБЛЕНИЕ К ИЗМЕНЕНИЯМ В ОБЩЕСТВЕ. ОСВОБОЖДЕНИЕ НОВЫЙ ДОГОВОР НОВАЯ СВОБОДА. НОВАЯ ЦЕЛЬ. ГЛАВА 7. НАСЛАЖДЕНИЕ ЖИЗНЬЮ. ВАШИ РЕАКЦИИ. БЫТЬ ВМЕСТЕ. КОМУ КАКОЕ ДЕЛО? ДЕВЯТЬ ЭТАПОВ ПЕРЕОРИЕНТАЦИИ САМОГО СЕБЯ. КОГО ВИНИТЬ?

Любомир Кынчев

Прошел слух...

Я был очень взволнован. Мне нужно было немедленно попасть к директору и сообщить ему о пожаре на одном из наших складов готовой продукции. Но в приемной, как обычно, было много народу, главным образом наши служащие. Товарищ Гю-лембаков принимал по одному - любил поговорить с подчиненным с глазу на глаз. Конечно, меня разбирало любопытство, о чем там беседуют, но дорога была каждая минута. Вообще-то я человек спокойный и терпеливый. Однако от одной мысли, что теряется драгоценное время, у меня дрожали руки и в глазах аж потемнело.

Петр Кырджилов

КАМЕНЬ

Чемоданы оттягивали руки, будто были набиты свинцом. А тут еще и внук мотался под ногами, усугубляя хаос этого с самого утра сумасшедшего денечка. До чего же душно и шумно! Когда голос из громкоговорителя уже второй раз выкликнул его имя, профессор Марсель Вилар убедился окончательно, что никогда не любил вокзалы и аэродромы. Но наконец-то блеснула надежда, что он выберется из чертова ультрасовременного лабиринта, вернее, не блеснула, а замигала розовым светом над одним из входов. Номер 6, разумеется, именно шестерку искал он последние двадцать минут. Внук опять начал выкаблучивать, когда они оказались в каком-то пустом рукаве, нацеленном в утробу самолета. Дать бы сорванцу сейчас подзатыльник, но позади шествовала американская семья, и профессор решил, что рукоприкладствовать и непедагогично и, главное, непатриотично. Лишь когда самолет набрал высоту и все начали успокаиваться в своих креслах. Марсель Вилар ощутил прилив спокойствия. Вся эта чехарда завертелась вчера вечером, едва почтальон принес телеграмму. Она была короткой, но, пожалуй, никакой другой текст в жизни профессор не перечитывал с таким интересом, хотя уже и не надеялся когда-либо его прочесть: - Вылетай незамедлительно. Подходит срок камню заговорить. Баму. Баму. Это имя, ничего не говорящее огромной части человечества, носил один из его представителей, и был он погружен в такие тайны, что раскрыть их не удалось бы никому. Баму... Он как будто вечен, как будто появился на Земле еще в эпоху динозавров, дабы терпеливо дожидаться эры покорения звезд. Марсель сызмальства помнил его - низенький седоволосый морщинистый негр, вечно задумчивый, время от времени что-то бормочущий себе под нос, но стоило перехватить его взгляд - и возникала мысль, что такой взгляд укротит даже хищного зверя. Марсель вырос в Африке. Мать свою он не помнил: она умерла, когда мальчику было всего три года. Отец Вилара, один из самых известных миссионеров в Западной Африке, взял его к себе. Плато Бандиагара, соломенные хижины догонов, где копошились крохотные негритята с большими животами, - вот первые жизненные впечатления будущего профессора. И глаза Баму. Старый жрец стал его учителем и покровителем; он по существу заменил отца, поскольку земная миссия пастора Вилара предполагала долгие отлучки. Баму посвятил сына миссионера в тайну языка сиги со, раскрыл сказочные глубины верований своего племени, странные обычаи и обряды догонов, научил понимать и ценить их самобытное искусство. В двадцать один год Марсель впервые увидел Париж, город его очаровал. Он закончил Сорбонну и через три дня после получения диплома этнографа уже ступил на палубу парохода "Леонардо да Винчи". Он не мог представить себе дальнейшую жизнь без Африки. Было лето 1931 года. По приезде на родное плато Бандиагара оказалось, что отец Вилара уже умер. Баму рассказал довольно смутную историю, как-то непривычно отводя взгляд. Сводил он Марселя и к могиле на краю селения, где холмик земли был увенчан неумело сработанным бамбуковым крестом. После этого Марсель переменился: стал немногословен, ушел в себя и спасение от отчаяния пытался найти только в работе. То были годы, когда он все ближе сходился с Баму, пока наконец совет старейшин не допустил Вилара в святая святых - к Тайному Знанию. Религия догонов, давно уже ставшая целью и смыслом его жизни, была многозначной и многозвучной. Легенды о Начале могли знать только члены Ава, общности сокрытых под масками - олубару, которые прошли специальную подготовку и владели языком сиги со. Марсель еще в детстве знал кое-что от отца. Баму тоже вспоминал довольно-таки странные истории, однако воспринимались они как сказки, не более. Но, слушая монотонные, идущие из глубины веков слова старейшины в полуразрушенном святилище. Марсель не мог остаться равнодушным: эти языческие воззрения, жрецами современной науки именуемые суевериями, подозрительно точно совпадали с новейшими теориями о происхождении Вселенной, с постулатами мироздания. Сколько уже лет минуло, но помнилось, как будто еще вчера Дядя Темнеющее Око сидел против него и рассказывал легенду о Бледной лисице Йугуру, пришельце с тройной звезды. Ту, что в центре, догоны именовали Сиги толо, а ее спутниц - По толо и Эме па толо. Тройная звезда играла главную роль в рассказах посвященных, будучи символом всего Сотворения. Отец говорил, что речь шла о самой яркой звезде нашего небосклона - о Сириусе. Бледная лисица приплыла на Землю в подобии Ноева ковчега, покинув По толо. Бесконечно долго длилось ее путешествие среди звезд, покуда она не достигла Земли и не основала род Владетелей. В святилище и сейчас еще сохранились, должно быть, рисунки, которые Марсель когда-то старательно копировал один за другим. В центре этой картинной галереи, в большой нише, была изображена Бледная лисица, плывущая к Земле от звезды По толо. Профессор вспомнил, как его поразила одна наивная, расцвеченная яркими красками фреска, где были показаны Солнце и Сириус. Соединяющая их кривая завивалась на концах в спирали, так что нельзя было отделаться от ощущения, что это безукоризненная траектория межпланетного перелета. Сейчас, когда ровное гудение двигателей "боинга" погрузило в дрему большинство пассажиров, а тени от ночного освещения затаились по углам и при желании в них можно было вообразить все что угодно, память воскресила во всех подробностях великий для Марселя Вилара день - День посвящения. Святилище догонов находилось в обширной пещере возле вершины Холма гиены. Ни одно живое существо не смогло бы проникнуть в пещеру, посвященные должны были одолеть длинный подземный ход вроде тоннеля, вход в который знал лишь Баму. Гладкие стены тоннеля, покрытые загадочным матово-голубым материалом, вряд ли были сооружены самими догонами - они затруднялись возвести даже соломенную хижину. В центре пещеры возвышался алтарь. Возле этого алтаря и был посвящен в тайны жизни и смерти Марсель Вилар, единственный белый человек, удостоенный этой чести в двадцатом столетии. Под конец церемонии Баму указал на невзрачный и запыленный кусок материи, что закрывал небольшое углубление в скале, и в первый и последний раз вспомнил о Камне. "Настанет время - и тебя призовут, где бы ты ни находился, призовут, дабы ты услышал голос Камня", - сказал жрец... С той поры минуло полвека. В конце войны Марсель вернулся во Францию, опустошенную, настрадавшуюся. Тогда-то он и познакомился с Натали. То были самые счастливые его годы. И самые плодотворные. Он получил кафедру, стал профессором, написал книгу "Загадка догонов".