Паша и Павлуша

Если в сердце нет любви, человек мертв. Живым он только притворяется. Такова своеобразная точка отсчета для всего творчества Виктории Токаревой, лучшей, тончайшей исследовательницы этого прекрасного чувства. Любовь в произведениях писательницы не всегда бывает нежной — в ней есть место и для боли, и для непонимания. Но в повседневной, будничной суете любовь — луч света, а счастье, даже недолгое, — единственное, ради чего стоит жить…

Виктория Токарева — признанный мастер современной русской литературы. Каждая из ее книг неизменно пользуется огромной популярностью, а фильмы, поставленные по сценариям писательницы — «Джентльмены удачи», «Шла собака по роялю» и многие другие, — входят в «золотой фонд» нашего кино.

Отрывок из произведения:

Паша был лыс, голова — как кабачок. Но красота для мужчины имеет значение только в Испании. А у нас, в средней полосе, ценятся другие качества. Эти другие качества были ярко представлены в Паше, и при первом, даже поверхностном взгляде становилось очевидно, что Паша — хороший человек.

Сейчас принято говорить: хороший человек — не профессия. И еще принято считать, что хороший — синоним посредственного, серого. Никаких тебе противоречий, свойственных сложной личности, где должны быть намешаны звезды и пропасти, всяческая высота со всяческим подонством. В Паше не было ни подонства, ни пропастей. Он окончил педагогический институт, «дефак» — отделение для дефективных детей. Раз есть умственно отсталые дети, стало быть, существуют и школы для них, и должны быть педагоги.

Другие книги автора Виктория Самойловна Токарева

«Особенность Венеции – карнавальная обстановка. Людей – потоки, толпы, и всем весело, все радуются. Невольно заражаешься праздничной энергией и улыбаешься во весь рот. А чему? Всему. Тому, что ты молод, жив, здоров, сыт. А если голоден, то скоро поешь. Если молод – не постареешь никогда. Если стар – никогда не умрешь. Жизнь вечна.

Всегда, всегда будет легко и весело, как сегодня. А иначе – зачем Венеция?

Но сколько можно ходить вот так – рот до ушей? Ну, месяц. А потом хочется новых впечатлений…»

В. Токарева

СОДЕРЖАНИЕ

01. О том, чего не было

02. Уж как пал туман…

03. Зануда

04. Закон сохранения

05. «Где ничто не положено»

06. Будет другое лето

07. Рубль шестьдесят — не деньги

08. Гималайский медведь

09. Инструктор по плаванию

10. День без вранья

11. Самый счастливый день (Рассказ акселератки)

12. Сто грамм для храбрости

13. Кошка на дороге

14. Любовь и путешествия

15. Зигзаг

16. Нахал

17. Нам нужно общение

18. Рарака

19. Пираты в далеких морях

20. Плохое настроение

21. Скажи мне что-нибудь на твоем языке

22. Японский зонтик

23. Тайна Земли

24. Стечение обстоятельств

25. Шла собака по роялю

26. Рабочий момент

27. Летающие качели

28. Глубокие родственники

29. Центр памяти

30. Один кубик надежды

31. Счастливый конец

32. Ехал Грека

33. Старая собака

34. Неромантичный человек

35. Ни сыну, ни жене, ни брату

36. Звезда в тумане

37. Система собак

«Главное не знать, а верить. Вера выше знания. Иначе зачем Богу было создавать такую сложную машину, как человек? Зачем протягивать его через годы, через испытания, через любовь? Чтобы потом скинуть с древа жизни и затоптать? А куда деваются наши слезы, наше счастье, наш каждодневный труд?.. Я всю жизнь чего-то добивалась: любви, славы, богатства. А сейчас мне ничего не надо. Я не хочу ничего. Видимо, я переросла свои желания. Наступил покой как после бомбежки. Бомбежка – это молодость».

Виктория Токарева

«…Приятно из грязного делать чистое, из темного – светлое, из немой горсти продуктов – благоуханный обед. Все садятся и радуются. И лица светятся. И желудки наполняются, и вырабатываются гормоны удовольствия. И еще неизвестно, что нужнее человеку – песня или обед». В. Токарева

В книгу вошли повести «Птица счастья», «Мужская верность», «Я есть. Ты есть. Он есть», «Хэппи энд», «Длинный день», «Старая собака», «Северный приют», «Лавина», «Ни сыну, ни жене, ни брату» и рассказы «Казино», «Щелчок», «Уик-энд», «Розовые розы», «Антон, надень ботинки!», «Между небом и землей», «Не сотвори», «Паспорт», «Хорошая слышимость», «Паша и Павлуша», «Ничего особенного», «Пять фигур на постаменте», «Уж как пал туман», «Самый счастливый день», «Сто грамм для храбрости», «Шла собака по роялю», «Рабочий момент», «Летающие качели», «Глубокие родственники», «Центр памяти», «Один кубик надежды», «Счастливый конец», «Закон сохранения», «„Где ничто не положено“», «Будет другое лето», «Рубль шестьдесят — не деньги», «Гималайский медведь», «Инструктор по плаванию», «День без вранья», «О том, чего не было» выдающейся российской писательницы Виктории Токаревой.

Надька любила поддразнивать Ксению: дескать, что она заработала за всю жизнь? Но смысл ее жизни – вне материального. Ксения шевелила своими пальчиками, уносилась в свою глиняную страну, и ей было там хорошо. Успех и творчество, успешное творчество – самый сильный наркотик. Это больше чем деньги.

«Иногда я думаю: что составляет мое счастье? Дети, профессия, дом… Трудно вычленить, что важнее. Иногда кажется, на первом месте профессия. Я всю жизнь занималась тем, что мне нравится. Но дети – это мое продолжение. Они понесут в будущее мой смех, мою трусость, мой разрез глаз. Как же без детей? Хочется любить что-то живое и теплое, целовать в мордочку, касаться губами». В. Токарева

Виктория Токарева.

Писательница, чье имя стало для нескольких поколений читателей своеобразным символом современной «городской прозы». Писательница, герои которой – наши современники. В их судьбах и поступках мы всегда можем угадать себя.

Произведения Токаревой, яркие, психологически точные и ироничные, многие годы пользуются огромным успехом и по праву считаются классикой отечественной литературы.

Содержание:

Стрелец

Старая собака

Лавина

Первая попытка

Римские каникулы

Мужская верность

Банкетный зал

Розовые розы

Перелом

Можно и нельзя

«Система собак»

На черта нам чужие

Все нормально, все хорошо

Антон, надень ботинки!

День без вранья

Как я объявлял войну Японии

Вместо меня

Инфузория-туфелька

Коррида

Полосатый матрас

Популярные книги в жанре Современная проза

ОТ АВТОРА

Now you’re looking for God in exciting new ways

David Bowie “Lucy Can’t Dance”

Попытка написать художественное произведение во втором лице единственного числа

предпринимается не в первый раз. Сам я узнал о том, что это вообще возможно, благодаря

сборнику работ Бориса Дубина «Слово – письмо – литература», в котором среди прочего

отмечается: «…есть, например, экспериментальный роман Бютора «Изменение», именно так,

1

Скорее всего, Абарбарчук был евреем.

Так я теперь думаю.

Или представителем вымирающей народности.

Сейчас этого уже не проверить, но сомнения остались.

Дюжий, ражий, нос наперевес.

Он появился где-то там, в прошлом, в сорок каком-то послевоенном году: в сапогах-галифе-портянках, с офицерской планшеткой через плечо и с такой чудовищной щетиной на щеках, будто скосили на них по осени яровые и осталась засохшая стерня – жесткая, колкая, густо-несминаемая.

Путешествуя по Америке, Мари и Юнна приехали в Финикс, штат Аризона. В гостинице, где им случилось остановиться, они подружились с веселой горничной Верити, а благодаря ей — познакомились еще с массой разного народа. Зачем им ехать куда-то дальше, недоумевает новая приятельница…

Восемь писем некой Клары Нюгорд. Они написаны разным людям, благодаря чему очень точно характеризуют автора.

На свой юбилей мама выбрала себе подарок: побывать в Барселоне, чтобы понять архитектуру Гауди и пожить на Ривьере вместе со своей дочерью Лидией. Им удалось найти недорогой пансионат, где они занимают «домик исчезнувшего англичанина».

Иегудит Кацир стоит в ряду лучших прозаиков современного Израиля. Ее произведения неизменно становятся бестселлерами, они переведены на многие языки, а книга «Сухопутные маяки» (1999), две повести из которой вошли в настоящее издание, выходила в Израиле семь раз. Кацир пишет о людях, находящихся на распутье, переживающих серьезный возрастной и духовный кризис. Они пытаются осмыслить свою жизнь и отчаянно ищут выход из тупика. Автор с редкой откровенностью и смелостью описывает самые интимные переживания своих героев.

Жизнь у молодого деревенского парня Эллиота Джексона и раньше была непростая. Впечатлительному и наделенному наследственным даром предчувствия, читающему невидимые знаки, ему хронически не везет с самой обычной работой. А тут еще лучший друг Спайк находит среди леса плантацию конопли и, недолго думая, похищает весь урожай. И для обоих друзей начинается настоящий кошмар: приятели оказываются вовлечены в чужую жестокую игру.

Впервые в стильном, но при этом демокрократичном издании сборник рассказов Марии Метлицкой разных лет. О счастье, о том, кто и как его понимает, о жизни, которая часто расставляет все по своим местам без нашего участия.

Героини Метлицкой очень хотят быть счастливыми. Но что такое счастье, каждая из них понимает по-своему. Для кого-то это любовь, одна и на всю жизнь. Для других дом – полная чаша или любимая работа.

Но есть такие, для кого счастье – стать настоящей хозяйкой своей судьбы. Не плыть по течению, полагаясь на милость фортуны, а жить так, как считаешь нужным. Самой отвечать за все, что с тобой происходит.

Но как же это непросто! Жизнь то и дело норовит спутать карты и подкинуть очередное препятствие.

Общий тираж книг Марии Метлицкой сегодня приближается к 3 млн, и каждую новинку с нетерпением ждут десятки тысяч читательниц. И это объяснимо – ведь прочитать ее книгу – все равно что поговорить за чашкой чая с близкой подругой, которой можно все-все рассказать и в ответ выслушать искренние слова утешения и поддержки.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

У сотрудницы отдела писем Тамары Кругловой запил муж после десятилетнего перерыва. За десять лет все вокруг и он сам успели забыть о тех смутных временах, когда его практически не видели трезвым. Это было так давно, что казалось, не было вообще. И больше не повторится. Но алкоголизм имеет манеру возвращаться с той же самой рожей, как будто не было десяти лет. Та же декорация, те же персонажи, та же драматургия. Играется старый спектакль. И тот же запах, который парит надо всем и проникает. Тамара называла это «запахом разбитых надежд».

Вечером мне позвонила из Ленинграда Майка и спросила:

— Ты на свадьбу ко мне приедешь?

— У меня разлад мечты с действительностью, — сказала я.

— Что?!

— Я хотела бы подарить тебе шубу, а могу только зубную щетку.

— Привези щетку, у моей как раз отломилась ручка.

Я представила себе, как приеду в Ленинград, как мне удивятся и обрадуются.

— Если тебя не будет… — у Майки ослаб голос.

— Не реви, — посоветовала я. — У тебя только три минуты.

Все началось в пятницу, во второй половине дня, когда Варвара Тимофеевна вернулась из булочной.

Она достала из авоськи половинку орловского хлеба, пакетик с чаем. На пакетике был написан какой-то сложный шифр, похожий на текст шпионской радиограммы: МПП РОСГЛАВДИЕТЧАЙ ГОСТ 1938-46…

Варвара Тимофеевна не стала вникать в премудрость, поставила пакетик на стол, и в ту же минуту медленно, будто нехотя, растворились обе рамы кухонного окна.

Где бы Шлепа ни появлялся, его всегда били за то, что он лез не в свои дела. Шлепа считал, что не своих дел нет, все дела общие.

Что касается Никитина, его не били никогда, ни мужчины, ни женщины. Главным в жизни Никитин считал личную свободу и ни во что не вмешивался.

Шлепа и Никитин были друзьями, соседями и сослуживцами одновременно. Они жили в одном доме и работали на одном предприятии. Это было очень удобно — не дробить души отдельно на соседей, отдельно на друзей и отдельно на сослуживцев, а все сосредоточить на одном человеке. Для Шлепы это было удобно, а для Никитина нет, потому что, когда били Шлепу, он испытывал яростные противоречия. С одной стороны, следовало вмешаться и сохранить принципы, а с другой стороны, — не вмешиваться и сохранить лицо от синяков, которые долго потом будут переходить из одного цвета в другой, менять оттенки от фиолетового до нежно-лимонного.