Параболы

Михаил Кузмин

Параболы

Стихотворения 1921-1922

I. СТИХИ ОБ ИСКУССТВЕ

436

Косые соответствия

В пространство бросить

Зеркальных сфер,

Безумные параболы,

Звеня, взвивают

Побег стеблей.

Зодиакальным племенем

Поля пылают,

Кипит эфир,

Но все пересечения

Чертеж выводят

Недвижных букв

Имени твоего!

[1922]

437

Как девушки о женихах мечтают,

Другие книги автора Михаил Алексеевич Кузмин

Повесть "Крылья" стала для поэта, прозаика и переводчика Михаила Кузмина дебютом, сразу же обрела скандальную известность и до сих пор является едва ли не единственным классическим текстом русской литературы на тему гомосексуальной любви.

"Крылья" — "чудесные", по мнению поэта Александра Блока, некоторые сочли "отвратительной", "тошнотворной" и "патологической порнографией". За последнее десятилетие "Крылья" издаются всего лишь в третий раз. Первые издания разошлись мгновенно.

Михаил Кузмин

Занавешенные картинки

Настоящее издание отпечатано в

Количестве трехсот семи экзем

пляров нумерованных I-VII и 1-300

Экз. I

АТЕНАИС.

Зовут красотку Атен_а_ис,

И так бровей залом высок

над глазом, что посажен наис

косок.

Задев за пуговицу пальчик,

недооткрыв любви магнит,

пред ней зарозмаринил мальчик

и спит.

Острятся перламутром ушки,

Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частного случая».

Михаил Кузмин

Форель разбивает лед

Стихи 1925-1928

I

501-515. ФОРЕЛЬ РАЗБИВАЕТ ЛЕД

А. Д. Радловой

1

ПЕРВОЕ ВСТУПЛЕНИЕ

Ручей стал лаком до льда:

Зимнее небо учит.

Леденцовые цепи

Ломко брянчат, как лютня.

Ударь, форель, проворней!

Тебе надоело ведь

Солнце аквамарином

И птиц скороходом - тень.

Чем круче сжимаешься

Звук резче, возврат дружбы.

Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частного случая».

«Путешествия сэра Джона Фирфакса» – как и более раннее произведение «Приключения Эме Лебефа» – написаны в традициях европейского «плутовского романа». Критика всегда отмечала фабульность, антипсихологизм и «двумерность» персонажей его прозаических произведений, и к названным романам это относится более всего.

Критическая проза М. Кузмина еще нуждается во внимательном рассмотрении и комментировании, включающем соотнесенность с контекстом всего творчества Кузмина и контекстом литературной жизни 1910 – 1920-х гг. В статьях еще более отчетливо, чем в поэзии, отразилось решительное намерение Кузмина стоять в стороне от литературных споров, не отдавая никакой дани групповым пристрастиям. Выдаваемый им за своего рода направление «эмоционализм» сам по себе является вызовом как по отношению к «большому стилю» символистов, так и к «формальному подходу». При общей цельности эстетических взглядов Кузмина можно заметить, что они меняются и развиваются по мере того, как те или иные явления становятся историей. Так, определенную эволюцию претерпевают взгляды Кузмина на искусство символическое, которое он в 20-е гг. осмысляет более широко и более позитивно, чем в статьях 10-х гг. Несомненно, что война 1914 г. усилила в нем его «франкофильство» и отрицание немецкой культуры как культуры «большого стиля». Более многогранно и гибко он оценивает в 20-е гг. Анатоля Франса как типичного представителя латинской культуры.

Мы предлагаем вниманию читателя несколько статей разных периодов, отчасти собранных в сборнике «Условности». Остальные статьи – из различных альманахов, журналов и сборников

Критическая проза М. Кузмина еще нуждается во внимательном рассмотрении и комментировании, включающем соотнесенность с контекстом всего творчества Кузмина и контекстом литературной жизни 1910 – 1920-х гг. В статьях еще более отчетливо, чем в поэзии, отразилось решительное намерение Кузмина стоять в стороне от литературных споров, не отдавая никакой дани групповым пристрастиям. Выдаваемый им за своего рода направление «эмоционализм» сам по себе является вызовом как по отношению к «большому стилю» символистов, так и к «формальному подходу». При общей цельности эстетических взглядов Кузмина можно заметить, что они меняются и развиваются по мере того, как те или иные явления становятся историей. Так, определенную эволюцию претерпевают взгляды Кузмина на искусство символическое, которое он в 20-е гг. осмысляет более широко и более позитивно, чем в статьях 10-х гг. Несомненно, что война 1914 г. усилила в нем его «франкофильство» и отрицание немецкой культуры как культуры «большого стиля». Более многогранно и гибко он оценивает в 20-е гг. Анатоля Франса как типичного представителя латинской культуры.

Мы предлагаем вниманию читателя несколько статей разных периодов, отчасти собранных в сборнике «Условности». Остальные статьи – из различных альманахов, журналов и сборников

Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частного случая».

В данном произведении Кузмин пересказывает эпизод из жития самарянки Евдокии родом из города Илиополя Финикии Ливанской. Она долго вела греховную жизнь; толчком к покаянию явилась услышанная ею молитва старца Германа. Евдокия удалилась в монастырь. Эпизод с языческим юношей Филостратом также упоминается в житии.

Слово «комедия» автор употребляет в старинном значении «сценической игры», а не сатирико-юмористической пьесы.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Из Полного собрания сочинений с критикой

известный любитель древности, умерший несколько лет тому назад

Здесь не хватает четырех-пяти стихов.

26 мая 1828.

Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?…
Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,

У меня в руках стихи Анны Аник, целый сборник. И это вызывает удивление: будучи хорошо знакома тремя с предыдущими сборниками, была уверена, что все, что ей хотелось, она уже высказала, выплеснула. Но, оказывается, у стихов есть такое волшебное свойство: они не кончаются, пока жива душа, пока она трепещет, мучается, ищет.

Настоящий сборник называется «Излучение души» и весь он пронизан светом любви, ее лучами. У Анны Аник и возлюбленный никто иной как Лучик солнца. Это и конкретный человек, и одновременно обобщенный образ, возвышенный, прекрасный, недостижимый. Такая любовь не столько радует, сколько терзает, мучает и рождает много мыслей и открытий: «раскрывая объятья, мои мысли бегут», «кладу свою душу тебе на ладонь», «писать — важней воды и хлеба», «превратятся в ромашки любимые все снежинки, упав на траву», «почка вербы показала носик крохотно-пушистого птенца», «слова прекрасней, чем цветы».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Михаил Кузмин

Стихотворения, не вошедшие в прижизненные сборники

561

Лодка тихо скользила по глади зеркальной,

В волнах тумана сребристых задумчиво тая.

Бледное солнце смотрело на берег печальный,

Сосны и ели дремотно стояли, мечтая.

Белые гряды песку лежат молчаливо,

Белые воды сливаются с белым туманом,

Лодка тонет в тумане, качаясь сонливо,

Кажется лодка, и воды, и небо - обманом.

Михаил Кузмин

Вожатый

Случится все, что предназначено,

Вожатый нас ведет.

М. К

I

317-325. ПЛОД ЗРЕЕТ

1

Мы в слепоте как будто не знаем,

Как тот родник, что бьется в нас,

Божественно неисчерпаем,

Свежей и нежнее каждый раз.

Печалью взвившись, спадает весельем...

Глубже и чище родной исток...

Ведь каждый день - душе новоселье,

И каждый час - светлее чертог.

Сергей Кузнечихин

ОЖИДАНИЕ ПРИНЦЕССЫ

cказка

Наверное, и туман был не случаен.

Мужчина знал, что в распадке течет красивая сильная река, и сразу за ней поднимается лесистая гора, но спрятанные в густом белом месиве, они как бы исчезли, вселяя зрению неуверенность - всегда были и вдруг не стало.

Камень, брошенный вниз, пропал из виду, но все-таки было слышно, как он покатился по галечной осыпи.

Совсем рядом треснула ветка.

Сергей Кузнечихин

СТИХИ

* * *

Непонятно. Очень часто Ни с того и ни с сего Вдруг покажется Стучатся. Дверь откроешь Никого. Что такое? Что за мука? Вот уже в который раз Выйдешь Ни души, ни звука, Только холодом обдаст.

(поэтический сборник "Соседи")

-------------------------------------------------------------------------------

Серый день.

День, как большой домашний пёс, Разлёгся сыто и лениво. Семейство сереньких берёз Расположилось у залива.