Парабеллум по кличке Дружок

Что может получиться у дамы с восьмизарядным парабеллумом в руках? Убийство, трагедия, детектив! Но если это рассказывает Далия Трускиновская, выйдет веселая и суматошная история середины 1990-х при участии толстячка, йога, акулы, прицепа и фантасмагорических лиц и предметов.

Отрывок из произведения:

Эту диковинную историю рассказал мне мой давний приятель Шурик. И она мне, ей-богу, понравилась. Во-первых, перед глазами постоянно был образ главного героя, достаточно комичный, между нами говоря. Во-вторых, эта история внесла ясность в совсем другое дело. В-третьих, меня совершенно очаровала несуразность ситуации. Все в ней было наоборот. Обычно в историях такого рода, когда берется за дело сыщик-самоучка, все начинается с трупа, понемногу выясняются калибр и марка оружия, а ближе к финалу происходит погоня за безымянным временно преступником. А что касается похождений Шурика, то известно было решительно все — имя убийцы, калибр и марка оружия, причина преступления. Все, кроме имени жертвы. За ней и шла погоня…

Другие книги автора Далия Мейеровна Трускиновская

…И вот она уже стояла в плаще перед дверью, с сумкой и зонтиком. А поскольку в последнее время жизнь ее не баловала, Ксения заранее представляла себе не то приятное, что связано с дождем – свежий воздух, к примеру, – а исключительно неприятное – брызги на колготках, промоченные ноги, насморк и прочее. Шлепать по лужам к остановке, распихивать в троллейбусе мокрые спины… брр… Вот открыть бы дверь – и сразу оказаться в родном отделе, в тепле и сухости… Открывая дверь, Ксения действительно внутренним взором видела свой отдел, четыре стола, составленные попарно, китайскую розу на подоконнике, облупленный шкаф и Еремееву, которая всегда приходит первой. На Еремеевой почему-то было модное джинсовое платье, хотя для пятидесяти дет это, мягко говоря, странный наряд. Ксения перешагнула порог и вместо лестничной клетки увидела перед собой комнату с четырьмя столами и китайской розой, а также Еремееву в джинсовке…

Первый роман цикла «Государевы конюхи».

Второй роман из цикла «Архаровцы». Николай Архаров и его молодцы должны в кратчайшие сроки отыскать в Москве банду карточных шулеров, открывших подпольное игральное заведение…

Второй роман цикла «Государевы конюхи».

Что может объединить столь разных людей, как культурист, артист разговорного жанра, православный священник и ведьма? Пожалуй, только мистика…

Лев Толстой с помощниками сочиняет «Войну и мир», тем самым меняя реальную историю… Русские махолеты с воздуха атакуют самобеглые повозки Нея под Смоленском… Гусар садится играть в карты с чертом, а ставка – пропуск канонерок по реке для удара… Кто лучше для девушки из двадцать первого века: ее ровесник и современник, или старый гусар, чья невеста еще не родилась?.. Фантасты создают свою версию войны Двенадцатого года – в ней иные подробности, иные победы и поражения, но неизменно одно – верность Долгу и Отечеству.

Был у царя Алексея Михайловича свой тайный спецназ. Секретное поручение исполнить, мешочек золота или важную грамотку нужному человеку отвезти в Казань или в Астрахань, собрать сведения о нерадивом воеводе — кто всем этим занимался, отчитываясь когда дьяку приказа тайных дел, а когда и самому государю? А конюхи Больших Аргамачьих конюшен, неутомимые наездники и лихие бойцы, верные слуги трона. От отца к сыну передавалось это ремесло, чужих на конюшнях не жаловали, и когда по милосердию старого конюха деда Акишева взяли пришлого парнишку — таскать воду в водогрейный котел, никто и предположить не мог, что этот Данилка Менжиков через несколько лет станет надежным другом, смелым гонцом, мастером разгадывать загадки и выводить на чистую воду злодеев. Появятся у него друзья — конюхи Богдан Желвак, Тимофей Озорной и Семейка Амосов. И заведется лютый враг, которому Данилка волей — неволей несколько раз перебежит дорогу, — земский ярыжка Стенька Аксентьев…

Рига начала XIX века — скучная провинция Российской империи, населенная немецкими бюргерами, русскими купцами и латышскими крестьянами. Иван Андреевич Крылов — еще не знаменитый баснописец, но подающий надежды честолюбивый литератор — вынужден растрачивать молодые годы на государевой службе. Однако у Крылова есть другая, менее известная страсть — карты.

Поиски места, где идет Большая Игра, приводят Ивана Андреевича к некой таинственной француженке, графине де Гаше. Она называет себя ученицей великого Калиостро, знает толк в ядах и, кажется, владеет гипнозом. Графиня связана с компанией шулеров, о ее происхождении и планах доподлинно ничего неизвестно. Однако людей, попавших в сферу ее интересов, находят отравленными или считают пропавшими без вести.

Гениальный баснописец и гениальная авантюристка. Пересечение их судеб становится продолжением одной невероятной, но правдивой истории.

Популярные книги в жанре Иронический детектив

Детектив Натальи Никольской из серии «Близнецы»

Ларри Гендерсон — торговый представитель

Джойс Гендерсон — его жена, учительница в Уотфорде

Ричард Болтон — суперинтендант Скотленд-Ярда

Джанет Болтон — его жена

Кристофер Мортлок — инспектор Скотленд-Ярда

Глэдис Джилмон — соседка Гендерсонов

Бенни — ее сын

Сержант Бредли из полицейского участка Уотфорда

Мелвин Дэвис — владелец ресторана «Роуг'с Мач» в Сохо

Барбара Коукбэн — его невеста

Перри Сэдлер — служащий Дэвиса

Всякий раз как он пытался поцеловать ее в губы, женщина ловко отстранялась, а комнату наполнял вызывающе насмешливый хохот. Франсуа не понимал поведения Сони, тем более что она лежала почти голая в его постели. Может, ей доставляло удовольствие унижать его? Однако Соня достаточно умна и не может не понимать, что, достигнув наконец предела своих страстных желаний, Франсуа не отступит. Уж лучше убьет и ее и себя! Надеясь сломить сопротивление, он навалился на нее всем телом, но тут же скатился с кровати и… проснулся. Франсуа Лепито, двадцатичетырехлетнему клерку мэтра Альбера Парнака — самого почитаемого нотариуса в Орийаке, как всегда, снилось, что он спит с женой хозяина.

Она вычислила его сразу, как только вошла в ресторан. Семи пядей во лбу для этого не потребовалось. Только двое мужчин сидели в одиночестве, один из них – пожилой джентльмен, перед которым уже стояла тарелка с едой.

Второй – лет тридцати пяти-сорока, с гривой черных волос, волевым подбородком. Может, он актер, подумала она. Актер, которого тут же взяли бы на роль бандита. Правда, он читал книгу. Занятие это вроде бы бандиту не пристало.

– Итак, – начал Лебнер, – вы по-прежнему видите этот сон.

– Каждую ночь.

– И всегда одно и то же? Может, вы еще раз перескажите мне ваш сон.

– О, Господи, – выдохнул Хэкетт. – Сон тот же самый. Мне звонят, говорят, что я должен ехать на машине в Кливленд, я еду, потом возвращаюсь. Конец сна. Какой смысл в том, что, приходя к вам, я всякий раз повторяю одно и то же? Или вы сразу забываете мой сон?

– Любопытная мысль, – отметил Лебнер. – Почему вы предположили, что я забываю ваш сон?

Ему казалось, что он слышит эхо собственных криков, отражающихся от стен. Сердце колотилось, кожа блестела от пота. Нужно ли этого бояться? Может ли человек умереть от оргазма?

Заговорил он так, словно продолжал разговор.

– Интересно, часто это случается?

– Часто случается что?

– Извини. Я тут задумался и почему-то решил, что ты можешь читать мои мысли. Впрочем, иногда тебе это удается.

Вместо ответа она положила руку на его бедро. Маленькая, нежная ручонка, подумал он.

Летом, в воскресенье, за несколько минут до полуночи, у дверей клуба «Клио» на Бродерик-авеню девушка подала черную шляпу Томасу Кэрроллу, он же Счастливчик Том. Счастливчик сунул девушке в руку хрустящую долларовую купюру, подмигнул и в вышел теплую, лунную ночь. В пятьдесят два года он выглядел на сорок пять, а считал, что ему не больше тридцати девяти. Отбросив недокуренную сигару, он направился к автостоянке клуба, где его дожидался очень дорогой, очень большой автомобиль.

Марция встала, зевнула, затушила сигарету в круглой стеклянной пепельнице.

– Уже поздно. Пора и домой. Как же мне не хочется уезжать от тебя.

– Ты же говорила, что сегодня он играет в покер.

– Играет, но может мне позвонить. Иногда он быстро спускает кучу денег и возвращается рано, как ты понимаешь, в препоганом настроении, – она вздохнула, повернулась к лежащему на кровати мужчине. – Надоела, конечно, вся эта секретность. Гостиницы, мотели.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В этой книге собраны десятки самых интересных вопросов, на которые Крайон ответил через свой сайт www.kryon.com за последние несколько лет. Теперь эти вопросы и ответы доступны Работникам Света, не читающим по-английски. Читайте и узнавайте мнение «ангела из Магнетической Службы» о самых разных предметах — от абортов до язычества и от 11:11 до 2012. И вам многое станет понятнее в его мудрых и парадоксальных книгах!

Я пощекотал ее ножом; порезы на ребрах не опасны, но весьма болезненны. Ножевая рана сперва побелела, затем покраснела.

— Слушай, дорогая. — (Я забыл ее имя.) — Вот что у меня для тебя есть. Взгляни-ка. — Я помахал ножом. Чувствуешь?

Я похлопал ее лезвием по лицу. Она забилась в угол тахты и начала дрожать. Этого я и ждал.

— Ну, тварь, отвечай мне.

— Пожалуйста, Дэвид, — пробормотала она.

Скучно. Неинтересно.

— Я ухожу. Ты вшивая шлюха. Дешевая проститутка.

Был такой человек, который переиначивал историю. Он низвергал империи и искоренял династии. Из-за него Маунт-Вернон[1] чуть не перестал быть национальной святыней, а город Колумб штата Огайо едва не стали называть городом Кэбот того же штата. Из-за него французы чуть не прокляли имя Марии Кюри, а мусульмане едва не перестали клясться бородой пророка. Но, как вы, наверное, знаете, все эти события в действительности не произошли. Дело в том, что этот человек был чокнутым профессором. Если он в чем и преуспел, то лишь в том, чтобы изменить историю для одного себя.

Армия двигалась по ровной, выжженной солнцем пустыне. Две тысячи воинов, несмотря на ужасную жару, очень спешили. Блестели отполированные доспехи, сверкали отточенные клинки, позвякивали уздечки лошадей и верблюдов. Время от времени раздавались громкие крики погонщиков.

Сразу надо сказать, что воинство было весьма разномастное. Чуть впереди в качестве разведчиков скакала сотня легкой конницы. В чалмах, без тяжелой брони, вооруженные лишь луком и изогнутой саблей, всадники проносились, словно ветер. Далее шла основная, ударная сила — пикеносцы в стальных латах, прочных шлемах и с длинными копьями. На верблюдах, следовавших чуть сбоку, воины везли свои тяжелые щиты.