Паноптикум, Ноосферный театр (теория истории Земли)

Н.Ю.Чудакова, С.Н.Чудаков

ПАНОПТИКУМ

НООСФЕРНЫЙ ТЕАТР

Течение событий будущего может быть определяемо в

сильной мере нашей волей и нашим разумом. Нужно уже

сейчас готовиться к пониманию открытия,

неизбежность которого очевидна.

Академик В. И. Вернадский

Над хаосом звуков носился мой сон.

Болезненно-яркий, волшебно-немой....

Я много узнал мне неведомых лиц,

Зрел тварей волшебных, таинственных птиц,

Другие книги автора Наталья Ю Чудакова

Н.Ю.Чудакова, С.Н.Чудаков

АТЛАНТИДА, АТЛАНТЫ, ПРААТЛАНТЫ...

Как я могу сказать, что я думаю,

пока размышляю о том, что говорю.

Э. Форстер

Как много дел считалось невозможным,

пока они не были осуществлены.

Гай Плиний Секунд Старший

Как часто, дорогой читатель, мы встречаем в книгах, статьях, заметках фразу, похожую на эту: ученые не могут объяснить это явление. И чего не могут они, порой успешно "решают" фантасты. И вот что интересно: там, где полет фантазии одного человека когда-то нарисовал нечто немыслимое, сегодня - реальность, знакомая и понятная почти каждому. Пример? Да сколько хотите! Хотя бы гиперболоид инженера Гарина - лазер. И какую воплощенную фантазию подарит нам завтра, предугадать бы там кого-нибудь, кто идет дальше" - эти слова американского мыслителя XIX века Генри Дейвида Торо как нельзя лучше говорят о вечном стремлении человека к новому знанию. Англичанин Сэмюэл Батлер утверждает: "Жизнь - это искусство делать верные выводы из неверных посылок". С этим трудно не согласиться, как, впрочем, и с убеждением Альберта Эйштейна, что "вечная загадка мира - его познаваемость". И продолжим фантазировать дальше... Последствия мировой термоядерной, химической, биологической, геофизической, биогенной (как ни называй следующую войну) катастрофы современному человеку не легко представить или предсказать. Как мы знаем, применение даже и одной атомной бомбы повлекло за собой колоссальные человеческие жертвы и разрушения. Пятитонная атомная ^бомба "Малыш" мощностью около 20 килотонн, сброшенная над Хиросимой, взорвалась на высоте около 550 метров. Однако пострадал фактически весь город: в радиусе до 8 километров полностью или частично были разрушены 60 тысяч домов. Возник огненный шторм, длившийся 6 часов. Поднялся сильный ветер, дувший со скоростью 50-60 километров в час в направлении горящего города, в зону разрушений и пожаров. Железо и другие металлы вблизи эпицентра испарились, поверхностный слой грунта сплавился на значительную глубину. Под воздействием ударной волны и теплого излучения из 506-тысячного населения Хиросимы сразу погибло 78 тысяч человек и было ранено 64 тысячи человек. В последующем, с учетом воздействия проникающей и остаточной радиации, количество пострадавших возросло до 163 тысяч, а погибших - до 240 тысяч человек. И это последствия одного сравнительно небольшого взрыва. А если... Предположим, что первая ракета-носитель с термоядерной боеголовкой мощностью 20 мегатонн выведена на орбиту Земли и через несколько минут должна поразить цель. Возможны два варианта (с вероятностью 99%) развития событий: или ракета поражает цель, или ее сбивают в полете. В первом случае наличие таких поражающих факторов как ударная волна, световое излучение, проникающая радиация и последующее радиоактивное заражение местности приведет к гибели всего живого на обширной территории. Эпицентр взрыва будет одновременно и эпицентром сильнейшего землетрясения... Произойдет массовое убийство людей. Представьте, сколько их погибнет под руинами зданий крупного города, сгорит в испепеляющем огненном шквале в городе и окрестных лесах, погибнет в результате наводнений. Токсичные жидкости и газы разрушенных предприятий химической и оборонной промышленности заражают местность, воздух... Разрушена ближайшая к городу атомная электростанция... Второй вариант также губителен. Поврежденный носитель с источником "ядерной смерти" станет своего рода миной замедленного действия, способной взорваться в любой момент. Одновременно существует некоторая вероятность того, что в сбитой вакете при падении произойдет инициирование зарядаооевой части. В этом случае возможный высотный взрыв нанесет повреждения озоновому слою - защитнику живого мира планеты от жесткого губительного ультрафиолетового излучения. Кроме того, повышенную опасность будут представлять радиоактивные зараженные части разрушенной ракеты, как стремительно несущиеся к земле, так и лежащие на поверхности планеты... В течение последующих нескольких десятков минут массовый обмен ядерными взрывами приведет к тотальному разрушению природы. Применение ядерного, химического, биологического, геофизического оружия резко изменит газовый атмосферный состав. Неминуема экологическая катастрофа, гибель цивилизации. Если примерно одновременно взорвутся сотни сверхмощных боеприпасов, то это приведет к непредсказуемым геологическим, климатическим и прочим катаклизмам, в том числе сдвигам земной коры, и никто не может гарантировать, что Земля не развалится на множество кусков-астероидов... Какой выбор может сделать человечество, если гонка вооружений перенесена в космос (еще в середине 80-х гг. проходила информация о том, что при разовом запуске космического корабля "Челленджер" на околоземную орбиту могут быть выведены три платформы, каждая из которых несет по 25 ракет с .ядерными боеголовками), если один залп современной атомной подводной лодки несет миру 960 Хиросим? Уже сейчас на Земле накоплено ядерных боеприпасов общей мощностью свыше 50 000 мегатонн. Для сравнения напомним, что за всю вторую мировую войну было израсходовано взрывчатых веществ общей мощностью немногим более 5 мегатонн. Применение даже 1/10 современного арсенала термоядерного (ядерного) оружия приведет к "ядерной ночи" и далее- к катастрофической для всего живого "ядерной зиме". Итак, последствия третьей мировой войны невообразимы и труднопредсказуемы, и пережившие войну будут завидовать мертвым. И действительно, кто знает, не уподобится ли Земля Марсу? В любой войне были победители. Значит, должны быть победители и в третьей мировой войне (если только, разумеется, планета не будет разнесена в "пух и прах")? Наиболее вероятно, что на Земле останутся - по крайней мере - хотя бы несколько сотен миллионов человек цивилизованного общества... Что же будет дальше? "Отсидевшись" в подземельях и в космосе, победители станут хозяевами Земли, природные условия которой будут значительно изменены. На первых порах они будут продолжать развитие своей цивилизации главным образом в недрах планеты, так как в подземельях будет поддерживаться нужный им микроклимат. Поскольку на планете никто не будет им препятствовать из также оставшихся (выживших и адаптировавшихся в новых условиях) представителей рода человеческого (которых победители могут добить полностью, ^исходя, допустим, из тех соображений, чтобы на планете осталась одна нация), то на Земле будут параллельно сосуществовать и развиваться цивилизации двух уровней:

Популярные книги в жанре Научная литература: прочее

ЧУДЕСА В РЕШЕТЕ

А.С. ПУШКИН О ТАИНСТВЕННЫХ ЯВЛЕНИЯХ

В журнале "Русская старина" за 1899 год среди многочисленных материалов, посвященных памяти А. С. Пушкина, помещены малоизвестные воспоминания Александры Андреевны Фукс, жены казанского профессора и литератора Карла Федоровича Фукса. В сентябре 1833 года Пушкин ехал в Оренбург собирать сведения для истории Пугачева и остановился на одни сутки в Казани. 06 этой встрече с поэтом А. А. Фукс пишет своей близкой подруге. "... В шесть часов вечера мне сказали о приезде к нам Пушкина. Я встретила его в зале. Он взял дружески мою руку со следующими ласковыми словами: "Нам не нужно с вами рекомендоваться: муза познакомила нас заочно, а Боратынский еще более" (Боратынский был другом семьи Фуксов. - Ред.). Пушкин... остался у нас ужинать и за столом сел подле меня. В продолжение ужина разговор был о магнетизме. Карл Федорович не верил ему, потому что очень учен, а я не верю, потому что ничего тут не понимаю. Пушкин старался всевозможными доказательствами уверить в истине магнетизма. "Испытайте, говорил он мне. - Когда вы будете в большом обществе, выберите одного человека, вовсе вам не знакомого, который сидел бы к вам спиною, употребите на него все ваше внимание, но пожелайте сильно, всей вашей душою, и вы увидите, что незнакомец как бы невольно оборотится и будет на вас смотреть". - "Это не может быть, - сказала я. - Как иногда я желала и сердцем, и душою, но кто не хотел смотреть, не взглянул ни разу". Мой ответ рассмешил его. "Неужели это с вами случалось? О нет, я этому не поверю; прошу вас, пожалуйста, верьте магнетизму и бойтесь его волшебной силы; вы еще не знаете, какие чудеса он делает над женщинами". "Не верю и не желаю знать", - отвечала я. "Но я вас уверяю по чести, - продолжал он. Я был очевидцем таких примеров, что женщина, любившая самой страстной любовью, при такой же взаимной любви остается добропорядочною; но были случаи, когда эта же самая женщина, вовсе не любивши, как бы невольно, со страхом, исполняет все желания мужчины, даже до самоотвержения. Вот это-то и есть сила магнетизма". Я была очень рада, когда кончился разговор о магнетизме, хотя занял его другой, еще менее интересный, - о посещении духов, о предсказаниях и многом, касающемся суеверия. - Вам, может быть, покажется удивительным, - начал опять говорить Пушкин, - что я верю многому невероятному и непостижимому, быть так суеверным заставил меня один случай. Раз пошел я с Всеволожским по Невскому проспекту; и из проказ зашли к кофейной гадательнице. Мы просили ее погадать и, не говоря о прошедшем, сказать будущее. "Вы, - сказала она мне, - на этих днях встретитесь с вашим давнишним знакомым, который вам будет предлагать хорошее место по службе; и потом, в скором времени, получите через письмо неожиданные деньги; а третье, я должна вам сказать, что кончите жизнь неестественною смертью". Без сомнения, я забыл в тот же день и о гадании, и о гадальщице, но спустя две недели после этого предсказания, опять на Невском проспекте, я действительно встретился с моим давнишним приятелем, который служил в Варшаве при великом князе Константине Павловиче и перешел служить в Петербург; он мне предлагал и советовал занять место в Варшаве, уверяя, что цесаревич этого желает. Вот первый раз после гадания, когда я вспомнил о гадальщице. Через несколько дней после встречи со знакомым я в самом деле получил письмо с деньгами; и мог ли я ожидать их? Эти деньги прислал мой лицейский товарищ, с которым мы, бывши еще учениками, играли в карты, и я его обыграл. Он, получа после умершего отца наследство, прислал мне долг, который я не только не ожидал, но и забыл о нем. Теперь надобно сбыться третьему предсказанию, я в этом совершенно уверен..." Суеверие такого образованного человека меня тогда очень удивило. ...Он выехал на рассвете в Оренбург, а ко мне оставил письмо. Я, простившись с ним, думала, что его обязательная приветливость была обыкновенною светскою любезностью, но ошиблась. До самого конца жизни... он писал мне несколько раз в год..."

Казалось бы, что можно открыть нового в месте, где тысячи людей не за страх, а за совесть искали в течении семидесяти лет? Стоило ли нам отправляться в дикую даль лишь для того, чтобы еще раз увидеть лишь то, что видели до нас многие тысячи людей? Ответ скептиков или пессимистов можно заранее предугадать, но прежде чем попытаться переубедить их, вначале попытаемся вспомнить, что это за место и что же там искали-таки на протяжении всех этих десятилетий. Рассказ о последней экспедиции начинается за 88 лет до нее…

Книга посвящена истории терминов и понятий, используемых в российской науке XIX в. для описания «другого», – таких как «народность», «национальность», «нрав народа», «тип», «типичное» и т. д. В центре внимания – характеристики поляков и финнов, содержащиеся в этнографических и антропологических очерках народов России и в учебной литературе второй половины XIX в. В монографии предпринята реконструкция этнокультурных стереотипов, позволяющая выявить особенности научного и обыденного восприятия финнов и поляков в русской культуре.

Авторский коллектив:

В.Н. Басков, Г.Н. Бачурин, А.С. Еремин, А.В. Камянчук

Рецензент:

Главный специалист Министерства экономики и труда Свердловской области Н.П. Береснев

Устойчивое развитие Ирбитского муниципального образования. В 2-х ч. Часть 2. – Ирбит: ИД "Печатный вал", 2010. – 60 с.

ISBN 978-5-91342-010-7

Во второй части книги изложен стратегический план развития Ирбитского муниципального образования Свердловской области. Особое внимание уделено диверсификации сельской экономики, развитию несельскохозяйственных видов деятельности, сельскому туризму.

Для всех интересующихся проблемами устойчивого развития сельских территорий.

Постоянная серьезность — признак ограниченности. Не помню, кто высказал эту мысль, — если никто, то приходится сожалеть, ибо мысль эта справедлива.

Несерьезность — истинно человеческий признак. Животные всегда серьезны. Даже тогда, когда они резвятся, они делают это всерьез, как самое важное, жизненно необходимое дело. Из этого, однако, не следует, что гении, в которых в высшей степени воплощено человеческое начало, — самые несерьезные люди. Потому что за внешней несерьезностью у них всегда скрывается самая серьезная мысль.

В сборнике крупнейшие советские ученые-академики Александров А., Велихов Е., Марков М. и другие решительно выступают против угрозы термоядерной войны и рассказывают о ее катастрофических для всего человечества последствиях. Издание рассчитано на массового читателя.

Fb2 создан по материалам сайта http://nplit.ru «NPLit.ru: Библиотека юного исследователя»

Вопрос о том, на чём держится Земля, человек зада-вал себе с самых древнейших времён. Этот вопрос возникает совершенно естественно, так как в нашей жизни мы всюду привыкли видеть, что каждый предмет должен обязательно иметь какую-нибудь поддержку, иначе он упадёт вниз, на землю. Корабль, плывущий в море, поддерживается снизу водой. Птица и самолёт также не лишены опоры: их поддерживает снизу воздух, на который они опираются своими крыльями.

А на чём держится морская вода и окружающий Землю воздух?

Автор рассказывает о колебаниях климата в течение последних двух тысяч лет, о периодах похолодания, сменявшихся тёплыми периодами. Замечательно описание «глобального потепления» первой трети ХХ века, которое в сороковых годах сменилось «глобальным похолоданием». Кроме того, автор делает прогноз, что к концу ХХ века вновь наступит период «глобального потепления» (что мы и наблюдаем сейчас), которое будет примерно таким же, как и глобальное потепление IX–XI веков. И технический прогресс об ужасах которого кричат нынешние «экологи» не окажет на эти процессы никакого влияния. Слишком ничтожно наше вмешательство по сравнению с могучим дыханием океана.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Валентина Васильевна Чудакова

"Битте, камрад"

Ранней весной сорок третьего года после зимнего наступления встали мы в оборону на реке Осьме, на Смоленщине. Пополнение получили. Три недели день и ночь вкалывали, долбя еще не оттаявшую землю. От кайл, ломов и лопат кожа у каждого трижды с ладоней слезала. С помощью полковых саперов построили дзоты, пулеметные площадки открытые, жилые землянки, траншею с двух флангов до стыка с соседями дотянули. И зажили почти мирно. Повезло нам - не оборона, а санаторий. Тишина!.. Фашисты, можно сказать, и не стреляют. Даст миномет ихний два раза в сутки по нашей Лысой горе, а на ней - пусто, нет никого и ничего. Пулеметы МГ тоже помалкивают, а если когда и стреляют, то вроде бы неприцельно. Проверяли мы: не раз фанерные мишени из траншеи под огонь высовывали - ни одной пробоины! Стало быть, вражеские пули где-то высоко идут, как при ведении огня на самой безопасной отметке шкалы прицела. Подивились мы такому делу: с чего это, дескать, фашисты подобрели? В наступлении каждую деревушку приходилось брать с боя, да и то не с первой атаки, а тут присмирели! Впрочем, черт с ними. Раз не лезут, и мы помалкиваем - патроны экономим.

Валентина Васильевна Чудакова

Хорошая встреча

В отделе кадров штаба армии добродушный полковник Вишняков встретил меня как старую знакомую.

- Как настроение? - спросил. - Выздоровела?

- Так точно! - отвечаю по-уставному и добавляю от себя: - Все зажило как на собаке.

- Не везет тебе, дочка, - посочувствовал он мне. - Твоя Сибирская дивизия знаешь где сейчас?

- Второй раз на войне осиротела. После первого ранения в свою часть так и не вернулась. А теперь вот опять...

Валентина Васильевна Чудакова

Как я боялась генералов

Повесть

Автобиографическая повесть и рассказы о событиях Великой Отечественной войны.

Посвящается светлой памяти

командарма генерал-лейтенанта

Виталия Сергеевича ПОЛЕНОВА

В первый же день войны двадцать шесть ребят из нашего восьмого "б" класса, не сговариваясь, ринулись в Дновский райвоенкомат. А там берут только десятиклассников, да и то на оборонные работы! И не всех, а по выбору: которые поздоровее. Напрасно мы доказывали, просили, требовали, клянчили - военкому не до нас было, попросту заткнул пальцами уши. А его ретивые помощники из добровольцев, не тратя лишних слов, вытолкали нас на улицу. Ну не обидно ли? И мы побежали жаловаться в райком комсомола. Там никого, кроме бестолковой сторожихи!..

Валентина Васильевна Чудакова

Командир роты

Очередная сводка Совинформбюро сообщала, что на нашем участке фронта идут бои местного значения. В натуре это выглядело несколько пародийно. Бой не бой, а так - вроде бы игра в "кто кого перехитрит". Закрепившись на промежуточном рубеже, мы притворялись, что озабочены тем, как бы удержать только что отбитые у фашистов позиции. Не наш полк отбил - другой, который мы сменили осторожно после довольно длительной передышки в ближайшем тылу. Но фрицы этого, разумеется, не знали и думали, что мы выдохлись в боях и о дальнейшем наступлении и не помышляем. Мы охотно их поддерживали в этом выгодном для нас заблуждении и в траншее с наступлением темноты поднимали деловитую, почти незамаскированную возню: нарочито активно стучали наши кайла и большие саперные лопаты - укрепляемся, дескать. А на самом деле оборонительные работы шли ни шатко ни валко - лишь бы начальство не придиралось. Мешало наступательное настроение.