Памир без легенд (рассказы и повести)

Павел Лукницкий

Памир без легенд

(рассказы и повести)

Путешественники - родственные души... Тур Хейердал и Павел Лукницкий обмениваются своими книгами о путешествиях. Москва, 1961 г.

У ПОДНОЖИЯ СМЕРТИ

(повесть)

Глава первая

НА ПАМИР

1

Не раз убеждался я, что стоит только очень сильно чего-либо захотеть, как сами обстоятельства начинают помогать осуществлению желания. В молодости я всегда упорно искал возможности отправиться в любое дальнее путешествие. Так было и в тридцатом году. В марте того года я вдруг услышал телефонный звонок:

Другие книги автора Павел Николаевич Лукницкий

В годы Великой Отечественной войны писатель Павел Лукницкий был специальным военным корреспондентом ТАСС по Ленинградскому и Волховскому фронтам. В течение всех девятисот дней блокады Ленинграда и до полного освобождения Ленинградской области от оккупантов, постоянно участвуя в жизни города-героя и во многих боевых операциях – сначала при активной обороне, а потом в наступлении, – писатель систематически, ежедневно вел подробные дневниковые записи, которые и составили три эпопеи «Ленинград действует…». В них дана широкая картина гигантской битвы, жизни и быта героических защитников Ленинграда. Содержание эпопеи составляют только подлинные факты.

Первая, вторая и третья книги дневника были изданы «Советским писателем» в 1961, 1964 и 1968 годах.

Подвиг, совершенный населением и защитниками Ленинграда в годы Великой Отечественной войны, не забудется ни современниками ее, ни грядущими поколениями. Все девятьсот дней блокады и обороны города-героя, а потом месяцы наступательных операций Павел Лукницкий неутомимо вел свой подробный дневник. Никакая обстановка не могла помешать автору делать свои ежедневные записи. В них — мысли, беседы, боевые дела фронтовиков и горожан множества специальностей. Дневник дает широкую картину того времени во всей ее, порой жестокой, суровой, но предельно чистой атмосфере несравненного мужества.

Способность автора записывать происходящее вкруг него в самый момент события помогла ему создать художественный документ большой впечатляющей силы. Эта книга охватывает период времени от прорыва до полного снятия блокады и, затем, до изгнания разгромленных вражеских войск с территории Ленинградской области. Дневник заканчивается описанием судебного процесса над гитлеровскими карателями — в Ленинграде, после войны. Этой книгой автор завершает свою большую трехтомную эпопею, первые две части которой, под тем же названием «Ленинград действует…», изданы «Советским писателем» в 1961 и в 1964 гг.

Эта книга – продолжение фронтового дневника участника героической обороны Ленинграда.

Она охватывает период с марта 1942 года по февраль 1943 года, когда день за днем автор вел свой подробный дневник, описывая жизнь и быт защитников блокированного Ленинграда: действия армейских частей, авиации, Балтфлота и Ладожской флотилии. Боевой работе разведчиков в тылу врага, снайперов, пехотинцев, саперов, танкистов, летчиков, артиллеристов, моряков, транспортников, вдохновенному труду рабочих и интеллигенции города, колхозников пригородных хозяйств, снабженцев, организующей и руководящей роли партийных организаций в обороне города, всему, что характеризует героизм ленинградцев в тот тяжелейший год Отечественной войны, – посвящена эта книга.

Павел Николаевич Лукницкий

Acumiana. Встречи с Анной Ахматовой. Т.1

1924 - 25 гг.

Твоею жизнью ныне причащен,

........................................

Я летопись твоих часов веду.

Эпистолярное наследие Анны Ахматовой незначительно по количеству - она страдала аграфией - и по существу: редкие ее письма написаны невыразительно. Зато Ахматова была исключительной собеседницей, и не удивительно, что, несмотря на жестокость эпохи, она нашла Эккерманов, с пиететом записывавших ее слова.

Сборник произведений Павла Николаевича Лукницкого — поэта, прозаика, путешественника, заслуженного работника культуры Таджикской ССР. Перу П. Н. Лукницкого принадлежит ряд романов, повестей, рассказов. В числе его произведений много очерков, посвященных путешествиям по Памиру и другим отдаленным горным районам Средней Азии, Казахстана, Заполярья. По роману «Ниссо» созданы две оперы и в 1979 году снят телевизионный многосерийный фильм по заказу Гостелерадио СССР. В издание включены также некоторые из его лучших рассказов на среднеазиатские темы.

Павел Лукницкий

Ниссо

РОМАН

Роман П. Н. Лукницкого "Ниссо", написан перед Отечественной войной. Переведен на десятки языков Европы и Азии.

По роману "Ниссо" созданы две оперы - композитором С. Баласаняном (либретто Ценина), ставившаяся в Таджикистане и телевизионным центром в Москве, и болгарским композитором Дмитром Ганевым. В 1966 году на экраны вышел фильм "Ниссо" (Таджикфильм. Режиссер М. Арипов, сценарий П. Лукницкого и Л. Рутицкого), сделанный по мотивам романа.По роману "Ниссо" Д.Худоназаровым в 1979 году снят телевизионный многосерийный фильм по заказу Гостелерадио СССР (сценарий В.Лукницкой).

Павел Николаевич Лукницкий

Acumiana. Встречи с Анной Ахматовой. Т.2

1926-1927

1926 год

11.01.1926

Принес оконную замазку. Застал Пунина. Лежала. Весело шутила. Пунин ругал Есенина, она просила Пунина замолчать... Весела была, оживлена. За это время писем от Шилейко не получала.

Прочла 2 стихотворения из "Clart " - АА, переведенные Святополк-Мирским на французский язык ("Настоящую нежность не спутаешь..." и "...Быть с тобою в аду..."), с заметкой, где говорится, что Ахматова - "une admiratrice au sens intime de ce mot" и жена "тоже поэта" Гумилева. АА это не трогает после "бельевых корзин" Г. Иванова. (Дальше зачеркнуто. - В. Л.) Но АА забавляет такая бестактность, тем более, что Мирский делает это с лучшими чувствами. По поводу: АА уверена, что во Франции русской поэзии не знают. Ни ее, ни других. Блока знают только по "Двенадцать". Знают за границей Льва Толстого: "Oh, L on Tolsto !", - и, главным образом, как религиозного мыслителя и т. п. Да и то широкая публика знает, конечно, понаслышке, а по-настоящему - только культурные люди знают. Начинают узнавать Достоевского (в частности, в Германии - после ее падения. Потому что в Достоевском ищут утешения. "И Достоевский может дать утешение, даже в таком случае"). Во Франции только теперь перевели Бориса Годунова... В Англии русскую поэзию знают лучше, чем во Франции, хотя тоже плохо.

Павел Николаевич Лукницкий — автор многих книг, высоко оцененных читателями.

«Сквозь всю блокаду» — дневник военного корреспондента — повествует о мужестве и героизме защитников Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. В основу книги положены подлинные события и факты гигантской битвы за город на Неве.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Владимир Маяковский – титан раннего советского искусства, драматург, художник, поэт, стоявший у истоков русского футуризма.

Поэзия Маяковского динамичная, стихийная и очень дерзкая, обладающая оригинальной метрикой и запоминающимся звучанием, богатая непривычными метафорами.

Книга содержит стихотворения Маяковского, а также его поэмы, в которых лирика сливается с хроникой, а биография, чувства и амбиции автора пафосно преподносятся как элементы новой религии.

Борис Володин — прозаик, работающий в научно-художественной литературе. В эту книгу вошли его биографический роман «Мендель», повесть «Боги и горшки» — о И. П. Павлове. Кроме того, Б. Володин — сам врач по профессии — посвятил благородному труду медиков повести «Я встану справа» и «Возьми мои сутки, Савичев!»

Как это ни странно, но все знали, что будет наступ­ление. Задание мы получили утром. Немного подмора­живало. День выдался ясный, и на небе, кроме белень­ких облачков от шрапнели (это немцы били по нашему корректировщику), ничего не было. Мы двигались по шоссе с полной выкладкой сапера. И нам было жарко и тяжело в шинелях и валенках. Все шоссе было запру­жено автоматчиками, шедшими к передовой, но они дви­гались очень медленно, и мы обгоняли их. По бокам шоссе, в развалинах зданий, расположились бойцы. Го­рели костры, дымились походные кухни, бойцы толпи­лись около них с котелками; несколько человек спало на снегу, прижавшись друг к другу и подложив под головы вещевые мешки. Дважды нас обгоняли подразделения лыжников-автоматчиков в белых маскировочных хала­тах.

В новой книге Евгений Чернов продолжает, как и в предыдущих сборниках, исследование жизни современного горожанина. Писатель не сглаживает противоречий, не обходит стороной острые проблемы, возникающие в стремительном течении городского быта. Его повести и рассказы исполнены одновременно и драматизма, и горького юмора. Честь, совесть, благородство — качества, не подверженные влиянию времени. Эта мысль звучит в книге с особой убедительностью.

Александр Беляев – один из основоположников жанра научной фантастики в нашей стране. Прикованный к постели, писатель жил в изумительном мире, созданном его воображением. Силой своей фантазии он рисовал будущее, предвосхищая возможность дальнейших открытий и новых достижений. Из пятидесяти научных предвидений Беляева многие сбылись или принципиально осуществимы, и только три считаются ошибочными.

Второй том собрания сочинений содержит романы «Последний человек из Атлантиды», «Продавец воздуха», сценарий научно-фантастического фильма «Когда погаснет свет».

Иллюстрации художника Д. Бисти.

http://ruslit.traumlibrary.net

Эта книга о военных моряках Балтики. Большинство рассказов — о подводниках. После войны автор служил на подводных лодках, и потому рассказы подкупают и злободневной проблематикой, и точностью деталей, и жизненностью характеров.

…Матрос Лев Пушкарев буквально прошел по следам старшего брата, погибшего во время войны: тоже стал гидроакустиком на подводной лодке, встретился с теми же мужчинами, которые были друзьями его брату, с теми же женщинами, которых он любил…

Эта книга о военных моряках Балтики. Большинство рассказов — о подводниках. После войны автор служил на подводных лодках, и потому рассказы подкупают и злободневной проблематикой, и точностью деталей, и жизненностью характеров.

…Не ладится штурманская служба у лейтенанта Одинцова: он ни разу не дал правильного ответа капитану подлодки, сомневается в простейших вещах, все время чувствует себя виноватым… Самое время подать рапорт.

Эта книга о военных моряках Балтики. Большинство рассказов — о подводниках. После войны автор служил на подводных лодках, и потому рассказы подкупают и злободневной проблематикой, и точностью деталей, и жизненностью характеров.

На подлодку кавторанга Кириллова прислали нового замполита, который сразу не приглянулся капитану: молодой, несолидный, настырный. «У всех замы как замы, а у меня волейболист…» — жаловался Кириллов.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Павел Лукницкий

Стихотворения

"Павел Лукницкий более известен как прозаик, а также исследователь творчества Гумилева. Автор дневниковых записей бесед с Ахматовой. Между тем начинал, как весьма талантливый поэт, о чем свидетельствуют эти крепкие, энергичные стихи...

...В приводимом нами стихотворении есть трагический отблеск пророчества.

Кнопка. И пальца прикосновенье.

Разинуты рты. Дышать тяжело.

И сто километров - одно мгновенье.

Сергей ЛУКНИЦКИЙ

БИНОМ ВСЕВЫШНЕГО

...как страшно быть неписателем.

Каким непереносимым должно быть

страдание нетворческих людей.

Ведь их страдание окончательно...

Юрий Нагибин

Санкт-Петербург

1998

ОТ АВТОРА

Я посвящаю написанное отцу, но сейчас, когда из близких на этом свете никого не осталось у меня, кроме матушки, понимаю, что самым таинственным из моих предков был родной брат папы Кирилл Николаевич. По-видимому, незаурядный человек, профессор в тридцать лет.

Сергей Лукницкий

Чувствую себя виноватым

по отношению к существующей в России власти...

Впервые за двадцать лет сочинительства я взялся за документальную повесть.

Год над ней работал.

Называл ее то "Огненный столп" в память книги Н.Гумилева с таким же названием, то "Хроникой убийства", а в конце концов выкинул всю беллетристику и оставил только документы, рискуя тем самым внести некоторый диссонанс в общую сочинительскую тональность всего того, чем я занят. В свое оправдание скажу - публикуемые документы в симбиозе своем являют собой забавную историю, которую смею предложить читателю. Они посвящены идее реабилитации Николая Гумилева.

Сергей Лукницкий

Есть много способов убить поэта

"Дело" Гумилева. Социология преступления

отечественной истории и культуры.

100-летию со дня рождения

Павла Лукницкого посвящаю

Ежели древним еллинам и римлянам дозволено было слагать хвалу своим безбожным начальникам и предавать потомству мерзкие их деяния для назидания, ужели же мы, христиане, от Византии свет получившие, окажемся в сем случае менее достойными и благодарными? М.Е.Салтыков (Щедрин)