Отступница

Собака душит соседских цыплят, и предстоит принять решение, как с ней быть. Хозяйке тяжело слушать, как соседи, знакомые и даже собственные дети предлагают разные жестокие способы наказания.

© zmey-uj

Отрывок из произведения:

Утро. Двадцать минут девятого. Близнецы Джуди и Джек ковыряются в овсянке, а их мать, миссис Уолпол, то на часы взглянет, то на окно — вот-вот подойдет автобус — в пустой досаде: детей в школу подгонять — что мед руками черпать.

— Пешком пойдете! — пригрозила она уже, наверное, в третий раз. — Автобус ждать не будет!

— Я быстрей не могу, — Джуди взглянула на свой стакан с молоком, самодовольно добавила:

— Я и так вперед Джека.

Другие книги автора Ширли Джексон

«Дом, недремлющий, безумный, стоял на отшибе среди холмов, заключая в себе тьму… И то, что обитало внутри, обитало там в одиночестве…»

Начало книги как нельзя более соответствует духу знаменитого сочинения Ширли Джексон, признанного многими, включая Стивена Кинга, важнейшим произведением литературы ужасов XX века.

Старинный особняк на холме приносит его обитателям только горе. Владельцы отказываются в нем жить, пожилая чета, присматривающая за домом, не рискует оставаться здесь на ночь. За домом прочно закрепилась репутация обители привидений.

И вот однажды тишину дома нарушает шумная компания визитеров. Доктор Монтегю, исследователь паранормальных явлений, снимает на лето особняк для изучения происходящих там феноменов. Никто из прибывших не может даже предположить, каким кошмаром завершится эта поездка.

Популярность книги закрепили две ее экранизации — режиссера Роберта Уайза (1963) и Яна Де Бонта при участии Стивена Спилберга (1999).

«Мы живём в замке» — американский готический роман, настоящий психологический триллер. Был отобран Times magazine в числе 10 лучших романов года, выдержал 13 изданий.

В центре романа — две сестры, родные которых таинственным образом погибли… Ширли Джексон пишет об ужасах и зле, скрытых в нашем ежедневном существовании, о борьбе, которую незримо ведут между собой люди, связанные узами родства, о тайных войнах, происходящих внутри одной человеческой души.

«Эта книга — адское варево из ужаса и напряженного ожидания, она околдует вас, и вы наверняка станете ее следующей жертвой. Величайший дар Ширли Джексон — не создавать мир фантастики и ужаса, а, скорее, находить гротескное в обыденном».

New York Times
тематическая антология

Знаменитый бестселлер американской писательницы Ширли Джексон «В убежище», по меткому замечанию одного из критиков, представляет собой «ведьмино зелье, приготовленное из ненависти, страха, безумия, колдовства и нескольких капель нежности». История двух сестер, живущих в закрытом от посторонних глаз старинном доме вместе с парализованным стариком-дядей; страшная тайна гибели всех остальных членов семьи; ненависть жителей близлежащей деревни — все это искусно соединено писательницей в увлекательном, жутком и одновременно трогательном повествовании, которое привлечет читателей самых разных возрастов и вкусов.

Также в книгу включен роман Андрэ Бьерке «Мертвецы».

Содержание:

Андрэ Бьерке (Берхард Борге). Мертвецы (роман, перевод В. Зацепиной)

Ширли Джексон. В убежище (роман, перевод П. Лебедева)

Примечание:Берхард Борге - псевдоним норвежского писателя и поэта Андре Бьерке (Jarl André Bjerke).Художник С. Атрошенко.

Муж Ширли Джексон, Стэнли Хаймен, утверждал, что его жена — «единственная практикующая ведьма среди современных писателей, хоть и любительница». Действительно, от произведений Джексон веет какой-то «чертовщинкой», они ни на что не похожи. Абсурд, ужас, загадка — все это смешивается воедино на страницах ее произведений, так что читатель не в силах отличить реальность от вымысла. Ему остается только положиться на автора, отдаться его воле — и послушно идти вслед за ним по причудливо выстроенным лабиринтам.

Рассказ «Лотерея», давший название сборнику, — одно из самых известных произведений Джексон. Он стал классикой американской литературы и трижды был экранизирован.

Очередной сборник рассказов ужасов и популярного за рубежом жанра «саспенс» включает в себя более двадцати произведений американских и английских авторов художественной прозы, объединенных темой жестокости и насилия, являющихся, увы, неотъемлемой частью нашего повседневного бытия. Почти все они заставляют читателя в той или иной мере испытать чувство страха, а иногда, что не менее важно, и сожаления. Каждый из рассказов достаточно нов для отечественного читателя и весьма оригинален, и хотя бы по этой причине удовольствие от этой книги Вам обеспечено.

У четы Эллисонов был загородный дом, в котором они отдыхали каждое лето, уезжая в начале сентября. В этом году они решили задержаться и отдохнуть здесь подольше… Стоило ли это делать?

Первый опубликованный рассказ Ширли Джексон (1938 г.).

Миниатюра о девушке с суицидальными наклонностями.

Лори поступает в старшую группу детского сада. Там он встречает Чарли, который плохо, очень плохо себя ведет…

Рассказ из антологии «Детские игры».

Популярные книги в жанре Триллер

Виктории казалось, что ее окружает едва проницаемая пелена. Она слышала голоса, громкие приказы, быстрые шаги, но звуки были такие смутные, словно все происходило в параллельном пространстве. При этом она точно знала, что снаружи, на палубе, всего в нескольких метрах от ее каюты должны были начаться первые съемки.Вдруг голоса заглушило всхлипывание: «Мамочка, мамочка, почему ты не приходишь?» Она в ужасе раскрыла глаза. Голос напоминал любимую игрушку-неваляшку ее сына. Дирк? Женщина хотела вскочить, но тут же почувствовала шум в голове и снова откинулась на подушки.Она увидела нечто невероятное. От шкафа к двери двигалась тень. Дирк. «Дирк! – хотела закричать она, но вместо крика получился лишь шепот. – Дирк, как ты попал сюда?» Ребенок обернулся и вдруг начал плакать. Сердце Виктории сжалось от ужаса. Она хотела к своему мальчику, хотела взять его на руки и утешить, но ноги не слушались ее. Она бессильно лежала на диване и слушала плач Дирка.

Чень Ю — китайский демон, обладающий сверхъестественными свойствами. Его фигурку приобрел хозяин английской комиссионной лавки и убедился, что легенды не лгут…

Человек переходит улицу, спеша по своим делам, по воле судьбы какую-то машину заносит на повороте, удар — и он лишается памяти. Кажется, это называется амнезия. Возможно, доктор, чья визитка нашлась в кармане пострадавшего, поможет вспомнить?

В городишке одного из южных штатов за убийство местной девушки судят приезжего. Вердикт предопределен. Но шериф решает помочь невиновному…

Вечер был жаркий и душный. На западе алела одна полоса, словно солнце нехотя покидало одетую в летнее убранство землю. Они сидели у открытого окна, очевидно, стараясь убедить себя, что воздух там свежее. В саду темнели очертания деревьев и кустов; за садом на улице горел газовый фонарь ярко-оранжевым пятном среди синей вечерней мглы. Еще дальше виднелись три огонька семафора, ярко выделявшегося на темном фоне нависших туч. Мужчина и женщина говорили друг с другом тихо, почти шепотом.

Ночь была жаркая. На небе, после заката летнего солнца, осталась розоватая окраска. Они сидели у открытого окна и им казалось, что воздух здесь свежее. В темноте неподвижно застыли деревья и кусты сада. На фоне туманно-голубого вечернего неба за дорогой выделялся оранжевый свет газового фонаря. Три огонька железнодорожного сигнала маячили вдали. Женщина и мужчина переговаривались шопотом.

— Он ничего не подозревает, — нервно начал мужчина.

Молодой эмигрант из России, исследователь-философ Артур Салмио, живущий в хельсинкском пригороде Ванта, получает но электронной почте письмо от неизвестного отправителя-албанца с требованием предоставить ему некую «формулу творения». Не понимая, о чём идет речь, Артур вскоре узнаёт об убийстве отправителя, а также своего приятеля-библиотекаря, знавшего о письме. Чувствуя, что вокруг него смыкается невидимое кольцо, Артур бежит из Финляндии в Швецию. Постоянно ощущая за собой слежку, Артур неожиданно встречает в Стокгольме незнакомого ему выходца из Югославии, назвавшего себя сводным братом убитого албанца. Югослав сообщает Артуру о том, что в мире действует тайная террористическая организация исламистского толка «Инсайд», поставившая целью столкнуть Россию с Западом с помощью провокации, основанной на использовании оружия нового поколения — усовершенствованной электромагнитной бомбы…

Авантюрный роман. Провинциальный учитель французского находит неизвестные тексты Нострадамуса. Его шестнадцатилетняя ученица хочет секса и тайных знаний. Древние пророчества рулят судьбами современной России. Кремль в панике и бешенстве. Должны быть уничтожены все, причастные к тайне.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В книге рассказано о 32 главных славянских божествах, приведены их «живые слова». Читатель узнает об Авсени, Баяне, Вие, Желе, Земуне, Квасуре, Ладе, Макоши, Стрибоге и других представителях славянского языческого пантеона: где и в каких ситуациях с данным божеством можно встретиться, в каком обличье оно обычно предстает перед людьми, к худу или к добру оборачиваются подобные встречи, имеет ли смысл о чем-то просить божество и как это делать, в какой форме, с какими подношениями к нему приходить, как его задобрить, что посулить. «Живые слова» славянских богов — это недавно расшифрованные древние тексты, в которых сами божества обращаются к людям, дают им особые алгоритмы взаимодействия с собой, грозятся и увещевают всегда помнить о том, кто на самом деле управляет миром и от кого зависят его судьбы и судьбы каждого отдельно взятого человека.

Вы узнаете о пантеоне славянских богов, об их родственных взаимоотношениях, «специализации», о том, в каком обличье они предстают перед человеком, какие животные их сопровождают, где располагались древние и располагаются современные капища, о ритуалах обращения к тому или иному богу. В книге рассказано о 32 главных божествах славян.

«Языческие верования, традиции, обряды — в генетической памяти нации. Эта книга написана, чтобы каждый русский человек мог обратиться к своим первоистокам. Это стыдобища, что мы знаем, кто такие Зевс и Посейдон, но не имеем представления о Перуне и Дажьбоге! Пора восполнить эти пробелы. Каждый человек имеет неоспоримое право знать о верованиях и чаяниях предков, ведь это — духовные истоки жизни нации», — считает автор книги профессор Тимур Прозоров.

Автор постарался дать в статьях о каждом из богов максимум материала, который собирал по разным источникам. Это и Велесова книга, и так называемые Славянские Веды, и уже известная вам «рукопись Скобелева», и русские летописи и «Слово о полку Игореве», и материалы, полученные им в фольклорных экспедициях.

Вот уже второе десятилетие Тимур Прозоров организовывает такие экспедиции на русский Север и Запад, в малые населённые пункты Центра России, изучает сохранившиеся по сию пору в сельской местности верования, обычаи, изустно передаваемые на протяжении столетий былины, сказки, былички и прочие разновидности так называемого «устного народного творчества».

Обычно литераторы не любят рассказывать о священном процессе создания книг. На вопросы любознательных читателей они отвечают туманно и многозначительно:

— Знаете ли, все это очень сложно. Трудно, знаете ли, вот так, сразу, в нескольких словах…

Да простят мне соратники по ремеслу, но я с большой охотой расскажу о том, как писал приключенческую повесть — первую в своей жизни и, к счастью для читателей, кажется, последнюю…

Было это в мае 1945 года. Война кончилась, и наша дивизия находилась какое-то время на рубеже, занятом ею 9 мая. Солдаты отдыхали. Отдыхали и мы, сотрудники газеты.

Эта повесть, в сущности своей, — быль. Несколько изменены имена и типизированы характеры людей, участвовавших в событиях. И сами события смещены во времени и пространстве, как бы сфокусированы в одной точке. Допущены и некоторые другие «отклонения» от истинных фактов, ибо это не хроника, не отчет, а повесть. Все, что в ней рассказывается, было в действительности. И появлялся на фронте вражеский снайпер-ас, и вел он свой дневник, оказавшийся потом в наших руках, и случился у него роковой поединок с советским стрелком — гвардии старшиной Николаем Яковлевичем Ильиным, незабвенной памяти которого и посвящается этот рассказ.

В феврале 1943 года фронт остановился на Миусе.

Рота Алексея Дорохина отрыла окопы в садах хутора Южного. Глубоко промерзшую землю долбили ломами и пешнями, взятыми у местных жителей. Хутор стоял на взгорье — одна длинная, извилистая улица, два ряда хат; усадьбы нижнего порядка круто спускались к широкому, ровному, как стол, лугу. Метрах в ста от края усадеб вилась по лугу замерзшая, занесенная снегом вровень с берегами речка. За речкой, за лугом, в полукилометре такое же взгорье и хутора. Там закрепились немцы.