Отражённый свет

Дмитрий Малиновский

Отражённый свет

"Сидеть, Титан!" - строго скомандовал суровый, крепкий мужчина в кожаной куртке. Hе совсем понимая, что от него хотят, маленький щенок тервюрен (Бельгийская овчарка) пронзительно гавкнул и подбежал к хозяину, радостно виляя хвостом".

- Да..., - подумал мужчина, - из тебя боевой пёс не скоро выйдет!

Что я скажу братанам: отдал штуку баксов а пёс команды не сечёт, только крутит хвостом, как пропеллером. Hу да ладно, я из тебя всё равно супер-бойца сделаю, пусть только что возразят, - башню снесу.

Другие книги автора Дмитрий Юрьевич Малиновский

Дмитрий Малиновский

Открытая глубина...

Я был исследователем: иных измерений и миров, иной жизни...

Ровно в полдень я покидал эту планету.

Стояла поздняя золотая осень. Ещё тёплые лучи солнца, незнакомой мне, неяркой звезды, золотили раскачивающиеся на ветру листья деревьев. Иногда листья срывались с ветвей, и медленно кружась в прохладном чистом воздухе падали на стылую землю. Среди уже почти обнажённых ветвей деревьев струился густой солнечный свет. Он наполнял пространство небольшой лесной опушки, таинственной графикой - живого света и тени. Птиц, или иных звуков дикой природы, отчего-то не было. Только - Тишина... Она, казалось, наполняла весь мир невидимой, но почти ощутимой телом материей. В кристально прозрачном воздухе, чувствовался слабый запах тлеющей листвы, и засыхавших цветов.

Малиновский Дмитрий

Этот рассказ я посвящаю всем, кто каждый день

преодолевая боль и отчаянье - создаёт этот мир.

Дающее жизнь

Печаль - лишь тень радости.

Смерть - лишь часть жизни.

Hичто - только пролог сущего.

Клубничное желе восхода медленно заполняло небо. Где-то в его бескрайней вышине, высматривая добычу, плавно кружил стремительный, зоркий сокол. Казалось, ничто не способно нарушить его гордый, свободный полёт: ни палящее солнце, ни свирепая буря, ни холод близких, седых облаков.

Малиновский Дмитрий

Реки времён...

Жизнь совершает свой круговорот, - как и природа.

За расцветом, - следует разрушение.

Это, - неизменно!

Вопрос только в одном, - какой из путей ты выбираешь...

Эта история случилась очень давно. В каком краю, и под каким небом, я не знаю. Её удачный в веках путь, наконец-то, достиг и меня.

Теперь, она принадлежит и вам...

Город белого камня, прекрасный, как сон, словно мираж, неожиданно возникал посреди бескрайних пространств изумрудных лугов, далёкой страны Теннилида. Со стороны, он казался огромным, непреступным, - вечным... Прочные и высокие стены города, завершали узкие дозорные башни, из бурого и красного кирпича. Их часовые, неустанно и зорко, следили за внешне спокойным, - обманчивым и коварным миром вокруг. Готовые поднять по тревоге небольшое, но воистину непобедимое войско. Вопреки всей своей видимой силе, город был рад любому - входящему в него с миром.

Дмитрий Малиновский

Мечты обречённых

Я часто думаю о том, какие странные эти существа - люди.

И их мечты, - мечты обречённых...

И вся полнота жизни...

Человек, опередивший своё время в развитии,

становится - Создателем Мира,

или - Знамением Смерти...

Эта история, увы, лишь одна из многих. Меня попросили передать её _вам_, не откладывая, пока ещё есть в этом смысл!

Hа информационной панели появилось короткое сообщение, разрешающее войти посетителю под номером один. Этот номер был мой.

Популярные книги в жанре Современная проза

Он поднялся так рано, что в начале шестого, когда и не рассвело еще толком, уже стоял посреди кухни — одетый, выбритый, даже чего-то слегка пожевавший, держа в руках уложенный с вечера рюкзачок. Собственно, он взял его, чтоб шагнуть за порог, но что-то еще зацепило — стоял и пристально вглядывался в заоконную муть. Хотя — что там могло зацепить? В сером тумане стыла им же посаженная когда-то рябинка, тянула к окну мокрую ветку. На ветке сидела ворона — нахохлившаяся, почти безголовая. Вдруг, беззвучно и тяжело качнув ветку, она не то взлетела, не то свалилась, заполошно взмахнув отсыревшими крыльями. Он вздрогнул и, как бы очнувшись, вскинул рюкзачок на плечо.

ЮРИЙ ГЕРТ

НА БЕРЕГУ

Рассказ

Сначала сидели в ливингрум, потом на балконе, отсюда виден был океан, лунная переливающаяся дорожка, она словно висела в пространстве, между черным небом и черной водой, разговор на минуту прервался - все залюбовались ею, тем более, что от дома до океана было рукой подать: стоило перейти дорогу - и ноги вязли в мелком пляжном песке, так что казалось - чуть рябящая серебристая тропинка начиналась где-то рядом, на нее можно было ступить и идти, как по канату, балансируя руками...

Ежемесячный литературно-художественный журнал http://magazines.russ.ru/novyi_mi/

Ежемесячный литературно-художественный журнал http://magazines.russ.ru/novyi_mi/

Ежемесячный литературно-художественный журнал http://magazines.russ.ru/novyi_mi/

Авраам Б. Иегошуа – писатель поколения Амоса Оза, Меира Шалева и Аарона Аппельфельда, один из самых читаемых в Израиле и за его пределами и один из самых титулованных (премии Бялика, Альтермана, Джованни Боккаччо, Виареджо и др.) израильских авторов. Новый роман Иегошуа рассказывает о семье молодого солдата, убитого «дружественным огнем». Отец погибшего пытается узнать, каким образом и кто мог сделать тот роковой выстрел. Не выдержав горя утраты, он уезжает в Африку, в глухую танзанийскую деревню, где присоединяется к археологической экспедиции, ведущей раскопки в поисках останков предшественников человечества.

От лауреата Нобелевской премии и Международного Букера.

"Возможно, мы недостаточно убедительно требуем пресечения зла? Можно смириться с мелочами, которые вызывают разве что некоторый дискомфорт, но не с бессмысленной, повсеместной жестокостью. Ведь это так просто: счастье других людей и нас делает счастливее."

Удивительная многослойность – визитная карточка нобелевского лауреата Ольги Токарчук, чьи тексты никогда не бывают простыми. Детектив, философия, аллюзии и пронзительная глубина лесных пейзажей… «Веди свой плуг по костям мертвецов» – это история героини с особым взглядом на привычное, чей внутренний мир мы разгадываем, словно по натальным картам.

Во многих смыслах это роман-расследование. В своем тексте Токарчук затейливо шагает по точкам противоположной полярности: жизнь и смерть, случайное существование и предначертанность, человек и природа, охотник и жертва.

Кто имеет право жить, а кто – убивать? И кому дается власть определить это?

"Токарчук – тот удивительный тип писателя, который хоть и немножко пережимает реальность в самых неожиданных местах, но при этом не забывает увлекать читателя простым и понятным рассказом, простым и понятным писательским любопытством". Анастасия Завозова (Esquire).

"Токарчук пишет портрет цивилизации, максимально широко исследуя ее главные черты – «текучесть, мобильность, иллюзорность»; и еще – вечное движение, которое давно стало символом жизни". Владимир Панкратов, литературный обозреватель

Мир оживает после Великой чумы, Империя пытается сохранить ценности культуры и цивилизации, выполнить свой миссионерский долг – нести божественное Слово Господа Деуса. Идет постоянная борьба с внутренними врагами – обычными преступниками, еретиками и теми, кто злоупотребляет запретными знаниями – колдунами и ведьмами. Империю окружают внешние враги – варвары, язычники-демонопоклонники, дикие склавянские княжества. Оборону держит рыцарский Орден Серых Плащей. Их честь – верность.

Отряд послушников прибывает в отдаленный замок – командорию – на восточной границе с Великой Чащей. Скука и постепенная деградация оборачиваются кошмаром – похищения, жертвоприношения и адские твари в ночи. И это только начало.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ян Малиновский

На волне человека

Ночная мгла начала бледнеть, и в ее глубинах неясно засветились очертания гор, долины, залива, вползшего в нее. Плескание волн шло с невидимого моря в долину и доносилось сюда, на нижнюю террасу дома, где сидели двое мужчин. Солнце должно было вот-вот блеснуть первым лучом.

- Отпуск освобождает от суеты, - говорил один из мужчин. - А когда нет суеты, хочется размышлять. За завтраком, например, когда нас кормил автомат, я подумал: как странно, эти созданья столь беспомощны в некоторых ситуациях, Согласитесь, Мирон, иногда присутствие человека, пусть даже бессильного, гораздо важнее для нас, чем обширные возможности самого совершенного из автоматов.

Кшиштоф Малиновский

Ученики Парацельса

Доб свернул в узкую аллею, ведущую к институту. Огромное прямоугольное здание в лучах утреннего солнца сияло отблесками алюминиевых плит и оконных переплетов. В холле Доба овеяло прохладой. Климатизаторы работали на славу.

Он, как всегда, вежливо кивнул портье, открывшему дверь пневматического лифта, и, бодро переступив порог, вошел в кабину.

Личная лаборатория и кабинет Доба находились на двадцать втором этаже. В свое время он позаботился о том, чтобы его уголок был расположен как можно выше - ему нравилось во время работы любоваться прекрасным зрелищем, открывающимся взору.

А.Малинская

Как Адамек помогал бригадникам

Адамек бегает по комнате, а сам слушает, о чём говорят папа и мама.

- Уже приехали? - спрашивает мама.

- Приехали, - отвечает папа.

- Сколько машин? - спрашивает мама.

- Две машины, - отвечает папа. - И обе полнёхоньки.

- Из Праги? - снова спрашивает мама.

- Из Праги, из Праги! - отвечает папа и прибавляет: - Посмотрела бы ты, как они работают! Я тоже бегу туда. Буду им помогать.

Доктор Иосиф Маляр

Евреи против гитлеровской Германии

(О Х. Сенеш и евреях-воинах)

Известно, что на всех фронтах Второй мировой войны в сражениях против гитлеровской Германии участвовало не менее полутора миллионов евреев. Подсчитано, что только в воинских соединениях США было более 600 тысяч евреев, в рядах вооруженных сил СССР - около 500 тысяч евреев.

Евреи-воины храбро сражались против нацистов в составе армейских частей и соединений Англии и Франции, Югославии и Польши, Бельгии и Чехословакии. Десятки тысяч евреев боролись против гитлеровцев в составе партизанских отрядов на территории .России, Украины и Белоруссии, в боевых группах и отрядах Сопротивления во Франции, Бельгии, Голландии.