Открытие медлительности

Открытие медлительности
Автор:
Перевод: Марина Коренева
Жанр: Современная проза
Год: 2006
ISBN: 5-352-01752-4

После выхода книги Стена Надольного «Открытие медлительности» борьба за право жить не спеша приняла европейский размах. В Интернете на многочисленных сайтах можно найти «формулы жизни» от Надольного: «Заблуждаются те, кто думает, будто время, проведенное за размышлением и созерцанием, потрачено впустую». Или же: «Судьба никогда не приходит одна. Она приходит с тобой». Хорош тот, кто скор и кто успел? Мы привыкли так думать, потому что последние два века вся мораль подчинена идее прогресса. По Надольному, хорош тот, кто держит время в своих руках. Время у Надольного превращается в категорию нравственную. Он вводит в литературу нового героя: человека, который подчинил себе время, заставил его работать на себя. Его зовут сэр Джон Франклин, морской офицер и первооткрыватель северных морей, чья жизнь превратилась в философский детектив: кто кого переиграет — время тебя или ты его.

Отрывок из произведения:

В свои десять лет Джон Франклин не в состоянии был даже мяча поймать, настолько он был медлительным. Когда другие играли, он держал для них веревку. Одним концом ее привязывали к дереву, другой давали ему. Так и стоял он, не шелохнувшись, всю игру, держа ее в высоко поднятой руке. Во всем Спилсби и даже во всем Линкольншире вряд ли сыскался бы другой такой держальщик. Писарь из ратуши посматривал в окошко, и в его взгляде читалось уважение.

Наверное, и во всей Англии не нашлось бы такого человека, который мог бы час или больше вот так держать веревку. Джон стоял спокойно, словно крест на могиле, недвижимый, как памятник. «Точно пугало огородное!» — говорил Том Баркер.

Популярные книги в жанре Современная проза

В безоблачном небе победно сияло солнце, и плавился асфальт, и жар с привкусом битума, задевая редких прохожих, лениво тянулся по переулку.

И вдруг — как грибной дождь — падает на сонный переулок громкий девичий смех. И, очнувшись от дремотных дум, прохожие поднимают головы.

В окне три девушки сидят за столом, и стол сплошь завален бумагами. Ну, что смешного в серьезных бумагах, хмурятся прохожие и вновь уходят в полудрему.

А в бумагах и, правда, смешного нет ничего. И задание, что поручено девушкам, более чем серьезное. И серьезен был начальник, когда зашел к ним перед отъездом. Бывший именитый спортсмен, он давно утратил и спортивную форму, и поклонниц и вовсе неизвестен, как знаменитость, им, юным созданиям, что родились в годы его спортивного заката; и манерность его жестов, и походка кота, что привык тешиться в восторге девичьих взглядов, кажутся девушкам в пожилом мужчине так нелепы и так смешны. Впрочем, они мало им озабочены и всегда рады, когда начальник (наконец-то!) куда-нибудь исчезает.

Дина Гатина — лауреат премии «Дебют» 2002 года в номинации «Малая проза».

27 декабря 1931 года, на шестой день пребывания в Берлине. Чарльз Аптон удрал с утра пораньше из унылой гостинички на Хедеманштрассе и засел в кафе напротив. Гостиница своей атмосферой почему-то действовала на него угнетающе: ему казалось, что ее владельцы, женщина с пожолклым лицом и раздражительного вида толстяк, все время заговорщически шушукаются за дверцами бельевых шкафов, в углу столовой, в закоулках коридоров, над гроссбухами за высокой полированной конторкой в вестибюле. Комнату ему отвели сумрачную, душную, холодную, а как-то раз, когда он остался ужинать в гостинице, из ливерной колбасы выползли на тарелку белые червячки. Вдобавок гостиница была ему не по карману, и он решил съехать. Кафе было не менее унылым, но в нем царил дух доброй бережливости, а потом у Чарльза связывались с ним приятные воспоминания. Свое первое Рождество в Европе он встретил здесь, прибившись к шумно гуляющей группке приветливых людей, судя по разговорам, работавших на одной фабрике. За весь вечер никто, кроме старика официанта, не сказал ему ни слова, зато посетители вели между собой задушевные разговоры на грубом берлинском — Чарльз уже научился различать его — диалекте, где деревянное квохтанье перемежалось кряканьем и пронзительным шипеньем. На немецком пароходе, которым он приплыл в Европу, все пассажиры-немцы наперебой расхваливали произношение своего края, но для берлинского произношения никто не нашел ни одного доброго слова, включая и самих берлинцев. Чарльз, знанием немецкого обязанный отчасти учебникам, отчасти патефонным пластинкам, а отчасти немцам, жившим в его родном городе, чьи разговоры он слушал, с удовольствием внимал их скрежещущему говору и, неспешно прихлебывая пиво, доброе, темное пиво, отбившее у него вкус к любому другому пиву, взялся доказывать себе, что он не дал маху. Да, Германия, Берлин — это то, что ему нужно, и Куно понимал, что ему нужно, и радовался, если бы мог знать, что его друг наконец-то здесь.

Телефон зазвонил неожиданно. Собственно, Лелику никто не мешал выключить его на ночь, точнее, на пеpиод, когда Лелик спал, но он до сих поp наивно веpил, что в один пpекpасный день телефон зазвонит, и в тpубке pаздастся любимый Hаташин голос. Конечно, Лелику в его тpидцать лет следовало быть менее наивным, но бездонные Hаташины глаза сильно повлияли на некотоpые чеpты его хаpактеpа.

Поначалу Лелик вовсе не собиpался подходить к телефону, потому что, судя по внутpенним ощущениям, было никак не позже семи утpа, а для него это была такая несусветная pань, что даже обожаемая Hаташа сpазу pисковала получить несколько "теплых" словечек, если бы вздумала звонить так pано. Тем более, что Hаташа и не могла звонить, потому что накануне Лелик с ней pазpугался вдpызг. А у нее был не такой хаpактеp, чтобы самой пpосить пpощения.

Маленький комментарий. Около года назад одна из учениц Лейкина — Маша Ордынская, писавшая доселе исключительно в рифму, побывала в Москве на фестивале малой прозы (в качестве зрителя). Очевидец (С.Криницын) рассказывает, что из зала она вышла с несколько странным выражением лица и с фразой: «Я что ли так не могу?..» А через пару дней принесла в подоле рассказик. Этот самый.

История русского православия — история духовных шевелений в нашем народе, история подавления этих шевелений, история интеллектуальных исканий и парадоксов. Это Крестный Путь, которым шел народ в нравственном, идеальном направлении. Это — тысячелетняя мистерия русского духа, гонимого и страдающего. Для ее описании я не придумываю героев и события. И я соглашаюсь на официальную хронологию, — в основу работы положены клерикальные летописные материалы. Главный источник — монументальный труд митрополита Московского и Коломенского Макария «История Русской Церкви» (1845). Эта многотомная хроника — уникальный по своей полноте материал, собранный со всей возможной скрупулезностью. Воистину — великий подвиг святого отца. Работа охватывает период с древнейших времен до конца царствования Алексея Михайловича. Видимо, писать о безобразиях его сына Петруши у митрополита здоровья не хватило. Он скончался, и Сергей Кравченко будет восполнять нехватку сведений из других, столь же поучительных и почтенных книг.

Юрий ЕКИШЕВ— родился в 1964 году в Сыктывкаре (Коми АССР). Окончил механико-математический факультет Сыктывкарского государственного университета. До 1989 года работал по специальности, затем занялся религиозно-просветительской деятельностью. Писать начал в конце 80-х годов, дебютировал в “Континенте” (1995, № 85) повестью “Под защитою”. Живет в Сыктывкаре. — родился в 1964 году в Сыктывкаре (Коми АССР). Окончил механико-математический факультет Сыктывкарского государственного университета. До 1989 года работал по специальности, затем занялся религиозно-просветительской деятельностью. Писать начал в конце 80-х годов, дебютировал в “Континенте” (1995, № 85) повестью “Под защитою”. Живет в Сыктывкаре.

Александр Кузнецов — родился в 1963 году в Туле. Окончил факультет журналистики МГУ. Работает в редакции газеты “Тульские известия”.Автор нескольких повестей и рассказов, печатавшихся в “Октябре”, “Знамени” и других журналах. Живет в Туле.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Столичный журналист-телевизионщик Глеб Ларин отправляется в черноморский городок, чтобы снять документальный фильм. Там его ждут люди, которые, не занимая никаких постов, на самом деле рулят городом. Но, освоившись в обстановке, Ларин вдруг попадает в руки бандитов…

В этой книге известный писатель Дмитрий Лекух («Мы к вам приедем», «Я русский», «Башни и сады Вавилона», «Игра слов», «Враг демократии» и др.) предстает в новой роли.

То, что он скромно называет «лирикой», на самом деле — размышления о жизни и смерти, о любви и разлуке, о дружбе и предательстве. То есть о том, о чем в какой-то момент задумывается каждый из нас. Вернее, должен задумываться, чтобы сказать себе, как один из ее героев: «Неправильно живем…».

Стивен БАКСТЕР. ПРОЕКТ «ГАДЕС»

Договориться с иным разумом и спасти Землю от гибели — задача не новая в фантастике. Но вот найти общий язык с недругом столь своеобразным способом не доводилось ни одному безумному профессору.

Дэвид БАРНЕТТ. ПОСЛЕДНЕЕ ШОУ

…или Конец света как повод не косить газон.

Дарио ТОНАНИ. ПЫЛЬНЫЕ УТРЕННИЕ РАКУШКИ

Вместо сердца пламенный мотор? Крылатые мечты рано или поздно сбываются. Но уж лучше бы поздно…

Томас ВАВЕРКА. МОЖЕМ СПРОСИТЬ У КОЛУМБА

Астронавты полагали, что для высадки на Ганимед предусмотрели всё — и флаг, и мелодию, и текст.

Эрик Джеймс СТОУН. ЭТОТ ЛЕВИАФАН, КОТОРОГО ТЫ СОТВОРИЛ…

Не всякий миссионер готов положить жизнь ради соблюдения исконных прав новообращенного.

Кристин Кэтрин РАШ. ДЕНЬ КРАСНЫХ ПИСЕМ

Очень страшно получить такое послание. Не дождаться — еще страшнее.

Аркадий ШУШПАНОВ. ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

В XX веке — ковбои, в XXI — пираты?

Сергей ЦВЕТКОВ. СКАЗКИ ДЛЯ ЗРИТЕЛЕЙ ИЗРЯДНОГО ВОЗРАСТА

…или Жизнь «сказочника-ревизиониста».

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Не в первый раз — в первый класс.

Николай КАЛИНИЧЕНКО. ИНСЕКТОФОБИЯ

Не так уж часто молодые авторы уделяют внимание таким «мелочам», как идеи гуманизма, проблема этического выбора.

Дмитрий ВОЛОДИХИН. АД В КОНЦЕ ТУННЕЛЯ

Что ж, свои шесть соток фантастики вскопал еще один гость. Каковы будут всходы?

РЕЦЕНЗИИ

Все по-разному проводят отпуска: кто-то на даче, кто-то на песках турецких пляжей… А рецензенты истинное отдохновение обретают лишь в книжных магазинах.

КУРСОР

Как американское правосудие убило американского фантаста.

Алексей ЕВТУШЕНКО. СЧАСТЬЕ ДЛЯ ВСЕХ

Московский писатель призвал читателей строить Полдень уже сегодня, не откладывая на завтра.

КОНКУРС «РВАНАЯ ГРЕЛКА»

Покровы тайны сорваны, и вот они — две лучшие, на взгляд редакции, участницы писательского конкурса.

Вл. ГАКОВ. ОДИН ИЗ «ВЕЛИКОЙ ТРОЙКИ»

Круг интересов и достижений сегодняшнего юбиляра потрясает. Но для нас самым важным остается тот факт, что он вернул «моду» на твердую НФ.

ПЕРСОНАЛИИ

Дочитав последний рассказ в номере, не забудьте заглянуть в досье автора.

Пачка пожелтевших листов, случайно купленных на блошином рынке… Удивительная переписка, которую великий восточный поэт-безбожник вел с интеллектуалкой-аббатисой маленького немецкого монастыря… Это трудно представить? Да. Но еще труднее осознать, что, согласно всем историческим фактам, поэта и аббатису разделяет столетие! Специалисты по средневековой тайнописи погружаются в загадочные тексты — и постепенно начинают понимать, что столкнулись с одной из самых удивительных тайн прошлого. Понимают они также и другое: за ними неотступно следят люди, которые не остановятся ни перед чем, чтобы завладеть этими письмами…