От Софокла до Армянского радио

Л. Пашаян

От Софокла до Армянского радио

РАЗМЫШЛЕНИЕ ВСЛУХ,

ИЛИ НЕБОЛЬШАЯ ДИСКУССИЯ

С САМИМ СОБОЙ О СМЕХЕ

- Смеется тот, кому весело?

- Наверное, нет. Смеется тот, кто умеет это делать.

- Почему-то одних, как сказочных принцесс, не рассмешить даже заморскими смехотворцами, другим - только палец покажи... Что это? Наличие или отсутствие чувства юмора? Умение или неумение смеяться?

- Наверное, не совсем так. Вспомним слова великого Гёте. Он говорил: "Ни в чем не проявляется так характер людей, как в том, что они находят смешным".

Популярные книги в жанре Юмор: прочее

Виктор Заякин

Предание о Максиме Пупуцком или Старый апокалипсис

Как-то раз в десятом веке

И причём, до нашей эры,

Жил чувак, Максим Пупуцкий,

Он был рыцарем бесстрашным.

Он имел большую силу,

Мог ужасно сильно пукать,

Так, что вниз валились птицы

И огромные драконы.

Даже злые бронтозавры

Разбегалися в испуге

В суматохе сумасшедшей,

Зажимая нос когтями...

Леонид Каганов (4 часть - совместно с Д.Лемеховым)

ПОЭТ-МИЛИЦИОHЕР

(пишет cтихи на дежуpcтвах)

Здpавия желаю! Обpащаетcя к вам cтаpший лейтенант милиции Петp Петpович Домогацкий. По cвоим каналам я узнал что у ваc тут можно беcплатно пpочитать cвои cтихи. Cам я тоже люблю литеpатуpу и даже иногда ее пишу. Вот вам cpазу тpи cбоpника поэзии, котоpую я напиcал в то вpемя как cвободная минута на дежуpcтвах.

КHИГА ПЕРВАЯ О поpядке

© "Литературная газета", 2001

Поздно вечером в день собственного юбилея романист Артемий Умоев после поздравлений и объятий нечаянно забрел в буфет. Он попросил бутылку пива, сел за столик и задремал.

Вдруг бледный человек с волосами ежиком быстро подошел к романисту. Умоев вздрогнул – перед ним стоял персонаж первой книги его нашумевшего романа “О, Север, Север!” технолог Серафим Галкин.

– Вы меня узнали? – застенчиво спросил Галкин.

Справили крестины! Лошади в разгоне, машина в речке, электрик никак не очнется…

«Счастье и радость распределяются среди людей до смешного, или лучше сказать – до обидного неравномерно. Одному человеку день и ночь выпадают какие-нибудь радости. Хоть большие, хоть маленькие, а все– радости. Другой же, дожив до старости, может считать, что самым большим счастьем в его жизни было то, что он ни разу не погорел и, бог милостив, не попал под трамвай… Впрочем, всем известно, что человек до некоторой степени сам кузнец своего счастья».

По черному экрану бегут алые титры. (см. начало) > Фоном играет музыка Луи Армстронга.

Загорается надпись "Вторая Серия".

"Suum cuique (Поправшие смерть)".

Дом по улице Лени Голикова. Среда. Hа входной двери табличка "тихо, идет лекция". Звонок. Дверь открывается. Мериадок и Брандебук видят ровные ряды парт, уходящие вдаль, за партами сидят люди в желто оранжевых комбенизонах и внимательно слушая лектора делают записи в конспектах.

Сборник приколов из жизни N 15 (осень 2002 г.)

========================================================================== Alex Sotnik, 2:5020/400 (Thursday August 22 2002 18:00)

Приятели знакомого рассказали прикольную историю.

В селе Жуляны (около Киева) местный бизнес - присмотр за вьетнамскими детишками, чьи родители торгуют здесь на базаре. В семье их родственников шесть лет жили братик (с рождения) и сестричка (с трех лет) их мама торговала на Троещинском рынке, а папа учился в аспирантуре.

Приколы с пейджера

ИСТОРИЯ

Мой бpат pаботал тогда в pегиональном (Чyвашском) отделении пейджинговой компании Mobile Telecom. Однажды yтpом после пpаздника все пpиходят с бyдyна. Hачальник спpашивает, слышал ли кто сегодня пpогноз погоды (для новостного канала). Естественно, никто ничего не знает. Тогда он подходит к откpытой фоpточке, высовывает в окно палец и говоpит: "записывай: темпеpатypа такая-то, давление, влажность, сила и напpавление ветpа - такое-то. Пеpедавайте пока эти данные и сидите слyшайте pадио - как пеpедадyт пpавильный пpогноз - введете новые цифpы."

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Эрнст Пашицкий

Квантовая планета

...Человек не мог понять, что с ним происходит. Он лежал плашмя на гладкой, мерцающей в звездном сиянии поверхности и не мог сдвинуться с места. Не было точки опоры, все скользило, уходило, уплывало, изпод нелепо раскинутых рук и ног. Округлый, блестящий камень, о который он хотел опереться, выскользнул и исчез за близким горизонтом. Он был беспомощным, словно висел в пространстве в состоянии невесомости. Но в то же время чувствовал, что сила тяжести прижимает его тело к поверхности зыбкой, скользкой почвы. Это была какая-то странная, двухмерная невесомость. Он старался припомнить все, что произошло с ним после посадки на эту холодную, безжизненную планету, неизвестно откуда появившуюся в межзвездном пространстве. Когда он, надев скафандр, выбрался из корабля и вышел за пределы темного круга обожженной, оплавленной двигателями почвы, с ним случилось нечто непонятное. Он поскользнулся, потерял равновесие, не смог устоять на ногах, шлепнулся на спину и быстро заскользил куда-то вниз. Вначале это было приятное, захватывающее дух, все ускоряющееся скольжение, которое напомнило ему детство, катание с ледяной горки на чем попало... Но потом ему стало не по себе: он стремительно удалялся от корабля, скорость его всё более возрастала, его начало вращать, раскручивать все быстрее и быстрее, и не было конца этой сумасшедшей гонке и карусели. Корабль уже давно скрылся из виду, и тут он почувствовал, что скорость постепенно падает, вращение замедляется. Он как будто въезжал по инерции на другую ледяную горку, потом на мгновение остановился, замер и вновь заскользил вниз, но уже назад, в обратную сторону. Опять нарастающая бешеная скорость, опять доводящая до тошноты закрутка вокруг вертикальной оси, потом замедление, подъем на горку... Он успел заметить корабль, к которому его несла неведомая сила, но невдалеке от того места, где он упал, он снова остановился, и через мгновение его вновь потянуло вниз, прочь от корабля. И невозможно удержаться, не за что уцепиться. И опять горка, и опять карусель... Он не помнил, сколько времени продолжалось это безумие, сколько раз он приближался к кораблю и удалялся от него. Вероятно, он потерял сознание и теперь лежал измученный, беспомощный, как перевернутый на спину жук, на дне пологой, но глубокой котловины с абсолютно гладкими и скользкими склонами. Корабль отсюда не было видно, и неизвестно, в каком направлении он находился. Положение глупое и безвыходное. Напрасно он не взял второго пилота в эту обычную, не предвещавшую никаких сюрпризов зондирующую разведку. Зря нарушил инструкцию, категорически запрещавшую выход из корабля в случае одиночного полета. Но кто мог знать, что мертвая, ничем не примечательная планета приготовила ему такую хитрую ловушку? Да, в космосе нужно быть начеку. Он решил сосредоточиться и еще раз оценить обстановку. Собственно, что он знал? Что поверхность планеты скользкая как лед? Но сказать: -"скользкая как лед" - все равно, что ничего не сказать. Она чудовищно скользкая! В этом затерянном, богом забытом мире трение отсутствует начисто, его здесь нет! Впрочем... Ведь он остановился, ведь прекратились же эти невыносимые, выматывающие душу, сводящие с ума катания, словно на гигантских качелях с размахом в несколько километров. Значит, трение, хоть и мизерное, все-таки есть? Ах да, ведь у планеты какаято атмосфера. На большой скорости он даже чувствовал легкий напор встречного потока, это слабое сопротивление тормозило и в конце концов остановило его. А сама поверхность почвы абсолютно скользкая, и нет никаких шансов встать или продвинуться, проползти по ней хоть сантиметр... А это что еще? Мимо него по пологой кривой пронесся какой-то продолговатый предмет. Он едва успел разглядеть свой лазерный излучатель, который он на всякий случай прихватил с собой, выходя из корабля, и выронил при падении. Инструмент до сих пор болтается в этой чертовой яме. Да и к чему он теперь? Нужно что-то придумать, что-то сделать... Кортик! Он совсем забыл про острый титановый кортик, с помощью которого можно вырубить ступеньки и выбраться из западни!.. Кортик легко входил в почву, но еще легче выскальзывал из отверстий, которые тут же заплывали, затягивались, исчезали без следа. Кортик здесь был бесполезен. Что же делать? Человек понимал, что, пока не додумается до истины, пока не решит загадку этой ледяной планеты, ему отсюда не выбраться. Итак, начнем сначала. Неизвестная планета движется вдали от звезд, значит, ее поверхность не нагревается их лучами, она давно остыла и впитала в себя вечный холод вселенной. Выходит, температура на планете не превышает трех градусов по абсолютной шкале Кельвина, на ней царит чудовищный мороз... Стоп! Почти абсолютный нуль! А при таких температурах свойства веществ разительно меняются. В этих условиях могут существовать особые квантовые жидкости. Например, жидкий гелий при температуре ниже двух градусов Кельвина свободно, без всякого трения течет по тончайшим трубкам-капиллярам, просачивается через мельчайшие отверстия и микроскопические щели, легко вытекает по вертикальным стенкам из сосуда Дьюара. Недаром же его называют сверхтекучим. Сродни ему квантовые кристаллы, которые легко плавятся, переходя из твердого в сверхтекучее состояние... Припомнился голографический фильм, снятый прямо в криостате с жидким гелием, в котором росли квантовые кристаллы. От малейшего толчка и сотрясения поверхность этих кристаллов вибрировала и волновалась, как живая, по ней бежали волны плавления и кристаллизации, в которых хаос жидкости и строгий порядок кристалла поочередно сменяли друг друга, И тут же пришла догадка: поверхностный слой загадочный планеты представляет собой сплошной... квантовый кристалл! Это квантовая планета! И человеку стало весело и легко. Все было теперь просто и ясно. Так же как лед плавится под коньком и тонкая пленка воды, играя роль смазки, создает прекрасные условия для скольжения, точно так же при малейшем давлении плавится квантовый кристалл. Но теперь уже смазкой служит не вода, а сверхтекучая квантовая жидкость, полностью лишенная вязкости. Вот почему поверхность почвы здесь такая гладкая и скользкая. Интересно, из чего состоит сам кристалл? Это явно не твердый гелий: он кристаллизуется только при высоком давлении, а здесь разреженная атмосфера. Может быть, из атомов водорода? Такой водород (в отличие от обычного, состоящего из двухатомных молекул) в жидком состоянии может быть сверхтекучим: замерзая, при очень низкой температуре он становится квантовым кристаллом. Только получить жидкий - тем более твердый атомарный водород чрезвычайно трудно: отдельные атомы водорода стремятся во что бы то ни стало связаться в молекулы. Помешать этому может только чрезвычайно сильное магнитное поле. Но на подлете к планете была зарегистрирована лишь слабая магнитосфера. Откуда же здесь взялся атомарный кристаллический водород? Неужели когда-то у этой планеты было мощное магнитное поле?.. Впрочем, с этим вопросом придется разбираться потом, со специальной научной экспедицией. А сейчас главное - поскорее отсюда выбраться! Во-первых, нужно поймать лазерный излучатель, который уже несколько раз проносился мимо, постепенно приближаясь к центру ямы. Во-вторых, с помощью лазерного луча попытаться расплавить, испарить слой квантового кристалла и добраться до нормального вещества со столь необходимым трением. Лишь бы этот проклятый панцирь не был здесь, на дне котловины, слишком толстым... Вьт он, излучатель! Опять приближается с бешеной скоростью... Попробуем-ка изловчиться и схватить его. Увы, добыча пронеслась мимо, ловко проскользнув под левой рукой. Похоже на молниеносный бросок шайбы и запоздалую, замедленную реакцию вратаря. Гол! Счет не в нашу пользу. Только здесь шайба массивнее раз в сорок, и еще неизвестно, что будет, если вратарь поймает ее. Но мы снова готовы к борьбе и ждем стремительной атаки. Теперь излучатель мчится с противоположной стороны, ближе к правой руке, и можно заранее приготовиться, ожидая удара... Удар был страшен, даже скафандр не смог смягчить, ослабить его силу. От острой боли в плече все потемнело и завертелось в глазах... Когда человек пришел в себя, все вокруг - звездное небо, глянцевые, мерцающие склоны долины - продолжало вращаться, и он понял, что это он сам вертится, раскрученный огромной кинетической энергией излучателя. Скосив глаза, он с удивлением увидел, что тот скользит по кругу рядом с ним, захлестнув ремнем правую руку. Он попытался подтянуть излучатель поближе, но вскрикнул и едва опять не потерял сознание от яростной рези в неестественно вывернутой руке. Тогда он, обливаясь потом и задыхаясь от боли и напряжения, левой рукой сантиметр за сантиметром стал подтягивать к себе правую. Когда он смог дотянуться до ремня, силы его были на исходе, и он позволил себе немного передохнуть. Он даже задремал, но его разбудила тревожная мысль о том, что почва под днищем корабля, прогретая двигателями при посадке, может остыть и затянуться слоем кристалла. И тогда при малейшем наклоне корабль начнет скользить по сверхтекучей смазке, потом опрокинется, и - конец... Он быстро перехватил ложу излучателя левой рукой, направил его стволом вниз и нажал гашетку. Очередь ослепительных рубиновых молний озарила призрачную зеленоватую тьму, и он увидел на светлой поверхности льда темные, проплавленные пятна каменистого грунта. Еще несколько очередей, и он перекатился на столь желанную полоску шероховатой, твердой, надежной почвы. Встал на колени, потом, превозмогая боль в вывихнутой руке, поднялся на ноги и, прокладывая себе путь лазерным лучом, побрел по узкой тропе среди скользкой квантовой пустыни к кораблю, который виднелся за гребнем лощины...

Александр ПАШКОВ

ЭТЮД О ВЗРОСЛОМ ГРАВИЛЕТЕ

У вас есть гравилет? Ну, такой, на котором можно взвиться над землей, и лететь, и парить, и наслаждаться полетом? Конечно, есть. Не может быть, чтобы не было.

Вот и у меня тоже есть - в сарае стоит. Правда, далеко на нем не улетишь. Я сам его смастерил, когда был еще маленьким: строгал, пилил, паял, приклеивал...

Мне в детстве очень хотелось иметь настоящий взрослый гравилет. Не такой, как у всех детей: рукоятку на себя - вверх, рукоятку от себя вниз. Туда-сюда, вверх-вниз... Только невысоко. Скукота.

Александр ПАШКОВ

ОШИБКА

Потому-то и новых времен

В нашем городе не настает...

В.Высоцкий

Раскаленное солнце висело над полем. Казалось, сам воздух дрожит в этом желтом мареве. Дышать было нечем. Мухи так и норовили сесть на липкую от пота спину и разгоряченный лоб.

Комбайн раскачивало, и от этого монотонного убаюкивания Семена Лавочкина потянуло в сон.

Он оглянулся на скошенную полосу. Ножи резали плохо, то там, то тут позади комбайна по стойке "смирно" стояли колосья, как будто издевались над комбайнером.

Александр ПАШКОВ

РЕКОРД

ЗА ПЯТЬ МЕСЯЦЕВ ДО РЕКОРДА

В просторном холле вели беседу два человека: Майкл Джеферсон представитель Комитета Всемирных Игр и Джек Раннерс - тренер национальной сборной по легкой атлетике.

- Кого из подопечных ты намерен включить в заявку? - спросил Майкл.

- Наверняка Кристофера Уэсли. Он, правда, сейчас в клинике Вудленд-Хиллса после перелома, но, надеюсь, до Игр, все будет о'кей. Что касается второго участника, то я думаю включить Боба Коула. Ты со мной не согласен. Да, я понимаю тебя: он за последний год не выиграл ни одного крупного соревнования. Но ты не знаешь характер Коула. На самых ответственных состязаниях парень может проявить волю. У него есть самолюбие.