От НКВД до Аненэрбе, или Магия печатей Звезды и Свастики

Новая книга о мистических секретах Третьего Рейха и сталинской России от автора бестселлеров «Тайная доктрина Третьего Рейха» и «Тайна за 107 печатями» посвящена работе Спецотдела НКВД и гитлеровского «Аненэрбе» секретных структур двух самых могучих держав XX века, вступивших в 1941 году в жесточайшую схватку. Многие сенсации, о которых идет речь, балансируют на грани мистики. Многие проекты и открытия, которые стали достоянием общественности, по-прежнему тщательно замалчиваются властями и СМИ.

Автор вытаскивает на свет факты, которые тщательно скрывались; и сейчас он готов через увлекательное повествование представить своим читателям новое исследование, приводящее любого в состояние постоянного удивления от всего, что происходило за семью магическими печатями Звезды и Свастики. А происходил там синтез самой передовой науки и тайных знаний, доставшихся избранным с древнейших времен; синтез, в котором ясновидцы, маги и оккультисты сотрудничали с властями, синтез, позволивший «чудовищным режимам» достичь в некоторых областях человеческой деятельности таких успехов, которые не снились и сегодняшним «передовым странам».

Отрывок из произведения:

Эта книга посвящена секретным сторонам Спецотдела и «Аненэрбе» — секретных структур двух самых могучих держав XX века, вступивших в 1941 году в жесточайшую схватку. Сенсации, о которых пойдет речь, будут балансировать на грани фантастики и, возможно, мистики. Многие проекты и открытия, которые станут достоянием общественности, по-прежнему будут тщательно замалчиваться властями и СМИ.

Автор, разрушающий стереотипы, углубляющийся в интриги советской эпохи, вытаскивающий на свет факты, которые всегда тщательно скрывались, и сейчас готов через увлекательное повествование представить своим читателям новое, основанное на фактах исследование, могущее любого привести в состояние перманентного удивления от всего, что происходило за семью магическими печатями Звезды и Свастики. А происходил там синтез самой передовой науки и тайных знаний, доставшихся избранным с древнейших времен; синтез, в котором ясновидцы, маги и оккультисты сотрудничали с властями, а физики и расологи создавали закрытые институты и спецлаборатории; синтез, позволивший чудовищным режимам достичь в отдельных областях человеческой деятельности таких успехов, которые не снились и сегодняшним «передовым» странам.

Рекомендуем почитать

Почему нам не говорят правду о царской семье? Таким вопросом задался автор этой книги профессор Владлен Сироткин. Он в ходе своего исследования выясняет, что в основании той чудовищной лжи, которую подают почтеннейшей публике как чистую правду, лежит так называемое «царское золото» — сотни миллиардов долларов. Именно эти сокровища стали причиной того, что от нас скрывают подлинную судьбу императора и его семьи.

Двадцать лет назад «гласность и перестройка», провозглашенные Михаилом Горбачевым, выбросили на бурлящую политическими изменениями авансцену советской политической жизни двух следователей Генпрокуратуры — Гдляна и Иванова, а вместе с ними и новое словосочетание: «Хлопковое дело». Тогда никто и подумать не мог, что расследование якобы совершенных в далеком Узбекистане уголовных экономических преступлений является одним из ключевых этапов дьявольского плана мировой закулисы по разрушению СССР. По сути, «хлопковое дело» стало политической миной, подложенной под Страну Советов.

Считается, что современные евреи являются прямыми потомками библейских «скитальцев», основавших после сорокалетних странствий по Синайской пустыне государство Израиль в Палестине. Книга опровергает этот устоявшийся взгляд. Евреи — далеко не единственные, кто несет в себе «гены праотцев» и может претендовать на духовное наследие древнего Израиля.

Автор приходит к парадоксальному и вместе с тем совершенно естественному в рамках имеющихся данных выводу: реальный древний Израиль — не тот, о котором идет речь в Библии, и даже хронологически не связанный с библейскими временами. И конечно, ни о каких странствиях «богоизбранного» народа, как о том вещает традиционная история, речи не идет. На самом деле история странствий Израиля — это история его метаморфоз.

Новая книга Георгия Катюка не оставит равнодушными ни семитов, ни антисемитов, ни просто любителей древней истории.

Прообразом знаменитого Штирлица из киноэпопеи «Семнадцать мгновений весны» стали многие члены руководства Третьего Рейха, завербованные советской разведкой. Известный историк Валерий Шамбаров в своей новой книге доказывает на основе фактов, что одним из информаторов всесильного Лаврентия Берии являлся сам глава гестапо, человек, отвечавший за борьбу со шпионами внугри Германии.

Открытия, сделанные в этой книге, поражают воображение даже действующих сотрудников спецслужб.

Книга посвящена исследованию проекта американских спецслужб по внедрению в массовое сознание мифа о существовании неких секретных протоколов, якобы подписанных Молотовым и Риббентропом 23 августа 1939 г. одновременно с заключением советско-германского Договора о ненападении.

Тема рассмотрена автором в широком ключе. Здесь дан обзор внешнеполитической предвоенной ситуации в Европе и причины заключения Договора о ненападении и этапы внедрения фальсифицированных протоколов в пропагандистский и научный оборот. На основе стенограмм Нюрнбергского процесса автор исследует вопрос о первоисточниках мифа о секретных протоколах Молотова — Риббентропа, проводит текстологический и документоведческий анализ канонической версии протоколов и их вариантов, имеющих хождение.

Широкому читателю будет весьма интересно узнать о том, кто и зачем начал внедрять миф о секретных протоколах в СССР. А также кем и с какой целью было выбито унизительное для страны признание в сговоре с Гитлером. Разоблачены потуги современных чиновников и историков сфабриковать «оригинал» протоколов, якобы найденный в 1992 г. в архиве президента РФ. В книге даны и портреты основных пропагандистов этого мифа (Яковлева, Вульфсона, Безыменского, Херварта, Черчилля).

Лидия Грот — кандидат исторических наук. Окончила восточный факультет ЛГУ с 1981 года работала научным сотрудником Института востоковедения АН СССР. С начала 90-х годов проживает в Швеции.

Лидия Павловна широко известна своими трудами по начальному периоду истории Руси. В ее работах есть то, чего столь часто не хватает современным историкам: прекрасный стиль, интересные мысли и остроумные выводы. Активный критик норманнской теории происхождения русской государственности. Последние ее публикации серьезно подрывают норманнистские позиции и научный авторитет многих статусных лиц в официальной среде, что приводит к ожесточенной дискуссии вокруг сделанных ею выводов и яростным, отнюдь не академическим нападкам на историка-патриота.

Автор — человек, занимавший ответственный пост в органах советской власти, — в своей книге впервые раскрывает неизвестные страницы Второй мировой войны. Существовал ли сталинский план превентивного удара по нацистской Германии «Гроза»? Каковы были цели и задачи Черноморского флота в соответствии с ним и почему в годы войны морякам ЧФ довелось воевать большей частью на суше, а не на море? Эти вопросы рассматриваются автором с разных позиций.

Открытием для читателя станут и откровения генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна, с которым автору лично довелось неоднократно встречаться.

Дуглас Рид — британский журналист, общественный деятель 30-50-х гг. XX века. В России известен как автор нашумевшей книги «Спор о Сионе», посвященной «еврейскому вопросу». Книга «Хотел ли Гитлер войны: к истокам спора о Сионе» на русском языке выходит впервые (в английском издании она называлась «Немезида: история Отто Штрассера») и посвящена «горячим» политическим проблемам мировой истории времен Второй мировой войны.

Книга содержит уникальные материалы, позволяющие по-новому взглянуть на историю Третьего рейха и международных отношений, роль европейских стран и СССР в истории, и написана по результатам встреч с Отто Штрассером, бывшим сподвижником, а затем — первым публичным противником Адольфа Гитлера.

Таким образом, в основе этой книги — свидетельство современника и очевидца, отражающее непосредственное, современное событиям восприятие происходящего, совмещенное с оригинальным историческим анализом.

Другие книги автора Ольга Ивановна Грейгъ

Новая книга О. Грейгь написана в присущем автору стиле, когда всем привычная реальность является лишь тонким слоем льда над скрытыми течениями мировой политики. Жесткое противоборство имперской разведки России с тайным, но могущественным Орденом, стремящимся к мировой власти, которое продолжил после революции Иосиф Сталин, — вот узел интриг, который распутывает автор. Книга раскрывает механизм работы скрытых пружин основных событий XX века и — самое главное — открывает завесу над тем, чья рука их заводила. Поистине, нет ничего тайного, что не стало бы явным.

Была ли история такой, какой вам ее преподносили в школе, институте и с экранов телевизоров? По утверждению автора книга О. Грейгь, адмирал Колчак не был расстрелян в 1920 году, а в течение многих лет был инкогнито ближайшим советником Сталина. Книга пропитана мистикой, наполнена событиями, о которых вы никогда не слышали, а между тем, но мнению автора, именно они определяют подлинное лицо современного мира.

Тайны водятся не только в глубинах истории. Тайны рядом с нами, и лишь тонкая перегородка нашего неведения отделяет их от нас. Но иногда случай разрушает её, и тогда мы можем увидеть нечто, что меняет весь мир вокруг. Так случилось и с автором этой книги: Ольга Грейгъ прикоснулась к одной из величайших тайн XX века, казалось бы надёжно упрятанной на дно секретных архивов. Антарктический проект, осуществляемый русскими и немцами в 30-40-е годы XX века, был тайной, охраняемой надёжнее, чем секрет атомной бомбы. Но нет ничего тайного, что не стало бы явным. Пришло время раскрыть и этот секрет. О нём любознательный читатель узнает из этой книги.

О том, что экстрасенсы еще в XX веке начали помогать спецслужбам искать маньяков и других преступников, мы все узнали из популярной программы «Битва экстрасенсов». Спецслужбы многих стран в бурном XX веке занимались изучением и использованием паранормальных и экстрасенсорных возможностей людей в своих целях, хотя классическая наука до сих пор не может объяснить природу этих явлений. Несмотря на предельную засекреченность этих разработок, из разведок в политику перекочевывают специальные методики по получению нужной информации.

Эта книга – единственная возможность прикоснуться к тем тайнам ведущих спецслужб мира, в которые никогда не будут посвящены простые смертные.

Кавказский регион всегда был особой точкой притяжения для многих политиков, как со времен существования Российской империи, так и в годы становления и расцвета советской власти. Кавказский регион стал плацдармом для самых кровопролитных боев в годы Второй мировой. И все – во имя тайных планов, которые лелеяли советский лидер и нацистский вождь. В кровавые события XX века был втянут и Черноморский флот, причем морякам и морским офицерам довелось воевать и на море, и на суше.

Как нацисты собирались «освободить русский народ от большевистского режима с помощью мусульманских народов Кавказа и Средней Азии»? Какую секретную роль – волей Сталина и Мехлиса – доверено было сыграть Черноморскому флоту совместно с чекистским фронтом, действовавшим в тылу штрафных батальонов фронтов Юго-Западного направления?

Впервые на многие вопросы ответит один из выдающихся полководцев XX века – генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн, с которым автору, д-ру военных наук О. Грейгу лично довелось неоднократно встречаться в последние годы жизни немецкого полководца. В книгу также включены воспоминания Эриха фон Манштейна, дающего свой анализ событий и объясняющего смысл происходившего в Крыму и на Кавказе в 40-е годы XX века.

Новая книга О. Грейгъ написана в присущем автору стиле, когда всем привычная реальность является лишь ложной памятью, насильно навязанной нескольким поколениям советских людей. Проведя читателя над бездной исторической лжи, Ольга Грейгъ написала подлинный портрет Вождя всех времен и народов. Мы пройдем с Иосифом Сталиным весь его жизненный путь – от стен духовной семинарии до стен Московского кремля, увидим Сталина-семьянина и Сталина-политика, жестокого и беспощадного к врагам.

Автор исследует самые тайные страницы жизни Вождя и подарит читателю подлинное знание о том, как работали скрытые пружины основных событий ХХ века, и самое главное – чья рука их заводила. Поистине, верно сказано, что нет ничего тайного, что не стало бы явным.

Чтобы понять тайную сущность нацизма, автору пришлось обратиться к истории зарождения и развития человечества. Ибо именно там — в скрытых исторических, археологических и тайнах оккультного толка — сокрыты загадки о Великих Неизвестных, с кем, по слухам, довелось сотрудничать верхушке Третьего рейха. Что это за силы, живут ли они в Полой земле или на поверхности, вершат ли наши с вами судьбы или управляют нашими государствами — об этом сенсационная книга Ольги Грейгъ.

Удалось ли Третьему рейху обнаружить Тайные Силы и войти с ними в контакт? Кто такие Тайные Смотрящие, что во все времена наблюдали за человечеством, готовые направить нас на новые битвы? И не ждать ли нам пришествия 4-го рейха, о котором предупреждают многие мировые СМИ?

Парадоксы истории порой так необычны, а тайны так чудовищны, что в них трудно поверить. Одна из таких тайн, свято хранимых в СССР, — подлинная судьба некоторых высокопоставленных участников Гражданской войны.

Вопреки общепринятому мнению, Верховный правитель России адмирал Колчак не закончил свой жизненный путь зимой 1920 г. в проруби реки Ангары, а продолжал еще многие годы служить Советской России и лично товарищу Сталину.

Именно об этом очередная книга О. Грейгъ, которая открывает читателю многие тайны советской истории и секреты кремлевских владык.

Популярные книги в жанре История

Евгений Степанович КОКОВИН

ПОНЕДЕЛЬНИК

Своего прадеда я никогда не видел, но много слышал о нем от деда. Рассказывал дед, что был его отец, Иван Никанорович Куликов, человеком словно из дуба мореного. Участвовал Иван Никанорович в Синопском бою и, по словам деда, видел даже самого Нахимова. Слыл он в Поморье безбожником, посмеивался над попами и монахами. Побывал прадед во всем мире, повидал моря и океаны, разные города и страны. Словом, человек бывалый, доброй морской закваски. Суеверий у моряков раньше было сверх ватерлинии1. Но мой прадед на все поплевывал и верил только в одно: в несчастье понедельников. В первый день недели он не начинал никакого дела и уж, конечно, никогда в этот день не выходил в море. На седьмом десятке Иван Никанорович все еще плавал шкипером. Был у него славный трехмачтовый парусник "Апостол Павел", а принадлежал этот "апостол" купцу-негоцианту Курову. Куров любил Ивана Никаноровича, ценил его, как опытного, надежного судоводителя. Под началом Ивана Никаноровича Куликова "Апостол Павел" приносил Курову изрядные прибыли, и старые моряки подшучивали: "Кулик да кура живут душа в душу". Но вот старый купец, как говорят моряки, "отдал концы", и все его большое торговое дело по завещанию перешло к сыну, Курову-младшему. И тут началось. Началось с понедельника. А прадед мой так до конца жизни и не понял, приносит ли понедельник несчастья или это такой же обычный день, как все остальные дни недели. Судите сами. "Апостолу Павлу" предстоял длительный и трудный рейс. И отход судна хозяин, Куров-младший, назначил на понедельник. Шкипер Куликов запротестовал: "Не пойду в понедельник, утром во вторник выйду в море". Молодой хозяин настаивал на своем. Хозяин и шкипер не на шутку повздорили. Была раньше у моряков поговорка, вроде она из песни: "Свет не клином сошелся на твоем корабле, дай, хозяин, расчет!" Эту поговорку в ссоре и выкрикнул мой прадед. Так они и расстались, так Иван Никанорович покинул своего любимца "Павла". "Апостол Павел" с новым шкипером отплыл в море в понедельник, а Иван Никанорович, хотя и крепкий был человек, загрустил, затосковал и даже захворал, должно быть, от обиды, от переживаний. Плавать ему уже больше не пришлось. Через три месяца "Апостол Павел" вернулся в порт целехонький, невредимый. Не было ни одной аварии, ни одного несчастного случая. А бывший его шкипер еще больше занедужил, узнав о благополучном рейсе, начавшемся с понедельника. Вскоре он умер. Кто знает, может быть, не уйди он с "Павла", плавал бы Иван Никанорович счастливо и удачно еще много лет. Только упрямый старик перед смертью все еще твердил: "Эх, напрасно я ушел с судна в понедельник!" Вот и поймите его, и судите сами. Мой дед и мой отец тоже были моряками. Море они оба любили и о профессии своей всегда говорили с гордостью. Но, как я замечал, понедельник был для них тоже не по душе. Отец капитанил даже в наше, советское, время, а проделывал, говорят, такие штуки: если отход назначен на понедельник, отшвартуется, выйдет на бар, а там отдаст якорь и ждет до полуночи, то есть до начала вторника. Между тем, дед рассказывал одну, слышанную им где-то любопытную историю. Молодой капитан, противник всяких суеверий, поспорил со старыми капитанами. Спор происходил как раз в понедельник. "Ладно, - сказал молодой капитан своим противникам, - докажу вам, что все это чепуха, ваши понедельники!" Было дело еще в старые времена, и молодой капитан являлся, видно, человеком состоятельным. Задумал он построить судно, и, заметьте, задумал в понедельник, во время спора со старыми капитанами. Заложил он судно на верфи тоже нарочно в понедельник, спустил на воду в такой же день недели, назвал свое новое судно "Понедельником" и в первый рейс отправился в понедельник. И плавал "Понедельник" много десятков лет безаварийно, и лишь по ветхости был поставлен на корабельное кладбище. Я, например, как и мой прадед, далек от всяких суеверий. Кошка перебегает дорогу - иду и даже не думаю о каких-нибудь неприятностях. Да их и в самом деле в тот день почти никогда не случается. Женщина с пустыми ведрами навстречу - я этой женщине улыбаюсь, хотя примета и дурная. Левая ладонь зудит - примета хорошая, деньги получать. А в этот день кассиру в банке в деньгах отказывают. Вот вам и левая ладонь! Все приметы и суеверия идут, как говорят, насмарку. И вот только понедельник... Правда, в понедельники со мной тоже ничего дурного не случалось. Но как-то так, по дедовскому обычаю, часто я раньше побаивался этого дня. А недавно со мной произошел такой случай. Проснулся я утром в сквернейшем настроении. Слышу звон разбитого стекла. Оказывается мой сынишка задумал дома в футбол поиграть и угодил мячом в окно. Жена на кухне ворчит. Знаю, это ко мне относится. Вчера я провинился перед ней - задержался с друзьями и вернулся домой поздно. День начинался с неприятностей. Взглянул я на настенный календарь, так и есть: понедельник. И все сразу стало понятно. Дальше и худшего можно ожидать. Поднялся с кровати, оделся. Смотрю - на кителе пуговицы не хватает. Порылся в шкатулке - нет подходящей якореной, светлой пуговицы. На улице ветер с дождем, и хлещет прямо в разбитое стекло оконной рамы. За новым стеклом в магазин нужно идти, да и жена мимоходом намекнула: булок к чаю нет. Порылся я в карманах и обнаружил несколько копеек. Даже выругался: проклятый день! Сегодня не жди удачи. Так оно и получилась. У жены денег просить не стал. Зашел к одному знакомому. Его дома не оказалось. У другого, мало знакомого моряка все же удалось занять три рубля. Зашел в булочную - булки еще не привезли. Магазин хозяйственных товаров (хотел купить стекло) был закрыт. Решил постричься - в парикмахерской очередь часа на два. Вот, думаю, понедельник, чертов день! А тут еще второй штурман встретился и говорит: "Ну, молодцы, премии на этот раз не ждите, по тоннам план не выполнен". Все к одному. Эх, был бы сегодня вторник или среда какая-нибудь, все по-другому бы было! Проклиная понедельник (выкинуть бы их из всех недель!), направился я домой. По пути решил купить газету, да, сворачивая к киоску, поскользнулся и чуть было под машину не попал. И смерть, видно, думаю, хочет прийти в понедельник. - Газеты свежие, сегодняшние? - спрашиваю. - Только получены, - отвечает киоскерша. Я беру газету, читаю и возмущенно возвращаю: - Что это вы мне вчерашнюю газету подсовываете?! Видите, воскресная газета, а сегодня - понедельник... Киоскерша смотрит на меня удивленно и говорит: - Вы, молодой человек, жить торопитесь. Сегодня не понедельник, а воскресенье. По понедельникам местная газета не выходит. Я опешил. Как же так? Столько неприятностей и вдруг не в понедельник?! Когда я вернулся домой, то увидел, что жена булки уже купила и объяснила не без ехидства: "Сегодня воскресенье, думала, опять где-нибудь задержишься". - Почему же у нас на календаре понедельник? - спросил я. - А это ты у своего сына спроси, - ответила жена. - Ему не терпится листки обрывать, особенно красненькие. Жить торопится. Тут мне все стало понятно. В этот день я никуда из дому не уходил и очень хорошо провел время с семьей. А на другой день - в понедельник - пришел стекольщик, вставил стекло, и опять у нас дома стало тепло и уютно. В понедельник - уютно! И премию я в тот же день получил. Оказывается, в пароходстве с подсчетами вначале ошиблись. А план-то у нас был выполнен. Теперь судите сами о понедельниках. Что касается меня, то я, вспоминая прадеда, деда и отца, завтра со спокойной душой отправляюсь в море, в дальний рейс. А какой завтра будет день? - спросите вы. Взгляните на календарь, и вы узнаете, что завтра будет хороший первый рабочий день недели: Понедельник!

Евгений Степанович КОКОВИН

ЗАКОН НЬЮТОНА

Теперь нет этого домика. На его месте стоит большое новое двухэтажное здание. В домике была сельская школа. Из нескольких деревень сюда сходились по утрам ребята. И старый учитель Павел Иванович Котельников обучал их грамоте. Первоклассники и второклассники учились вместе, потому что классная комната была одна. И учитель был один в школе. Школа, окруженная деревьями, стояла на горе и передними окнами смотрела на Северную Двину. Казалось, гора бережно придерживала маленький домик ласковыми руками берез и сосен. Кроме двух рядов парт да щелявой доски на треножнике, серой от меловой пыли, в классной комнате ничего не было. Несколько потрёпанных таблиц с изображением животных и два портрета без рамок украшали стены. Старый учитель Павел Иванович, указывая на один из портретов, любил повторять стихи:

Артур Конан Дойл

Охотник за жуками

Перевод Е. Нестеровой

- Вас интересует какой-нибудь странный случай? - спросил доктор. - Что ж, друзья мои, как-то со мной произошел действительно очень странный случай. Надеюсь, он не повторится, ибо по всем законам вероятности вряд ли на долю человека выпадает дважды пережить подобное. Хотите верьте, хотите нет, но все произошло именно так, как я вам рассказываю.

Я только что стал врачом, но еще не начал заниматься практикой. Жил я в ту пору в комнате на Гауэр-стрит. Вы и теперь легко найдете этот дом, хотя с тех пор нумерация изменилась. Если вы идете от станции метро, то на левой стороне улицы увидите дом с окнами в форме арки. В то время домом владела вдова по фамилии Мурчисон, и у нее жили трое студентов-медиков и один инженер. Я занимал комнатушку наверху - конечно, самую дешевую, но тогда и эта плата казалась мне огромной. Мои скромные ресурсы таяли с каждым днем; нужно было срочно найти какую-нибудь работу. Но я не хотел заниматься обычной врачебной практикой, меня привлекали чисто научные исследования. С юных лет я увлекался зоологией. Однако я почти сдался и уже был готов всю жизнь тянуть лямку врача, как вдруг мои сомнения закончились весьма неожиданным образом.

Артур Конан Дойл

Подъемник

Офицер авиации Стэгнейт должен был чувствовать себя счастливым. Он прошел через всю войну без единой царапины; у него была отличная репутация, и к тому же он служил в одном из самых героических родов войск. Лишь недавно ему исполнилось тридцать, и впереди его ожидала блестящая карьера. И, главное, рядом шла прекрасная Мэри Мак-Лин, и она обещала пройти с ним рука об руку всю жизнь. Что еще нужно молодому человеку? И все же на сердце у него было тяжело.

Сеpгей Константинов

ЛЕHИH КАК ЗЕРКАЛО РУССКОЙ ИHТЕЛЛИГЕHЦИИ

Он воплощал в жизнь ее мечтания и искупал ее гpехи

Об автоpе: Сеpгей Виктоpович Константинов - кандидат истоpических наук.

Вся истоpия pусской интеллигенции подготовляла коммунизм.

Hиколай Беpдяев

Подлинное значение Ленина и ленинизма можно понять только в контексте истоpии извечной боpьбы pусской интеллигенции пpотив своего собственного госудаpства.

Корнеева Н. А.

Любовные истории актеров

СОДЕРЖАНИЕ

Валентина Серова и трое ее мужчин

Земная жизнь Екатерины Фурцевой

Легенда о первой любви

Роман, длиною в полвека

Девочка из города Нежина

Похищение Джигарханяна

Муза Михаила Козакова

Единственная любовь Ихтиандра

Жизнь балерины

Последняя любовь Кайдановского

Любимая невестка Сергея Михалкова

Прости меня, Вовчик!

Светлана КОРОЛЕВА

МАСОНЫ

Часть 1

Часов шесть вечера. Начало марта. Еще светло. Из открытых дверей цехов мясокомбината к проходной потихоньку потянулись рабочие. Андрюха размашисто шагал со своим новым напарником. На проходной, он как абсолютно свой, пожал руку охраннику, представив ему новенького, перекинулся парой фраз с вахтерами и направился к стоявшей вдалеке коммерческой палатке.

- Ну что, по пиву? За последнюю пятницу месяца!

Н. Козин

Постижение России. Опыт историософского анализа.

Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь - есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и все, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь Сам Бог.

Н.В. Гоголь

ВВЕДЕНИЕ

Россия, как никакая другая страна, за XX столетие новейшей истории в специфике своего исторического творчества вскрыла реальность, больше того, исходную фундаментальность цивилизационных закономерностей в общей структуре закономерностей всемирной истории. Оказалось, что логика мировой истории не сводится лишь к логике возникновения, развития и смены общественно-экономических формаций. Она не исчерпывается ни логикой классовой борьбы, ни лежащей в ее основе логикой перераспределения и радикальной перемены исторических форм собственности и политической власти - главных формационнообразующих качеств любого общества. Она всегда больше и глубже того, что можно понять в ней исходя только из формационных закономерностей истории.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Семья, потерявшая последние надежды на будущее, остановилась переночевать в отеле, в котором была необыкновенная курица, несущая необыкновенные яйца…

Бог мой, северное сияние! И в наших умеренных широтах весьма далеких от северной экстремальной экзотики, можно смотреть на него, покойно устроившись в кресле-качалке на самом верхнем балконе обыкновенной панельной пятиэтажки. С удовольствием закурить и предаться приятным размышлениям о бесконечности расширяющейся Вселенной, глядя на столь любопытный астрофизический феномен. Тем паче вольно философствовать на космогоническую тему тихим и теплым июльским вечером, если дело происходит не где-нибудь полярной зимой в безумно холодном Заполярье, а у себя дома, когда из звездных далей до родной средней полосы добралось полярное сияние не хуже, а может, даже лучше, чем у высоких нордических широт. Помнится, раньше в здешних местах только случались ничуть не выдающиеся ночные зарницы — тусклые отблески далекой и потому безмолвной атмосферной грозы за горизонтом, а вот теперь по-северному засиял весь ночной небосклон, где переливались радужными складками многокилометровые огненные полотнища, одни широкие, а другие поуже. Блистая всеми оттенками видимого спектра, иные сияющие полотнища обрывались высоко в ночном небе, а те опускались чуть ли не до самых крыш соседних домов. Там и сям радужные полотнища празднично по-новогоднему мерцали, словно составленные из беспорядочно перепутанных елочных гирлянд сверхъярких светодиодов. Здесь и сейчас безоблачную ночь над городом иллюминировали плавные переходы разноцветных градиентов полярного сияния, вызванного необычным солнечным ветром и всеми его неисчислимыми протонами и электронами, неустанно бомбардирующими атмосферу над северным полушарием планеты Земля. Казалось, радужный театральный занавес прикрыл звездное небо, действующих лиц и исполнителей от любопытствующих взоров зрителей, ожидающих начала глобального и, быть может, эпохального спектакля.

Фантастическая приключенческая повесть для детей среднего возраста.

Очаровательная Дайана Стемплтон, студентка Мичиганского университета, во время каникул сопровождает отца – известного ученого, занимающегося изучением морской фауны, в его экспедиции. Их небольшое научно-исследовательское судно бороздит просторы Тихого океана, отыскивая редкие экземпляры рыб и животных. Но однажды поздно вечером, после шторма, к ним на борт попадает странный человек – Зигфрид Пасео. Как он оказался в открытом океане па столь значительном удалении от берега, объяснить не может даже он сам, а может, просто не хочет объяснять… Нет сомнений, этого необыкновенно красивого, сильного молодого мужчину окутывает тайна. Впрочем, ясно и то, что Дайана и Зигфрид с первого взгляда влюбляются друг в друга…