«Остров сокровищ» и карты флибустьеров

Роман Белоусов

"Остров сокровищ" и карты флибустьеров

Дышите же воздухом его произведений, читайте Стивенсона!

Л. Фейхтвангер

Дом стоял прямо у дороги, отделенный от нее невысоким забором на каменном основании. Напротив, по горному склону, громоздились заросли могучих буков и сосен, а ниже за ними виднелись поросшие вереском холмы. Впрочем, разглядеть их удавалось лишь в погожие, ясные дни, когда дорога была залита солнцем. В лесу не смолкал птичий гомон, а горный воздух, чистый и прозрачный, волшебным нектаром проникал в кровь. Чаще, однако, в этих местах бушевала непогода. Тогда холмы внизу скрывала пелена тумана или стена дождя.

Другие книги автора Роман Сергеевич Белоусов

Кровавый след от преступлений пиратов тянется свозь века, история сохранила имена многих морских разбойников. Их жизнь, полна опасностей и приключений, овеяна ореолом пиратской романтики. Отсюда и название книги, взятое автором из «старой пиратской песни» с загадочными словами: «Пятнадцать человек на сундук мертвеца…»

Читатель встретится со знаменитыми Дрейком, Морганом, Дампьером, Черной Бородой и другими джентльменами удачи, как сами себя называли пираты. Они не только отважно шли на абордаж, но, случалось, становились первооткрывателями островов, где прятали свои золотые клады и где господствовал «Веселый Роджер» – черный флаг пиратской вольницы.

Многие современные маги, целители и предсказатели продолжают дело Франца (Франсуа) Антона Месмера, чудо-доктора XVIII века. Он считается одним из основателей современной психотерапии. О пророке и искусном врачевателе Месмере, развившем идеи врача-алхимика Парацельса, рассказывает эта книга.

Более двадцати лет отсидел в шести тюрьмах и трех крепостях отец Авель за свои предсказания русским монархам об их смертях и убийствах. Павел I запечатал конверт с его прогнозом «судьбы державы российской» и написал на нем: «Вскрыть Потомку Нашему в столетний день моей кончины». Его вскрыли в означенное время. Вещий Авель был прав: царскую корону последний российский император сменил на терновый венец.

О многострадальной жизни провидца, об отечественной истории как исполнении его пророчеств рассказывает эта книга.

Эта книга — о знаменитых преступниках, ворах, грабителях, о громких судебных процессах и уголовных делах прошлого, которые легли в основу известных художественных произведений.

Сопоставляя факты и писательский вымысел, автор как бы устраивает очную ставку с представителями преступного мира.

Перед читателем разверзаются страшные бездны порока, низменных инстинктов и морального падения. Но цель автора — не возвеличивать зло, а показать, что человека за чертой дозволенного неминуемо ожидает деградация личности.

Автор в популярной форме рассказывает о том, как создавали свои произведения известные зарубежные писатели. В главах-новеллах, посвященных творчеству Дефо, Распэ, Дюма и других мастеров, особое внимание обращено на поиски авторами прототипов героев своих будущих произведений.

Эта книга для тех, кто любит историю и увлекается авантюрными сюжетами.

Похождения героев — реальных людей, живших много лет назад, — и сегодня поражают воображение. Кто-то из них приобрел громкую известность благодаря дерзости и находчивости, кто-то остался на обочине человеческой памяти. Однако их приключения никого не могут оставить равнодушными, наверное, потому, что именно они оказали огромное влияние на противоречивый ход истории.

Предсказаниями и советами графа Сен-Жермена пользовались Людовик XV и мадам Помпадур. Он устранял дефекты на бриллиантах короля и выращивал жемчужины для фаворитки. Григорий Орлов выплачивал «дорогому отцу» крупные суммы денег за предсказания будущих побед Екатерины II и за помощь в воцарении ее на российском престоле. Теософы и мистики разных стран считали его пророком, хранителем тайн мира. Говорили, что он лично знал Понтия Пилата и Юлия Цезаря, что очередным его воплощением в XIX веке стала Е. П. Блаватская.

Сегодня Нострадамуса читают во всем мире. Более половины предсказаний великого пророка уже сбылось. Но правильно ли мы понимаем тексты прорицателя? Зачем он шифровал свои произведения? В чем причина разночтений при толковании катренов? На эти и многие другие вопросы отвечает наша книга.

Популярные книги в жанре Документальная литература: прочее

Ах, несмотря на гаданья друзей,

Будущее непроглядно!

— В платьице твой вероломный Тезей,

Маленькая Ариадна!

МЦ

Коктебель. 5-го мая 1913 г., воскресенье.

(День нашей встречи с Сережей. — Коктебель, 5-го мая 1911 г., — 2 года!)

Ревность. — С этого чуждого и прекрасного слова я начинаю эту тетрадь.

Сейчас Лиля — или Аля — или я сама — довела себя почти до слез.

— Аля! Тебе один год, мне — двадцать один.

1. durchfall

2. [Вишневый сад.]

3. для пруда: рыба-кошка или американский сом.

Оборот форзаца

1. M. E. Змиенко. Рассказы и очерки. Петербург.

2. Мери Миль матовая английская.

Стр. 1

1. [Бажаев Владимир Гаврилович «Лувр».]

2. [15 ф<�евраля>. Обед. Блины у Солдатенкова. Поехали к Левитану. Купили картин на [1100] 1110 р.]

[13-го обед у В. А. Морозовой.]

[Иваненке марок на 2 р. 7 к.]

[16-го февр<�аля> вечером в ред<�акции> Р<�усской> м<�ысли> совещание о народном театре.]

Впечатления Жюля Верна о полёте на воздушном шаре.

В воспоминаниях Н. М. Зиновьевой встречается описание одного интересного разговора В. М. Шукшина с сестрой: «...он вымеривал хозяйскую комнату со сжатыми кулаками и говорил: «Я — Стенька Разин!» А я ему: «Так Стенька Разин — бунтарь». — «А я и есть бунтарь, я ищу правду на земле»[1] Образ Степана Разина, безусловно, является сквозным не только для творчества, но и для жизни В. М. Шукшина. Он владел писателем с детства, проявляясь в играх, разговорах с родными и товарищами, неотступно следовал за Шукшиным-режиссёром, начиная с 1966 г. (первая заявка на литературный сценарий фильма о Разине) и до самого конца жизни (1 августа 1974 г. В. М. Шукшин из р. п. Клетский отправил телеграмму директору к/с «Мосфильм» Н. Т. Сизову с просьбой о начале работы по фильму о Разине). Шукшин и сам стал в итоге наравне с мятежным атаманом, героем ненаписанной и неснятой «Разиниады» — многолетней борьбы за экранизацию романа о Степане.

Мы всегда гордились советской системой образования. На фоне нынешнего развала и упадка эта гордость выглядит вполне оправданной. И, тем не менее, за репутацией «самой читающей» нации как-то упускалась из вида весьма болезненная и крайне важная по своим социальным и политическим последствиям проблема — колоссального разрыва в образовательном уровне между интеллектуальными слоями и основной массой населения. Доставшаяся по наследству от полуфеодального прошлого, эта проблема не только осталась нерешенной, но и усугубилась по причине возросшего количества и сложности знания. В России формирование нового социального слоя интеллигенции, порожденного потребностями индустриальной эпохи, началось на двести-триста лет позже, чем в Западной Европе. Появившись в эпоху петровских преобразований, так сказать, «по царскому велению, по высочайшему хотению», интеллигенция по своему происхождению, существованию и источникам дохода была тесно связана с государственной властью. Немногочисленный, этот слой носил верхушечный характер, не имея прочных социальных, культурных и даже этнических корней в самом обществе. На протяжении XVIII века, т. е. в течение целого столетия, положение дел в этой области существенно не менялось. На одной стороне — мизерная по численности и в основном импортированная из Европы группка научной и творческой интеллигенции, на другой — огромная масса незатронутого никаким образованием «туземного» населения. Ситуация стала меняться лишь в начале XIX века. Этому способствовали, во-первых, новые геополитические реалии, обострившие потребность в образованных кадрах со стороны государства, а с другой, стала приносить свои плоды такая правительственная мера, как обязательность образования для дворянских детей. Количество учебных заведений, в том числе высших, резко возросло, а уровень образования существенно повысился. В результате в России сформировался, пускай еще немногочисленный, слой кадровой национальной интеллигенции. Последствия этого малозаметного для самого общества социального сдвига были колоссальными. Именно в XIX веке русская культура переживает небывалый в ее истории взлет, становясь культурной единицей мирового значения. Однако, выдающиеся культурные достижения того времени как-то заслонили от нашего сознания тот факт, что во времена Пушкина элементарно грамотным (т. е. умеющим читать и писать) было только 6 % населения, а во времена Толстого средний уровень грамотности составлял всего 21,1 % (среди мужчин — 29,3 %, среди женщин — 13,1 %). При этом высшее и среднее образование имели чуть больше одного процента населения [См.: Балакина Т.И. История русской культуры. — М.: Изд. центр АЗ, 1996. С.150.].

Будучи в отпуске летом 1978, я приехал из Новокуйбышевска в Москву, куда нередко ездил по делам, не по делу. То есть оно было – и, пожалуй что поглавнее всех предыдущих, но такое, что им лишь в отпуске и заниматься. Меня не отпускала тяга взяться за книгу о том, как я в детстве лечился в Москве. Я оказался в научно-исследовательском институте без малого шестилетним и провёл более года в здании, где мне навсегда въелись в память цвета стен в коридоре, в палате, в столовой, в уборной. Что говорить об обитателях, которые, стоило закрыть глаза, появлялись передо мной в цепко впечатляющей ясности?

Историко-художественные

и биографические очерки

К 35-летию факультета «Международный» ДГТУ

и кафедры «Естественные науки»

Людмила Олехнович. 35 лет естественного счастья.

Ростов-на-Дону, 2011. – 336 с., с ил.

© Л. Олехнович, 2011

ТАКАЯ МАЖОРНАЯ ЖИЗНЬ…

Я сам, что называется, вызвался написать в качестве предисловия к этой книге о её авторе

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера может быть современной, что происходит? Театр – это же когда на сцене играют на разрыв аорты классические тексты? Вообще-то нет. Эта книга рассказывает о том, что происходит с театром с 60-х годов XX века по сегодняшний день: как он стал интереснее и сложнее кино, какое отношение он имеет к современному искусству и технологиям, почему сегодня это пространство беспрецедентной свободы, почему все эти перемены прошли почти незамеченными. И самое главное – как теперь это всё смотреть.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Таисия БЕЛОУСОВА,

КАРМАННИКИ-ДУХА

Еще в 60-е годы в Советском Союзе стали объединяться в группы люди, которые, начитавшись завезенной из-за границы литературы, "осваивали" гипноз и экстрасенсорику, занимались йогой и медитацией. Все они находились под пристальным вниманием специального подразделения Комитета госбезопасности. "Мы всегда знали, чем занимаются энтузиасты-искатели, и могли контролировать их, а в случае чего - вмешаться, - рассказывает бывший сотрудник подразделения Владимир Серов. - Кроме того, мы брали на заметку людей с уникальными или аномальными способностями (такие тоже встречались), интересовались методиками, с помощью которых можно развить память, интуицию, выносливость. В те времена руководители таких групп работали бескорыстно. После развала СССР, незадолго до расформирования подразделения, наш начальник предсказал, что очень скоро с Запада и Востока попрет иная "духовность", которую будут продавать оптом и в розницу. Так оно и получилось".

Белов Андрей

"Neutral Tones" Томаса Харди

(опыт имманентного анализа текста с заданным автором)

Предварительные замечания

Выбор для анализа именно стихотворения "Neutral Tones" был предопределен рукою Пола Драйвера, составителя "пингвиновской" антологии "Early Twentieth-Century Poetry" (Penguin Books, ISBN 0 14 06.2210 1). Дело в том, что текст этот был напечатан прежде других произведений Томаса Харди, уже на третьей странице, и мне ни к чему было листать дальше листать было незачем, так как никакого личного пристрастия к тому или иному стихотворению Харди я, по крайней мере, до прочтения "Neutral Tones", не имел.

Андрей Белов

К вопросу о влиянии творчества К. Кастанеды на В. О. Пелевина

(доклад, читанный в Череповецком ГУ)

...нередко в посвященных творчеству В. О. Пелевина работах встречается имя американского писателя и антрополога Карлоса Кастанеды. Настолько нередко, что еще одно совместное упоминание этих имен Вы вполне можете счесть проявлением дурного тона, но, так как на означенную выше тему, насколько мне известно, толком не высказался никто, я могу позволить себе подобную бестактность.

Artem A.Belov ([email protected])

Пресс-мешок, компрессор

"Первая аксиома укладки рюкзака: сколько бы добра небыло, оно заполнит рюкзак полностью. "Вторая аксиома укладки рюкзака: сколько бы добра небыло, оно в рюкзак влезет. Вывод: рюкзак должен быть как можно меньше!"

(фольклер)

Есть такая весьма полезная утилита. Суть ее заключается в следующем: ______ / \ |__?__?__| - клапан 0 - пряжки ? - стропы | ? ? | | ? ? | | ? ? | - мешок нетолстого капрона | ? ? | | ? ? | |--0--0--| - дно мешка \______/