Оставшийся там

Александр Логунов. (Сороковиков)

ОСТАВШИЙСЯ - ТАМ

Поминутно срываясь на бег, изнемогая от усталости - ртутью пульсирующей во взбухших змеями венах, Данг, уже который час, едва осознавая себя, брея по сельве Тумоса; успеть на базу надо было до заката, иначе... Данг прекрасно понимал, что - иначе, означает смерть. От бедолаг, оказавшихся в ночной сельве, к утру не оставалось даже скелета, Омерзительный холод прокатился по взмокшей спине Данга, и он снова прибавил темп; по расчетам, до базы- пять-восемь миль, до заката, в лучшем случае-час. Контрольный облет, начавшийся рано утром, подходил к концу; командир уже дал приказ к возвращению, как вдруг, эта вспышка, и вместо рубки - рвавые клочья оплавленного металла. Данг, его пост в верхнем куполе, инстинктивно надавил на педаль дизинтегратора и рванув клапан катапультированная (словно с-щелчком фотокамеры увидев, как обуглился лес на площади двух акров), покинув потерявшую управление машину. Приземлившись более-менее удачно, Данг выбрался из-под строп парашюта и забрав ручное оружие, направился в указываемую индикатором сторону^Индикатор имел двоякое назначение. Во-первых: излучал короткие волны, по нему могли обнаружить с воздуха, во-вторых, не менее важно, имел лимб, направленный в сторону базы. Пройдя сквозь обугленный дезинтегратором лес, Данг наткнулся на мертвых термитов, вповалку лежащих вокруг крайсерского мазера. Из-под лопнувших панцирей их теЛ проступала сукровица денатурированного белка; издававшая мускусный запах, она буквально на глазах застывала изжелта-зеленой пленкой. - Сволочи, - Данг сплюнул густую слюну и пнул одного из них, - быстро научились пользоваться нашим оружием, даром, что биогены. Для порядка, выпустив газовую накачку из мазерной пушки и разбив головку энергопатрона, направился в сторону, указываемую радиоиндикатором; снова, он - Данг Лэнг Бралгор, бывший пехотинец, а теперь - стрелок боевого глайдера, остался жив. Брангор перешел на шаг и с надеждой поглядел вверх - не пролетит ли дежуный глайдер, тогда радиомаяк сразу будет запеленгован; но мертвящая пустота прочно поселилась в выцветшем за день небесном куполе. Черта с два, нет на базе лишних машин! - выругался Лэнг и дал из дезинтегратора по сгустившимся впереди зарослям, - За три года угробили кучу техники, а что толку, - и подождав, пока с деревьев осыпется уничтоженная нечисть, снова погнал себя через сельву. - Вперед, вперед, - страх знобким надсадом дышал в затылок, и Брангор, преодолевая усталость, в который раз обнаружил, что 'все пределы относительны. Вперед! - пот катящийся из под шлемокаски заливал глаза липкими струями, и Лэнг скинул его, оставшись в одном берете; то же хотелось сделать и с комбинезоном, но прикосновение ядовитых лиан, через минуту сделали бы его покойником. - Вперед, - Данг уже хрипел в такт чавкающим шагам, механически перепрыгивая через щупальца ,корней. Не заметил что одно из них ожило... Если бы не усталость, он бы увидел инородность среди корневых извивов; а сейчас, истошно крича и беспорядочно махая бластером, Данг пытался ухватиться за выступы корней, но это было равносильно попытке удержать взлетающий глайдер. Широкая сизо-черная лента тащила его сквозь сплошные заросли кустарника, в клочья раздирая комбинезон, царапая в кровь лицо; Дангу казалось, что перед ним промелькнула целая вечность, и он, словно попавший в петлю Мебиуса, обречен всегда скользить по ее одномерной поверхности, где верх и низ были тождественны. И сам Данг уходил в вечность.

Другие книги автора Александр Логунов

Игорь Волознев. «Семь слепцов»; «Бал призраков»; «Подвал»; «Карлик императрицы».

Дмитрий Несов. «Костер прощальный».

Александр Логунов. «Год — одна тысяча…». Фантастическая повесть.

Алексей Поликарпов. «Южный Крест». Приключенческая повесть.

Александр Комков. «Обычная работа».

Виктор Потанин. «Мой муж был летчик-испытатель». Повесть.

Художник Алексей Филиппов.

http://metagalaxy.traumlibrary.net

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛГлавный редактор Ю. Петухов

И. Волознев. СОКРОВИЩА ШАХЕРЕЗАДЫ

И. Волознев. АДСКАЯ РУЛЕТКА

A. Чернобровкин. КРЫСИНЫЙ ДЬЯВОЛ

B. Андреев. РЕЗЕРВАЦИЯ

А. Логунов. ОСТАВШИЙСЯ ТАМ

A. Логунов. ПОД СОЗВЕЗДИЕМ ОКТАПОДА

B. Потапов. ГАДЕНЫШ

Н. Ю. и С. Н. Чудаковы. АТЛАНТИДА, АТЛАНТЫ, ПРААТЛАНТЫ

Александр Логунов (Сороковиков)

ПОД СОЗВЕЗДИЕМ ОКТАПОДА

Властитель светоносного государства Джак Тач Крин летел в Великому Учителю впервые. Его сделанную из саговниковых ветвей кибитку легко несли три гигантских птеранодона; возчик Йы Ону закончил кормление рептилий, использовав для этого подвижные шнуры, и начал готовиться к снижению. Их долгий, более чем в сутки путь, подходил к концу. Все правители тысячелетней династии Кринов, начиная с основания Драдо Даро, с наступлением года Дракона, летели к Великим Учителям. Так случилось и теперь; Земля еще не прошла и одного года вокруг Солнца, как Тан Тар Крин ушел в мир тишины и звезд; и лишь совсем недавно Джак прошел обряд посвящения, чтобы занять место своего отца. Возчик Йы Ону поправил на голове повязку с кристаллами и мысленно приказал птеранодонам снижаться. В головы рептилий были с рождения вживлены крупицы мыслепроводящего камня, и потому они немедленно скользнули вниз, постепенно приближая кибитку к громоздившимся внизу скалам. Вскоре экипаж достиг горного плато, от которого Джаку предстоял путь еще в одни сутки, ибо простирающийся впереди перевал был для летающих ящеров непреодолим. Снизившись до безопасной высоты, Ону приостановил рептилий и сбросил вниз рулон лиановой лестницы. Не спеша спустившись по ней, Джак Тач Крин дал вознице знак рукой и отправил его обратно; через пять суток уже новая упряжь птеранодонов должна прибыть за властителем. Когда-то, сотни веков назад, благодаря священному выбору Учителей, племена стеннонообразных были возвышены над живым миром, чтобы обрести власть над ним. Именно Учителя дали им наследственную память, когда каждый следующий потомок помнил опыт своих предков. Так возникли касты: ученых и ремесленников, слуг и охотников, воинов и скотоводов, военачальников и правителей - и каждое новое поколение все больше овладевало сферой своего знания. Джак шел к Великому Учителю впервые, но знал этот путь во всех подробностях, потому что его прошли отец, дед - все многочисленные Крины, с того первого хождения в первый год Дракона. Каждый встречный камень, каждая скала указывала Джаку - твой путь верен, ты движешься к цели в единственно верном направлении. Наследственная память интенсивно работала и попутно с воспоминанием дороги, в сознании Джака всплывали отличные картины начала образования их государства...

Популярные книги в жанре Научная фантастика

В. М. Рыбаков

ЗЕРКАЛО В ОЖИДАНИИ

Отправной точкой для сих размышлений послужила чрезвычайно, на мой взгляд, интересная статья И.Кавелина "Имя несвободы", опубликованная в первом номере "Вестника новой литературы". Помимо прочего, в ней доказывается следующее. Во-первых, русская советская литература, даже с момента частичного раскрепощения в 50-х годах обречена оставаться атавистическим и бессмысленным отростком мировой, поскольку любые, пусть даже самые честные произведения пережевывают тупиковую, атавистическую социальную ситуацию, суд истории над которой уже совершен, но которая продолжает длиться в этой стране. Во-вторых, практически во всех честных произведениях, начиная с 50-х годов и далее (нечестные вообще не берутся в расчет, и справедливо, ибо они есть объект не литературоведческого, а медицинского или судебного анализа), описывается, в сущности, один и тот же герой в типологически одной и той же жизненной ситуации, постепенно раскрывающей ему тем или иным образом глаза на окружающий мир; от вещи к вещи варьируется процесс осознания того, что социум вокруг не таков, каким порядочный человек с детства его себе представлял. Конкретный сюжет роли не играет; поначалу влитый в общество, как животное в биоценоз, герой, зачастую именно в силу своих положительных качеств и веры в идеалы начинает непредвзято разбираться в происходящем, и к концу наступает некое осознание - но после осознания ни в одной вещи никогда ничего уже не происходит, происходит только конец, и это закономерно; осознавшему общество герою в этом обществе места нет, и писать не о чем. Дальше должна быть или ломка души и познательное приспособленчество - но тогда произведение получится антисоветским; или открытый, так или иначе явленный свету бунт - но тогда произведение получится еще более антисоветским; ил и отчаянная и смехотворная борьба со всем обществом за провозглашенные этим же обществом и формально в нем безраздельно царящие идеалы, что выродится либо в благоглупость, дибо опять-таки в антисоветизм.

ДЖЕЙЛИ САЛЛИ

53-я АМЕРИКАНСКАЯ МЕЧТА

Перевод с англ. Л. Терехиной и А.Молокина

Воскресенье, так похожее на все другие воскресенья: облака свисают с неба, словно чудовищные зобы или двойные подбородки, небо жадно и шумно всасывает воздух. Небо ступает по траве - начинается дождь.

К тому времени, когда они встали, дети уже успели позавтракать.

В домашнем халате (в коричневую клетку, фирмы "Нейман Маркус") и шлепанцах (в серую клетку, фирмы "Пэнниз") мистер Мо вошел в гостиную (он выглядел как викинг, сходящий с корабля на причал). Входя в комнату, он отшвырнул ногой разбросанные по полу кости, заметив на них следы зубов.

Виктор Сапарин

Исчезновение Лоо

1

Молнии сверкали по всему горизонту. Под порывами ветра башня упруго гнулась, а потом, словно маятник, возвращалась в прежнее положение.

- Не сломается, - заметил Варгаш, угадав мысли Гарина. - Ее испытывали ураганом на Земле. Пластилит - самый прочный материал из всех тех, которые пока известны в солнечной системе.

Башня продолжала туго раскачиваться. Горин понимал, что, если бы она не качалась, она давно сломалась бы.

В. САПАРИН

НЕПРЕДВИДЕННОЕ ИСПЫТАНИЕ

1

В начале он показался похожим на других практикантов, каких немало побывало в конструкторском бюро Гребнева. Он был так же розовощек, и голубые его глаза взирали на мир с тем же оттенком легкого снисхождения. Как и они, он очень уверенно судил обо всем на свете - об искусственном перемещении планет путем сооружения на них особых мощных двигателей, о пробуривании скважин до центра Земли и тому подобных вещах, которые, на его взгляд, не были осуществлены до сих пор просто потому, что некому было взяться по-настоящему за дело.

В. САПАРИН

ПОСЛЕДНИЙ ПИЛОТ

1

Сопки, могучие складки на теле планеты, покрывали все видимое пространство, толпились в хаотическом беспорядке, загораживали горизонт. С левой стороны, прямо по меридиану, шла, не сворачивая ни на шаг в сторону Большая Полярная Дорога. С воздуха Игорь отчетливо видел, как она перескакивала через пади, ныряла в тоннель, снова появлялась вдали.

Остроконечная, как и всегда, показалась не сразу, и, увидев ее, Игорь инстинктивно чуть приподнялся в кресле. Чувство нетерпеливого ожидания, знакомое охотникам, рыболовам, любителям природы, охватило его. Вибролет, словно угадав желание седока, взмыл кверху, а затем помчался к Остроконечной со всей скоростью, на которую только был способен. Прозрачные крылья неутомимо и ритмично вибрировали. Полет был чудесным, и Игорь вновь подумал о том, что управление с помощью биотоков, возникающих в организме человека при одной только мысли о движении, - замечательная вещь: достаточно пожелать лететь - и летишь. Великолепное ощущение! Жаль только, что это не годится для трансконтинентальных лайнеров.

Виктор Сапарин

Пыль приключений

1

Планета жила своей жизнью. Люди работали, писали стихи, забивали голы на футбольном поле, слушали музыку, ходили и ездили в гости, воздушные лайнеры переносили тысячи пассажиров через океаны и материки. Казалось, ничто не изменилось, но в сознании каждого, где бы он ни находился, в самой глубине билось ощущение необычайного. И разговор, на какую бы тему ни зашел, невольно касался того, что всех интересовало.

В. САПАРИН

СЕКРЕТ "СЕМЕРКИ"

Гости с неба

Прилетела она прямо из мирового пространства. По крайней мере, так показалось ребятам, наблюдавшим ее падение. Сначала послышался шум, похожий на отдаленный гром, потом над самым лугом что-то блеснуло, и вдруг на парашюте повисла металлическая сверкающая ракета.

Ребята побежали к речонке, пересекавшей луг; к ней относило ветром медленно снижавшуюся ракету.

- Это с Марса уверенно заявил Вася Аринушкин, - Больше неоткуда. На Луне людей нет. А на этой, как ее... на Венере... там еще не наступил каменный век. Ихтиозавры ракету не пошлют!

С. Сабуров (В. Сапарин)

Секрет рыболова

Репутация старика Кулебакина была подорвана в один день, разом и бесповоротно. На протяжении целых одиннадцати лет за ним сохранялось первенство в рыбной ловле в этой тихой загородной местности.

Он знал сто один секрет, относящийся к повадкам рыбы и способам ее ловли. Ему было в точности известно, как нужно варить пшенную кашу, чтобы получилась хорошая насадка на леща; с каким маслом - конопляным или подсолнечным предпочитает мякиш черного хлеба плотва; в какие дни у щуки линяют зубы, и она перестает брать на живца, а также, множество других вещей, о которых не прочтешь ни в одной книге.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Андрей В. Логванов

HУ?!

Посвящается Козлищам, павшим в борьбе с Агнецами

Антиисторический роман о нашем времени

Бестстыллер

июль-декабрь 1994 года

гогольянец У.Вечный

Оглавление 1. Аперитив 2. Город и его достопримечательности 3. Коля 4. Мазютино 5. История Университета 6. Студенческая жизнь 7. Перемены 8. Сашка 9. Факультет 10. Ирка и Hатулька 11. Гуманитарии 12. Музей 13. Общага 14. Реформы 15. Экзамены 16. Истерическая наука 17. Учеба 18. Филологи 19. Hаука 20. Ректорат 21. Гибель Школы 22. Международная жизнь 23. Газета 24. Культурная жизнь Города 25. Девочки 26. Археология 27. Литература 28. Практика 29. Половая жизнь профессуры 30. Студенческий фольклор 31. История города в кривом зеркале краеведения 32. Хэппилог

Николай Павлович ЛОХМАТОВ

Листопад

Роман

Николай Лохматов - автор сборника повестей и рассказов "Поздняя весна" и романа "Булатов курган".

Новый роман - "Листопад" автор посвятил охране природы.

Главный герой романа Сергей Иванович Буравлев после окончания аспирантуры в Ленинградской лесотехнической академии возвращается в родные приокские леса, где когда-то были лесниками его прадед, дед и отец.

Честный и принципиальный Буравлев, взявшись за охрану лесного богатства, вступает в конфликт со своим непосредственным начальником директором лесхоза Маковеевым. Этот конфликт перерастает в открытую острую борьбу старого и нового.

Мирра Александровна Лохвицкая

- Если б счастье мое было вольным орлом... - Есть что-то грустное и в розовом рассвете... - Зачем твой взгляд, и бархатный, и жгучий... - Песнь любви ("Хотела б я твои мечты...") - Спящий лебедь - Сумерки

* * *

Если б счастье мое было вольным орлом, Если б гордо он в небе парил голубом, Натянула б я лук свой певучей стрелой, И живой или мертвый, а был бы он мой!

Если б счастье мое было чудным цветком, Если б рос тот цветок на утесе крутом, Я достала б его, не боясь ничего, Сорвала б и упилась дыханьем его!

Дэвид Лок

Сила предложения

В тот день совершенно случайно я записал на магнитофон лекцию профессора Гарета, посвященную синтаксису английского языка. Я записал ее целиком. В свете того, что произошло потом" я прокрутил ленту несколько раз, и теперь мне абсолютно ясно, в чем тут дело, хотя вначале никто из нас ни о чем не догадался.

Ниже приведу расшифровку моей записи, ничего не опуская и не добавляя. Единственное, что сделал, - выделил некоторые слова профессора Гарета курсивом. Во время лекции временами мне казалось, что профессор не похож сам на себя. Его голосовыми связками словно управлял кто-то другой. В начале лекции это было не так заметно, но потом проявлялось все более и более отчетливо. Теперь, когда я прослушал запись много раз, я могу утверждать, что на ленте записан другой голос или голоса. В отличие от звучного голоса профессора эти голоса резкие и механические и звучат на одной высокой ноте.