Орбита смерти

Я Н К Р А Ш К О

О Р Б И Т А С М Е Р Т И

Пеpевод В.Б.Маpченко

Все лица, выступающие в этой книге, выдуманы и всякое сходство с реальными, живыми или покойными людьми - результат чистой случайности.

События, пусть даже в большинстве своем и выдуманные, базируются, все же, на реальной основе. Например, во всех технических проблемах и данных, касающихся параметров "Атлантиса", его старта, орбитальных операций и приземления, за образец приняты американские "челноки" "Колумбия", "Челленджер" и "Атланта" и были подробно проконсультированы с госпожой Анной Бальтер, которой автор таким путем желал бы выразить сердечную благодарность за сотрудничество и помощь.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Александр ПЕТРИН

ВАСИЛЬ ФОМИЧ И ЭВМ

Научно-фантастический рассказ

Внедрили нам ЭВМ - электронно-вычислительную машину, значит.

Стоит она в отдельном кабинете, вся в индикаторах - конденсаторах, электрическими своими внутренностями урчит, глазами разноцветными подмигивает...

А мы переживаем.

Косматый малый в очках, которого к ней наняли оператором на высокий оклад, хвалится:

- Десять бухгалтерий может заменить! В нее заложено мозгов приблизительно на сто человек!

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ПЕПЕЛ КЛААСА

Фантастический рассказ

ПЕПЕЛ БЬЕТСЯ О МОЮ ГРУДЬ...

Шарль де Костер. "Легенда об Уленшпигеле".

- Вы ошиблись, назвав академика Воронина покойным, - сказал Вадиму оппонент.

- Неужели он еще жив?

- Можете в том убедиться, навестив его.

- Удобно ли?

- Старик нуждается в общении. Возраст приковал его к дому, а он человек деятельный. Реликт, последний из могикан. Мне довелось слушать его лекции.

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ПРОСТО ЖЕНЩИНА

Фантастический рассказ

- Она может несколько дней быть ласковой, отзывчивой, мгновенно улавливать малейшие нюансы моего настроения. Но вдруг без видимой причины срыв. И ее не узнать. Становится недоверчивой и раздражительной. Может наговорить колкостей, спровоцировать ссору. Потом столь же внезапный поворот к идиллии, словно ничего не произошло. А спустя неделю снова все идет прахом.

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

СВЯТОЙ

Фантастический рассказ

- Нет, вы не гомо сапиенс, Луи! Совсем наоборот...

- Хотите меня оскорбить, Милютин? - осведомился Леверрье ледяным тоном.

- Отнюдь! То же самое могу сказать о себе и о любом из нас.

- Значит, с человеком разумным покончено. Тогда кто же я, черт возьми?

- Гомо инкогнитас.

- Человек неизвестный?

- Точнее, непознанный. Мы постигли глубины Вселенной, но так ли уж много знаем о себе? Мозг гения и мозг кретина - даже под электронным микроскопом не обнаружишь разницы. А сколько таинственных явлений, связанных с нашей жизнедеятельностью, истолковано до смешного поверхностно!

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ТАМТАМ

Фантастический рассказ

- В Эквадоре землетрясение, - оторвавшись от газеты, сказал Леверрье.

- Тамтам, - пробормотал Милютин. - Турнедо в стиле Монтморенси великолепная вещь! А знаете, как готовится? Нужно нарезать морковь в форме орешков и тушить в сливочном масле на медленном огне. Поджарить мясо а-ля соте и выложить на гренки. Оставшуюся на сковороде жидкость разбавить белым вином, соусом "Деми-глас" и вскипятить. Донышки артишоков...

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

УБИЙСТВО С ОБРАТНЫМ ЗНАКОМ

Фантастический рассказ

Начальник судоводительского факультета Новороссийского-на-Марсе высшего инженерного космического училища Вергилий Герович Мотин стоял у открытой форточки в своем рабочем кабинете, смотрел на стартовое поле Звездного и курил лирский табак.

Дышать здешним воздухом стало возможно после того, как реконструировали атмосферу Марса. А вот курить... И "Кэмэл", и "Золотое руно" при первой же затяжке вызывали припадки удушья. Годился лишь табак с маленькой каменистой планетки в созвездии Лиры. Мотина снабжали им проходившие переподготовку капитаны.

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ВОСКРЕСНИ ИЗ МЕРТВЫХ!

Фантастический рассказ

- Как вам это удалось? - спросил Леверрье восхищенно. - Вы превзошли самого себя: Витрувий и Ле Корбюзье словно живые.

- Они и есть живые, - ответил Милютин.

- Не понимаю... Конечно, человек в конце жизни может передать самосознание компьютеру, слиться с ним в общность и тем самым обрести бессмертие. Не биологическое, нет! Так сказать, бессмертие души...

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ЖАЛКИЕ БЕССМЕРТНЫЕ ДОЖДЕВЫЕ ЧЕРВИ

Фантастический рассказ

- Вы ошибаетесь. Я вовсе не гуманоид. Обыкновенный человек, как и все.

- Но ваш корабль...

- Он не имеет отношения к внеземным цивилизациям. Это не межпланетный корабль и не космический зонд.

- Может быть, вы... из будущего?

- Не из будущего и не из прошлого. Из настоящего. Ваша наука полагает, что время течет непрерывно. Заблуждение! Время прерывисто, оно то течет, то замирает. Мы же этого просто не замечаем. Так человек, потерявший сознание, не способен судить, как долго он был в забытьи. Представьте теперь, что следующие друг за другом импульсы времени намного короче пауз, причем в каждой паузе множество импульсов, принадлежащих к другим последовательностям. Каждая последовательность - самостоятельная реализация времени. Сколько реализаций, столько вселенных, земель, человечеств, существующих как бы параллельно. А если импульсы все укорачиваются?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Красиков

Яркость воображения

Я думаю, не надо напоминать просвещенному читателю, что современная российская литература воображения имеет свои корни в романе Ильи Камнезема (творческий псевдоним Каменева и Зиновьева) "Наше славное будущее". Другое дело - роман, первоначально изданный Шанхайской "Академией", впервые полностью публикуется на родине. Такова уж историческая справедливость, все яркое, запрещенное, не понятое современниками, в конце-концов вырывается на свободу, становится общепринятой классикой.

Сергей Красиков

Принцесса и дракон

Меня зовут Рахиль и у меня есть дракон.

У меня есть дракон и дедушка.

И папа. Папа ушел на войну. Он солдат. Он воюет за Родину. Так мне сказали мама и дедушка. Мама тогда еще была жива.

Я люблю дракона. Его зовут Кай. Я сама так его назвала. Мама рассказала мне сказку про снежную королеву. Там тоже был Кай. Его спасла от снежной королевы Герда. Мне нравится Герда. Она не боялась снежной королевы и поэтому спасла Кая. Я тоже не боюсь снежной королевы. Я иногда боюсь пауков и темноты. Я не боюсь крыс. Я смелая. Дедушка так сказал. Я больше не буду бояться пауков и темноты.

Лешек Красковский

ОХОТНИК

Лицо старика, изрытое многочисленными шрамами и покрытое густой сетью морщин, выражало неподдельную обиду.

- Я создал мир, когда был мальчишкой, - кричал он маленькой девочке. Тогда мне было двенадцать, и я даже не был богом.

- Неправда, - возражала малышка, - Когда неделю назад я создавала вселенную, вас еще не было.

Когда я подходил к ним, толпа людей, прислушивавшихся к ссоре, вдруг заколыхалась и расступилась прередо мной словно ворота сезама. "Охотник," - услышал я тревожный шепот. "Охотник," - глухо повторила толпа. Девчонка продолжала ссориться со стариком, она ничего не заметила. Старик тоже слишком увлекся ссорой, чтобы увидеть надвигающуюся опасность.

Александр Краснянский

Единение

Мир, в котором Он сейчас пребывал, был прост. Там была свобода стремительного движения, был распахнутый вширь простор, был встречный ветер, бьющий в лицо. В душе нарастал восторг, пробиваясь сначала тонкими ручейками радости сквозь косную неопределенность, и затем сливаясь в бьющие потоки и фонтаны, распиравшие Его существо. Хотелось кувыркаться, нырять во мглу вниз и взмывать к неясно брезжащему свету вверху, останавливаться на полном ходу и вновь устремляться вперед олицетворением неукротимой силы и обгоняющей мысль стремительности.