Опусионата

Татьяна Скобелева

Опусионата

Из книги "Опусионата или Кузькина Пуська"

сочинения Кузи Пруткова

Несколько слов об авторе. Конечно, он законный наследник и продолжатель дела своего знаменитого предка Козьмы Пруткова. В настоящее время ищет себя, так как в гуще нашей современной жизни немудрено даже утонуть? Так что пожелаем ему быть не только на плаву, но и обрести твердь под ногами.

Часть 1

Канонически-хаотическая, или обвальная

Другие книги автора Татьяна Скобелева

Татьяна Скобелева

Принцесса заколдованного леса

Далеко ли - близко, близко ли - далеко в одном королевстве жил король, звали его Рогд Грозный. И был он великим воином и правителем. И имел король двух сыновей, а так же младшего брата Тея. Перед каждым походом против недругов приводили к Рогду известного предсказателя будущего, который говорил королю, что того ожидает. И вот однажды сказал предсказатель, что трон в его королевстве унаследует сын его брата Тея.

Татьяна Скобелева

Дети Морского царя

Вы знаете, что морских царств очень много? Почти столько же, сколько земных? Так вот, в одном морском царстве-государстве правил Морской царь. Как все морские цари любил он иногда пошуметь, но чаще держал свое царство, то есть море, в тишине и спокойствии. И было у Морского царя два сына и дочка - всеобщая любимица. Царевна Маро. Маришка. Так звали ее во дворце. Так будем звать ее и мы. Маришка была уже вполне взрослой девушкой. На днях во дворце шумно отметили ее восемнадцатилетие. Так шумно, что в щепки разбили три корабля. Хорошо, что никто не погиб. Праздник есть праздник. У Морского царя с этим строго. В праздник горя быть не должно. Примета плохая. Теперь же, после празднования дня рождения дочери у Морского царя другая забота: в каком морском царстве подыскивать ей жениха. Или же к себе женихов созвать, небось царство не бедное. Глядишь и выбрала бы себе Маришка пару. А то что-то загрустила дочка. Раньше бывало от ее шума и проказ весь дворец ходуном ходил. Они с младшим братом то в прятки играли, то в салочки, то в разбойников - рыб гоняли. Старший-то сын уже давно вырос. Отцу помощник. А эти - дети еще. Дочке Маро - восемнадцать, сыну Мару - шестнадцать.

Татьяна Скобелева

Моя душа в другом теле? Человек и космос

Предисловие

Совсем недавно в газете "На грани невозможного" (( 10, 1996 г.) в публикации Марии Ветровой впервые появилась информация об общении наших космонавтов в Космосе с высшим Разумом Вселенной. Вот что рассказал один из космонавтов, по естественной причине пожелавший остаться анонимным, корреспонденту газеты:

"Главной трудностью пребывания в открытом Космосе стал его ШЕПОТ. Так называли это явление между собой мы. Ученые нашли другой, должен признать, более точный термин - эффект присутствия... Чтобы понять, что именно имеется в виду, должен рассказать об одном из своих полетов, в котором был не один.

Татьяна Скобелева

Принцесса-служанка

Однажды, в одной далекой-далекой стране родилась принцесса, но пышных торжеств в связи с таким знаменательным событием не происходило. Не было и дворца. Как это ни странно, но принцессы не всегда рождаются во дворцах. Например, наша новорожденная принцесса появилась на свет в хижине дровосека. Именно сюда забрела ее мать, королева соседней страны в поисках пристанища. Дело в том, что на их королевство напали враги. Молодая королева, также как и многие другие жители их страны, попала в плен, однако вскоре добрые люди помогли ей бежать. Вместе со старой няней, не расстававшейся со своей любимицей ни на миг, она, в конце концов, попала в хижину дровосека. Король, ее супруг, погиб в одном из сражений, а его войска были разбиты.

Татьяна Скобелева

Сказка о непослушной принцессе

В недавние времена, в одном не очень далеком королевстве жили-были король с королевой, имеющие лишь одну-единственную дочь - принцессу Диану. А поскольку была она единственной, возлагались на принцессу надежды непомерные. И чтобы надежды оправдались, пригласили король с королевой к своей дочери десятки учителей и воспитателей. Так что каждая минуточка в жизни маленькой Дианы оказалась расписанной: когда ложиться, когда вставать, сколько времени проводить за едой, сколько заниматься с учителями, сколько учиться музыке, сколько танцам, долго ли гулять по парку в сопровождении гувернантки и даже сколько минут разговаривать с родителями.

Татьяна Скобелева

Кольцо ведьмы

Жили в одном королевстве девушка Анжела и юноша Марио. Девушка казалось такой милой, такой кроткой, что все окружающие называли ее ангелом, спустившемся с небес. Да и Марио был юношей славным: и фигурой, и лицом удался. И вроде бы дело должно идти к свадьбе двух молодых людей, с детства нежно привязанных друг к другу. Только вот беда - никогда не бывать их свадьбе. И знаете, почему? Да потому, что Анжела была принцессой. Дочерью короля. А Марио - сыном садовника короля. Конечно, в детстве они частенько вместе играли в королевском саду в прятки и салочки. Марио тайком от отца срывал для принцессы самые красивые цветы, придумывая удивительные истории и о цветах, и о птицах, порхавших в саду и, конечно, о приключениях маленькой принцессы. Сколько раз в этих историях он спасал принцессу от пиратов и разбойников, возводил за ночь прекрасные дворцы, дарил волшебные зеркала. Анжела могла часами заворожено слушать своего друга.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Борис Викторович Шергин

Ходили в Лявлю

Народ на гулянье плывет карбасами и пароходами.

На карбасах летят парусом с песнями, а пароходы отваливают от города с музыкой.

Однажды напраздновались горожана в Лявле и, как стемнело, стали посряживаться домой.

Последний пароход отвалил в десятом часу; баржу поволок велику. На ту баржу миру накопилось много без меры.

Как на середку реки вышли, заиграли по музыке, затрубили в трубы, ударили по накрам.

Борис Викторович Шергин

Иван Рядник говаривал

Дела и уменья, которые тебе в обычай, не меняй на какое-нибудь другое, хотя бы то, - другое, казалось тебе более выгодным.

В какой дружине ты укаменился, в той и пребывай, хотя бы в другом месте казалось тебе легче и люди там лучше.

Пускай те люди, с которыми ты живешь, тебе не по нраву, но ты их знаешь и усвоил поведенье с каждым.

А с хорошими людьми не будет ли тебе в сто раз труднее?

Несколько лет назад, читая о четырех советских солдатах, попавших «в относ» в Тихом океане, вспомнил я одну старую «мирскую оказию».

Читатель, мне кажется, без комментариев оценит разницу между старым временем и новым: в прежние времена погибавших поморов никто не искал, никто не писал о них.

Архангельские поморы, бывало, хвалились: «Морскую беду терпеть нам не диво, но когда что за обычай, то весьма сносно».

Борис Викторович Шергин

По уставу

Лодья шла вдоль Новой Земли. Для осеннего времени торопилась в русскую сторону. От напрасного ветра зашли на отстой в пустую губицу. Любопытный детинка пошел в берег. Усмотрел, далеко или близко, избушку. Толкнул дверь - у порога нагое тело. Давно кого-то не стало. А уж слышно, что с лодьи трубят в рог. Значит, припала поветерь, детине надо спешить. Он сдернул с себя все, до последней рубахи, обрядил безвестного товарища, положил на лавку, накрыл лицо платочком, доброчестно простился и, сам нагой до последней нитки, в одних бахилах, побежал к лодье.

История о семье, войне и надежде, пробирающая до мурашек.

Десятилетняя Алиса живет в Бельгии в то время, как в Европе разгорается Первая мировая война. Сначала Алиса её братья и сестры не хотят верить, что война придет и в их город. Об этом шепчутся родители, но Алиса старается не думать о плохом. Но когда через город проходит армия и вереница беженцев, родители Алисы принимают решение покинуть родные места. Правда, оказывается, что бежать уже некуда. Разумнее вернуться домой, хотя и дома становится опасно. Кругом разрываются снаряды, умирают люди, а однажды утром жители начинают задыхаться от неизвестного ядовитого газа… Алисе предстоит пройти долгий путь, чтобы она смогла вновь поверить в мамину фразу – о том, что всё будет хорошо, обязательно. Пусть и не таким образом, как она себе представляла.

Это многослойная история об искренней и немного наивной девочке. С первой страницы читатель, и маленький, и взрослый, начинает сопереживать героям. Настроение книги удивительно тонко передают одноцветные рисунки Шарлотты Пейс.

О Первой мировой войне мы знаем гораздо меньше, чем о других, более поздних войнах. Однако история, рассказанная от имени ребенка, убеждает: все войны одинаково разрушают жизни. Важно сохранить веру и надежду, что все будет хорошо. Пусть и не так, как об этом рассказывается в сказках.

• Обладатель премии Woutertje Pieterse Prize 2019

• Номинирована на премию Thea Beckmanprijs

• Лучшая молодежная голландская книга Boekenleeuw 2019

Фишки книги:

– История о войне, написанная от лица ребенка

– Автор проделала большую работу по изучению архивов Первой мировой войны

– Рисунки Шарлотты Пейс замечательно оттеняют текст

– Несмотря на сложную тему, это книга о надежде и семье

Для кого эта книга

Для детей в возрасте 10–12 лет и их родителей

Для всех, кто интересуется историей и темой войн

На русском языке публикуется впервые.

Вите десять лет, он оканчивает четвёртый класс, любит компьютерные игры и гулять со школьными друзьями. Витя с мамой живут в Москве, а папа работает за границей. Но неожиданно родители принимают сложное решение. Очень скоро Витя и мама навсегда улетят из России. До отъезда остаётся месяц, неделя, день…

Жизнь меняется, даже если ты этого совсем не хочешь. Можно жить ожиданием нового, а можно попрощаться с тем, что уже есть. Выбор за Витей.

Для детей среднего школьного возраста.

Уолден Мак-Грегор – студент, он учится, путешествует с друзьями, подрабатывает на бензоколонке и пишет работу об исторических корнях кельтских мифов. Его собственная семейная история тоже уходит в глубь веков: ведь предки Уолдена принадлежали к древнему шотландскому клану, из которого вышел легендарный герой Роб Рой. Детство Уолдена прошло в Шотландии, в уединенном поместье «Королевская рыбалка», где остались обожаемые дед и отец. А теперь он живет в Оксфорде – с матерью, отчимом, братом и сестрой.

Прошлое манит его: он знает и любит семейные предания, с детства сочиняет истории об Одиноком Рыцаре, страстно увлекается исторической реконструкцией и фехтованием. А еще Уолден пытается разобраться в своих чувствах к родителям, когда-то при разводе разлучившим его с братом. Встреча с юной клоунессой Джо, русской студенткой Гилдхоллской школы музыки и театра, помогает ему по-новому и с любовью взглянуть на мир вокруг и на свою собственную семью.

Новая книга Марии Пастернак, чей исторический роман «Золото Хравна» уже завоевал симпатии читателей, говорит с нами о современности, но прошлое главного героя, его семьи оказывается важнейшим участником событий. Ведь из прошлого прорастает будущее, и только из него.

Ваня Творогов из «Поиска звука» – подросток, который хочет, чтобы его оставили в покое. Все учителя, друзья, родители, даже автор. Ловит за хвост идею, к примеру сделать серию необычных фото, и тут же отпускает – «мне лень». Не лень, конечно, просто все мы очень устали. А чтобы найти силы, самое важное – свой собственный «звук».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дмитрий Скоков, Даша Серебрякова

Елка в Шепотках

Странно, конечно, но Макс помнил празднование Hового года в Утикаче.

Странно, потому что тогда Макс был слишком маленький, чтобы помнить, а он помнил. Воспоминания были отрывистыми и смутными. В тот далекий довоенный год отец привез Макса в гости к столичным родственникам. Дядюшка Макса, его кузины и отец вышли в тот день на главную площадь, как и остальные жители столицы, чтобы увидеть большую императорскую елку. Все улыбались, пели веселые песни, кричали ура. Пьяные скоморохи с красными носами дарили детям мандарины и шоколадных зайцев в золотистой фольге. Елка была великолепная: вся в гирляндах, шарах, с огромной серебряной звездой на макушке. Было шумно и весело. Hеожиданно все замолчали и повернулись в одну сторону. Заиграла торжественная музыка, старшая кузина вдруг расплакалась, лица дяди и отца застыли в безмолвном восхищении. Hа площадь выехал на сером в яблоках жеребце человек с окладистой седой бородой, и Макс подумал, что это, должно быть, настоящий Дед Мороз. Отец больно сжал руку Макса, наклонился и тихо прошептал: запомни этого человека. Это наш император.

Скоморохов Н. М., Бурляй Н. Н., Гучок В. М. и др.

17-я воздушная армия в боях от Сталинграда до Вены

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания после текста каждой главы.

Аннотация издательства: В книге рассказывается о боевом пути 17-й воздушной армии, героизме советских летчиков, самоотверженном труде их боевых помощников - авиационных инженеров, техников и механиков. На ярких примерах авторы показывают авангардную роль коммунистов в боевой обстановке, работу партийных и комсомольских организаций по воспитанию смелых, мужественных воздушных бойцов. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Отто Скорцени – родоначальник нацистских коммандос. Прежде всего, очень сложно найти как в реальной жизни, так и в художественной литературе более невероятные приключения, чем те, что выпали на долю этого офицера СС – личности, к счастью союзников-англичан и американцев, так и не сумевшей реализовать себя до конца. Освобождение Муссолини и занятие Замка на Горе в Будапеште сделали бы честь героям Дюма и гангстерских романов тридцатых годов. Редкий кинобоевик содержит столько приключений, сколько их пережил Скорцени, выполняя секретные задания в разных странах Европы. Во-вторых, редко когда человек, не занимавший каких-либо значительных постов в иерархии государственной власти, в армии, играл такую роль в истории второй мировой войны. Скорцени, один из сотен тысяч обычных немецких офицеров, на какое-то время сковал действия целой армии, союзников! И вместе с тем Скорцени не герой «в чистом виде», – это самый настоящий эсэсовец, фанатично преданный фюреру и рейху. И это третья причина, по которой мы взялись за публикацию его мемуаров. Феномен Скорцени – кристаллизация духа национал-социализма в самой опасной и заразной форме.

Людмила СКОРИНО

На великом рубеже

Вступительная статья

Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов, - выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М. Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из вашей творческой работы, она становится как бы темой жизни".