Операция «Прогрессор»

На просторах галактики не стало никакого житья от жуткого количества сверхцивилизаций и надкультур. Они чуть ли не каждый день берутся неизвестно откуда, строят звездолёты и заселяют новые планеты. Тайну их возникновения поручено разгадать Рицу, лучшему выпускнику Школы Разведчиков. Примечание: Впервые рассказ «Операция «Прогрессор» был напечатан в журнале «Техника — молодежи», 1987, № 12.

Отрывок из произведения:

Риц стоял в бытовом отсеке корабля между двумя большими параллельными зеркалами и придирчиво изучал свое новое тело, покрытое густыми рыжими волосами. Тело было точь-в-точь как на фотографиях: здоровое, сильное, увитое узловатыми мышцами. Никаких чувств, кроме восхищения, оно не вызывало, да и не могло вызвать.

Зато теперешнее лицо нравилось Рицу гораздо меньше. Короткая жесткая шерсть, толстые губы, лба практически нет, туповатый взгляд узких глазок… Не лицо, а отвратная обезьянья морда без малейшего проблеска интеллекта. Клетка плачет по такой внешности.

Другие книги автора Михаил Георгиевич Пухов

Михаил Пухов, фантаст, а по образованию физик (счастливое сочетание!), родился в 1944 году, первый фантастический рассказ опубликовал в 1968 году, в 1977 году выпустил первый авторский сборник. Большинство его произведений переведено на языки народов СССР и социалистических стран.

На I, IV стр. обложки и на стр. 12 рисунки В. Смирнова.

На II стр. обложки и на стр. 2 рисунки В. Лукьянца.

На стр. 42 рисунок М. Салтыкова.

На III стр. обложки и на стр. 93 рисунки Ю. Макарова.

На I и IV стр. обложки и на стр. 76 и 127 рисунки В. ЛУКЬЯНЦА.

На II стр. обложки и на стр. 2 и 10 рисунки Ю. МАКАРОВА.

На III стр. обложки и на стр. II и 65 рисунки Б. ДОЛЯ.

— В конце концов, у меня отпуск, — сказал Эо. Он метался по помещению, не глядя на министра внешней безопасности, спокойно наблюдавшего за ним из-за широкого письменного стола. Эо был зол. Он всегда был зол, когда его от чего-нибудь отрывали и приводили в чужой кабинет.

— У меня отпуск, — повторил Эо. — Но вы все-таки разыскиваете меня на реке, высылаете вертолет и возвращаете меня в город. Зачем? Только для того, чтобы рассказать о происшествии, пусть интересном, но лишенном деталей, за которые можно было бы ухватиться.

Журнал «Земля и Вселенная» 1975 г., № 5, стр. 90-94

Коршунов и Перепёлкин решили долететь с Луны до Земли на старом лунолёте, предназначенном для полётов только вдоль поверхности Луны на расстояния не более тысячи километров. К тому же Коршунов выкинул из кабины управления всю электронику, чтобы как можно больше усложнить условия полёта, и заправил самый минимум топлива. Да, на такое героическое безрассудство способны только советские космонавты!

На I и IV страницах обложки рисунки Максима РЕЙХА к повестям «ПЕРВЫЙ КОНТАКТ» и «РАЗВЕТВЛЕНИЯ».

На II странице обложки рисунок Геннадия НОВОЖИЛОВА к роману «УМИРАТЬ — В КРАЙНЕМ СЛУЧАЕ».

На III странице обложки рисунок Геннадия ФИЛАТОВА к повести «ШКОЛА ЛИТТЛМЕНА».

Я управлял космическим кораблем один-единственный раз в жизни.

Конечно, в юности, как и многие мои сверстники, я мечтал стать космонавтом. Но мечты эти развеялись на первой же медкомиссии: при перегрузках больше трех «же» мне становилось плохо. А тех, кто не выдерживал пятикратной, к дальнейшим испытаниям не допускали. Волей-неволей пришлось забирать документы. Я подал на вычислительную технику, через шесть лет благополучно защитил диплом и — ирония судьбы! — был направлен по распределению на Луну, в Центр имени С. П. Королева. Там я работаю до настоящего времени.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Львов Аркадий Львович

СЕДЬМОЙ ЭТАЖ

Он слыл трудным мальчиком. Он слыл трудным лет с шести, когда папа и мама впервые заговорили с ним о школе. Это было в марте. Они сказали ему, что вот пролетят весна и пето - и в сентябре он пойдет в школу. Папа вспомнил свой первый школьный сентябрь - каштаны были еще зеленые, как в мае; мама ничего не вспоминала, мама только вздохнула и сказала, что время не стоит на месте. А он вдруг рассмеялся и заявил, что в школу не пойдет. Мама сделала большие глаза, а папа очень спокойно спросил у него:

ЭДУАРД ЖУРИСТ

ПОСТТЕЛЕМАТИЧЕСКАЯ ЭРА

Пер. с румынского Татьяны Ивановой

- Вот этот дом, - сказал мой сопровождающий. - Пока он единственный в своем роде, но скоро такие дома станут совершенно обычными.

Я скептически улыбнулся. Сыт я по горло подобными эпохальными открытиями. Я работал в бюро патентов и открытий, и моя миссия заключалась в том, чтобы отклонять предложенные открытия (их одобрением занималась другая служба) под тем простым и хорошим предлогом, что мы живем в эпицентре непрекращающегося взрыва открытий и новшеств и если бы человечество принялось все их внедрять, у него не осталось бы времени наслаждаться их результатами. Однако этот человек пришел ко мне не обычными путями (имейте в виду, что в нашу посттелематическую эру "обычный путь" по-прежнему означает "с рекомендациями сверху, справа и слева"), а был внуком лучшей школьной подруги моей бабушки, и, конечно, в посттелематическую эпоху тоже никто не может отказать в небольшом удовольствии своей бабушке, этому милейшему существу, с которым ты оставался вдвоем длинными зимними вечерами, когда родители уходили в театр, в кино или ресторан. Внук был весьма симпатичен. Он походил скорее на виолончелиста в оперном оркестре (галстук-бабочка, лысина, бархатный пиджак, сильно вытертый на локтях), чем на физика, инженера, специалиста по автоматике или кибернетика наших дней. И вот мы стоим перед экспериментальным домом, и я жду, когда этот человек произнесет нечто вроде "сезам откройся", к которому мы привыкли в последнее время. И в самом деле, "виолончелист" подходит к крохотному микрофону, вделанному в дверь, и говорит:

Научно — фантастические произведения, включенные в этот сборник, повествуют о местах, событиях и существах, которых не было, нет, и не может быть — на то и фантастика. Но в невероятных ситуациях читатель встретит знакомые черты недавнего прошлого, от которого мы стремимся избавиться, перестраивая все сферы нашей общественной жизни, возвращаясь из «перпендикулярного мира» в мир реальных ценностей, истинно человеческих отношений.

Полковника Вильяма Трэинера, постоянного Представителя Президента при Миссии, вытащили из постели в 2-16. Еще не успев стряхнуть с себя сон, в 2-18 он, затягивая пояс, сбежал по лестнице к ожидавшей у подъезда капсуле. Устраиваясь на заднем сиденье, Трэйнер уже знал, что его ожидает трудный день.

Два капитана и штатский — всех их он знал в лицо сидели, крепко сжимая в руках обложки с государственным гербом. Полковник протер глаза и посмотрел на штурвальную консоль: «Баллистический полет, цель зафиксирована, местное время 15.04». Штатский с молодым, но прежде времени состарившимся лицом обернулся к нему с переднего сиденья:

Как трудно молодому поколению понять привязанности старшего... А конфликт непонимания повторяется между каждыми новыми поколениями в новом своем витке. И не так важно, что непонятно новому поколению: езда в переполненных электричках на дачный огород или путешествие на глиссере в родной город…

Над горными вершинами висела багровая тяжесть туч. Черные тени ущелий были как траурная кайма. Печаль сжимала сердце, и слезы душили, горькие слезы неизбежного расставания.

— Мы разлучаемся! — возвещал чей-то громовой голос. — Но мы встретимся, встретимся, встретимся!..

Толпа шумела, расслаивалась на две колонны. И они, эти две колонны, уходили в разные стороны. И багровые тучи переваливали через горы, текли вслед за людьми, затмевая долину.

Багровея, словно наливаясь кровью, звездочка импульса на приборе контролера-автомата поползла вверх, подрожала, достигнув середины шкалы, и снова стала сползать и бледнеть. Сигнал поступал с сорок четвертого участка, примыкавшего к морю. Федор выбежал на крыльцо. Испещренная клетками бассейнов огромная лагуна поблескивала миллионами пузырей, шипела и стонала. От нее несло холодом.

"Надо осмотреть этот сорок четвертый", — подумал Федор. Он открыл дверь, чтобы сообщить о своей отлучке на главный диспетчерский пункт, и застыл на пороге: экран видеофона на пульте светился, в его глубине, занимая все пространство, лежал кристалл. Точеный октаэдр поблескивал треугольными плоскостями, вспыхивал искорками цвета переспелого граната с фиолетовым отливом. Казалось, что это никакой не кристалл, а сосуд в форме кристалла, наполненный огненной жидкостью.

Новая модель телевизора фирмы «Ваал» имеет встроенную антенну, высококачественный динамик, пожизненную гарантию и даже снабжена особой печью для производства попкорна. При этом телевизор не продаётся ни в кредит, ни за наличные — он покупателю дарится, но при одном условии.

© Ank

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Наша беседа состоялась 26 февраля 1998 года, за день до отлета Анатолия Наумовича в Нью-Йорк. Я пришла взять короткое интервью, о котором просило одно зарубежное издание. Несмотря на дорожные сборы, хлопоты, мы, как обычно (за последнее десятилетие было напечатано пять наших полосных бесед), проговорили час-другой с перерывом на обед, которым нас потчевала все успевающая Таня. "Мы прожили вместе девятнадцать лет – счастливейшие годы моей жизни, – рядом верный, родной человек, первый мой критик и редактор, – пишет Рыбаков в "Романе-воспоминании". – …Танино отчество – Марковна, как и у жены протопопа Аввакума. И когда предстоял очередной круг работы, я повторял его слова: "Побредем ужо, Марковна", добавляя от себя: "голубушка моя милая…" Завтра улетать, тьма всяких дел, а мы неспешно говорим, неспешно застольничаем. Анатолий Наумович словно бы хочет задержать, остановить время…

Жизнь героя книги как и большинства людей, скучна и сера. Он совершенно обычный человек, с абсолютно обычной жизнью. Все меняется, когда его затягивает в кардинально другой мир. Другой мир, который существует тайно, в человеческом и разделен между четырьмя могущественными фракциями. И естественно этот самый мир абсолютно не рад тому, что в нем оказался обычный человек. Охотники по его следу, уже выдвинулись в путь, союзников можно пересчитать по пальцам одной руки, а врагов с каждым днем все больше. Чем закончится его путь? Ведь далеко не все истории, заканчиваются счастливым финалом…

Земля. Конец XXI в. Человечество не только вышло в космос, но и стало осваивать его с невероятной скоростью. Планеты Солнечной системы колонизируются одна за другой. Наступает время новых сверхтехнологий и людей, в которых генетически заложены сверхчеловеческие способности. И лучшие из этих суперлюдей — девять детей «из пробирок», чудом уцелевших после взрыва своего единственного «дома» — космического корабля-лаборатории. Но, возможно, дар одного из них станет причиной гибели человечества…

В очередной выпуск серии «Мастера остросюжетной мистики» роман Стивена Кинга «Судьба Иерусалима».