Окраина

М.Д.АРТАМОНОВ

ОКРАИНА

В городе сон. За полумраком черным Слышится гул и фабричный тряс. Шум сливается с звоном соборным. Четыре часа било сейчас.

В отдали зарево ало вьется, Трубы дымят, горят корпуса. Здесь пе даром жизнь достается Людям, вставшим в четыре часа!

Третьи свистки полошат зори... В корпус! в корпус!.. пора в корпуса! Ночь идет. Но затлеет вскоре Огненных зорь вдали полоса.

Окраина встала, но город спит, Город безмолвием черным покрыт.

Другие книги автора Михаил Дмитриевич Артамонов

Знаменитый москвовед, некрополист, страстный почитатель Пушкина, профессор математики Михаил Дмитриевич Артамонов рассказывает о родственниках, друзьях и знакомых поэта, похороненных на шестнадцати старинных московских кладбищах. В одном только Донском монастыре можно встретить десятки надгробий пушкинской фамилии. Сам поэт часто бывал здесь – посещал могилы своих дедушки и бабушки (по отцовской линии), чтил память поэтов А. П. Сумарокова и М. М. Хераскова… На старом Донском кладбище нашли свой последний приют и его нежно любимая тетушка Анна Львовна, и дядюшка Василий Львович, на новом, впоследствии, упокоилась старшая дочь – Мария Гартунг…

От легендарного директора знаменитого Пушкинского музея-заповедника на Псковщине Семена Степановича Гейченко читатель узнает малоизвестные факты об истории захоронения поэта и судьбе надгробия на его могиле у стен Святогорского монастыря. В 1953 году при восстановлении памятника на долю Гейченко выпало воочию увидеть останки великого поэта. Впервые здесь публикуется рассказ о фамильной легенде рода Пушкиных, истоки которой уходят вглубь тысячелетий, к распятию Иисуса Христа.

Сборник «Из поэзии 20-х годов» — одно из изданий серии книг «Библиотека советской поэзии», выпускаемой Государственным издательством художественной литературы в связи с сорокалетием Великой Октябрьской социалистической революции. Сборник не антологический. В нем представлены не признанные поэты 20-х годов XX века, а менее известные авторы революционного направления, стихи которых содержат наиболее приметные поэтические свидетельства о жизни, борьбе, о духовном подъеме народа в годы первого советского десятилетия.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Стихотворения разных лет.

A Few Figs from Thistles

Poems and Sonnets

by Edna St.Vincent Millay

F. Shay, New York, 1920

Новые стихи поэта, составившие эту книгу, отмечены свойственной ему эмоциональной реакцией на острые социальные проблемы нашего времени.

Кроме стихотворений гражданского звучания, в книгу вошли стихи о жизни людей искусства, о природе, о любви.

От издательства

Это первое издание Райнера Марии Рильке (1875-1926) в столь большом объеме в русском переводе.

Основной корпус книги переведен Константином Петровичем Богатыревым (1925-1976), который не увидел книгу вышедшей из печати: в начале мая 1976 г. он был смертельно ранен в подъезде собственного дома. Ни одна из версий этого убийства в ходе неторопливого следствия не была ни подтверждена, ни опровергнута.

В книгу известного советского поэта Б.П.Корнилова (1907–1938) вошли избранные стихотворения и две поэмы («Триполье» и «Моя Африка»).

Братья писатели. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1917, № 3.

«Бристоль» — литературное кафе в Петрограде.

Франсуа Виллон (Вийон) — французский поэт XV века.

Революция. Поэтохроника. Впервые — газ. «Новая жизнь», Пг., 1917, 21 мая.

Волынский полк — полк петроградского гарнизона, первым перешедший на сторону революции (февраль 1917 года).

Марсельский марш

Стихотворение Игоря Шкляревского «Воспоминание о славгородской пыли», которым открывается февральский номер «Знамени», — сценка из провинциальной жизни, выхваченная зорким глазом поэта.

Подборка стихов уроженца Петербурга Владимира Гандельсмана начинается «Блокадной балладой».

Поэт Олег Дозморов, живущий ныне в Лондоне, в иноязычной среде, видимо, не случайно дал стихам говорящее название: «Казнь звуколюба».

С подборкой стихов «Шуршание искр» выступает Николай Байтов, поэт и прозаик, лауреат стипендии Иосифа Бродского.

Стихи Дмитрия Веденяпина «Зал „Стравинский“» насыщены музыкой, полнотой жизни

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Артамонова Мария

Обыкновенная история

Он и Она

Она узнала об этом из дневного выпуска новостей. Девушка с неестественно рыжими волосами стояла на обочине дороги и бросала в объектив холодные, профессионально-бесстрастные фразы. А за спиной у неё обшарпанная машина скорой помощи увозило то, что когда-то было его родителями.

Ошибки быть не могло.

Hа экране замелькала глупая реклама. Она схватила лист бумаги со стола, написала записку, разорвала. Hаконец, нацарапав в блокноте: "Ушла. Вернусь", спешно надела первое попавшееся и выбежала на улицу.

Сергей Артюшенко

"Бывалые" змееловы

Весной на Копет-Даге встречается много змей. Мы отправились туда за гюрзами и кобрами для Ташкентского института вакцин и сывороток. Нашу группу возглавлял опытный змеелов-профессионал. Остальные все были любителями, хотя каждый из нас имел уже какой-то опыт.

В небольшом горном кишлаке нам разрешили занять несколько комнат в школе, пустовавшей на время каникул.

Зная, что местное население относится к змеям со страхом и ненавистью, мы не очень распространялись о целях нашей экспедиции.

Сергей Артюшенко

Ещё кое-что о змеях

Мне было поручено отвезти в лагерь геологов кинооборудование, и начальник пограничной заставы дал мне коня. Пограничники заверили меня, что он смирный и послушный.

Всё, что можно было, приторочили к седлу, а кинокамеры пришлось положить в рюкзак, который я взвалил на себя.

Проехав километров десять, я заметил в высокой траве какую-то змею. Я спрыгнул с коня, который остался спокойно стоять на дороге, и бросился ловить змею.

Сергей Артюшенко

Если змею не трогать...

Луковицы глубоко сидели в каменистом склоне горы. Чтобы извлечь их, приходилось долго бить киркой по гранитным обломкам.

Солнце уже начало клониться к невидимому горизонту, а я ещё не добыл и десятка драгоценных луковиц тюльпана Юлия.

От крутизны склона и от тяжёлой кирки горели руки, ныла спина, ног я совсем не чувствовал.

А луковицы прятались в камнях, от которых с бессильным звоном отскакивала кирка.