Око Гора

Таинственной мумии – 33 века. У нее смяты ребра, сломаны руки, изрезаны ноги, а между бедер покоится мужской череп. Кто была эта загадочная женщина? Почему ее пытали? Что означают рисунки на ее гробе? И почему она так похожа на Нефертити?..

Блистательный медицинский иллюстратор Кейт Маккиннон, в которой пробуждается «генетическая память», и рентгенолог Максвелл Кавано, египтологи-любители, вместе отправляются в далекое прошлое на «машине времени» современных технологий – чтобы распутать клубок интриг и пролить свет на загадку, что древнее самих пирамид. Загадку необычной девочки, которой не повезло родиться в те смутные времена, когда вселенной правили боги…

Отрывок из произведения:

Последняя нарисованная линия показалось ей какой-то неточной. Но как правильно, она не знала. Слишком многого не хватало. И, возможно, всегда будет не хватать. Она и разумом это понимала, но все равно не могла смириться с тем, что люди так и не узнают, почему Ташат умерла такой молодой. Или что у нее между ног делает голова мужчины.

Кейт отшвырнула карандаш, встала и подошла к включенному негатоскопу, чтобы еще раз изучить повреждение – щелевой перелом левой плечевой кости шел вверх к раздробленной ключице, а потом спускался к грудной клетке, где многочисленные переломы были еще и смещены. Но ее внимание приковала левая рука Ташат. Недоставало чего-то еще. Но все слишком неочевидно, по крайней мере – не так однозначно, как в других местах. Казалось, рука обернута материалом, не пропускающим рентгеновские лучи, как золотые наконечники на пальцах у мумии Тутанхамона. Но если это как раз такой случай, почему закрыта вся рука? И почему левая, а не правая?

Рекомендуем почитать

Июль 1910 года. В доме № 39 по лондонской улице Хиллдроп-креснт сделано кошмарное открытие: в его подвале нашли расчлененные останки певицы мюзик-холла Беллы Элмор, жены доктора Хоули Харви Криппена. Однако сам доктор Криппен и его любовница Этель Ле-Нев скрылись в неизвестном направлении.

На другом берегу Ла-Манша, в Антверпене, капитан Кендалл отдает приказ команде парохода «Монтроз» начать двухнедельное плавание в Канаду. На борту — около 1300 пассажиров, в том числе властная Антуанетта Дрейк с дочерью, непритязательная Марта Хейз и загадочный Матье Заилль со своим племянником Томом Дюмарке. А также — незаметный мистер Джон Робинсон и его семнадцатилетний сын Эдмунд…

«Криппен» — роман одного из лучших ирландских писателей нового поколения Джона Бойна, воссоздающий подробности удивительной попытки побега самого известного убийцы в истории XX века. И сейчас, больше века спустя, в «деле Криппена» решены далеко не все загадки.

В блистательном продолжении мирового бестселлера «Алиенист» Калеб Карр вновь сводит вместе знакомых героев — Ласло Крайцлера и его друзей — и пускает их по следу преступника, зловещего, как сама тьма. Человека, для которого не осталось уже ничего святого.

1922 год. Мир едва оправился от Великой войны. Египтология процветает. Говард Хартер находит гробницу Тутанхамона. По следу скандального британского исследователя Ральфа Трилипуша идет австралийский детектив, убежденный, что египтолог на исходе войны был повинен в двойном убийстве. Трилипуш, переводчик порнографических стихов апокрифического египетского царя Атум-хаду, ищет его усыпальницу в песках. Экспедиция упрямого одиночки по извилистым тропам исторических проекций стоит жизни и счастья многих людей. Но ни один из них так и не узнает правды. Ни один из них всей правды не расскажет. Никто не найдет трупов. Никто не разгадает грандиозной тайны. Но, возможно, кто-то обретет подлинное бессмертие.

Невероятный роман Артура Филлипса — жемчужина современной американской прозы.

Балтимор потрясен чередой жутких убийств, и все их связывает одно: у тела жертвы преступник оставляет зловещий автограф — таинственное слово, выведенное кровью. Но Эдгар По обнаруживает еще одно мрачное обстоятельство: похоже, все это имеет какое-то отношение к нему лично. Таинственная сеть стягивается все туже, и выхода из нее, похоже, не будет уже НИКОГДА.

Роман-загадка Гарольда Шехтера «Nevermore» — впервые на русском языке. Удастся ли вам, читатель, отыскать намеки на известные произведения Эдгара По, основанные на реальных событиях, и догадаться о подлинной личности убийцы раньше самого автора?

Осень 330 года до нашей эры. Афины взбудоражены — громкие судебные процессы следуют один за другим: избит знатный гражданин, прекраснейшей женщине Греции, вдохновлявшей самого Праксителя, предъявляют обвинение в святотатстве. А кроме того, в руки неведомого убийцы попадает цикута, яд, которым позволяется казнить лишь особо опасных преступников. Страсти кипят так, что вынужден вмешаться величайший философ своего времени, основатель Ликея Аристотель: он понимает, что еще немного — и новая афинская демократия падет…

Маргарет Дуди создала новую разновидность исторического романа, где в политический триллер античности с потрясающей жизненной достоверностью вплетена интрига детектива нуар на фоне очерков древних нравов. «Афинский яд»— впервые на русском языке.

Бостон, 1865 год. Несколько крупнейших американских поэтов заканчивают первый в Западном полушарии перевод «Божественной комедии», но Дантов Ад становится явью. Новая Англия потрясена целой серией садистских убийств виднейших добропорядочных граждан города, подлинных столпов общества. Поэт Лонгфелло, доктор Холмс и профессор Лоуэлл считают своим долгом понять, что перед ними — цепочка жутких мистических совпадений или же это сам великий флорентиец шестьсот лет спустя вернулся мстить за неправедное изгнание.

Историко-литературный триллер Мэтью Перла «Дантов клуб», самый знаменитый роман 2004 года, переведенный на тридцать языков, — впервые на русском.

Роман Мэтью Перла «Дантов клуб» вошел в списки бестселлеров десятков западных периодических изданий (среди прочего — «New York Times», «Boston Globe», и «Washington Post»). «US News & World Report» объявил этот роман лучшей книгой 2003 года, «Library Journal» — лучшим первым романом, «Borders» — лучшим триллером 2003 года.

Отчего Бонапарт так отчаянно жаждал расшифровать древнеегипетскую письменность? Почему так тернист оказался путь Жана Франсуа Шампольона, юного гения, которому удалось разгадать тайну иероглифов? Какого открытия не дождался великий полководец и отчего умер дешифровщик? Что было ведомо египетским фараонам и навеки утеряно?

Два математика и востоковед — преданный соратник Наполеона Морган де Спаг, свободолюбец и фрондер Орфей Форжюри и издатель Фэрос-Ж. Ле Жансем — отправляются с Наполеоном в Египет на поиски души и сути этой таинственной страны. Ученых терзают вопросы — и полвека все трое по крупицам собирают улики, дабы разгадать тайну Наполеона, тайну Шампольона и тайну фараонов. Последний из них узнает истину на смертном одре — и эта истина перевернет жизни тех, кто уже умер, приближается к смерти или будет жить вечно.

В «Милезии», модном публичном доме Афин, обнаружен труп влиятельного политика Анита — одного из главных обвинителей философа Сократа, чьи идеи, как принято считать, подрывали сами основы государства. Подозреваемых несколько — скандальный комедиограф Аристофан, врач Диодор, сын покойного Антемион и гетера Необула. У всех — веские причины желать смерти политика. Но кто бы ни совершил это деяние, в проигрыше окажется хозяйка «Милезии» Аспазия, а этого ее друг софист Продик допустить не может — и потому берется за расследование, которое столкнет его с кровавой изнанкой политической жизни Афин.

Необычный историко-криминальный триллер испанского писателя Игнасио Гарсиа-Валиньо «Две смерти Сократа» — впервые на русском языке.

Предуведомление координатора проекта

Идеи могут убивать. Это, пожалуй, одно из самых распространенных и опасных заблуждений человечества упорно живет в веках и приносит свои кровавые плоды до сих пор. Отразившись в кривых зеркалах массовых аберраций, представление это действительно несло смерть — нет, даже не «невинным жертвам» социальных и политических поветрий (их убивали, как правило, им подобные, вооруженные дубинами или автоматами), но самим носителям идей. За идеи шли на крест, на костер, на виселицу, в подземелья. Никому не приходило в голову, что «для совращения нации нужно желание совращаемого» (Н.Караев). Толпа не способна критически смотреть на себя. Толпа не способна признать право отдельного человека сомневаться и задавать неудобные вопросы. Не говоря уже о пользе подобного занятия.

Одним из первых классических и зафиксированных в истории случаев смерти автора за свою идею был и случай Сократа: его обвинили в «поклонении новым божествам» и «совращении молодежи» и заставили выпить яд. Афинскую демократию, в разумном устройстве которой Сократ сильно сомневался, эта смерть, как мы видим, не спасла: она и так уже дышала на ладан. По сути, греческий мудрец погиб за право разговаривать с людьми. За длинный язык, стало быть.

Сократа память человечества канонизировала, и даже идеи его дошли до нас — в пересказе учеников. Но смерть не дает покоя до сих пор, и вот вам еще одна версия — испанца Игнасио Гарсия-Валиньо. Достаточно спекулятивная — да и как иначе двадцать шесть веков спустя, — но крайне занимательная. Ведь и впрямь — раз были ученики, неужто не пытались спасти учителя? Гарсия-Валинью воспользовался своим правом задавать вопросы, за которое его герой когда-то выпил цикуту.

Максим Немцов, координатор проекта

Популярные книги в жанре Исторический детектив

Барбаджа. Конец XIX века. Юноша, обвиненный в убийстве, кончает с собой в тюрьме. Но действительно ли он преступник, решивший сам себя покарать, или кому-то было нужно, чтобы он умолк навеки? Расследованием этого и других не менее запутанных дел занимается адвокат Бустиану.

В год 1363 от Рождества Христова в аббатстве Святой Марии при схожих, но весьма странных обстоятельствах умирают двое: неизвестный пилигрим и благородный сэр Освальд Фицуильям. Причиной их смерти, судя по всему, послужило снадобье, приготовленное аптекарем по имени Николас Уилтон. Еще более загадочным представляется всем тот факт, что и самого Уилтона охватил тяжкий недуг.

Разобраться в хитросплетении тайн предстоит одноглазому Оуэну Арчеру — бывшему капитану лучников и герцогскому шпиону, ныне на службе у Йоркского архиепископа.

Зимней ненастной ночью в замке Вайнторп-касл происходит странное, необъяснимое убийство. Юный Генри Лейвенхэм заколот у дверей спальни своей молодой и красивой мачехи. Как он там оказался? Кто его убил? Неужели и правда сын хозяина замка, Роберт Вайнторп, которого застали над мертвым телом с кинжалом в руке? Родной сестре Роберта, настоятельнице Тиндальской обители Элинор, приехавшей в замок лечить больного племянника, и ее спутникам надо успеть найти подлинного убийцу прежде, чем уляжется непогода и за подозреваемым сможет прибыть шериф.

Филиппа Беннинг — первая красавица лондонской «ярмарки невест» — не признает соперниц. И поэтому когда одна из знакомых заключает с ней пари, кто скорее сумеет влюбить в себя некоего джентльмена, Филиппа легкомысленно назначает ему свидание.

Эта нелепая выходка приводит к неожиданному результату — Филиппа встречается с самым загадочным человеком Англии, тайным агентом по прозвищу Сизый Ворон. В минуту опасности они вынуждены объединиться и вместе начать охоту за шпионом, скрывающимся в столичном свете.

Но сближает их не только риск, но и страсть, которой они не должны поддаваться…

События, описанные в этом рассказе, произошли, когда судья Ди занимал свой четвёртый пост в качестве наместника, на этот раз в Ланьфане, отдалённом округе на западной границе могущественной империи правящей династии Тан. Здесь, приступая к своим обязанностям, он встретился со значительными трудностями, о чём можно прочитать в повести «Убийство в лабиринте». В данном рассказе говорится о тяжелейшем кризисе, грозившем империи два года спустя, зимой 672 года, и о том, как судья Ди преуспел в одну и ту же ночь в разрешении двух сложнейших проблем, одна из которых касалась судьбы нации, а другая — судеб двух скромных людей.

Этот случай произошёл в 667 году от Рождества Христова в Ханьюани, древнем маленьком городке, построенном на берегу озера недалеко от столицы. Здесь судье Ди предстоит распутать убийство пожилого поэта, который жил отшельником в своём скромном имении за Ивовым кварталом — пристанищем куртизанок и певичек. Поэт был убит, когда мирно созерцал луну в своём садовом павильоне, расположенном посреди пруда, заросшего лотосами. Никаких свидетелей не было — так, по крайней мере, казалось.

Последние майские дни 1936 года, разгар репрессий. Офицерский заговор против Чопура (Сталина) и советско-польская война (1919–1921), события которой проходят через весь роман.

Троцкист Ефим Милькин бежит от чекистов в Баку с помощью бывшей гражданской жены, актрисы и кинорежиссера Маргариты Барской. В городе ветров случайно встречает московского друга, корреспондента газеты «Правда», который тоже скрывается в Баку. Друг приглашает Ефима к себе на субботнюю трапезу, и тот влюбляется в его младшую сестру. Застолье незаметно переходит на балкон дома 20/67, угол Второй Параллельной. Всю ночь Ефим рассказывает молодым людям историю из жизни полкового комиссара Ефимыча.

Удастся ли талантливому литератору и кинодраматургу, в прошлом красному командиру, избежать преследования чекистов и дописать роман или предатель, которого Ефиму долгие годы не удается вычислить, уже вышел на его след?

«Пароход Бабелон» – это сплав из семейных хроник и исторического детектива с политической подоплекой, в котором трудно отличить вымысел от правды, исторический факт от фантазии автора. Судьбы героев романа похожи на судьбы многих наших соотечественников, оказавшихся на символическом пароходе «Бабелон» в первой половине XX века.

Наши дни. У крупного предпринимателя Анисима Московкина сгорает квартира. Пострадавший считает, что квартиру подожгли из хулиганских побуждений: из нее ничего не пропало, но в нее подбросили сделанный из фарфора кукиш. Расследование продвигается тяжело. Быть может, следователю Волину поможет новая порция расшифрованных дневников Нестора Загорского, в которых фигурирует дом на Сретенском бульваре, где сейчас живет Московкин?

…Очередной мемуар Нестора Васильевича рассказывает, что после того, как карлик Цзяньян-гоче плюнул в Загорского отравленной стрелой, знаменитый сыщик погиб. Однако при помощи магии тибетские ламы-заклинатели ухитряются вернуть душу в тело Загорского. Нестор Васильевич жив, но не осознает себя и не двигается. Верный Ганцзалин возвращается с господином в Россию и находит в Самаре китайского целителя, который возвращает сыщика к нормальной жизни. Но порадоваться этому обстоятельству Загорский не успевает…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Законы индейского племени не только справедливы, но иногда и суровы.

Героиня романа стоит перед выбором: предать семью, соплеменников и соединиться с любимым или навсегда отказаться от личного счастья, но сохранить свою честь и достоинство.

И лишь случай сметает все преграды на пути влюбленных.

Белая лента эмульсии вырывалась из-за щитка и падала в железный поддон. Сверло шипело рассерженной гадюкой, рукояти "штурвала" мелко вибрировали в ладонях, саднящих от множества царапин. Пахло нагретым маслом.

Дырки получались кривые.

Костик мрачно потыкал пробкой-эталоном в очередной ниппель. Гадский препод уверял, что прорезать кривое отверстие прямым сверлом невозможно. Врал, сволочь!

Грохотнул пол - прокатился грузовой кар, поблескивая ворохом горелой стружки. Две тетки из ОТК обсуждали свои какие-то сплетни, визгливо перекрикивая грохот станков.

– Как вы себя чувствуете, господин Шенази?

– Ужасно, - пробормотал он, проводя рукой по седому затылку. - Кошмарно. Но вряд ли вас это остановит.

Инспектор кивнул и повертел в пальцах курительную палочку.

– Вы действительно ничего не помните?

– Я уже говорил вам, - в голосе Шенази прорвалось раздражение, - я не помню ничего. Я не менял программу роботам и не ломал этот чертов лифт, понятно вам? Я люблю... - он запнулся и закончил почти шепотом, - любил свою жену...

Я - из тех, кто умеет летать.

Два поворота, поддержка, сальто, бьет в глаза слепяще-синим антиграв, пальцы сами находят нужные комбинации на джойстике. Раз-два-три-четыре-три-четыре. Сальто вниз, прохожу в миллиметре от пола, антиграв взвизгивает на пределе слышимости. Поворот, степ-энд-гоу, раз-два-три-четыре...

Зеркальные стены отражают пеструю фигуру, мечущуюся в световых лучах над призрачным свечением антиграва. Уже не человек: пестрота тропической птицы, легкость мотылька, стремительность молнии. То застывая причудливой скульптурой, то рассыпаясь мгновенным фейерверком невероятных движений, повинуясь мощным аккордам, танцует в воздухе победивший притяжение. Ритм джайва пронзает гибкое тело, плетущее невероятный танец в пустоте.