Огненный цикл

Планета Абьермен вращается вокруг красного карлика Тиира, который сам вращается вокруг голубого гиганта Аррена. Орбиты очень вытянутые — почти кометные. Раз в 60 земных лет при приближении к Аррену резко изменяется климат (с умеренного на жаркий), потом еще через такое же время — обратный скачок. Поэтому на планете существуют попеременно две расы: «холодная» и «горячая». «Холодные» — человекообразные: глаза выдвигаются в любую сторону; фотографическая память; табу на огонь; техника — планеры, арбалеты.

«Горячие» — звездообразные тела на шести иглах-щупальцах; видят только ультразвуковые волны; знают электро— и радиотехнику; хорошие химики и строители. При скачке климата одна из рас полностью умирает, а из спор, находившихся в их телах, рождаются особи другой расы. Таким образом, одна раса нужна другой для воспроизводства (но это не дети и родители). Уходящая раса оставляет в подходящем месте планеты Учителей, которые контролируют развитие другой расы, передают накопленные предыдущими поколениями знания.

Главное, что аборигены могут перенять у людей их метод мышления (научный): эксперимент и анализ. Мышление абьерманцев до этого определялось только суммой заложенных знаний, фактов.

Отрывок из произведения:

На первый взгляд, если принять во внимание общий рельеф лавового поля, планер выглядел значительно лучше, чем можно было ожидать. Хвостовое оперение было в порядке; обшивка фюзеляжа пострадала только в нижней части; даже узкие крылья казались невредимыми. Окажись здесь где-нибудь в пределах трех тысяч миль катапульта, можно было бы поддаться соблазну и попробовать снова поднять аппарат в воздух. Даже Дар Лан Ан мог бы обмануться, будь его глаза единственными приёмниками информации.

Другие книги автора Хол Клемент

Hal Clement. Mission of Gravity. 1954.

Роман номинировался на международную премию в фантастике I.F. (1955), и трижды номинировался журналом «Локус» (1975, 1987, 1998 гг.) как лучший роман. То есть более сорока лет роман восхищает любителей НФ.

Барленнан, гусеницеподобное существо длиной в сорок сантиметров и толщиной в пять, не был суеверным, но ведь никто не знает, что может случиться в такой близости к Краю Света. Если заплыть в океан еще дальше, можно окончательно потерять вес и улететь в пустоту, поскольку фантастическая планета Месклин — огромная пустая чаша, или линза. Она вращается вокруг звезды Белн по очень вытянутой орбите, а сила тяжести на ее полюсах в семьсот раз превышает земную. Большинство населения живет поближе к ее дну, где нормальная для них сила тяжести. Атмосфера состоит из водорода, а океаны — из жидкого метана, так как средняя температура — минус полтораста градусов по Цельсию, а атмосферное давление — восемь атмосфер. Философы считают, что притяжение зависит от гигантской плоской плиты, на которой стоит Месклин; чем дальше мы отходим к Краю, тем меньше мы весим. В мире, придуманом Клементом, никто не знает, на чем стоит сама плита. Отдельные смельчаки на кораблях-плотиках добираются до самого экватора, который считается на Месклине Краем Света, за которым начинается Ничто…

Книга «Саргассы в космосе», вышедшая в свет в середине 60-х, произвела настоящий фурор среди любителей приключенческой фантастики. Роман был канонизирован как классический образец «американской космической фантастики 50-х годов», стал легендой и оставался ею больше двадцати лет. И мало кому было известно, что легенду создали два неизвестных переводчика С. Бережков и С. Витин, известные всему миру как братья Стругацкие. Затем вспыхивает звезда Джона Уиндема. И снова русскую версию романа «День Триффидов» создали Аркадий и Борис Стругацкие… Андрэ Нортон, Джон Уиндем, Хол Клемент — в пантеон российских классиков мировой фантастики их ввело волшебное перо братьев Стругацких.

Сборник произведений:

Содержание:

Ледяной ад (роман, перевод М. Смолиной)

В глубинах океана (роман, перевод А. Флотского)

Препятствие (рассказ, перевод Е. Соболевой)

Гибель «троянца» (рассказ, перевод М. Смолиной)

Техническая ошибка (рассказ, перевод Е. Соболевой)

Необычное чувство (рассказ)

Обитатели вселенной (рассказ, перевод Е. Соболевой)

Ответ (рассказ, перевод С. Буренина)

Пояс астероидов (рассказ, перевод Е. Лариной)

Критический фактор (рассказ, перевод С. Федорова)

Чем вытереть пыль? (рассказ, перевод Н. Вашкевич)

Солнечное пятно (рассказ, перевод Н. Вашкевич)

Дождевая капля (рассказ, перевод Н. Вашкевич)

Беспризорные звезды (рассказ, перевод Н. Вашкевич)

Преимущество (рассказ, перевод С. Буренина)

Вопрос (рассказ, перевод С. Буренина)

Пятно (рассказ, перевод Н. Рейн)

Скорость обмена (повесть, перевод Г. Соловьевой)

Hal Clement. Needle. Другие названия: From Outer Space. 1950.

Остросюжетный фантастический роман, главный герой которого узнает, что на Землю проникли инопланетяне — «похитители сознания». Один из них вселился в отца главного героя и теперь полностью подчинил его тело себе. Дело еще осложняется тем, что данный инопланетянин является инопланетным приступником, за которым гонится иноппланетный полицейский…

Хол Клемент — один из крупнейших фантастов США. Как отозвался о нем один из критиков: «Хол Клемент не из тех писателей, у которых космический корабль падает на солнце просто потому, что вышли из строя двигатели. Клемент в состоянии самостоятельно просчитать орбиту падения и прочие факторы, что он, собственно, и делает».

И в этом нет ничего удивительного. Клемент окончил Гарвард. Профессиональный астроном и химик, он под каждое свое произведение старается подвести научную базу. В сборник включены романы «Экспедиция «Тяготение» (1954), «У критической точки» (1964) и «Звездный свет» (1971), составляющие своего рола трилогию с одними и теми же героями и впервые публикующиеся под одной обложкой, а также роман «Огненный цикл». Все произведения посвящены проблемам контакта с инопланетными цивилизациями

Особую привлекательность данному сборнику дают переводы С. Бережкова и С. Победина, ведь под этими псевдонимами скрываются братья Стругацкие.

Содержание:

Экспедиция «Тяготение» (роман, перевод С. Бережкова) стр. 5-222

У критической точки (роман, перевод В. Голанта) стр. 223-322

Звездный свет (роман, перевод М. Коркина) стр. 323-594

Огненный цикл (роман, перевод С. Бережкова, С. Победина) стр. 595-778

— Нет, — обращаясь к остальным, твердым голосом сказал Кай Невис. — Об этом даже не думайте. С большим транспортом связываться глупо.

— Ерунда, — проворчала в ответ Целиза Ваан. — В конце концов нам ведь как-то надо добираться. Стало быть, нам нужен корабль. Я раньше уже нанимала корабли СТАРСЛИПА и ничего против них сказать не могу. Экипажи предупредительные и кухня более чем приличная.

Невис одарил говорившую уничтожающим взглядом, его лицо будто специально было создано для таких взглядов — грубо вырезанное, угловатое, волосы строго зачесаны назад, большая изогнутая сабля носа, маленькие темные глаза полускрыты кустистыми бровями.

Юный фермер, тело которого состояло из метана и кислорода, не справился с работой. Он решил отодвинуть один участок подальше от источника энергии, в результате чего большая часть этой планеты испарилась...

Хол Клемент (1922-2003) – признанный классик американской научной фантастики XX столетия, в 1998 г. удостоенный Ассоциацией американских писателей-фантастов звания Великого Мастера.

Но прежде всего этот писатель – знаменитый «творец миров». Фантаст, чье кредо – придумать «совершенно невероятный», но при этом совершенно логично построенный мир. Придумать его природу, его законы, его обитателей. Придумать – и дать ход событиям...

Перед вами – лучшее из творческого наследия писателя.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Романов Виталий Евгеньевич

Вирус

Сентябрьское небо хмурилось все больше, и, похоже, готово было в любой момент пролиться дождем. Алексей поежился, прикрывая окно. Помедлил, глядя на улицу. Уходить домой не хотелось. Еще с утра, когда ничто не нарушало идиллии бабьего лета, он неосмотрительно отдал ключи от машины супруге. Теперь приходилось жалеть о беспечности: предстояло бежать домой, несмотря на пронизывающий ветер, или, того хуже, под дождем, кутаясь в легкую, не по погоде, куртку. "Эх, Юрков, - сказал он сам себе. - Балда ты".

Игорь Росоховатский

Электронный судья

Маленький беспокойный человек с выразительным лицом - Брайтон Мэйн был непохож на всех остальных, чьи лица неподвижны и словно присыпаны пылью, как части старых ржавых машин. (Кажется, что, когда они улыбнутся, раздастся визг и скрежет).

В его теплых серых глазах всегда мерцал вопрос, десятки вопросов, делающих детей взрослыми и придающие взрослым детскую чистоту и непосредственность.

Игорь Росоховатский

Фантастика

За открытым окном качались ветки сирени. Узоры двигались по занавесу, и мальчику казалось, что за окном ходит его мать. "Белая сирень" - ее любимые духи.

- Папа, мама вернулась.

Мужчина оторвал взгляд от газеты. Он не прислушался к шагам, не подошел к окну - только мельком взглянул на часы.

- Тебе показалось, сынок. До конца смены еще полчаса. И двадцать минут на троллейбус...

Игорь Росоховатский

Феномен Иванихина

1

Жене Иванихину двенадцать лет. У него белесые брови и слегка раскосые темные глаза, из-за чего он получил прозвище "заяц". Чтобы заметить брови, надо хорошо присмотреться, такие они редкие. Губы у Жени полные, яркие, "бантиком", в синюю или черную крапинку, поскольку он часто грызет карандаш, ручку и вообще все, что попадается под руку.

Кроме мамы и папы, у Жени есть еще сестра и брат-восьмиклассник Витя, типичный акселерат, рост - метр восемьдесят, пять и косая сажень в плечах, кандидат в мастера спорта по боксу. Женина сестра Люся тоже акселератка: выше мамы на полторы головы и, по утверждению папы, "на столько же глупее". Она баскетболистка, юная скрипачка и (ох, этот папа!) пижонка. В атом году Люся кончает среднюю школу и, если попадет в институт, то лишь благодаря папиным друзьям и баскетболу: папа отыщет такой вуз, где собирается сильная команда баскетболисток. Люся носит расклешенные брюки с молниями, мужские свитера. У нее железный характер и столько поклонников, что на Восьмое марта Женя задыхается от запаха мимозы, а мама тайком отдает ее соседкам.

Игорь Росоховатский

Хозяева космоса

...Осталось одно серебристо-зеленое окошко. Только телеэкран первого обозревателя продолжает светиться. На нем земляне видят чужой звездолет.

- Они вошли в метеоритный поток, - говорит Петр.

- Может быть, им не страшен поток?.. - с затаенной надеждой произносит Альва и умолкает.

Все равно больше ничего предпринять не удается. Передатчик послал предостережение. Дошло ли оно до чужого корабля, поняли ли его там?

Игорь Росоховатский

Иду к вам

Когда я впервые очнулся, то услышал несколько непонятных слов, произнесенных разными голосами: "Замените витлавсановой"... "На осциллографе"... "Включите второй биотрон"...

Я приоткрыл глаза. Надо мной склонилась морда чудовища с блестящими отростками, одним человеческим глазом, а другим - граненым и сверкающим.

Душная тьма надвинулась на меня...

Не знаю, сколько времени прошло, пока я очнулся вторично. В голубоватой комнате, кроме меня, никого нет. С трудом приподымаюсь. Сильно кружится голова.

Игорь Росоховатский

Я, БМ-115-Х

До сих пор миллионы людей не знают причин крупнейшей катастрофы, когда баллистическая ракета внезапно вернулась на место запуска во время объявленных "учебных стрельб". Многих тогда удивили масштабы трагедии, сила взрыва, уничтожившего всю базу вместе с персоналом и военным городком. Позже выяснилось, что учебная ракета якобы по ошибке несла на себе ядерный заряд. Некоторые газетные обозреватели отмечали, что катастрофа произошла в дни острейшего политического кризиса, и спрашивали, не связаны ли между собой эти события. Оппоненты называли их утверждения абсурдными. А правы оказались первые: ракета была вовсе не учебной, а боевой. С ее попадания в цель должна была начаться ядерная война, которая несомненно привела бы к гибели человечества.

Игорь Росоховатский

Каким ты вернешься?

Дочке Маринке посвящаю

Нет, ее поразили не слова - слов девочка не могла точно вспомнить: кажется, спросил, почему она плачет. Но голос... Он звучал совсем не так, как другие... И такой ласковый, что она заплакала сильнее. Словно сквозь мокрое стекло заметила его озабоченную улыбку. Девочке показалось, что она ее уже видела очень давно. Вот только вспомнить не могла...

- Тебя кто-то обидел?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

КОМИССИЯ ПО КОНТАКТАМ

ИГОРЬ КЛЕНОВ

Фауст в космосе

ПРОТОКОЛ О ВЫСЫЛКАХ ИЗ ИНГОЛЫПТАДТА

...В среду после Вита 1528 года приказано некоему человеку, именовавшему себя доктором Георгом Фаустом из Гейдельберга, искать себе пропитания в другом месте и взято с него обещание властям за этот приказ не мстить и никаких неприятностей не учинять.

Е го не любили ученые мужи.

Они писали о нем с презрением и некоторой долей зависти. И весьма обижались на суеверных и легкомысленных графов и герцогов, пригревавших бродячего врача, астролога и хироманта при своих дворах. Фауст был более славен, нежели они, трудом и терпением добившиеся признанного места в науке, переполненной суевериями, злыми духами, ведьмами и чертями. Фауста гнали из городов, хотя в протоколах о высылке почтенные бюргеры не забывали взять с него обещание не мстить негостеприимному городу - многие были уверены в том, что ему открыты тайны, что власть его над силами тьмы велика и загадочна.

Лариса Клецова

Шарик

Лариса Александровна Клецова родилась в 1977 году в Орске. окончила медучилище, работала в автотранспортном управлении. В настоящее время студентка V курса Литературного института им. Горького. автор книги стихов "я вам хочу запомниться такой..." Печаталась в альманахах "Гостиный двор" и "осколки", в журнале "Литературная учеба".

Ага, здравствуйте, здрасьте. Да, да, заходите. Дышите. Вот сюда. Ну не так, не так, а как будто шарик надуваете. Да. Сейчас кончит гудеть. Ну вот, видите - "готов". Вот здесь расписывайтесь. Вот, в предпоследней колонке. Штампик вам. Ну, все, работайте. Здравствуйте, дышите...

Рене КЛЕР

КИТАЙСКАЯ ПРИНЦЕССА

Почему я такой?

Значит, таким мне положено быть...

Здесь - да.

Ну, а если где-то еще?

На полюсе?

У экватора?

Или на Сатурне?

Дидро, Сон д'Аламбера

Как счастлив должен быть провинциал, у которого есть чердак, где, как в молчаливой памяти, оказываются свалены письма, портреты и масса безделушек, не имеющих достаточной цены, чтобы заботиться о них, но и не настолько позабытых, чтобы без сожаления от них избавиться. Городской житель, ограниченный размерами своего горизонтального улья, вынужден подчас ради настоящего производить сортировку предметов минувшей жизни, обрывая один за другим листки своего былого существования и таким образом получая возможность определить ценность собственной пыли и самому совершить похоронную процедуру, которой, существуй чердак, пришлось бы заняться какому-нибудь наследнику, не чувствительному к привлекательности позабытых фраз и пустых флаконов из-под духов.

Хроника похождений, год 1991. Социально-мистическая фантасмагория.