Одна формула и весь мир

Героиня этой книги — энтропия. Кто скрывается под этим именем? Таинственная незнакомка?

Если угодно, то да. Десятки лет с этим именем была связана некая научная тайна Австрийский ученый Людвиг Больцман первым рискнул приподнять над ней завесу. Он предложил вероятностную формулу, раскрывающую физический смысл энтропии.

Почти сто лет понятие энтропии связывалось с представлениями о разрушении, хаосе, тепловой смерти Вселенной. «Царица мира и ее тень» — так назвал свою популярную книгу об энтропии профессор Йенского университета Феликс Ауэрбах. Во всей научно-популярной литературе вряд ли найдется книга, название которой было бы в такой же мере поэтичным и грустным.

Другие книги автора Евгений Александрович Седов

В недавнем прошлом Советская официальная наука относилась к кибернетике не иначе как к «идеологической диверсии» или, в лучшем случае, как к «тупиковому» пути в познании. Времена меняются и мы вместе с ними. Сегодня уже никто не станет оспаривать несомненную значимость кибернетики как части науки об информации, без которой немыслим прогресс ни в технике, ни в фундаментальных исследованиях.

Профессор Е. Седов был одним из первых энтузиастов кибернетики в те годы, когда это не сулило успехов в карьере. Он автор многих статей и пяти монографий по вопросам кибернетики и информатики, выходивших с 1968 года на 11-ти языках. С 1991 года проф. Е. Седов — активный участник работы Московского общества креационистов.

«Всемирное обозрение» № 6, 2179 год:

…Наш корреспондент, находящийся на юге Франции, сообщил о странном явлении, получившем название «изумрудной чумы».

Огромные участки виноградников заражены сорняковым кустарником неизвестного происхождения с необычно яркой окраской листьев. Кустарник стремительно распространяется, заглушая плантации винограда, поля пшеницы и других сельскохозяйственных культур.

Популярные книги в жанре Физика

Ричард Мур

Климатическая наука: наблюдения и модели.

21.01.2010

Источник: Richard K. Moore, Gglobal Research

Climate Science: Observations versus Models

Перевод: Арвид Хоглунд, специально для сайта "Война и Мир".

Теория парниковых газов якобы ответственных за катастрофическое глобальное потепление не согласуется с фактами и является политической спекуляцией на реальной науке. Рассматривается фактическая картина современного климата по доступным данным.

Роман, помогающий понять, как устроены наша планета и ее климат.

Тристам Дрейк родился на облаке, парящем над океаном на двухкилометровой высоте. Городок, в котором он появился на свет, был построен для того, чтобы спрятать от преследователей принцессу Миртиль, дочь короля Северных Облаков, низложенного жестоким тираном.

В тот день, когда солдаты деспота обнаруживают облако, где скрывалась Миртиль, и берут в плен жителей городка, бежать удается только Тристаму и его другу Тому. В поисках принцессы они раскрывают зловещий замысел тирана: изменить земной климат и использовать природные явления как оружие.

Чтобы помешать осуществлению этого замысла, друзьям приходится совершить путешествие по небу. Они узнают, что такое молнии и облака, что скрывается в темноте между звездами, почему днем небо синее, а вечером — красное…

Кристоф Гальфар — ученик и соавтор Стивена Хокинга, участвовавший в написании книги «Джордж и тайны Вселенной». «Принц из страны облаков» — его первый роман.

Описанная автором в предыдущих публикациях методологическая модель смены теорий применяется к максвелловской научной революции. Показано, что генезис максвелловской электродинамики может рассматриваться как закономерный результат согласования «старых» исследовательских программ, относившихся к домаксвелловской физике: электродинамики Ампера-Вебера, волновой теории света Юнга-Френеля и программы Фарадея. «Нейтральным языком», сконструированным Максвеллом для объективного сравнения выводов теорий из встретившихся программ и установления связей между ними, послужила механика сплошных сред с ее набором разнообразных аналоговых моделей – от трубок с несжимаемой жидкостью до молекулярных вихрей. Итогом взаимодействия встретившихся программ, ставшим возможным после создания этого «языка», явилось создание иерархии гибридных объектов – от т.н. «тока смещения» до обычных гибридных теоретических схем. Последовавшее, вслед за конструированием тока смещения, взаимопроникновение домаксвелловских исследовательских программ положило начало последовательному объединению теоретических схем оптики, электричества и магнетизма. Программа Максвелла превзошла программу Ампера-Вебера потому, что ассимилировала ряд положений ее твердого ядра, сочетав их с рядом идей Фарадея и оптики Юнга и Френеля. Утверждается, что ключевым звеном рассматриваемой таким образом максвелловской стратегии синтеза теорий оптики, электричества и магнетизма послужили идеи кантовской эпистемологии. Это позволило Максвеллу создать свою оригинальную методологию объединения, разработать и запустить собственную метапрограмму синтеза континентальной и британской исследовательских традиций рассмотрения электромагнитных явлений. Характер кантианской философии позволил выдвинуть в качестве объединяющего начала идею, носившую, в отличие от программы Ампера-Вебера, не «деревянный» онтологический, а гибкий, кантианский, антинатурфилософский, подчеркнуто эпистемологический характер. Для Максвелла последним «первокирпичиком» физической реальности был не эфир, из которого надо было тщательно конструировать как поля, так и заряды, и не непосредственное «действие на расстоянии». И это действие, и «несжимаемая жидкость», и «вихри в эфире» для него были лишь модельными представлениями, в лучшем случае способными лишь «навести» (inductio) на правильные математические соотношения. Генезис максвелловской электродинамики был гармонично встроен ее создателем в общий процесс деонтологизации, начавшийся в Новое время с отказа от аристотелевской онтологии. Творческое использование максвелловской методологии позволило Герману Гельмгольцу и его ученику – Генриху Герцу – прийти к такой версии теории Максвелла, которая послужила эвристическим ориентиром для открытия радиоволн.

Готфрид Вильгельм Лейбниц — один из самых гениальных ученых в истории науки. Он жил на рубеже XVII и XVIII веков, в эпоху больших социальных, политических и научных перемен. Его влияние распространяется практически на все области знания: физику, философию, историю, юриспруденцию... Но главный вклад Лейбница, без сомнения, был сделан в математику: кроме двоичного исчисления и одного из первых калькуляторов в истории он создал, независимо от Ньютона, самый мощный инструмент математического описания физического мира — анализ бесконечно малых.

Пьер-Симон де Лаплас существенно повлиял на развитие науки и техники в течение XIX века. Он спроектировал научные учреждения новой послереволюционной Франции, и именно его подпись стоит под декретом, который сделал обязательным использование десятичной метрической системы. Этот ученый придал физике Ньютона прочный математический каркас и систематизировал разрозненные результаты зарождающейся дисциплины о теории вероятностей. Моделирование самых различных аспектов действительности убедило Лапласа в том, что все в нашей жизни предопределено: спонтанность и свободная воля, — утверждал он, — всего лишь иллюзия.

В книге описываются результаты экспериментов по изучению оригинального квантово-волнового метода механического воздействия на кристаллы алмаза. Проведенные эксперименты открывают новые свойства и особенности этих кристаллов, находящихся в сильнонеравновесных условиях обработки. Показана принципиальная возможность возникновения необратимых сильнонеравновесных явлений в кристаллах алмаза при формировании в их объеме волновых потоков с винтовым возмущением волнового фронта. Взаимодействие этих волновых потоков в объеме алмаза приводит как к изменению дефектно-примесной структуры алмаза, снятию внутренних напряжений, так и к формированию морфологического рельефа поверхности кристалла без непосредственного касания всей его поверхности инструментом. Открытие этого метода воздействия на кристаллы алмаза – еще один шаг в создании технологий направленной модификации свойств алмаза, который является модельным объектом всей физики твердого тела. Описывается динамическая волновая среда, влияющая на получаемые результаты.

Книга предназначена для специалистов в области обработки алмазов, физики твердого тела, материаловедения, квантовой механики, а также для любознательных студентов и аспирантов.

Доклад на Второй международной конференции «Синтез науки и религии». Калькутта. Индия. январь 9-12 1997 г.

Доклад на Второй международной научно-практической конференции «Энергоинформационное единство мира — новая парадигма технологического развития».

Отрывки из кн. B. Ацюковского «Материализм и релятивизм», (Энергоатомиздат, 1992).

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кто не увлекался книгами о необыкновенных приключениях где-нибудь в джунглях тропических лесов, на просторах обманчивого океана или в дебрях нашей обширной сибирской тайги!

Тайга! Одно это слово будит воображение читателя. Великие, бескрайние леса, кочковатые мари, бурные речки, тихие лесные озера.

Полная опасностей, тайн и очарования царственная природа, где зимой налетают разъяренные бураны, а весной ласкает глаз розовый багульник, пьянят лесные запахи, полыхают вечерние зори, а в безмолвии ночи кажется, что ты слышишь бурное движение соков каждой березки.

Сколько прелести для опытного охотника, выслеживающего дикую козу, марала, глухаря и другую лесную дичь!

Обо всем этом прочтет юный читатель в новой книге писателя Федосеева «Пашка из Медвежьего лога».

Книга Р. Юнусова о студентах и преподавателях, о невидимой простым глазом внутренней жизни медицинского вуза – бесстрашная в своей откровенности и доверительности. Автор, как никто другой, впускает читателя в медицинский мир, вступает с ним в диалог не только посредством художественных образов, а прямо и доверительно – глаза в глаза. Отсюда сила повествования и убедительность высказывания, наивная и святая уверенность, что все это должно быть выговорено и услышано. Выговорено так, как говорится.

Юнусову не надо ничего выдумывать, сочинять – жизнь всегда под рукой на грани боли – ибо он сам вышел из системы, «вынес сор из избы», и система ему это не простит.

В повествовании за частными случаями проступают общие проблемы и беды нашей медицины. К сожалению, она больна, как и общество в целом.

Рэндал Гаррет — писатель, чей цикл «детективных фэнтези» о приключениях «величайшего частного сыщика параллельной реальности» — лорда Дарси — возможно сопоставить лишь с аналогичным сериалом Глена Кука.

Произведения Рэндала Гаррета ироничны, забавны — и бесконечно увлекательны.

Не верите?

Прочитайте — и проверьте сами!

Добро пожаловать в параллельный XX век!

В мир, в чем-то похожий на наш, а в остальном — отчаянно от нашего отличающийся!

В этом мире Науки просто не существует — место же ее занимает Магия.

В этом мире преступники творят свои черные дела при помощи тайного чернокнижия — а непревзойденный частный детектив, гениальный мастер дедуктивного метода лорд Дарси, состоящий на службе у герцога Нормандского, разрешает сложнейшие криминальные загадки при помощи чародейства.

Итак, перед вами — Шерлок Холмс от магии.

Можете представить себе, КАКИМ в подобном мире должен быть, скажем, профессор Мориарти?.

Прототипом героини романа — Хильды Гёбель послужила Ильза Штёбе, немецкая коммунистка и патриотка, руководившая подпольной антифашистской группой в Германии в предвоенные годы и во время второй мировой войны, казненная в 1942 году гитлеровцами.

Автор достоверно воспроизводит обстановку в Германии того периода, ярко раскрывает интернациональный и патриотический характер работы мужественной подпольщицы, которая видела свой долг в том, чтобы внести посильный вклад в общее дело борьбы против Гитлера и его клики.

Роман, несомненно, привлечет внимание широкого круга читателей.