Одинокие мужчины

Телль Сакетт, известный на Диком Западе своей отвагой и меткостью, получил в Тусоне письмо — жена его брата просила спасти похищенного индейцами сына. Он не раздумывая отправился в Сьерра-Мадре, обитель индейцев, хотя его предупреждали, что это чистое безрассудство. Но отважному Сакетту не страшны опасности. Пусть боятся те, кто встанет у него на пути или попытается обмануть...

Отрывок из произведения:

Было жарко. Ложбинка на вершине пустынного каменистого холма, где я укрылся, была заполнена жаром, словно раскаленная печь, камни были подобны угольям. Внизу, в пустыне, где затаились апачи, поднимались потоки знойного воздуха. И только высившиеся вдали горы навевали прохладу.

Я провел языком по пересохшим, потрескавшимся губам, и мне показалось, что вместо языка у меня во рту щепка. Рядом на скале виднелись пятна запекшейся крови — моей крови.

Рекомендуем почитать

Старый лось взбирался на холм, где дул резкий ветер. Волки шли за ним.

Лось понимал, что происходит, но он не знал, что это лишь вновь повторяются события, происходящие с тех пор, как был сотворен мир.

Он не знал, что только благодаря этим волкам — или другим из их рода — он все прожитые годы был сильным, храбрым и быстроногим. Потому что именно волки сохраняли крепость и здоровье лосиных стад, пропалывая и отбраковывая слабых, старых и неприспособленных.

Шомат, в котором Диана находит себе убежище, позднее, разумеется, стал частью той территории, которая в настоящее время известна как Бостон. Преподобный Блэкстон (по-английски его имя пишут часто как Blackstone, хотя единственный автограф, который мне довелось увидеть, имел написание Blaxton) в жизни был таким же, как и персонаж, представленный на страницах этой книги. То же вполне справедливо и по отношению к Самюэлю Мэверику, ставшему одним из прародителей семейства, которое внесло большой вклад в нашу историю, не говоря уже о том, что позднее это имя вошло в обиход Запада, став именем нарицательным[1]

«Придет время, когда ты решишь, что все кончено. Тут-то все и начнется».

Так говорил мне отец, когда я еще был ребенком. Тогда среди оголенных почерневших деревьев бродил раскаленный сухой ветер, и мы боялись, что леса загорятся, и нам пришлось бы уходить.

Мы бросили в землю зерна, но дождь не шел уже несколько недель. Мы соскребали остатки муки со дна бочонка и варили кофе из бобов. Мы потеряли наших лучших коров, а оставшиеся в живых так исхудали, что у них можно было сосчитать все ребра.

Убив в поединке последнего врага из клана Хиггинсов, Тай Сакетт вынужден был убраться из города. Он отправился на Запад, где много свободной земли и куда не дотянется рука шерифа. Чтобы стать богатым, ему пришлось немало потрудиться: он перегонял овец, добывал золото и отстаивал справедливость. Тай Сакетт заслужил уважение людей и нашел свою любовь.

Однажды Теллю Сакетту, отличному стрелку и отчаянному парню, крупно повезло. В горах он обнаружил золото. Взяв часть добычи, Сакетт едет домой, чтобы закупить снаряжение и вернуться назад. Вместе с единомышленниками Сакетт строит город, но трудности только начинаются — ведь слишком много желающих поживиться за его счет...

Существует расхожее мнение, что все мы и каждый из нас в отдельности являемся детьми иммигрантов и переселенцев-чужестранцев, включая и американских индейцев, хотя они появились здесь немного раньше нас. То, чем является человек от рождения и чем потом становится в жизни, частично зависит от его наследственности. То же самое в полной мере можно отнести к мужчинам и женщинам, которые появились и осели на Западе, они тоже не возникли внезапно из преисподней. У каждого из них были предки, семьи и прошлая жизнь. Точно так же, как домашний скот, привезенный из Европы, постепенно эволюционировал и превратился в диких длинноногих техасских «лонгхорнов», американским пионерам-первопроходцам присущи особые свойства и характерные черты.

Нет, мы, Сэкетты, несуеверны. Если завязать узлом полотенце или оставить в огне лопату, я знаю, со мной ничего не случится. А кто в этом сомневается?

Когда я поднялся на этот утес, у меня дух захватило, мысли смешались, и я застыл на краю обрыва, пораженный открывшейся картиной.

Передо мной простиралась земля необычайного величия и красоты. Далеко внизу ревела и бесновалась полноводная река, зажатая берегами. Тугие струи сплетались и сталкивались между собой, низвергаясь в бездну футах в шестидесяти подо мной. Как дикий, необузданный мустанг, поток вырывался из теснин на простор и широко разливался голубой лентой по равнине. На другом берегу раскинулся великолепный сосновый бор. Он тянулся к северу и к востоку до самого горизонта. Я стоял у порога таинственной, еще никем не описанной и не освоенной страны Смокис.

Как только я увидел, что эта черноглазая девушка внимательно смотрит на меня, я тут же пожалел, что не захватил с собой Библию.

Представьте громадного, неуклюжего парня с гор ростом шесть футов три дюйма, который запросто справляется с дикими мустангами, не говоря уж о простых бычках с пастбищ, но который и понятия не имеет о том, как обращаться с женским полом.

Самый большой комплимент, который я слышал по поводу своей внешности, — это «некрасивый», однако она смотрела именно на меня своими огромными странными глазами.

Другие книги автора Луис Ламур

Начинать писательскую карьеру всегда нелегко, и произведения, вошедшие в этот сборник, созданы именно в тот период, когда дела у меня обстояли не самым лучшим образом. Никто не хотел покупать книги писателя, который носил такое «не ковбойское» имя — Луис Ламур, и поэтому одно время я подписывался именем одного из своих героев, взяв себе псевдоним Джим Майо.

Материал для своих рассказов я собирал, сидя на тюке сена где-нибудь в тенистом уголке близ оросительного рва или же на горном склоне за обедом в компании местных старожилов, среди которых у меня было немало друзей. Они не рассказывали мне всех этих историй, сюжеты которых являются исключительно плодом моего воображения, а просто разговаривали, вспоминая о былых временах, о перестрелках и бесконечной борьбе с ворами; о том, как когда-то загоняли и клеймили скот, как разбивали лагерь и готовили на костре еду, и о странствующих ковбоях, отправлявшихся в путешествие по необозримым просторам.

Сборник рассказов «Когда говорит оружие» повествует о жизни и приключениях переселенцев на Запад — гордых, сильных, уверенных в себе, умеющих выживать в суровых условиях неосвоенных земель. О тех, кто часто, но отнюдь не безрассудно, пользовался оружием, в одиночку давая отпор лихим людям, искателям легкой наживы.

Видимо, на роду было написано Макону Фаллону, одинокому скитальцу на просторах Дикого Запада, попадать в неприятные истории. И лишь живой ум, быстрая реакция да верное оружие выручали его. Так случилось и в этот раз. В Семи Соснах он выиграл в покер крупную сумму, за что проигравшие решили его убить. Но не на того напали! Выбрав удачный момент, Макон сбежал и продолжил путь в поисках удачи…

Немногим людям в этом мире дано начать новую жизнь дважды, но человек по имени Джеймс Т. Кеттлмен, которому это однажды уже удалось, готовился испытать судьбу во второй раз. Если на сей раз ему не повезет, он об этом не узнает, потому что умрет.

Когда человеку остается жить несколько месяцев, он может, если захочет, сам выбрать способ ухода из жизни, и Кеттлмен сделал выбор. Он ехал на место, известное только ему одному. Там он умрет так же, как жил, — в одиночестве.

Расплатившись с долгами, братья Сакетты собрались продолжить свой путь на Запад. Но в Тейзевилле они столкнулись с шайкой Черного Фетчена и, разоружив ее, нажили себе врага. Дело приняло более крутой оборот, когда они согласились сопровождать внучку Лабана Костелло Джулию к ее отцу. Оказывается, за ней охотится Черный Фетчен...

Это была земля, принадлежащая индейцам, и поэтому, когда сломалось колесо нашего фургона, никто не остановился, чтобы помочь моему отцу и мне.

В ту пору мне было почти тринадцать, и я мог ругаться не хуже отца, что мы и делали, пока остальные фургоны шли мимо. Даже Бэгли, которому отец спас жизнь, и тот не остановился.

Обычно люди помогали друг другу, но этот караван строго подчинялся выбранному капитану. Им был Большой Джек Макгэрри. Он всегда недолюбливал отца, потому что мой отец был человек суровый и независимый. Впрочем, думаю, что основной причиной была Мэри Тэтум. Макгэрри давно на нее облизывался, но она, казалось, не замечала его. Ей нравился мой отец.

Непросто раздобыть золото, спрятанное двадцать лет назад. Но братья Сакетты, отважные дети Дикого Запада, полны решимости найти сокровища и выяснить, жив ли их отец, давным-давно отправившийся на его поиски. Оррин Сакетт, интересовавшийся в Новом Орлеанедавней экспедицией отца, внезапно исчезает, и его брату предстоит выяснить, что с ним случилось. Удастся ли им перехитрить тех, кто бросился на поиски золота, ведь они готовы убить каждого, кто встанет у них на пути?

Мы, Сэкетты с гор, привыкли с детства охотиться. Лишь некоторые из нас путешествовали. Но я всегда завидовал Жестянщику Тинкеру. Он появился возле моей хижины неожиданно. Я, заметив его издали, сначала не мог разглядеть, кто идет. На всякий случай взял винтовку, спрятался за поленницей и приготовился стрелять, если меня навестит Хиггинс.

Догадавшись наконец, что мой гость не враг, я снова вернулся на мельницу: у меня как раз кончилась мука, и я здорово проголодался.

Популярные книги в жанре Вестерн

Несколько из помещенных в книге рассказов повествуют о перегоне крупных партий скота, которым в те времена славился Запад. Долгий путь обычно начинался в Техасе и тянулся до стоявших вдоль железной дороги городов Канзаса, хотя часто скот гнали дальше к северу, на пастбища Вайоминга, Монтаны, обеих Дакот или Канады.

Самые большие гурты, с какими бригада ковбоев справлялась без особого перенапряжения — если вообще можно так говорить применительно к перегону скота, — достигали двух тысяч пятисот голов. Случались стада и покрупнее, но на такое трудное дело редко кто отваживался.

Ночью подул легкий ветерок. Он просачивался через перевалы Голубого хребта note 1 вниз, в долину, принося с собой прохладу. Его слабые потоки шевелили листву за окнами большого дома Шелест листьев то слышался, то замирал, то возникал вновь

Мэт Брионн, которому еще не исполнилось семи лет, лежал в постели, но не спал, вслушиваясь в ночные звуки.

Скоро должен был вернуться отец. Он отправился в Вашингтон на встречу с президентом Грантом note 2

Поселок, фигурирующий в моем повествовании, выдуман, хотя местность, в которой он расположен, вполне реальна. Там существовали три поселения, превратившиеся со временем в города-призраки: Майнерс-Делайт (Услада Горняка), Саут-Пасс-Сити (Город Южного ущелья) и Атлантик-Сити, названный так потому, что находился по ту сторону Континентального раздела, которая обращена к Атлантическому океану. Город в книге больше всего похож на Майнерс-Делайт. Все его жители выдуманы, но очень похожи на тех, кто когда-то прокладывал путь на Запад.

Прямая серая лента шоссе перематывалась под колесами «форда» со скоростью 75 миль в час. Горячий южный ветер гнал через дорогу клубы пыли и похожие на скелеты мячей шары перекати-поля; еще утром Питу пришлось поднять левое стекло, и с тех пор ветер только усиливался. Над желто-рыжей пустыней висело сплошное марево. «Если так будет продолжаться и дальше, придется сбросить скорость, — подумал Пит Палмер. — Видимость и так уже ни к черту.» Было три часа пополудни. Стало быть, он находился в пути уже 74 часа, и за это время выходил из машины лишь для того, чтобы справить нужду. Ел и спал он прямо в автомобиле.

На лице Фредерика Траверса лежала печать порядочности, аккуратности и сдержанности. Это было резко очерченное, волевое лицо человека, привыкшего к власти и пользовавшегося ею мудро и осторожно. Морщины на его чистой и здоровой коже не были следами порока. Они свидетельствовали о честно прожитой жизни, о напряженном, самоотверженном труде, и только. Ясные голубые глаза, густые, тронутые сединой каштановые волосы, разделенные аккуратным пробором и зачесанные вбок над высоким выпуклым лбом, — весь внешний облик этого человека говорил о том же. Он был подтянут и тщательно одет; легкий, практичный костюм как нельзя лучше шел этому человеку, находившемуся в расцвете сил, но в то же время не был крикливым, не подчеркивал, что его обладатель является владельцем многих миллионов долларов и огромного имущества.

Американский писатель Брет Гарт знаменит своими рассказами из жизни золотоискателей в Калифорнии. События, связанные с открытием и эксплуатацией калифорнийского золота, образуют содержательный и необыкновенно колоритный эпизод в истории Соединенных Штатов, да, пожалуй, и вообще в истории XIX столетия.

Рассказы Гарта рисуют с самых разных сторон жизнь старателей и пестрого люда, населявшего Калифорнию в пору золотой лихорадки. Как справедливо отметил Диккенс, писатель имел дело с совершенно новым, до него никому не ведомым материалом, — он открывал для читателя новые типы людей, новые страницы быта, новые пейзажи, еще никем до того не занесенные на бумагу.

В этот том вошли рассказы американского писателя Брета Гарта 1877-1884-х годов. Писатель по-прежнему рассказывает оригинальные истории на фоне типично американской жизни.

Бакнер Граймс, пробираясь в Калифорнию, останавливается в городе Пайт. О том, что здесь творится что-то неладное, он понял ещё при встрече с разбойником на подъезде к селению. Подробно о ситуации ему поведал Белдон Наваха, шериф Пайта. Жители опасаются банды Мак-Брайда, не дающей покоя городу.

© Кел-кор

A Man-Eating Jeopard

Рассказ написан в 1936 году и входит в цикл рассказов о Бакнере Граймсе. В печатном виде на русском языке не издавался.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Льюис Ламур

Охотник за львами и леди

Перевод Александра Савинова

Горный лев - пума - уставился на него диким, неумолимым взглядом и низко зарычал. Он был огромным, одним из самых больших, которых Моргану приходилось видеть за четыре года охоты на львов. Он притаился на толстой ветке футах в полутора над его головой.

- Осторожней, Кот, - предупредил его Одинокий Джон Уильямс. - Это самый большой лев, что попадался мне на глаза! Могу поспорить, что он самый большой в здешних горах!

Льюис Ламур

Ошибка может стоить жизни

Перевод Александра Савинова

Ма Редлин оторвала взгляд от печки, где готовила еду.

- Где Сэм? Он еще не вернулся?

Джонни вытер ладони о штаны.

- Он не приедет к ужину, Ма. Он уехал.

Па и Элси смотрели на него, и Джонни заметил, как сурово напряглись морщину у глаз и уголков рта Па. Ма озабоченно взглянула на него, но когда Па ничего не сказал, отвернулась к плите. Джонни обошел стол и уселся напротив Элси.

Льюис Ламур

Остывший след

Перевод Александра Савинова

Чалый шел неуклюжей рысью, и каждый его шаг поднимал облачко пыли. Чик Боудри поерзал в седле. Путешествие было долгим, он устал. Вдалеке завиднелось пятно зелени, неясные очертания домов среди деревьев. Обычно где столько зелени, там и вода, а где есть вода и дома, там должны быть люди, горячая еда и немножко разговоров.

На пастбищах не было скота, поверх жердей корраля не выглядывали лошади. На залитой солнцем площадке возле амбара никого не было.

Льюис Ламур

Парень с равнины Бэттл

Перевод Александра Савинова

В половине пятого Крэг Моран въехал в город по тропе, ведущей из каньона, а через десять минут, половина горожан была в курсе того, что первый ковбой и ганмен Райерсона сидел на крыльце "Дворца"

Никого не нужно было просвещать, зачем он приехал. Разборка между Райерсоном и поселенцами-фермерами с Ручья Индейской Женщины назревала давно, и должна была начаться с Буша Лизона.