Одинокие люди

Луис Ламур

Одинокие люди

Перевод Александра Савинова

Глава 1

Было жарко. Ложбинка на вершине пустынного каменистого холма, где я лежал, раскалилась, как печка, камни - как горящие угли. Внизу, в пустыне, где ждали апачи, струились и танцевали волны знойного воздуха. И только далекие горы выглядели прохладными.

Когда я попытался облизать пересохшие, потрескавшиеся губы языком, он показался мне сухой палкой во рту. Рядом на скале запеклась кровь - моя кровь.

Другие книги автора Луис Ламур

Начинать писательскую карьеру всегда нелегко, и произведения, вошедшие в этот сборник, созданы именно в тот период, когда дела у меня обстояли не самым лучшим образом. Никто не хотел покупать книги писателя, который носил такое «не ковбойское» имя — Луис Ламур, и поэтому одно время я подписывался именем одного из своих героев, взяв себе псевдоним Джим Майо.

Материал для своих рассказов я собирал, сидя на тюке сена где-нибудь в тенистом уголке близ оросительного рва или же на горном склоне за обедом в компании местных старожилов, среди которых у меня было немало друзей. Они не рассказывали мне всех этих историй, сюжеты которых являются исключительно плодом моего воображения, а просто разговаривали, вспоминая о былых временах, о перестрелках и бесконечной борьбе с ворами; о том, как когда-то загоняли и клеймили скот, как разбивали лагерь и готовили на костре еду, и о странствующих ковбоях, отправлявшихся в путешествие по необозримым просторам.

Сборник рассказов «Когда говорит оружие» повествует о жизни и приключениях переселенцев на Запад — гордых, сильных, уверенных в себе, умеющих выживать в суровых условиях неосвоенных земель. О тех, кто часто, но отнюдь не безрассудно, пользовался оружием, в одиночку давая отпор лихим людям, искателям легкой наживы.

Видимо, на роду было написано Макону Фаллону, одинокому скитальцу на просторах Дикого Запада, попадать в неприятные истории. И лишь живой ум, быстрая реакция да верное оружие выручали его. Так случилось и в этот раз. В Семи Соснах он выиграл в покер крупную сумму, за что проигравшие решили его убить. Но не на того напали! Выбрав удачный момент, Макон сбежал и продолжил путь в поисках удачи…

Немногим людям в этом мире дано начать новую жизнь дважды, но человек по имени Джеймс Т. Кеттлмен, которому это однажды уже удалось, готовился испытать судьбу во второй раз. Если на сей раз ему не повезет, он об этом не узнает, потому что умрет.

Когда человеку остается жить несколько месяцев, он может, если захочет, сам выбрать способ ухода из жизни, и Кеттлмен сделал выбор. Он ехал на место, известное только ему одному. Там он умрет так же, как жил, — в одиночестве.

Расплатившись с долгами, братья Сакетты собрались продолжить свой путь на Запад. Но в Тейзевилле они столкнулись с шайкой Черного Фетчена и, разоружив ее, нажили себе врага. Дело приняло более крутой оборот, когда они согласились сопровождать внучку Лабана Костелло Джулию к ее отцу. Оказывается, за ней охотится Черный Фетчен...

Непросто раздобыть золото, спрятанное двадцать лет назад. Но братья Сакетты, отважные дети Дикого Запада, полны решимости найти сокровища и выяснить, жив ли их отец, давным-давно отправившийся на его поиски. Оррин Сакетт, интересовавшийся в Новом Орлеанедавней экспедицией отца, внезапно исчезает, и его брату предстоит выяснить, что с ним случилось. Удастся ли им перехитрить тех, кто бросился на поиски золота, ведь они готовы убить каждого, кто встанет у них на пути?

Это была земля, принадлежащая индейцам, и поэтому, когда сломалось колесо нашего фургона, никто не остановился, чтобы помочь моему отцу и мне.

В ту пору мне было почти тринадцать, и я мог ругаться не хуже отца, что мы и делали, пока остальные фургоны шли мимо. Даже Бэгли, которому отец спас жизнь, и тот не остановился.

Обычно люди помогали друг другу, но этот караван строго подчинялся выбранному капитану. Им был Большой Джек Макгэрри. Он всегда недолюбливал отца, потому что мой отец был человек суровый и независимый. Впрочем, думаю, что основной причиной была Мэри Тэтум. Макгэрри давно на нее облизывался, но она, казалось, не замечала его. Ей нравился мой отец.

Мы, Сэкетты с гор, привыкли с детства охотиться. Лишь некоторые из нас путешествовали. Но я всегда завидовал Жестянщику Тинкеру. Он появился возле моей хижины неожиданно. Я, заметив его издали, сначала не мог разглядеть, кто идет. На всякий случай взял винтовку, спрятался за поленницей и приготовился стрелять, если меня навестит Хиггинс.

Догадавшись наконец, что мой гость не враг, я снова вернулся на мельницу: у меня как раз кончилась мука, и я здорово проголодался.

Популярные книги в жанре История

Восьмая книга С.М.Соловьева включает пятнадцатый и шестнадцатый тома «Истории России с древнейших времен». Оба тома посвящены царствованию Петра I.

Ожесточённый спор императора с церковью, придававший столь бурный характер правлению Генриха IV и Генриха V, закончился, наконец (в 1122 г.), временным миром, и конкордат, который Генрих V заключил с папой Каликстом II, казалось, устранял возможность новой вспышки. Благодаря последовательной политике Григория VII и его преемников духовный мир насильственно отделился от светского, и отныне церковь образовала в государстве и рядом с государством обособленную, если не враждебную систему. Столь ценное право назначения епископов, которым трон пользовался для награждения верных слуг и приобретения новых признательных друзей, было утрачено императорами даже с чисто внешней стороны, в связи с введением свободных выборов. Ничего не осталось у них от этой бесценной привилегии, кроме права перед рукоположением вручить вновь избранному епископу скипетр в знак пожалования ему, словно светскому вассалу, также и светского сана. К кольцу и посоху, этим священным символам епископского величия, не смела ныне прикасаться грешная, обагрённая кровью рука мирянина. Только в спорных случаях, если соборный капитул не мог достичь единогласия при выборе епископа, за императорами сохранялась ещё некоторая доля их прежнего влияния, и разногласия между избирающими не раз давали им повод воспользоваться этим влиянием. Но в дальнейшем властолюбие пап неоднократно восставало и против немногих уцелевших остатков прежнего могущества императоров, и «слуга слуг господних»

Уже в течение нескольких лет в Лондоне под заглавием «Collection universelle des Mémoires particuliers relatifs á l'histoire de France» выходит полное собрание исторических мемуаров для французского читателя; это побудило издателя настоящего труда предпринять такое издание и на немецком языке, но расширив план французского издания, охватив все сочинения данного рода, какой бы истории они ни касались, на каком языке ни были написаны. Благодаря этому, а также присоединению к отдельным мемуарам обзоров всемирно-исторических событий данной эпохи и заполнению пробелов там, где мемуарист прерывает повествование, издатель надеялся возвысить это собрание до уровня некоего исторического целого и тем самым сделать его возможно более пригодным для той части читающей публики, для которой оно в сущности предназначено. По этой же причине он начинает свой труд с эпохи крестовых походов, ибо лишь отсюда можно хотя бы в некоторой последовательности вести издание мемуаров.

Книга рассказывает о путешествиях в VII–XIII вв., о трудностях дальних странствий и их преодолении, о стремлении людей той эпохи раздвинуть границы известного им мира. Средневековые землепроходцы переносили из страны в страну верования, моды, ремесленные традиции, произведения искусства и памятники письменности. Их деятельность способствовала взаимообогащению культур, созданию определенного единства средневековой культуры Евразии. Автор привлекает обширный материал из области литературы, археологии, истории искусства, который свидетельствует о тесных контактах различных народов и о той заметной роли, которую играли в этом процессе средневековые «аргонавты».

Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей и культурой.

Данный рассказ является строго документальным. Он написан автором в 1989 году по материалам спецхрана УГВИА СССР, отредактирован автором в 2003 году.

Головотяпство – крайная небрежность и бестолковость в ведении своего дела.

Словарь русского языка

* * *

90-е годы XIX века кажутся на первый взгляд относительно спокойным периодом в отечественной истории. Не было ни войн, ни крупных социальных конфликтов, спала волна терроризма, и руководители государства, еще 10 лет назад находившиеся буквально на осадном положении, вздохнули с облегчением. Между тем именно тогда подспудно зрели те недостатки русской военной системы, которые спустя 15 лет привели к поражению в войне с Японией.

Герой этой книги, Александр Николаевич Шелепин, председатель КГБ, член Политбюро и секретарь ЦК, глава Комитета партийно-государственного контроля, вошел в историю, как человек, отправивший в отставку Никиту Хрущева.

Многие считали, что не Брежнев, а Шелепин должен стать главой партии и Советского государства. В таком случае изменилась бы судьба нашей страны? Возможно, избежали бы застоя, не понадобилась бы и перестройка. А следовательно, не распался бы и Советский Союз...

Автор – известный советский историк – рассматривает сталинскую концепцию внешней политики СССР в 1939–1941 гг., ее реализацию и конкретные результаты. Опираясь на ранее неизвестные и малоизученные источники, он дает новые оценки таким историческим фактам, как заключение советско-германского договора о ненападении и подписание секретных протоколов, события в Польше, Прибалтике и Бессарабии, советско-финляндская война, переговоры Молотова с Гитлером в ноябре 1940 г. в Берлине, преступление в Катыни и др. При всей дискуссионности ряда авторских положений книга вызывает значительный интерес, так как в ней анализируются наиболее острые проблемы предвоенного времени. Для преподавателей, аспирантов, студентов вузов, а также всех интересующихся отечественной историей.

В 1930-е годы Советский Союз оказался на грани войны с Японией, имперские амбиции которой простирались от Байкала и Приморья до Китая и европейских колоний в Южных морях. Ожесточенные военные схватки на Хасане и Халхин-Голе были пробой сил и желанием определить мощь северного соседа. Сокрушительный разгром в этих сражениях и военное превосходство СССР на Дальнем Востоке заставили военное руководство империи повернуть на Юг. В этих условиях деятельность разведки имела решающее значение для принятия оптимальных и верных решений. Благодаря профессионализму разведчиков СССР сумел своевременно перебросить войсковые соединения на Дальний Восток, и это удержало Японию он нападения, увязшую в то время и затяжной войне с Китаем.

В книге военного историка Е. А. Горбунова на основе огромного массива документов рассказывается о тайной войне на Дальнем Востоке в 20-30-е годы XX столетия.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Телль Сакетт, известный на Диком Западе своей отвагой и меткостью, получил в Тусоне письмо — жена его брата просила спасти похищенного индейцами сына. Он не раздумывая отправился в Сьерра-Мадре, обитель индейцев, хотя его предупреждали, что это чистое безрассудство. Но отважному Сакетту не страшны опасности. Пусть боятся те, кто встанет у него на пути или попытается обмануть...

Льюис Ламур

Охотник за львами и леди

Перевод Александра Савинова

Горный лев - пума - уставился на него диким, неумолимым взглядом и низко зарычал. Он был огромным, одним из самых больших, которых Моргану приходилось видеть за четыре года охоты на львов. Он притаился на толстой ветке футах в полутора над его головой.

- Осторожней, Кот, - предупредил его Одинокий Джон Уильямс. - Это самый большой лев, что попадался мне на глаза! Могу поспорить, что он самый большой в здешних горах!

Льюис Ламур

Ошибка может стоить жизни

Перевод Александра Савинова

Ма Редлин оторвала взгляд от печки, где готовила еду.

- Где Сэм? Он еще не вернулся?

Джонни вытер ладони о штаны.

- Он не приедет к ужину, Ма. Он уехал.

Па и Элси смотрели на него, и Джонни заметил, как сурово напряглись морщину у глаз и уголков рта Па. Ма озабоченно взглянула на него, но когда Па ничего не сказал, отвернулась к плите. Джонни обошел стол и уселся напротив Элси.

Льюис Ламур

Остывший след

Перевод Александра Савинова

Чалый шел неуклюжей рысью, и каждый его шаг поднимал облачко пыли. Чик Боудри поерзал в седле. Путешествие было долгим, он устал. Вдалеке завиднелось пятно зелени, неясные очертания домов среди деревьев. Обычно где столько зелени, там и вода, а где есть вода и дома, там должны быть люди, горячая еда и немножко разговоров.

На пастбищах не было скота, поверх жердей корраля не выглядывали лошади. На залитой солнцем площадке возле амбара никого не было.