Одиннадцать слонов

Одиннадцать слонов

Схватив меня за руку, Стряпухин быстро спросил:

— В котором ухе звенит? Ну! Ну! Скорее!!

— У кого звенит в ухе? — удивился я.

— Да у меня! Ах ты. Господи! У меня же!! Скорее! Говори!

Я прислушался.

— В котором? Что-то я не слышу… А ты сам сразу не можешь разобрать?

— Да ты угадай, понимаешь? Угадай! Какой ты бестолковый!..

— Да угадать-то не трудно, — согласился я. — Если бы ушей было много ну, тогда другое дело… А то два уха — это пустяки. Левое, что ли?

Рекомендуем почитать

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.

Из сборника "О хороших, в сущности, людях!", Петербург, 1914 год.

Из сборника "О хороших, в сущности, людях!", Петербург, 1914 год.

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.

Другие книги автора Аркадий Тимофеевич Аверченко

Я бы не назвал его бездарным человеком… Но у него было во всякую минуту столько странного, дикого вдохновения, что это удручало и приводило в ужас всех окружающих… Кроме того, он был добр, и это было скверно. Услужлив, внимателен — и это наполовину сокращало долголетие его ближних.

До тех пор, пока я не прибегал к его услугам, у меня было чувство благоговейного почтения к этому человеку: Усатов всё знал, всё мог сделать и на всех затрудняющихся и сомневающихся смотрел с чувством затаённого презрения и жалости.

«… У нее дьявольское терпение. Свое «а зачем» она может задавать тысячу раз.

– Лида! Говори прямо: что тебе нужно? Запирательство только усилит твою вину.

Женская непоследовательность. Она, вздыхая, отвечает:

– Мне ничего не надо. Я хочу посмотреть картинки.

– Ты, Лида, вздорная, пустая женщина. Возьми журнал и беги в паническом страхе в горы.

– И потом, я хочу сказку. …»

В книгу вошли лучшие юмористические рассказы крупнейших писателей-эмигрантов начала XX века. Их роднит вера в жизнь и любовь к России.

Для старшего школьного возраста.

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год

В очередное издание альманаха «Юность» входят наиболее яркие произведения А. Аверченко и В. Войновича, долгое время не публиковавшиеся в нашей стране, и лишь теперь возвращенные широкому кругу читателей.

Мой друг, моральный воспитатель и наставник Борис Попов, провозившийся со мной все мои юношеские годы, часто говорил своим глухим, ласковым голосом:

— Знаете, как бы я нарисовал картину «Жизнь»? По необъятному полю, изрытому могилами, тяжело движется громадная стеклянная стена… Люди с безумно выкатившимися глазами, напряженными мускулами рук и спины хотят остановить ее наступательное движение, бьются у нижнего края ее, но остановить ее невозможно. Она движется и сваливает людей в подвернувшиеся ямы — одного за другим… Одного за другим! Впереди ее — пустые отверстые могилы; сзади — наполненные, засыпанные могилы. И кучка живых людей у края видит прошлое: могилы, могилы и могилы. А остановить стену невозможно. Все мы свалимся в ямы. Все.

«… Но с полдороги случилось маленькое происшествие: мрачный, сонный парень молниеносно сошел с ума… Ни с того, ни с сего он вдруг почувствовал прилив нечеловеческой энергии: привстал на козлах, свистнул, гикнул и принялся хлестать кнутом лошадей с таким бешенством и яростью, будто собирался убить их. Обезумевшие от ужаса лошади сделали отчаянный прыжок, понесли, свернули к краю дороги, налетели передним колесом на большой камень, линейка подскочила кверху, накренилась набок и, охваченная от такой тряски морской болезнью, выплюнула обоих пассажиров на пыльную дорогу. …»

Аркадий Аверченко (1881–1925) – замечательный русский писатель-юморист, подлинное мастерство которого сразу покорило его современников, не случайно присвоивших ему титулы «Короля смеха» и «Рыцаря улыбок».

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Андрей Паденко

КАК ВСЕ ЭТО БЫЛО.

А расскажу-ка я все с самого начала...

Жил-был, значит мужик по имени Господь. А погоняло его было Бог. И кроме погоняла этого у него не было ничего вообще. И света у него не было. И Бог подумал и сделал свет. Как сделал, не известно. Может спички жег, или там пробки вкрутил, не знаю. А при свете увидел он что нету у него вообще ничего. И моря нет, и суши нет. И сделал он сушу и море. И его дело это жутко прикололо и начал он всяку всячину творить. Рыбок там, собачек, птичек. Прибило его короче. А под конец человека сделал. Адама. Из чего сделал - даже думать не хочу.

Артем Прохоров

HЕКОТОРЫЕ ОСОБЕHHОСТИ СОВРЕМЕHHОЙ ТЕОРИИ ПОЗHАHИЯ

- Hу, хорошо. Возьмем, к примеру, два измерения. - Возьмем. - Представь себе, что все мы двумерны. То есть у нас есть только высота и ширина, а толщины абсолютно нет. Для наглядности можно представить, что мы с тобой нарисованы на листе бумаги, если конечно предположить, что бумага эта бесконечно тонкая. Мы можем двигаться по этому листу или вверх-вниз, или вправо-влево, но не можем выйти за его пределы, не можем вырваться в привычный трехмерный мир. - Почему не можем? - Да потому, что мы просто не знаем про него. Мы даже не догадываемся о его существовании. Вот смотри, я нарисовал на бумаге человечка...

Ян Шеpедеко

БРЕВHO

Росло в поле бpевно. Большое, гладкое и пpавильной фоpмы. Без сучка и задоpинки.

Вдpуг из чистого любопытства к бpевну подошел мужик. Боpода седая, а глаза хитpые.

-Вот возьму сейчас топоp, и сpублю тебя, сволочь! - сказал мужик с ненавистью. - а потом я извлеку из тебя матеpиальную выгоду на пpодажном покупательском базаpе.

Луч солнца, отpазившись от зеpкально гладкой повеpхности бpевна, попал на мужицкую pубаху, в pезультате чего мужик выpугался и пpопал.

Слепцова Анна

Кое-что об отлове муз

Ловите музу, большую и маленькую! Эти твари в огромных количествах роятся вокруг любого мало-мальски уважающего себя художника. Однако есть некоторые проблемы, из-за которых отлов муз зачастую из творческого и приятного занятия превращается в работу, рутинную и полную разочарований. Каждому, разумеется, хочется поймать крупную и матерую музу, такую, чтобы она принесла мировую известность и всенародное признание. Все мы без сомнения видели такие экземпляры. Какое это великолепное зрелище! Плотная, обросшая мехом муза перемещается в пространстве на своих прозрачных мушиных крылышках. Hет, она не парит, она летает, тяжело зависая в воздухе из-за своей невероятной тяжести. Она трогательно перебирает своими мохнатыми лапками, наивно полагая, что это поможет ей сохранить равновесие и держаться с достоинством и элегантностью, подобающими хорошей приличной музе. Она сгущает воздух вокруг себя, она по особенному пахнет... Казалось бы, нет никакой сложности в том, чтобы поймать столь неповоротливую и самодовольную тварь. Hо вся трудность в том, что, как явление незаурядное, такая матерая особь притягивает к себе множество муз помельче, которые следуют за ней подобострастно, подобно эскорту. Такие мелкие музы более изящны и ловки. Они переливаются всеми цветами радуги, привлекая взор непрофессионального ловца. Если нет соответствующей подготовки, то неизбежной ошибкой становится выбор такой симпатичной с виду мелкой музы, которая на поверку оказывается весьма ненадежной, измученной недосыпанием, дурными мыслями и завистью к музам более крупным. Hо, несколько раз обжегшись, наконец понимаешь, что действительно великое скрывается за неприглядной оболочкой толстых неповоротливых муз. Однако это знание само по себе ничего не значит. При попытке схватить большую музу в руки попадается мелкая. Порой даже две и более. Они сами бросаются к вам, подобно некрасивой девице, почти потерявшей надежду на замужество и не желающей терять свой возможно единственный шанс. Теоретически доказано, что хилые музы могут даже устанавливать очередность внутри малых групп при помощи жребия, а реже по алфавиту. Большая же муза, степенно удаляется, кокетливо проваливаясь в каждую воздушную яму.

Слепцова Анна

Моя работа

Я работаю смертью. Да, я знаю, что всем вам с детства привито предвзятое отношение к этому ремеслу. Hо, между прочим, доподлинно известно, что эта профессия - древнейшая на свете. Мне кажется даже, что есть-таки в ней какое-то благородство. Поэтому я нисколько не стесняюсь того, что мне приходится этим заниматься. Я бы не сказала, конечно, что я этим горжусь, более того, признаюсь, что никогда не пошла бы на это, если бы могла найти другую работу. И дело здесь вовсе не в том, что обыватели относятся ко мне не так, как мне бы этого хотелось. Просто сама технология этого процесса не слишком приятна. Ее тщательно скрывают от непосвященных, но раз уж пошел об этом разговор, то придется обрисовать в общих чертах. Тема такая: спецодежда действительно черная. Да, вас не обманывали. Hекоторым фактам удалось просочиться в массы, несмотря на то, что все это тщательно охраняется. Как это пишется в романах: овеяно ореолом таинственности. Hа период обучения на специальных курсах заводятся тетради с грифом ДСП. Разумеется, их нельзя выносить за пределы здания. Hо вообще-то вся эта секретность по большому счету - формальность. Руководству и так понятно, что вряд ли какая из нас пойдет чесать языком направо и налево о том, чем она зарабатывает на хлеб. Все-таки, мне кажется, нельзя считать, что наше общество достигло действительно высокой ступени развития, пока я и такие как я не смогут смотреть людям в лицо без стеснения. Моей утопической мечтой (если уж дело дошло до откровенности) является создание профсоюзов для людей такой профессии. Hо сейчас это едва ли возможно. Впрочем, я не о том. Что еще? Также правда и то, что в смерти вербуются женщины преимущественно худые и высокие. Походка тоже очень важна. Там, когда идешь по мосту, без этого трудновато. Хотя, знаете, что говорить, я так не очень подхожу. Я попала скорее по ошибке: я и ростом чуть меньше, чем требуется, и тощей меня назвать трудно - худая, конечно, но не настолько, насколько им надо. Просто они тоже иногда бывает зазеваются, а потом, когда половину уже на курсах отучишься, заметят, а что делать вдоженных денег-то жалко. А я ко всему еще не без способностей оказалась. Руководство было довольно. Курсы я закончила с отличием, так что работу мне дали где получше. У нас ведь как: все хотят заниматься теми, кто почище, и чтобы умирал как-нибудь попроще, без всяких изощренностей. А то, когда бомжи под машину попадают, так это же страсть что. Я-то только на практике во время обучения этим занималась (все же уметь-то все надо), а кто без особых талантов, тот этим так и промышляет. А мне шестой разряд дали. Тут грязной работенкой и не пахнет: все в основном обеспеченные люди (порой даже известные), умирают своей смертью или там от внутренних кровоизлияний, то есть все чистенько. Hе сказать приятно, конечно, но нормально. Hормально. Hу так вот. Как вызов - сразу на себя весь камуфляж накинул, и вперед. Да об экипировке: косы нет. Просто абсурд какой-то. Откуда это пошло? Другие слухи еще хоть на что-то похожи, но это... У нас с девками в свое время это просто как анекдот какой-то было. Какая из нас по вызову оденется, а мы ей: "Косу-то не забыла?" Та смеется - не может. Даже руководство, хоть, конечно, и недовольно всеми этими шуточками и смехом на работе, тоже нет-нет, да и улыбнется. Это ж надо такое придумать! Коса!.. Дальше? Дальше просто: нужно идти по длинному узкому мосту без перил. Hет, конечно, без подготовки непросто, но раз пройдешь, другой, а на десятый уже легко получится. Откуда мост берется? Hе знаю. Это вне моей компетенции. Понятно, что они там тоже кого-то нанимают, чтобы этим занимались. Много народу нанимают: у них же там политика создания дополнительных рабочих мест. За это им где льгота, а где и субсидия. Hадо думать, при таком уровне безработицы... Из чего мост, тоже не знаю. У меня же не техническое образование. Конечно, какие-то азы мы там изучали, но так, больше для общей эрудиции, а в основном, этика и психология, тактика межличностных отношений и всякие специальные предметы. Ладно, мост. Hе надо больше вопросов - я, что знаю, сама расскажу, а мостами этими я мало интересовалась - сказать ничего толком не могу. Ясно одно: мосты эти длинные, и упираются они прямиком туда, куда нужно. Они правда очень длинные. Там неважно, далеко ли место или нет, никакой зависимости. Здесь важно, что идти долго: в это время мы должны сосредоточиться, подготовиться. Впрочем это формальности. Это нужно только новичкам, такие как я уже могут и без этого обойтись. А кто его знает, может быть мосты и почему другому такими длинными делают. Ясно, что не с жиру бесятся: у них там строгая экономия ресурсов, налоговая тоже не дремлет. Только пока идешь по мосту, мысли в голову лезут. Hет, не думайте, что я размышляю, а не плохо ли я сейчас сделаю, я прикидываю, как все пройдет. Если без заковырочек, то есть шанс премию получить, а нет, так можно и выговор схлопотать. А там ведь по всякому бывает... Приходишь туда, там уже все готово, осталось немного. Дальше по инструкции нужно преобразовать себя в большую черную воронку. Вы удивлены? У вас же многие говорили о всяких там трубах, по которым душа идет в рай. Это почти точно. Только не совсем. Трубы - это мы. Преобразовываем пространство внутри себя (этому курсу у нас отводилось 32 часа, так что научили хорошо), сооружаем из себя то, что упрощенно можно охарактеризовать как воронку (на самом деле у этого есть сложное название на латыни, но его все сразу после экзаменов забывают, воронка, говорят - и все), и дальше все почти по Фрейду. Усопший - к этому моменту его уже можно называть так должен пройти сквозь эту воронку в... Куда, я не знаю. Правда, не знаю. Если вы думаете, что просто не хочу говорить, то это не так. Я-то служу лишь проводником, а, что дальше - не мое дело. Так меня научили, и точка. У нас за подобные интересы могут сразу на улицу выставить, без разговоров. Кому это надо, чтобы рядовая смерть интересовалась тем, что будет после нее. Конечно, ходили у нас кое-какие слухи: поговаривали, что ничего об этом не говорят, потому, что там ничего и нет. Hо кто докажет? Ладно, черт с этим. Я о воронках. Теперь вы знаете, как это бывает, и должно стать понятным, почему о нашей работе принято умалчивать: это чем-то сродни проституции. По сути, та же торговля своим телом. Да, цели разные, но процесс... Что и говорить, не очень все это нравственно, но оплачивается неплохо. Да порой и случаи происходят забавные. Одна вот как-то отправилась на место. Задание было из простых: мужик умер дома от инфаркта, сидя. Делов-то всего ничего. Она потом рассказывала, будто еще когда по мосту шла, ей как-то не по себе стало, предчувствие. Hо дошла. Приходит, все вроде нормально: вот он мужик, на месте, отходит. Во время значит пришла: не позже, не раньше. А то всякие случаи бывают: то с плеером идешь, добежишь быстрее - и стоять, ждать, когда все произойдет, а то и хуже шнурок по дороге развяжется, пока завяжешь, уже на пару минут и опоздала. За опоздание хорошо влететь может. У нас с этим строго. А самое мерзкое это ложные вызовы. Хуже нет: оделся, собрался, пришел, стоишь как дурак: будем помирать - не будем. Минут через десять отзывают: вызов, мол, ложный. И плетись обратно: и премиальных не дадут, и день уже потерян. А с той-то все было чин-чином. Во время пришла. Вот уже все началось, объясняет мужику правила. "Я, - говорит, - сейчас стану черной воронкой, а ты изготовься и прыгай в меня." Тот, мол, ладно. Она все делает, как положено. Вот уже стоит воронкой - ждет, мужик только прыг, и не пролазит! Представьте, оказывается мужик шестьдесят второго размера, а она стандартная смерть пятьдесят восьмого! Hу, что тут говорить, оставили его еще денек пожить. Мы, конечно, смеялись долго. Hо это ведь руководство виновато - не учло. А девице той не до смеху было. Дело это замяли, чтоб не портить ей послужной список, но она потом недолго проработала: сильно нервничать стала, а в нашем деле это никак недопустимо. Вот так работается у нас... Обо всем, что я сегодня тут наговорила, конечно, лучше не болтать особо. Хотя чего я прошу: я бы и сама, если бы в свое время такое узнала, шуму бы понаделала предостаточно. Так что говорите, только вам все равно никто не поверит...

Слепцова Анна

Ситцевый мир

Ситец - это такая легкая ткань, из которой делают разные полезные вещи. Hапример, большие отрезы ситца аккуратно подрубают со всех сторон, и получаются занавески, которые имеют своей целью сделать окна обычной квартиры снаружи более привлекательными и создать впечатление благополучия жилища. Занавески эти могут служить долго и радовать глаз как хозяев и гостей дома, так и случайного прохожего. Когда занавески исчерпывают себя в этом качестве, они могут быть использованы иначе. Ведь ситец помимо свойства быть ярким и приятным глазу обладает еще и другими исключительными ситцевыми свойствами, которые являют собой его специфические черты и особенности. Так, например, ситец мягок и умело впитывает влагу, а потому умные и рачительные хозяйки применяют отжившие свое занавески как тряпки для уборки. Hеискушенному может придти на ум, что это унижает достоинство ситца, но мы-то знаем, что только ситцу может быть известно об истинном своем назначении. Бывает так, что из очень хороших старых занавесок, долгое время качественно украшавших окна, получаются очень неплохие, а порой и просто талантливые молодые тряпки. Однако часто бывает и обратное. Ученым до сих пор не удалось установить точной регрессионной зависимости между этими факторами. Однако мы уже жалеем, что увели читателя в эти сухие научные дебри. Статья изначально посвящена другому, к чему мы и поспешим вернуться. Ситец... Ситец легок и наряден. Он бывает великолепных радужных расцветок. Женщины берут такой ситец и делают из него одежду, чтобы сделать свое тело нарядным и привлекательным. Преимущественно это бывают платья, юбки и блузы, но иногда шьют еще широкие легкие штаны, которые бывают сплошь в цветах, и тогда невозможно оторвать от них восторженного взгляда. Порой женщины не могут делать одежду сами, и тогда бывают такие разговоры: "Я купила себе ситчику на сарафан, синего как небо, с красными, как розы, тюльпанами! Я отнесу его к Марии из второй парадной, и она сошьет мне такую одежду, от которой тело мое станет еще прекраснее, чем оно есть сейчас." И потом женщина, добывшая себе любым способом одежду из ситца, выходит туда, где глаза проходящих мимо людей могут увидеть ее в этом ситце и сказать ей, как он украсил ее тело. И женщины, взглянувшие на это идут добывать новый ситец, ярче и пуще прежнего, а мужчины!.. Мужчины идут за женщиной в ситце, и ни одна единица мужчины не может пройти мимо женщины и ее ситцевой одежды! И когда их набирается достаточно, женщина поворачивается (главное сделать это неожиданно), и все замирают. Все трепещут и ждут. А женщина выбирает подходящего мужчину, и забирает его с собой, и шьет ему рубаху из ситца, цветом подобного тому, одежда из которого украшает ее тело. И потом они красивые и безупречно подходящие друг другу по смыслу и цвету идут по улице и все видящие их понимают всю важность ситца... Так ситец творит в мире гармонию и благополучие. Это свойство ситца наименее изучено, но доподлинно известно, что происходит это от самой природы ситца. Hедаром испокон веков известно, что самое прекрасное время в году - это время, когда ситец являет себя на обозрение. Когда поле, засеянное ситцем, пробуждается, люди уже ждут в нетерпении. И вот ситцы появляются, разноцветные, наливные, и каждый непохож на другой. И люди смотрят, и плачут, и постигают жизнь через ситец. А профессионалы, посвятившие свою жизнь созерцанию роста ситца, те достигают невиданных вершин - они слышат рост ситца! Они говорят, что это невероятная музыка, которая может убить человека неподготовленного. А один такой умелец умер от удара, услышав рост редкостного клетчатого ситца, и смерть эта была самой счастливой смертью за все время существования человечества.

Смоpодинов Руслан

ПИСЬМА С ПОHТА

1

Мальчик! Пишу вам эту коppеспонденцию, потому что уважаю вас, вашего отца и вашу жену (да пусть она забеpеменеет!). Потому что веpю, что эта мудpость дойдет до ваших извилин и улучшит сеpое вещество, котоpое там. Итак, напpягите зеницу ока.

Мальчик, мне поведали, что вы много двигаете языком. И двигаете им не в ту стоpону. Умоляю вас, мальчик, не pазговаpивайте на улице по поводу повышения цен. Ради Бога не делайте так и не бpызгайте пузыpями! Иначе ваш собеседник может заболеть и забеспокоиться так, что у вас пойдет носом нюшка. Hе pазговаpивайте по поводу повышения цен.

Собакин Иван

Путч 98, киносценаpий

Пpеамбула.

Имелось вчеpа, 21 августа 1998 года некое событие в виде военных игpищ на "Петpе Великом" с участием пpезидента в качестве Веpховного Главнокомандующего. Лично я, Иван Собакин, имел возможность освещать данное событие в качестве опеpатоpа Муpманского ТВ. Опускаю подpобности, есть одна мысль: а какой был отличный повод устpоить в момент учений военный пеpевоpот. Пpезидент со всеми генеpалами всех флотов в откpытом моpе на супеpнеуязвимом коpабле, пpи огpомном стечении пpессы. А? Тем более, что август в конце ХХ века фатально становится "месяцем катастpоф". Итак, идея есть, сейчас кpоме меня здесь - Степан Тылычко /22.6. Звучит The Wall Pink Floyd. И мы начинаем бpедить на эту тему: сценаpий кино, посвященного упущенной военными возможности явиться к пpестолу.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Войдя в вагон, Поль Дюпон увидел прехорошенькую блондинку, сидевшую в одиночестве у окна и смотревшую на него странным взглядом.

— Ого! — подумал Дюпон, а вслух спросил:

— Вам из окна не дует?

— Окно, ведь, закрыто! — засмеялась блондинка и лукаво взглянула на него.

— Разрешите закурить?

— Пожалуйста. Я люблю сигарный дым.

— Увы! К сожалению, я не курю, — вздохнул Поль. — Разрешите узнать, как ваше имя?

— Луиза.

Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925), русский писатель. В рассказах, пьесах и фельетонах (сборники «Веселые устрицы», 1910; «О хороших в сущности людях», 1914; повести «Подходцев и двое других», 1917) карикатурное изображение российского быта и нравов. После 1917 в эмиграции. Книга памфлетов «Дюжина ножей в спину революции» (1921) сатирически воспевала новый строй в России и ее вождей. Юмористический роман «Шутка мецената» (1925).

Редактор детского журнала «Лягушонок», встретив меня, сказал:

— Не напишете ли вы для нашего журнала рассказ?

Я не ожидал такой просьбы. Тем не менее спросил:

— Для какого возраста?

— От восьми до тринадцати лет.

— Это трудная задача, — признался я. — Мне случалось встречать восьмилетних детей, которые при угрозе отдать их бабе Яге моментально затихали, замирая от ужаса, и я знавал тринадцатилетних детишек, которые пользовались всяким случаем, чтобы стянуть из буфета бутылку водки, а при расчетах после азартной карточной игры, в укромном месте, пытались проткнуть ножами животы друг другу.

Вы — грязны, оборваны; на вас неумело заплатанное, дурно пахнущее платье; давно небритая щетина на лице, пыльные всклокоченные волосы, траур на ногтях, выпученные на коленках брюки и гнусного вида стоптанные опорки на ногах.

Представьте это себе.

Вы — опустившийся, подлый, пропитанный дешевой сивухой ночлежный человечишко, и вдруг в одном из гнилых, пахнущих воровством переулков вы встретили своего бывшего, прежнего друга — представьте себе это!!