Образ жизни

В книгу избранных стихотворений и поэм Якова Тублина «Образ жизни» вошли произведения, написанные после переезда в Израиль, а также изданные и не изданные стихи прошлых лет.

Я.Тублин знаком читателю по поэтическим книгам «Каждый день», «Теплоход», «Час прилива», по многочисленным публикациям в газетах, журналах, коллективных сборниках и антологиях.

«Образ жизни» — это стихи о военном детстве, флотской юности; философская и любовная лирика, размышления о сегодняшних и вчерашних событиях. Многие стихи навеяны впечатлениями от поездок в разные страны.

Отрывок из произведения:

Писать о себе и легко, и трудно. Потому буду по возможности краток, тем более что подробностей моей биографии достаточно в этой книге избранных стихотворений и поэм.

Я родился 13 октября 1935 года в городе Николаеве, что стоит на берегах двух рек — Южного Буга и Ингула. И совсем рядом — Чёрное море.

Порог наш, у которого росла белая акация, выходил на Привозную улицу, где на шестом году жизни меня и застала Война. От неё мы надеялись спастись в Сталинграде. Нашли место!.. Что там было, рассказывать не стоит — это знают все.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Близ пышной Мексики, в пределах Аризоны,

Меж рудников нашли окаменелый лес,

В потухшем кратере, где скаты  и уклоны

Безмолвно говорят о днях былых чудес.

Пред взором пристальным ниспала мгла завес,

И вот горим агат, сапфиры, халцедоны,—

В тропических лучах цветущей Аризоны

Сквозь тьму времен восстал давно отживший лес.

Он был засыпан здесь могучим слоем пыли,

Стихийной вспышкой отторгнут от земли,

На заре. Свежо и рано.

Там вдали передо мною

Два столетние каштана,

Обожженные грозою.

Уж кудрявою листвою

На одном покрылась рана…

А другой в порыве муки

Искалеченные руки

Поднял с вечною угрозой —

Побежденный, но могучий,

В край, откуда идут грозы,

Где в горах родятся тучи.

И, чернея средь лазури,

Божьим громом опаленный,

Шлет свой вызов непреклонный

Новым грозам, новой буре.

С Новым годом — светом — краем — кровом!

Первое письмо тебе на новом

— Недоразумение, что злачном —

(Злачном — жвачном) месте зычном, месте звучном

Как Эолова пустая башня.

Первое письмо тебе с вчерашней,

На которой без тебя изноюсь,

Родины, теперь уже с одной из

Звезд… Закон отхода и отбоя,

По которому любимая любою

И небывшею из небывалой.

Рассказать, как про твою узнала?

В сборник вошли также «Стихи к Блоку», написанные в 1916-1921 годах.

Так, от века здесь, на земле, до века,

И опять, и вновь

Суждено невинному человеку —

Воровать любовь.

По камням гадать, оступаться в лужи

……………………………………..

Сторожа часами — чужого мужа,

Не свою жену.

Счастье впроголодь? у закона в пасти!

Без свечей, печей…

О несчастное городское счастье

Воровских ночей!

У чужих ворот — не идут ли следом? —

Поцелуи красть…

— Так растет себе под дождем и снегом

Вопль стародавний,

Плач Ярославны —

Слышите?

С башенной вышечки

Неперерывный

Вопль — неизбывный:

— Игорь мой! Князь

Игорь мой! Князь

Игорь!

Ворон, не сглазь

Глаз моих — пусть

Плачут!

Солнце, мечи

Стрелы в них — пусть

Слепнут!

Кончена Русь!

Игорь мой! Русь!

Игорь!

* * *

Лжет летописец, что Игорь опять в дом свой

Солнцем взошел — обманул нас Баян льстивый.

Как повезло тем из вас, кто живет в старых домах- пусть даже не очень старых, но просто таких, где еще есть окна с двойными рамами и широким подоконником. Стекла в таких окнах в зимние морозы зарастают сверкающими ледяными узорами - и привычная улица куда-то исчезает, словно неизвестный волшебник перенес твой дом в сказочный алмазный лес. Как хорошо бывает, усевшись на удобном подоконнике, всматриваться в даль ледяной чащобы, придумывать, с какими забавными существами и жуткими чудовищами можно встретиться, пустившись по нарисованной дыханием Зимы тропинке… Точно так же любили сидеть на подоконнике твои маленькие дедушки и бабушки, прабабушки и прадедушки… Быть может, Зима еще помнит те сказки, которые нашептывала им в давние времена.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Середина XXI века. В результате серии ядерных атак политическая карта мира изменилась неузнаваемо. Из супердержав остались только Россия и Китай. Вся Африка, Ближний Восток и большая часть Европы принадлежат мусульманам. Прежние США распались на Исламскую республику и Библейский пояс, ведущие непрерывную войну друг с другом. Свирепствует религиозная полиция, экономика в глубоком упадке. Христиане поражены в правах, евреи вне закона.

Но не все принимают правила, навязанные судьбой. Один из таких, играющих по собственным правилам, фидаин, супервоин, спецназовец Ракким Эппс вступает в неравный бой с всесильными мира сего, чтобы получить доказательства, что бомбы, изменившие мир, взорвали вовсе не те, о ком объявлено официально.

Аннотация, в целом, стандартная. Как сейчас принято писать: «… один из нас, не герой, не спецназовец, не крутой бизнесмен, а обычный человек, такой же как все мы…» и на этом пожалуй всё. Дальше обычная жизнь, вернее жизнь то не обычная, и не жизнь, а выживание, но! Никаких чудес с попаданцем не происходит, ему не подворачиваются пол руку счастливые случаи, он всё делает сам. Пусть коряво и противно, но сам. Это — тёмное фэнтези, такое, каким я его себе представляю.

От автора.

Вы можете спросить меня: «Похититель Душ. Какое то пошловатое название? Сейчас полно, черных властелинов, демонов ночи и похитителей душ, зачем оно здесь?» И я не отвечу. В этой книге нет никаких ссылок, на такое название, нет героев, выступающих под столь громким прозвищем, нет бешеных страстей и головокружительных приключений, нет борьбы добра со злом, нет ничего к чему можно привязаться. Но тем не менее, когда я её начинал писать, что-то перекликалось с этими словами. Каюсь. Соблазн ввести персонажа, под таким именем — фамилией, наличествовал, но я ему не поддался. Да и зачем? Если название не будет соответствовать, то оно сменится само собой, по мере подбора более удачного. Пока мне нравиться это, к тому же и аннотацию я под него писал. Так что вот.

З.Ы.

Если Вы сумеете объяснить мне, почему это название не подходит для книги, я буду Вам благодарен. Если же сможете доказать обратное, то я буду благодарен Вам вдвойне.

…туман, и я так долго в нём.

* * *

— Зрачки реагируют, он открыл глаза.

— Не может быть, он же по всем показателям в отрубе.

— Сам посмотри.

Чья-то грубая рука вертит мою голову, светит в глаза. Я недовольно жмурюсь, ну или думаю, что жмурюсь.

Другой Голос:

— Вкатите ему что-нибудь, чтобы со стола не убежал, я его еще не дошил.

Голоса отдаляются, пропадают, и я снова вижу белый туман…

Махэрусская цитадель возвышалась — на восток от Мертвого моря — на базальтовой скале, имевшей вид конуса. Четыре глубоких долины ее окружали: две с боков, одна впереди, четвертая сзади. Куча домов теснилась у ее подошвы, охваченная круглым каменным валом, который то вздымался, то ниспадал, следуя неровностям почвы; извилистая дорога, высеченная в скале, соединяла город с крепостью. Стены той крепости, вышиною в сто двадцать локтей, изобиловали уступами, углами, бойницами; башни высились там и сям, составляя как бы звенья каменного венца, воздвигнутого над бездной.