О Василе Быкове

Лазарь Лазарев

О Василе Быкове

Начну с цитаты:

"Наверное, ангел справедливости всегда опаздывает.

Снова и в который раз мы оказываемся перед тем малорадостным фактом, когда истинное признание пророка происходит за пределами его земной жизни, когда по отношению к нему приходится употреблять глагол "был" вместо "есть". Хотя, что касается Виктора Некрасова, это утверждение справедливо лишь отчасти: все-таки, не в пример многим другим, он изведал при жизни и читательскую признательность, и писательскую славу, и даже эфемерное, изменчивое и кратковременное одобрение властей. Но все же, все же... Как было бы хорошо, если бы не было того, что, к сожалению, было, если бы наша литература развивалась так, как ей полагалось бы развиваться в условиях цивилизованного, истинно демократического общества на основе единственно возможной для нее ценности - масштаба личности и таланта. Увы! Талант, как это у нас повелось с некоторых (впрочем, весьма давних) пор, - не гарант признания, а чаще причина и повод для поношения, побивания камнями".

Другие книги автора Лазарь Ильич Лазарев

Эта книга посвящена судьбе и творчеству писателей, неразрывно связанных с Великой Отечественной войной: И. Эренбурга, А. Твардовского, К. Симонова, С. Гудзенко, В. Некрасова, Б. Слуцкого, Г. Бакланова, Б. Окуджавы, А. Адамовича, В. Богомолова, В. Кондратьева, В. Быкова, В. Гроссмана, Д. Гранина. Автор книги — тоже участник Великой Отечественной войны. Как литературный критик много лет занимался книгами о войне.

Лазарь Лазарев — литературный критик «новомирского» ряда, один из старейшин современного литературоведения и журналистики, главный редактор пользующегося неизменным авторитетом в литературном и научном мире журнала «Вопросы литературы», в котором он работает четыре с лишним десятилетия. Книга «Записки пожилого человека» вобрала в себя опыт автора, долгое время находившегося в гуще примечательных событий общественной и литературной жизни. Его наблюдения проницательны, свидетельства точны.

Имена героев очерков широко известны: В. Некрасов, К. Симонов, А. Аграновский, Б. Слуцкий, Б. Окуджава, И. Эренбург, В. Гроссман, А. Твардовский, М. Галлай, А. Адамович, В. Быков, Д. Ортенберг, А. Тарковский.

Лазарь ЛАЗАРЕВ

ШЕСТОЙ ЭТАЖ

Главы из книги воспоминаний

Сороковые — шестидесятые годы прошлого века запечатлены в русской мемуаристике полнее, чем наши — века двадцатого — сороковые—шестидесятые. Поэтому о некрасовском «Современнике» мы сегодня знаем, пожалуй, больше, чем о «Новом мире» Твардовского.

Мои воспоминания посвящены «Литературной газете», в которой я работал с 1955 по 1961 год. Не о себе я рассказываю. «Я просто «Записная книжка», где жизнь играет роль писца» (Вяземский). Этому принципу я старался следовать.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Ефим ЭТКИНД

Маркиз де Лапюнез

Профессор Мокульский, окончив очередную лекцию о французском классицизме, развернул записку и прочел вслух: "Можете ли вы сказать, что написал маркиз де Лапюнез в прозе?" Он кашлянул и произнес: "Насколько я знаю, у Лапюнеза нет прозы".

Нам ничего другого и не надо было, ответ нас удовлетворил. Мы оба были счастливы, Элеазар Кревер и я. Маркиз де Лапюнез получил право на существование. Профессор Мокульский сам загнал себя в ловушку...

Ефим ЭТКИНД

Так мы жили

В мою дверь постучали. Я выглянул из-за занавески, отделявшей в конце коридора наш умывальник, и крикнул: "Добреюсь и приду... Извините!" Институтский коридор был полутемный, я еще раз высунул свое намыленное лицо и на этот раз сумел разглядеть: у моей двери стоял военный с синими погонами. "Подождите немного!.." - повторил я, понимая, что жизнь кончена. "Брейтесь, я подожду..." - произнес военный и присел на подоконник.

Дыбенко Павел Ефимович

Из недр царского флота к Великому Октябрю

Аннотация издательства: Павел Ефимович Дыбенко - член Коммунистической партии с 1912 года, был первым Народным Комиссаром по Морским делам Советского государства. После гражданской войны командовал стрелковым корпусом, а затем Среднеазиатским, Приволжским и Ленинградским военными округами. В своей книге П. Е. Дыбенко рассказывает о революционной деятельности моряков Балтийского флота, о деятельности Центробалта, председателем которого он был, и об участии моряков и петроградских рабочих в борьбе за власть Советов. Книга издается с незначительными сокращениями. Она рассчитана на широкий круг читателей.

Владимир Дроздов

ДВА РАССКАЗА БЫВШЕГО КУРСАНТА

авт.сб. "Над Миусом"

1. ПУСТЬ МЕДВЕДИ ЛЕТАЮТ

Конечно, теперь чуть ли не все летчики имеют высшее образование-диплом инженера. А в тридцатых годах кое у кого за душой даже школы-семилетки не было.

Однако и тогда уже становилось ясно: одного могучего здоровья пилоту мало. И вот среди студентов-комсомольцев провели набор в летчики. Я попал в школу пилотов имени Пролетариата Донбасса с первого курса университета. Но кое-кто из моих будущих однокашников-со второго или третьего. А Чернов - в свои двадцать шесть лет-даже с четвертого курса института.

Владимир Дроздов

КОЛЯ-ВОРОБЕЙ

авт.сб. "Над Миусом"

Редко кому удается похвастать: мы с третьего класса школы дружим. А я вот могу - именно с тех пор и дружу с Колей. В третьем классе Коля был страшным спорщиком. Я-тоже. Но я любил пофантазировать и отличался склонностью к авантюрам, а Коля всегда трезво смотрел на вещи и особенно недоверчиво относился к моим проектам. Мы ругались и смертельно ссорились по пять раз на день. Однако друг без друга не могли прожить и часу. Особенно летом, когда занятия в школе кончались.

Владимир Дроздов

ВВОД В СТРОЙ

Нетерпеливость? Нет, до сих пор никто не приписывал Мите Ледневу такой черты характера. Почему же столь трудно даются ему эти последние дни пребывания в летной школе? Месяц назад он был отобран государственной аттестационной комиссией в истребительную авиацию, сделал за это время шесть полетов на И-3 - все с оценкой "отлично". И пусть И-3 - устаревший самолет, не чета И-16 или "чайке". Говорят, те развивают скорость до четырехсот километров в час! Но и двести тридцать, которые Митя выжал из старенького И-3, тоже не сто сорок их учебно-боевого Р-1.

Коротко об авторе: Юрий Ильич Дружников

- прозаик и историк русской литературы

Родился в Москве (1933). В прошлом член Союза писателей, исключен за антисоветскую деятельность. Пятнадцать лет был на родине в черных списках, эмигрант; до коллапса Советского Союза его книги выходили только на Западе.

Автор документального частного расследования "Доносчик 001, или Вознесение Павлика Морозова" (Москва, 1995), романа-хроники о тайных аспектах жизни московских газетчиков "Ангелы на кончике иглы" (Москва, 1991), романа-исследования о замалчиваемых аспектах биографии Пушкина "Узник России" (Москва, 1996). В Нью-Йорке издана книга воспоминаний и эссе "Я родился в очереди"(1995), по частям опубликованная во многих российских журналах и газетах. Книга о трагедии отечественной литературы "Русские мифы" в России впервые (1999).

Денлингер Сазерленд; Гери Чарльз Б.

Война на Тихом океане

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Из предисловия: "Война на Тихом океане" - книга о будущей войне. Авторы Денлингер и Гери на фоне повествования о подготовке к предстоящей схватке между американским и японским военными флотами знакомят читателя с основными тактико-техническими элементами современных классов кораблей. Основной интерес книги заключается в том, что понятие об устройстве корабля, боевой организации и тактике преподносятся ими в увлекательной художественной форме, так, что читатель, даже не моряк, получит яркое представление об этом сложном комплексе вопросов. Кроме того, в книге дан обстоятельный разбор и оценка флотов США и Японии, а также подробно рассматриваются географические элементы театра Тихого океана и анализируются различные стратегические варианты возможной войны между США и Японией. [...] Книга написана в 1936 году. В нашем издании она подверглась некоторому сокращению. Многие прогнозы Денлингера и Гери уже с первых шагов войны между японскими хищниками и героическим китайским народом оказались несостоятельными... Несмотря на то, что книга издается [в СССР] только в 1939 г., она будет весьма полезной и рекомендуется для всего начальствующего состава РКВМФ и РККА, курсантов и краснофлотцев, а также для широкого круга граждан, желающих ознакомиться ближе с вопросами флота и морской войны.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Александр ЛАЗАРЕВИЧ

КОРОТКОХВОСТИК

Давно.

Очень давно.

Тогда, когда труд еще не успел сделать из обезьяны человека.

Стадо первобытных обезьян резвится на лужайке.

Малыши срывают плоды с дикой яблони.

Точнее даже: предка дикой яблони.

Грызут их, широко раскрывая маленькие ротики,

кидаются огрызками друг в друга.

Обезьяны постарше греют на солнце

свои распухшие от яблок,

Александр ЛАЗАРЕВИЧ

ПЕСНЯ ПТЕНЦА

...В бескрайней ледяной пустыне два странных существа, не похожие ни на животных, которые жили на десяток миллионов лет раньше, ни на тех, которые жили на десяток миллионов лет позже. Два десятка миллионов лет мгновение в истории Земли, почти не оставившее следов для палеонтологов, которые долгое время так и не догадывались о том, что эти причудливые твари когда-либо существовали. Они не были ни динозаврами, ни птицами, ни млекопитающими. Так, нечто промежуточное, преходящее, не получившее отражения в биологической классификации...

Р.А.ЛЭФФЕРТИ

ПЛАНЕТА МЕДВЕДЕЙ-ВОРИШЕК

1

Минуй меня судьба лихая

И вороватых мишек стая

Джон Чансел

То, что происходит на планете медведей-воришек, явно нуждается в объяснении. Потому что, как однажды сформулировал великий Реджиналд Хот, "Аномалии - это непорядок".

Примерно раз в десять лет кто-то одержимый страстью к систематизации затевал масштабную работу с целью составления каталога "Указатель планет и их расположения" и предпринимал новое исследование аномалий. Это исследование никоим образом не могло миновать планету медведей-воришек.

Р.А.ЛАФФЕРТИ

Все фрагменты речного берега

Перевела с английского Валентина КУЛАГИНА-ЯРЦЕВА

Когда-то существовал очень длинный, очень изрезанный, невероятно извилистый берег реки. Потом с ним случилась странная вещь. Его разорвали, разрезали на куски. Часть этих кусков сложили и связали в тюки. Часть скатали в рулоны. Часть разрезали на еще более мелкие кусочки и пользовались ими как украшениями, и индейские знахари с их помощью лечили от разных недугов. Свернутые и сложенные куски берега, в конце концов, очутились в амбарах и старых сараях, на чердаках и в кладовках.