О том, чего мы еще не видали

Василий Антонов

О том, чего мы еще не видали

Мошеннический принцип "пирамиды", на котором обожглись миллионы наших граждан, помещавшие вклады в МММ и другие акционерные общества, известен во всем мире с давних времен. Наиболее решительные отечественные проходимцы быстро перенимают криминальный опыт Запада или умело реанимируют забытые старые аферы. В помещаемой статье автор рассказывает об оригинальных видах преступлений, как правило, не связаниых с насилием, но ощутимо ударяющих по нашим кошелькам; преступлениях, некоторые из которых до нас еще не дошли. Как говорили в старину: "Кто предупрежден, тот не побежден".

Популярные книги в жанре Публицистика

Эдвард Радзинский в "империи гласности"

Сумерки, природа, флейты голос нежный...

- Эдвард Станиславович, я ведавво пеpечитывал Пушкияа - "Бориса Годутова" Ощущевие такое, будто читаешь свежую газету...

- О-о, ужас этой пьесы в том, что она в России во все времена читается как газета! Это же вечная ситуация! .. "Живая власть для черни ненавистна. Они любить умеют только мертвых..." Впрочем, там еще лучше реплика есть: один боярин, который нее время молчал, оглядывается окрест и Другому говорит: "А ты, боярин, заметь их имена и запиши;"... Это как эпиграф к любому моменту свободы в России!..

Kсения Рагозина

ПОЛОЕ ВHУТРИ И БЕСПОЛОЕ СHАРУЖИ.

И как мы это переводим.

"С некоторого времени коммерческие выгоды и расчеты занимают иных

словесников более, нежели польза словесности и удовольствие читателей"

Ф. В. Булгарин. "Hевероятные небылицы".

Вообще.

Я сажусь в электричку, напротив меня - женщина с книжечкой-пошетт, заботливо обернутой в газетку. Kнижку держит так, чтобы соседка не могла прочесть, что на странице. Раскрыта примерно на середине: самое место для первой любовной сцены в женском романе. Что это он, родимый, у меня лично сомнений нет. Kак и в том, что женщина, сидящая напротив - наш бесценный читатель, кормилец, поилец, согревалец. Уткнувшийся в книжечку с масляным интересом - за уши не оторвешь, или, наоборот, нарочито безразлично перелистывающий странички, облизывая пальчик - "Да ни в жизнь я не читала этих романов, и сериалы не смотрю, и вообще"

Всеволод Ревич

ВОЙНА МИРОВ И МИР МИРОВ

Что вам вспомнится, если речь зайдет о истрече с внеземной цивилизацией? Прежде всего, должно быть, жуткие уэллсовские марсиане, полосующие нашу несчастную планету своими тепловыми лучами.

А может, в первую очередь возникнет совсем иной образ нежная, худенькая марсианка Аэлита, ставшая символом любви, - любви, которая ломает тысячелетние предрассудки и прорывается через космические бездны.

Мариэтта Шагинян

КОРОТКО ОБ УИЛКИ КОЛЛИНЗЕ

Вильям Уилки Коллинз родился 8 января 1824 года в Лондоне, в семье известного пейзажиста Вильяма Коллинза. Двенадцатилетним мальчиком он вместе с семьей на три года уехал в Италию. Книги его впоследствии отразят эти первые яркие итальянские впечатления. По возвращении в Англию и окончании средней школы, уступая воле отца, Коллинз, подобно множеству английских молодых людей, начинает заниматься "деланием денег" (to take many) на службе в крупной чайной фирме. Но торговля не привлекает его. Влюбленный в Италию по воспоминаниям детства, подогретым чтением Бульвера Литтона, он пишет первый свой рассказ и показывает его отцу. Художник, почувствовав талант в своем сыне, дает ему возможность завершить образование в Линкольн-Инне [Одна из четырех старинных лондонских корпораций юристов, дававших теоретическую и практическую подготовку своим членам для ведения судебных дел], откуда Уилки Коллинз в 1851 году выходит со званием стряпчего.

Светлана Светигор

Живой Сталин

Фрагмент сборника "Сталин: легенды и были"

"Завтра"

No: 51(474)

Date: 17-12-2002

Title: ЖИВОЙ СТАЛИH (21 декабря - День рождения великого деятеля отечественной и мировой истории Иосифа Виссарионовича СТАЛИHА)

Hа встрече с французским писателем Анри Барбюсом в сентябре 1934 года Сталин рассказал ему историю своего побега из ссылки.

В 1912 году Сталина ссылают в далекий Hарымский край в надежде, что оттуда он бежать не рискнет. Однако побег удался. Сталин рассказал о нем Барбюсу, поскольку считал этот побег в своем роде классическим.

Михаил Веллер

Ящик для писателя

Русский писатель сегодня. Его простая бухгалтерия затемняется тем, что никто не собирается указывать все доходы и платить все налоги, дабы не сорвали последние штаны вместе с гениталиями. При честной уплате всех предписанных государством налогов всеми участвующими в издательском процессе - этот бизнес ныряет в глубокий минус, как подводная лодка при виде бомбардировщика по команде "Срочное погружение!".

Евгений Владимирович Витковский

Интервью для Арды-На-Куличках *

11 мая 2004 г.

Вопрос: Расскажите, пожалуйста, все, что Вы знаете о том, как возник замысел перевести ВК.

Ответ: Насколько мне известно, идея зародилась в Библиотеке Иностранной литературы, у В. Скороденко и В. Муравьева. Насколько я могу по посторонним фактам вспомнить, первый разговор о переводе зашел году в 1974-м: помню выступление Скороденко в издательстве "Художественная литература" (которое и слышать не хотело об издании "детских книг"), начинавшееся словами "В прошлом году умер [...] Толкин" - дальше он объяснил, кто такой Толкин, а при очередной моей встрече с Андреем (жили мы совсем рядом) не позже 1976 года (это год зарубежного издания "Слепящей тьмы" Кёстлера[1] за границей; Андрей еще успел получить письмо от Кёстлера, читавшего по-русски, где тот благодарил его "за прекрасную русскую версию", последнее слово Андрей считал комплиментом, да так, пожалуй, и было), - так вот, при встрече в 1976 году Андрей говорил о работе над Толкином как о деле решенном вне зависимости от того, что надумает издательство, "потому что Муравьев взялся книгу пробить в печать". Хочу заметить, что с Муравьевым я знаком не был - и в этом была моя инициатива: после рецензии Муравьева на переводы моего (и Кистяковского) учителя, А. А. Штейнберга из Дилана Томаса, я решил воздержаться от каких бы то ни было контактов. Когда мы хоронили Андрея, я молился про себя - если бы Муравьев со мной заговорил у гроба, пришлось бы мириться. Не заговорил. Мы виделись, здоровались - и никогда не разговаривали. Поэтому о Муравьеве могу говорить только со слов Андрея - и только, получается, хорошее.

ОБЫКНОВЕННЫЙ КОММУНИЗМ

(Красная бессмыслица в черносотенном изложении)

В качестве отправной точки для наших рассуждений, дабы придать им, некоторым образом, "былинный зачин", воспользуемся размышлениями пятилетней давности вдохновенного певца и знатока Русской Старины - Димитрия Балашова. В цикле своих статей "Ещё раз о Великой России" он замечает следующее: "Странным образом, проживши три четверти века в коммунистическом государстве, большинство наших граждан так и не представляет себе ясно,- что же такое коммунизм? Далее путаных рассуждений о всеобщем равенстве, счастье, "хорошей жизни" (так и хочется добавить словами анекдота:"как до революции"!) дело не идёт. А меж тем, теория коммунизма известна, книжечки предшественников с поощрительным напутствием самого Энгельса изданы не раз и имеются в любой библиотеке. Того же Томаса Мора "Утопию", или "Город Солнца" Кампанеллы, или творение Морелли можно достать и прочесть без особого труда. Россияне, однако, читать не любят...

Оставить отзыв