О свойствах вещей

Бартоломей Английский

О свойствах вещей

СОДЕРЖАНИЕ

БАРТОЛОМЕЙ АНГЛИЙСКИЙ

О СВОЙСТВАХ ВЕЩЕЙ (DE PROPRIETATIBUS RERUM)"

1. О Кавказе

2. О горах Гиперборейских

3. Об Азии

4. Об Албании

5. Об Алании

6. Об Амазонии

7. О Европе

8. О Галлации

9. Об Иберии

10. О Лектонии

11. О Ливонии

12. О Норвегии

13. О Паннонии, также и Унгарией называемой

Популярные книги в жанре Древнеевропейская литература

Банделло

Ромео и Джульетта

Перевод Н.К.Георгиевской

Маттео-Банделло (Matteo Bandello, ок. 1485-1561) - выдающийся итальянский новеллист XVI в. Родился в Кастельнуово в Пьемонте. В юные годы вступил в доминиканский орден. Много странствовал, пользовался расположением государей Северной Италии (д'Эсте, Сфорца, Бентинольо). Некоторое время провел при Мантуанском дворе, где был учителем знаменитой Лукреции Гонзага (1537 г.). В годы борьбы испанской и французской партий за господство на полуострове решительно стал на сторону последней. После сражения при Павии (1525 г.), закончившегося разгромом французской армии, эмигрировал во Францию, где Генрих II сделал его епископом Ажана (1550 г.). Здесь Банделло и провел остаток своей жизни, пользуясь вниманием со стороны деятелей французского Ренессанса. Главный литературный труд Банделло - его новеллы (3 тома, Лукка, 1554 г., посмертный, IV т. - Лион, 1573 г.). Всего он написал 214 новелл. В этих новеллах Банделло выступает искусным изобразителем жизни итальянского общества Чинквеченто (XVI в.) и в духе своего времени отдает дань сентиментально-чувствительному и "кровавому" жанрам. Популярность Банделло была очень значительна. Из одной его новеллы Шекспир почерпнул сюжет своей трагедии "Ромео и Джульетта".

Установление владений Тары

Перевод С. В. Шкунаева.

Однажды во времена Диармайта, сына Фергуса Кербала, собрались потомки Ниалла на Маг Брег, и вот что они говорили. Велики казались им владения Тары - долина, открытая в семь сторон [1], так что в пору было урезать те земли без полей и домов, бесполезные для очага Тары. Ибо всякие три года приходилось им семь дней принимать и кормить ирландцев, как заведено было на празднестве Диармайта, сына Кербала. Не являлись туда король без королевы, благородной без супруги, воин без [... [2]], увечный без спутницы, хозяин заезжего дома без жены, юноша без возлюбленной, девушка без любимого, кто ни на есть без своего ремесла. И собирались там короли и мудрецы подле Диармайта, сына Кербала, и сидели они по одну сторону от него, а воины и разбойники [3] - по другую. Место в покоях подле дверей было тогда юношам и девушкам, да прочему заносчивому и буйному люду. Каждому доставалась там достойная его доля: лучшие напитки, говядина, свинина и окорок королям и мудрецам, а вместе с ними и всем благородным свободным вождям; служанки и слуги отрезали подавали им все. Воинам и разбойникам разносили кровавое мясо с железных вертелов, хмельное питье, свежее пиво и молоко, а шуты и кравчие отрезали и подавали им все. Головы, ноги, и все, что осталось от всякой скотины доставалось возничим, шутам и простому народу, а отрезали и подавали им возничие, шуты и простой люд. Мясо телят, овец и свиней да седьмую долю выносили наружу юношам и девушкам, ибо весельем своим тешились они и не достигли еще возраста благородных. Свободные слуги и женщины нарезали и подавали им все. Созваны были однажды благородные ирландцы на пир к Диармайту, сыну Кербала, во дворец Тары. Но сказали они, что не придут на пир, пока не установят для них границы владений Тары, какими были они до них и пребудут вовеки, и возвестили о том Диармайту. Отвечал тот, что не годится просить его об усыновлении владений Тары без совета с Фланн Фебла, сыном Сканнлана, сына Фингена, первейшим в Ирландии наследником Патрика, или с Фиахра, сыном рукодельницы [4]. Тогда отправились от них гонцы к Фиахра, сыну Колмана, сына Эогана, и привели его на подмогу, ибо воистину немного было у них мудрых людей и множество неучей и к тому же немало распрей и в избытке споров. Прибыл к ним тогда Фиахра и спросили его о том же - как разделить им владения Тары, но отвечал Фиахра, что не рассудит этого дела, прежде чем не пошлют за тем, кто старше и мудрее его самого. - Где же найти его? - спросили они. - Что ж, - отвечал Фиахра, - это Кеннфаэлад, сын Айлиля, сына Муйредаха, сына Эогана, сына Ниалла. Мозг забвения был вынут из его головы во время сражения при Маг Рат [5], и с тех пор до сего дня помнит он все, что случилось в Ирландии. Воистину ему надлежит прийти и рассудить вас. Тогда послали они за Кеннфаэладом, а когда тот пришел, спросили его о том же. - Не годится спрашивать об этом меня, отвечал тот, - когда есть в Ирландии пятеро тех, кто старше всех нас. - Где же они сейчас? - спросили тогда его. - Нетрудно ответить, сказал им Кеннфаэлад, - это Финнхад из Фалмаг в Лейнстере, Ку Алад из Круаху Коналад, Бран Байрне из Байренн, Дубан, сын Дега, из королевства людей Олнегмахт и Туан, сын Кайрелла [6] из Улада, тот самый, что принимал множество обличий. Послали люди из Тары за ними, а когда те явились, спросили у них о том же, то есть чтобы установили они для них владения Тары. И когда поведал каждый о том, что помнил, а потом сказали они, что не годится им делить владения Тары, пока нет на этом собрании того, кто старше их всех и воспитал их. - Где же он? - спросили ирландцы. - Нетрудно сказать, - ответили те, - это Финтан, сын Бохра сына Бита, сына Ноя. И был он тогда у Дун Тулха в Киаррайге Луахра. Отправился один из людей Кеннфаэлада, Берран, к Финтану в Дун Тулха, что на западе от Луахра Дедад. Привел он Финтана в Тару и с ним восемнадцать спутников, так что шли девятеро позади и девятеро впереди [7]. Не было среди них такого, кто не приходился бы ему родичем - сыном, внуком, правнуком или каким-нибудь иным потомком. С великой радостью приветствовали Финтана в Медовом Покое, и всякий был доволен, что услышит его речи и истории. Встали пред ним все ирландцы и предложили Финтану сесть на место судьи. Но сказал тогда Финтан, что не начнет говорить, пока не узнает, в чем дело. - Довольно радоваться моему приходу, - сказал он еще, - ибо и так верю я вашей радости, как всякий сын верит своей приемной матери, а приемная мать моя - тот остров, где все вы живете, Ирландия, а доброе колено ее - тот холм, на котором стоите вы, Тара. Плоды и дары, цветы и пища этого острова питали меня от Потопа до сего дня, и сведущ я в историях всех пиров, похищений скота, разрушениях и сватовствах, что случилось здесь от Потопа доныне. Потом сложил он такую песнь:

15 июня 1215 г. король Англии Иоанн Безземельный приехал в стан мятежных баронов на берегу Темзы близ Виндзора и на Рэннимидском лугу подписал договор, известный в дальнейшем как Великая Хартия Вольностей. На несколько столетий она стала основанием прав английского народа и основным законом государственного устройства.

В сущности, она не изменила предшествовавших грамот, но она точно определила то, что они выражали лишь в общей форме. Помимо других установлений, она оградила личную свободу, постановив, что никто не может быть арестован, задержан, подвергнут личной или имущественной каре иначе как на основании закона и по приговору своих «пэров».

Значение Великой Хартии можно определить таким образом: король отказался за себя и за своих преемников от всех ограничений чьих-либо прав, сделанных нормандскими королями до него и в особенности им самим, и обязался восстановить в полной мере порядок управления и судопроизводства, основанный на англосаксонских и нормандских обычаях.

В лирических произведениях лучших поэтов средневекового Прованса раскрыт внутренний мир человека эпохи, который оказался очень далеким от господствующей идеологии с ее определяющей ролью церкви и духом сословности. В произведениях этих, и прежде всего у Бернарта де Вентадорна и поэтов его круга, радостное восприятие окружающего мира, природное стремление человека к счастью, к незамысловатым радостям бытия оттесняют на задний план и религиозную догматику, и неодолимость сословных барьеров. Вступая в мир творчества Бернарта де Вентадорна, испытываешь чувство удивления перед этим человеком, умудрившимся в условиях церковного и феодального гнета сохранить свежесть и независимость взгляда на свое призвание поэта.

Песни Бернарта де Вентадорна не только позволяют углубить наше понимание человека Средних веков, но и общего литературного процесса, в котором наиболее талантливые и самобытные трубадуры выступили, если позволено так выразиться, гарантами Возрождения.

В сборник средневековых английских поэм вошли «Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь» — образец рыцарского романа, «Сэр Орфео» — популяризованная версия того же жанра и «Жемчужина» — философская поэма в жанре видения. Каждый перевод предваряется текстом оригинала. В виде приложения печатается перевод поэмы — проповеди «Терпение». Книга позволяет заполнить еще одно белое пятно в русских переводах средневековой английской словесности.

Высокочтимому лорду Генри Райосли, графу Саутгемптону и барону Тичфилду.

Остроумнейший, достопочтенный лорд, не знаю, что за непонятный обычай восприняли мы от наставительной старины — посвящать издаваемые нами книги тому или иному великому человеку. Посему, дабы никто не дерзнул назвать мои послания товаром, не оплаченным пошлиной, и не навлек на них в качестве штрафа — презрение, — я, домогаясь визы Вашего превосходного суждения, предлагаю их Вам с просьбой рассмотреть и узаконить. Дайте им высокую или низкую оценку по своему произволению; ежели Вы найдете их хоть сколь-нибудь ценными, я сочту свой труд вознагражденным. С давних пор возмечтал я снискать своим остроумием Ваше одобрение. Исполненный почтительной покорности, я помышлял (еще с детских лет) о том, чтобы послужить к вящей Вашей славе. И вот наконец я обрел возможность выказать Вам свою преданность.

В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.

Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.

Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.

«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.

Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.

В книге представлены два редких и ценных письменных памятника конца XVI века. Автором первого сочинения является князь, литовский магнат Николай-Христофор Радзивилл Сиротка (1549–1616 гг.), второго — чешский дворянин Вратислав из Дмитровичей (ум. в 1635 г.).

Оба исторических источника представляют значительный интерес не только для историков, но и для всех мыслящих и любознательных читателей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Маpина АHИКЕЕВА, Анна ЕРОШОВА и Александp МИЛКУС.

12-летняя Камилла Плyжникова: Hyжно веpить в чyдеса и летать на метле!

Сказки о юном волшебнике Гаppи Поттеpе,

ставшие главным миpовым бестселлеpом, добpались до наших детей

Вдpyг нежданно-негаданно в миpе матеpиализовалась книга, способная отоpвать мальчишек и девчонок от телевизоpов и компьютеpов, веpнyть с yлицы в дом. Мало того, она даже помогает найти общий язык со своим чадом-подpостком, еpшистым, нескладным, отpицающим всяческие автоpитеты, и в пеpвyю очеpедь pодительские. И никакой магии - только вчитайтесь в стpоки Джоан Роyлинг.

Кто она? Это не так-то просто объяснить…

С одной стороны – наглая, хваткая хищница-провинциалка, не выбирающая средств в «покорении столицы». Но – с другой?

С другой же, она – МУЗА. Божественная прекрасная муза талантливого художника. Не женщина даже, но – «вечная женственность». Не любовница, но – ЛЮБОВЬ. Великая, неистовая любовь, без которой для подлинного творца не существует ни творчества, ни самой жизни…

Кому могло быть выгодным убийство писателя, которого все окружающие считали попросту безобидным чудаком?

У молодого следователя Синицына, расследующего это преступление, нет ни улик, ни подозреваемых... есть только одна-единственная зацепка, слишком, на первый взгляд, нелепая, чтобы привести к истине.

И все-таки... быть может, тайна гибели писателя и вправду заложена на страницах его последнего романа?.. Но — как тогда ее раскрыть?

Оксана Анкудинова ([email protected])

Харловка

Поход совершен ленинградской группой с 22.07.2000г. по 14.08.2000г.

СОСТАВ УЧАСТНИКОВ:

Жаринов Константин ( 1959 г.).....командир: - Шуя-Вама-Водла ( 3к., Карелия ); - Тугунда-Охта ( 3к., Карелия ); - Никодимка-Кожа ( 3к., Архангельская область ); - Елеть-Кереть ( 3к., Карелия ); - Тумча ( 4к., Карелия ); - Кутсаеки-Тумча ( 4к., Карелия ); - Кутсаеки-Кувдженьга ( 4к., Карелия ).