О месте человека в мире и его роли в творении и разрушении этого мира

Наверное сколько людей, столько и мнений о их месте и их роли в совремённом мире. Вот ещё одно из множества мнений на эту тему. Думаю, мне удалось поднять пласт незатронутого или увидеть некоторые аспекты темы в ином свете, не отражённом до этого…Судить Вам!

Отрывок из произведения:

Все мы уже давно слышали, что миром правит Добро и Зло, любовь и ненависть, преданность и предательство, вежливость и грубость, уважение и презрение, милосердие и жестокость, правда и ложь.… Называя и перечисляя данные критерии можно продолжать ещё долго, но как бы много мы их не назвали, все они вбираемы в первые два критерия — Добро и Зло. Что есть они и откуда пришли они в наш мир людей? Есть ли ответ на этот трудный, извечно стоящий перед человечеством вопрос, и нужно ли его искать?

Другие книги автора Витовт Витольдович Вишневецкий

Содержание:

1. Ликорн

2. Картина

3. Непредвиденная встреча

4. Следами прошлого...

5. Эльхарон

6. Это всё о нас с вами

Давно заброшенная и забытая Древними старая законсервированная база на одной из далёких и обследованных ими планет, внезапно посылает сигнал в метрополию. В произведении рассказывается о том, как развивалась и складывалась жизнь аборигенов, после ухода с планеты Древних, посеявших на ней семена разума.

Уже шестые сутки Ликорн преследовал оленя. Стрела, выпущенная из боевого лука, глубоко вошла под правую заднюю лопатку зверя. Поначалу крови было достаточно, чтобы не потерять след, но к концу вторых суток кровь почти исчезла, только редкие капли удавалось рассмотреть охотнику из дружины князя на прошлогодней листве леса. А на утро третьего дня он обнаружил у ствола одиноко стоящего большого и старого дерева свою стрелу. Кровь на наконечнике стрелы была свежей, но как не всматривался Ликорн в рисунок листвы под ногами, ни одной капли свежей крови, обнаружить не удалось. Его удивило то, что наконечник стрелы был не извлекаемым, но, тем не менее, стрела лежала на листве, а наконечник испачкан только в крови и не носил даже малейших следов плоти. Тогда он решил проследовать по очереди в разные стороны от найденной стрелы на расстояние трёх вдохов и выдохов. Через некоторое время ему повезло - на обломке древесной коры алела крупная капля крови.

Повесть о древнем Полесье, его жителях и их князе и княгине, о войне и мире, добре и зле, о чести и доблести о любви и верности, об истинной плате добром за добро.

Моё сердце почти перестало биться. Его удары были так редки, что казалось, вот-вот остановится совсем. Я смотрел на лежащего возле меня друга и в отчаянии пытался сдержать желание завыть волком. Вальдер уже не дышал. Его сердце остановилось несколько минут назад, а я в отчаянии пытался представить, как смогу рассказать о его смерти Живьене, его жене и моей сестре. С усилием сжав зубы и смахнув пот с лица, я поднялся на ноги и осмотрел окрестности.

Двое поселян поссорились из-за своих взрослых детей и едва не поубивали друг друга, но в распрю вмешалась третья сила — мудрость…

На этот путь трудно ступить, ещё труднее его пройти и осилить его дано не каждому...

Он лежал в высокой и густой траве, покрывающей юго-восточное предместье города, и широко раскрытыми глазами смотрел в небо. Там, в синей его вышине, среди белых кучевых облаков, парила его душа, вырвавшись из теснин тела вместе с мыслями. Облака приобретали формы причудливых животных, то в течение короткого отрезка времени трансформировались в горные пейзажи, то становились похожими на сказочные замки из далёкого детства. Он закрыл глаза, и небо окрасилось в розовый, подсвеченный солнцем, цвет крови насыщающей его веки. Ветер легко трепал волосы на голове и старался ещё больше распахнуть ворот рубашки. Поднеся руку к галстуку, он распустил узел и, потянув вверх, вытащил галстук из ворота рубашки. Её шелк затрепетал на ветру, обретя свободу.

Популярные книги в жанре Христианство

В книге собраны полемические сочинения, направленные против монофизитов и написанные православными халкидонитами: Леонтием Иерусалимским (VI‑VII вв.) и Феодором Абу-Куррой (VIII‑IX вв.), а также догматико-ересеологический трактат Леонтия, схоластика Византийского (вторая половина VI в.) «О сектах». Публикация данных сочинений, впервые переведенных на русский язык (трактат Абу-Курры впервые переводится и на современный европейский язык), существенно уточняет и расширяет представление российских читателей о характере и существе полемики с монофизитами и некоторыми другими еретиками по вопросам христологии и церковной истории как в самой Византийской империи, так и за ее пределами.

Книга предназначена для богословов, философов, историков и всех, интересующихся судьбами Церкви.

Зима 2002-02 годов может определить судьбы православия в России на всё 21 столетие. Вопрос в том, какую позицию по отношению к Церкви займет российское учительство.

В 90-е годы российский учительский корпус был настроен к Церкви скорее благожелательно. Нет, наши учительницы не пришли в вере. Но в их глазах Церковь выступала в двойном светлом ореоле: как неправедно обиженная и гонимая (причем на памяти самих учительниц) и как колыбель русской культуры. Даже когда учительницы делали глупости и впускали сектантов в свои классы — они раскрывали двери именно перед теми сектами, которые маскировались под православие.

Символ веры — краткое исповедание веры, которое готовящийся принять крещение произносил перед крещением, выражая тем самым, свою готовность стать христианином.

Все эти символы веры определяет несколько характерных особенностей:

— Исповедание веры в Отца и Сына и Святого Духа, т. е. вера в Троицу.

— Исповедание реальности воплощения Сына Божьего посредством Духа Святого от Девы Марии, Его страданий, смерти и трехдневного воскресения и вознесения.

Абстрактно–трафаретные представления о Достоевском, с некоторой исключительностью подчеркивающие почти лишь одну бурную и буйно–хаотическую сторону его творения и его личности [1]) — эти представления, во многом, конечно, опирающиеся на истину, в значительной степени, однако, если не исчезают, то самым радикальным образом видоизменяются или преображаются, если мы ближе подойдем к повседневному — и вместе с тем интимному (иногда до глубины интимному) образу Достоевского, как он запечатлен в его замечательных по живости и непосредственности письмах [2]

Николай Сергеевич Арсеньев через семью отца и семью матери (Шеншины) тесно связан с Москвой и с Тульской (отчасти и с Рязанской) губернией, но родился он в Стокгольме, в Швеции (т. к. отец его был русским дипломатом) 16/28 мая 1888 года. Большое впечатление произвела на него жизнь в русской деревне, летом — в Новосильском уезде Тульской губернии. Среднюю школу он окончил в Москве (Московский Лицей, где он особенно увлекался греческим языком) в июле 1906 года. Далее он учился на историко–филологическом факультете Московского университета, который окончил в июне 1910 с дипломом 1 степени и с «оставлением при университете для подготовки к профессорскому званию». Готовясь к магистерскому экзамену, он в 1910–1912 гг. слушал лекции в германских университетах: Мюнхене, Фрейбурге и Берлине (по семестру в каждом университете). В течение зимы 1912 года он сдал магистерские экзамены при Московском университете, в марте 1914 года прочитал пробные лекции и был избран приват–доцентом Московского университета по кафедре западноевропейской литературы.

Петр Александрович Валуев (1815–1890), известный государственный деятель середины XIX в., стал писателем уже в последние годы жизни. Первая его повесть — «У Покрова в Лёвшине» сразу привлекла внимание читателей. Наиболее известен роман «Лорин», который восторженно оценил И.А Гончаров, а критик К. Станюкович охарактеризовал как «любопытную исповедь» с ярко выраженной общественно-политической позицией «маститого автора».

«У Покрова в Лёвшине» и «Черный Бор» — лучшее из всего написанного Валуевым. В них присутствует простодушный и истинно русский лиризм. Сочно и живописно описана жизнь провинциальной Москвы и картины усадебной жизни, осложненные мистическими мотивами.

Как религиозный мыслитель П.А Валуев представлен статьями «Религиозные смуты и гонения от V до XVII в.» и «Религия и наука», в которых автор обратился к проблемам богословия и истории церкви.

Произведения графа Валуева впервые приходят к современному читателю.

Место св. Григория в ряду его знаменитых современников. Стремление его ввести в христианское богословие философский элемент; границы этого стремления и причины его. Достоинства и недостатки богословской мысли св Григория. Его оригенизм.

Один из новейших биографов св. Григория Нисского, характеризуя его деятельность в пользу православия, говорит: „не практическое влияние, — слово и мысль суть дело его жизни“ [1]. Эта краткая характеристика должна быть признана вполне справедливой. Если мы сопоставим деятельность св. Григория с деятельностью его знаменитых современников, то действительно окажется, что он заслуживает особенного внимания прежде всего и главным образом в истории христианской мысли. Он несомненно был самым видным представителем христианской науки IV века, потому что более других был научно образован и преимущественно пред другими одушевлен научными стремлениями [2]

В своих произведениях первый латинский христианский автор Квинт Септимий Флоренс Тертуллиан (150/170-220/240) сражается с язычниками, еретиками и человеческим несовершенством. В предлагаемом читателям трактате он обрушивается на гностика Маркиона, увидевшего принципиальное различие между Ветхим и Новым Заветами и разработавшего учение о суровом Боге первого и добром Боге второго. Сочинение «Против Маркиона» — это и опровержение гностического дуализма, и теодицея Творца, и доказательство органической связи между Ветхим и Новым Заветами, и истолкование огромного количества библейских текстов. Пять книг этого трактата содержат в себе практически все основные положения христианства и служат своеобразным учебником по сектоведению и по Священному Писанию обоих Заветов. Тертуллиан защищает здесь, кроме прочего, истинность воплощения, страдания, смерти предсказанного ветхозаветными пророками Спасителя и отстаивает воскресение мертвых. Страстность Квинта Септимия, его убежденность в своей правоте и стремление любой ценой отвратить читателей от опасного заблуждения внушают уважение и заставляют задуматься, не ослабел ли в людях за последние 18 веков огонь живой веры, не овладели ли нами равнодушие и конформизм, гордо именуемые толерантностью.

Для всех интересующихся церковно-исторической наукой, богословием и античной культурой.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Наблюдая за перипетиями парламентских выборов 2012 г., нельзя не восхищаться двумя вещами — уверенностью ПР в своей победе и колоссальной верой оппозиции, что этого не случится. Уже буквально вся Украина затянута в политический водоворот, а мировое сообщество пристально наблюдает, куда он приведёт. Ведь, по сути, победитель предвыборной гонки получит право управлять страной на ближайшие пять лет. Так, кто же придёт к финишу первым?

Власть. Ни шагу назад

Вирусолог – самая престижная профессия в звездной системе Мерриан, а Алена – талантливый вирусолог, что трудится над разгадкой тайны ее народа. Поможет ли ей в этой нелегкой задаче новый начальник исследовательского центра Алексей Уотерстоун? Или их ждут недоразумения, противоречия и неожиданные повороты судьбы?.. Алексей, стремившийся вырваться из-под родительского надзора, попал из огня да в полымя. Новая жизнь, новая работа – все было бы прекрасно, если бы не ужасная сотрудница, что стремится отравить его жизнь. Смириться с женскими выкрутасами?! Как бы не так! Однако не так уж редко бывает, когда взаимная неприязнь между мужчиной и женщиной вдруг перерастает в романтические отношения. От любви не уйдешь, и даже синекожие гуманоиды подчиняются основополагающему закону природы. Но возможно ли совместное счастье для двух столь непохожих существ?

«Ангелы ада» П.Кэйва — кинобоевик, рассказывающий о воинствующих бандах рокеров.

«Смерть любопытной» Д.Шеннона — продолжение сериала о лейтенанте Луисе Мендоза.

«Палач: Новая война» Д.Пендлтона — роман о бывшем «зеленом берете», карающем мафию.