О любви к себе

Клайв Стейплз Льюис

О любви к себе

Перевод: Натальи Леонидовны Трауберг

Отречение от самого себя считают обычно чуть ли не самой сутью христианской этики. Когда Аристотель учит себя любить, мы чувствуем (как ни тщательно он отграничивает должный и недолжный виды филаутии (любви к себе), что эта его мысль -- ниже христианства. Сложнее с Франциском Сальским, когда в особой главе святой автор возбраняет нам питать злые чувства даже к себе самим и советует укорять себя "в духе мира и кротости". Иулиания Норичская проповедует мир и любовь не только к ближним, но и к себе. Наконец, Новый Завет велит нам любить ближнего, как самого себя, что было бы ужасно, если бы мы себя ненавидели. Однако Спаситель говорит, что верный ученик должен "ненавидеть душу свою в мире сем" (Ин. 12: 25) и "самую жизнь свою" (Лк. 14: 26).

Рекомендуем почитать

«Бог есть любовь», — говорит евангелист Иоанн. Когда я в первый раз пытался писать эту книгу, я думал, что слова эти указывают мне прямой и простой путь. Я смогу, думал я, показать, что любовь у людей заслуживает своего имени, если она похожа на Любовь, которая есть Бог. И я разграничил любовь-нужду и любовь-дар Типичный пример любви-дара — любовь к своим детям человека, который работает ради них, не жалея сил, все отдает им и жить без них не хочет. Любовь-нужду испытывает испуганный ребенок, кидающийся к матери.

«В конце концов, — сказала Клэр, — есть же у них право на счастье». Толковали мы о том, что случилось недавно по соседству. Мистер М. бросил жену и ребенка, чтобы жениться на миссис Н., которая тоже развелась, чтобы выйти замуж за не-го. Никто не сомневался, что мистер М. и миссис Н. очень влюблены друг в друга. Если это не пройдет и если они не заболеют, разумно предположить, что они бу-дут счастливы.

Не сомневались мы и в том, что в прежнем браке оба они были несчастливы. Миссис Н. очень любила мужа, но он был ранен на войне, потерял работу, а судя по сплетням — и мужскую силу. Миссис Н. долго с ним мучилась. Мучилась и мис-сис М.: она страшно подурнела — быть может, оттого, что извелась с детьми и веч-но болевшим мужем. Все знали, что М. — не из тех, кто бездумно бросит жену, словно шкурку от высосанной сливы. Он ужасно страдал. «Но сами посудите, — говорил он, — что я мог поделать? Имею же я, в конце концов, право на счастье. Не мог же я терять свой единственный шанс».

Я смотрю на оксфордских студентов и вижу, что с одинаковым правом можно сделать два вывода о «подрастающем поколении», хотя на самом деле студенты по всем статьям отличаются друг от друга не меньше, чем от нас, преподавателей. Множество фактов доказывает нам, что вера — при последнем издыхании; ровно столько же доказательств, что вера возрождается. И то и другое пра-вильно. Должно быть, полезней будет рассмотреть и понять обе тенденции, чем прикидывать на глаз, «кто кого».

Статья опубликована: "Bristol Diocesan Gazett". 1948, август.

Christianity and Culture

Перевод Н. Трауберг

Статья опубликована в журнале «Theology», XL, март 1940 г.

Предисловие к книге «Sobornost» («Соборность»),

изданной в Оксфорде И. Зерновым, 1946

Ни один христианин, даже ни один историк не согласится со словами: «Вера тесно связана с одиночеством». Кажется, Уэсли (не помню, который) сказал, что Новый Завет не знает «одинокой веры». Христианство соборно с самого начала, с первых же письменных свидетельств.

В наше время мысль о том, что вера — дело сугубо частное, как бы занятие для свободных часов, и парадоксальна, и опасна, и естественна. Парадоксальна она потому, что возникла именно в тот век, когда коллективизм грубо подавляет личность во всех остальных областях жизни. Я вижу это даже в университете. Когда я поступил в Оксфорд, студенты объединялись в небольшие, человек по десять, группы, где все прекрасно друг друга знали; если один из нас делал доклад, собирались мы в обычной комнате и спорили часов до двух ночи. Лет через двадцать сотня-другая студентов уже собиралась в большой аудитории, чтобы послушать лекцию заезжей знаменитости. В тех редких случаях, когда нынешний студент не сидит в переполненном зале, он все равно почти не знает долгих прогулок в одиночестве или вдвоем, столь важных для прежнего поколения. Он всегда в толпе; стадность и суета заменили дружбу. Все это существует повсюду, мало того — это очень ценится. Множество людей только и занято тем, чтобы нарушить чье-нибудь одиночество. Называется это «расшевелить», «вывести из апатии», «вовлечь в общее дело» и т.п. Если бы Августин, Треэрн, Воэн или Вордсворт ро-дились в нашем мире, вожаки молодежных коллективов быстро бы их вылечили. Если бы поистине добрый дом — скажем такой, как у Ростовых, — существовал в наши дни, его бы обозвали мещанским, взялись бы за него и не отстали бы, пока не разрушили. Если бы все это не удалось и кто-то еще жил по-своему, его бы допекло радио. Словом, мы изголодались по тишине и уединению, по одиноким раздумьям и настоящей дружбе.

Я — демократ, потому что верю в грехопадение. Обычно демократами бывают по иной причине — Руссо, например, верил, что люди мудры и добры, а потому имеют право править. Опасность в том, что это неверно. Как только об этом догадываются, приходит час бранить демократию. Мне догадываться не надо, я просто знаю себя, а я — не вправе править и курятником. Истинное оправдание демократии в том, что мы — создания падшие, и человеку нельзя доверить власть над собратьями. Аристотель считал, что некоторые годятся только в рабы. Очень может быть. Но никто не годится в хозяева.

За всю мою жизнь я встретил только одного человека, который говорил, что видел привидение. Интересно тут то, что он (точнее — она) как не верил, так и не верит в бессмертие души. Она считает, что ей померещилось или у нее что-то с нервами. Наверное, так оно и есть. Видеть — одно, верить — другое.

Именно поэтому опыт не скажет нам, бывают ли чудеса. Все то вокруг нас, что называется чудом, воспринимают органы наших чувств — мы видим, слышим, ощущаем, обоняем, чувствуем на вкус, а чувства эти могут ошибаться. Если случилось что-то сверхъестественное, мы не всегда вправе считать, что пали жертвой иллюзии. Если вы придерживаетесь философии, исключающей чудеса, вы непременно так и скажете. Мы выносим из опыта то, что нам позволит наша философия; и потому бессмысленно к нему апеллировать, пока мы не решили философских вопросов.

Другие книги автора Клайв Стейплз Льюис

Есть два равносильных и противоположных заблуждения относительно бесов. Одни не верят в них, другие верят и питают к ним ненужный и нездоровый интерес. Сами бесы рады обеим ошибкам и с одинаковым восторгом приветствуют и материалиста, и любителя черной магии.

К. С. Льюис

Философская притча, местами грустная, местами ироничная, местами злая. Действительно глубокая и умная вещь, в отличие от серийно строгаемых тем же Коэльо сказочек.

Заглавие книги может ввести в заблуждение: на самом деле речь идет отнюдь не о разводе. Автор намекает на книгу английского художника и поэта Уильяма Блейка «Бракосочетание Неба и Ада» (1793). В ней утверждается, что Добро и Зло только две стороны единого мира, что они необходимы друг другу, что они питаются друг от друга. В форме притчи-видения Льюис полемизирует с этой точкой зрения. Он изображает Ад в виде большого города, откуда время от времени едет автобус, чтобы отвезти обитателей Преисподней в Рай. Эта «экскурсия» показывает, как нелегко преодолеть «адское» состояние духа, показывает, что брак Добра и Зла невозможен.

Клайв Стейплз Льюис (1898–1963), английский писатель, относится к числу тех авторов (Д. Р. Р. Толкин, Г. К. Честертон), посмертная мировая известность которых явно возрастает со временем. Этот писатель уже успел стать и легендой, и образцом, и учителем.

Льюис — автор 49 крупных работ, одной из которых является его знаменитая «Космическая трилогия» («За пределами Безмолвной планеты», «Переландра», «Мерзейшая мощь»), написанная в жанре НФ.

Льюис уже известен русскому читателю по вышедшим недавно в свет «Хроникам Нарнии».

В этой книге вас ждет знакомство с Льюисом-фантастом.

Однажды в Лондоне летним дождливым днем начались невероятные приключения девочки Полли и мальчика Дигори. Открыв тайную дверцу в комнату дяди Дигори – волшебника, они невольно стали путешественниками между мирами и свидетелями возникновения волшебной страны Нарнии, где звери и люди соседствуют со сказочными созданиями (гномами, фавнами, эльфами и др.) и все живут в мире и радости.

Так ли безмятежен этот новый мир? Зло, несущее ужас, отчаяние и смерть, укрепляется на севере страны. И первое путешествие в Нарнию – это только начало предстоящей битвы за Жизнь.

Лучший нарнийский корабль «Покоритель Зари» был построен по приказу короля Каспиана. И вот уже ветер надувает паруса – неустрашимая команда во главе с королем, Люси, Эдмундом и их племянником Юстэсом отважилась отправиться на поиски семерых лордов, изгнанных диктатором Миразом, к далеким Восточным островам.

Там, где заканчивается мир, – все самое интересное только начинается!

«Пока мы лиц не обрели» — остросюжетный философский роман, «пересказанный миф», по определению самого автора. Вечная история Амура и Психеи ставит вечные вопросы о Судьбе человека и природе Любви — и дает на них ответы.

Весь цикл «Хроники Нарнии» в одном томе.

Юстэс и его подруга Джил были перемещены Великим Львом Асланом в Нарнию, чтобы найти принца Рилиана, сына короля Каспиана.

Хватит ли у детей сил точно запомнить и выполнить сложное задание, противостоять злым чарам королевы Подземья и вернуться в Нарнию со Дна Мира?

Популярные книги в жанре Христианство

Существует неоспоримая связь между боговдохновенностью Библии и установившимся каноном Библии. Как последователи иудаизма, так и христиане традиционно считают инспирацию (боговдохновенность) неотъемлемым внутренним качеством Писания, на котором зиждется его авторитет. И хотя раздаются голоса, отрицающие всякую связь между инспирацией и канонизацией[1], противоположная точка зрения является гораздо более распространенной[2].

В нашем столетии в особенности, начиная с 1960-х годов, дискуссии относительно библейского канона разгорелись с новой силой[З]

В эти последние дни двадцатого столетия вопросы морали приобретают особое значение. Этическая система должна с одной стороны предстать на поверку перед ее философским и научным осмыслением, а с другой соответствовать жизненным реалиям нашего времени. Автор данной работы проводит тщательный анализ четырех главенствующих взглядов на этику, происхождением своим обязанных релятивистскому лагерю. Анализируя эти взгляды как в свете законов логики, так и с точки зрения их соответствия жизненным реалиям, автор показывает, что эти взгляды вовсе не являются релятивистскими. Скорее, они автономны по своей сути. Будучи исполнены субъективизма и предвзятости, эти взгляды, тем не менее, вытесняют традиционную этическую культуру Запада, заменяя ее другими моральными абсолютами.

В маленькой африканской стране Бенин был отмечен рекорд случайного попадания в цель. Некто Мэтью Гой, играя в гольф, сделал неплохой удар, но случайно задел при этом птицу. Птица этого не ожидала и потеряла контроль над своим полетом. Дальше события развивались так: птица влетела в воздухозаборник военного реактивного самолета, летевшего низко над землей на малой скорости. Самолет потерял управление и рухнул на стоянку, где стояли остальные 4 самолета ВВС Бенина. Таким образом, одним ударом по мячику для гольфа были начисто уничтожены ВВС целой страны.

Немногим более 130 лет назад в Россию пришло духовное пробуждение под названием «Баптизм» и «Евангельское Христианство». Россия получила евангельское учение, которое несло освобождение российскому люду от догмы православия, которое уже не удовлетворяло духовные запросы людей, чьи души жаждали истинного света. Нет, не отблеска от лампады или свечки у иконы Николая чудотворца, а ясного и чистого света, исходящего не от людей и не от храмов, а от Единого Бога, проникающего прямо в душу и озаряющего ее небесным светом.

Работа манихейского богослова Фауста Нумидийского «Ответ католику» (название дано переводчиком на русский язык) сохранилась благодаря его современнику и оппоненту блаженному Августину, полностью или частично включившему её в своё сочинение «Contra Faustum Manichaeum» («Против Фауста-манихея»).

Святоотеческое учение о собственности, богатстве, бедности и милостыне.

Неизреченна милость Господа к нам, грешным. И все же, несмотря на великую любовь к людям, Иисус Христос – строгий Судия наших мыслей и дел. Иногда даже святые заступники не в силах умолить Его о помиловании согрешившей души. И лишь Пресвятая Богородица матерними молитвами может изменить решение Своего Божественного Сына. Она – наша Заступница, единая наша Надежда и Помощь. Так будем же неустанно восхвалять и славословить Пречистую Деву Марию: «Радуйся, Благодатная; радуйся, Обрадованная; радуйся, Преблагословенная, Господь с Тобою и Тобою с нами во веки веков».

Две книги о преставлении брата его Сатира."…Теперь мы, любезные братья, проводили жертву, жертву непорочную и богоугодную, господина и брата моего Сатира. Помнил я, что он был смертей, и не обманулся в том, но благодать преизбыточествовала. Итак, не сетовать, но более благодарить Бога подобает мне, ибо всегда я желал, что, если какие возмущения или Церкви, или мне угрожают, то в основном они бы пали на меня и на дом мой. Благодарение Богу, что я во время общего этого страха, когда все опасаются варварских продвижений, печаль всех окончил собственной моей, и на меня одного обратилось то, чего боялся я для всех. И да благоволит Бог, чтобы печаль моя была общим искуплением…"

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Пола ЛЬЮИС

Дом на улице Чудес

Перевод с английского А.Н. Сергеевой

Анонс

Джейми нелегко приходится в этой жизни.

И вдруг кажется, будто всем ее невзгодам приходит конец: некто, пожелавший остаться неизвестным, оставляет молодой женщине в наследство дом. Правда, ставит при этом два странных условия: прожить в доме определенный срок.., и в течение этого срока выйти замуж. Вот тут-то Джейми и начинает подумывать о том, что рано обрадовалась неожиданному подарку, тем более когда выясняется, что в доме уже есть жилец...

Синклер Льюис (1885—1951) — знаменитый американский писатель, получивший Нобелевскую премию в 1930 г. «за мощное и выразительное искусство повествования и за редкое умение с сатирой и юмором создавать новые типы и характеры». В том включен один из лучших романов писателя, в центре которого — личная судьба и научная деятельность одаренного врача-бактериолога Мартина Эроусмита. По признанию автора, это его «любимая книга», в которой «больше жизни и движения», чем в других его романах. Печатается также Нобелевская речь писателя.

Мистер Блингхем, чтоб ему жариться на вечном огне, был помощником казначея в компании «Деликатес». Он ехал из Нью-Йорка в Уиннепег в сопровождении своей жены и препротивной дочки. Разумеется, истых нью-йоркцев только деловые надобности могли заманить в такую глушь, и все, что лежит западнее штата Пенсильвания, вызывало у них презрительное фырканье. Они потешались над тем, что Чикаго посмел завести у себя небоскребы и что Мэдисон претендует на звание университетского города, а при въезде в Миннесоту, увидя плакат, рекламирующий «Десять Тысяч Озер», даже остановили машину и завопили от восторга.

Сьюзен ЛЬЮТ

Незнакомка номер три

Перевод с английского Е. Богачевой

Анонс

Когда-то давно Элинор сходила с ума от любви к красавцу Диллону. Она уехала и десять лет старалась не вспоминать о нем, надеясь, что время излечит ее от неразделенной страсти...

ПРОЛОГ

Элинор Силкс Роуз сидела на скамье в церкви и думала о том, как несправедлива порой бывает жизнь. Ведь это она, Элинор, должна была сейчас стоять перед алтарем. Но жизнь распорядилась иначе: ее первая любовь, Диллон Стоун, вел под венец темноволосую красотку Джоан Батлер. Лучший парень в мире достался этой милашке.