О любви и других чудовищах

О любви и других чудовищах
Автор:
Перевод: Г. В. Соловьева
Жанр: Научная фантастика
Год: 2010
ISBN: 978-5-389-01186-1

Это история Аруна, молодого индийца, забывшего о своем детстве и своей юности. Арун — вечный чужак в нашем странном мире, мире тем более для него странном, что Арун обладает необычной способностью ощущать души и умы тех, кто рядом. Ощущать их, манипулировать ими, а еще — влюбляться в сам разум, а не в носителя.

В начале книги приведены краткие сведения об авторе.

Отрывок из произведения:

Молодая писательница Вандана Сингх родилась и выросла в Индии, в настоящее время вместе с семьей живет в Соединенных Штатах, где преподает физику и пишет прозу. Ее рассказы печатались в нескольких выпусках «Polyphony», а также в «Strange Horizons», «InterNova», foundation 100», «Rabid Transit», «Interfictions», «Mythic», «Trampoline» и «So Long Been Dreaming». В Индии Сингх опубликовала детскую книжку «Янганкл приезжает в город» («Youngoncle Comes to Тогт»). Недавно увидел свет первый сборник писательницы «Женщина, которая считала себя планетой, и другие рассказы» («The Woman Who Thought She Was a Planet and Other Stories»), а также отдельным изданием был выпущен рассказ «О любви и других чудовищах».

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Сергей Жемайтис

Рассказ для детей

(отрывок из романа "Плавающий остров")

Город из золота и перламутра погибал. Рушились дивные дворцы. Зловеще пылали руины. Высоко в небо взмывал фейерверк искр. В несколько минут от былого величия на горизонте осталась лишь узкая сумеречная полоса. Сверху медленно опускался занавес, вытканный тяжелыми звездами.

Любители тропических закатов расходились с площадки у большого лабораторного корпуса. Павел Мефодиевич щелкнул крышкой старомодного футляра, в котором он хранил съемочную камеру.

Александр ЗИБОРОВ

АЛИ-ЛЕВ

Это было необычно, загадочно и немного обидно: дверь хозяйственной комнаты родители закрыли на замок. Маленький Алишер недоумевал: почему мама с папой закрыли ее? Прячут что-то такое, что видеть ему нельзя? Обидно, а ведь завтра у него день рождения, могли бы быть к нему повнимательнее... И тут же мальчугана осенило. Завтра день его рождения! Именно в этом и таится разгадка, ведь точно так же все было и год назад! Сердце мальчика радостно забилось: за дверью, конечно, ему был приготовлен подарок. Просто родители не хотят показывать его раньше времени, а потому закрыли дверь. Интересно, что там на этот раз? В прошлом году ему подарили одноместную авиетку с антигравитационным двигателем, которая управлялась автоматически. Ух, какая забавная игрушка! На ней он весь Таджикистан облетал. До Хорога и озера Каракуль добирался, а однажды, на каникулах, побывал у самого пика Коммунизма на Памире. Постоянно летал из Душанбе в Пенджикент, к своему дедушке Холмату-бобо, самому знаменитому ткачу абра - шелковых тканей с феерическими узорами, напоминающими раскрашенные облака. Все зовут дедушку устодом - мастером-виртуозом. Любопытство снедало Алишера: каким же будет новый подарок? Мальчуган вздохнул. Ничего он не мог с собой поделать. Эх, была не была! Конечно, нехорошо без разрешения заходить в закрытую комнату - раз ее закрыли, значит, так надо. Но уж чересчур велик соблазн. Дверь закрывалась специальным кодом. Мальчику код был неизвестен, но он знал, что можно сделать. Он подозвал домашнего робота. Робот запрограммирован на беспрекословное подчинение человеку. Робот знает код, потому что он должен убираться в хозяйственной комнате, даже если она закрыта. Щеки Алишера пылали от стыда: хоть робот и неодушевленный механизм, но он все равно обманул его. И родителей тоже, а это было еще хуже. Они ведь могли приказать роботу не открывать комнату, если об этом попросит сын, но не сделали этого. Алишер оказался недостойным их доверия. Сознание вины омрачило настроение мальчика, но тут створки дверей разошлись, скользнув в стены, и он увидел... Посреди комнаты в полуметре над полом в воздухе висела голубая сфера диаметром метра два, а на ее боку были черные буквы, стилизованные под арабский шрифт: "Библохронокар-1 эи". Теперь он все понял! Хронокар - это же времяход индивидуального пользования, иначе говоря - машина времени. Он читал о нем. Только что же означает непонятная приставка "Библо..."? Похоже... похоже вроде на слово "библиотека". Но как это связывается с машиной времени? Этого мальчик понять не мог и подумал: "Ничего, потом папа все расскажет, объяснит". Ах, какие у него хорошие папа с мамой! Самые лучшие в мире! Теперь у него будет своя собственная машина времени. Ни у кого в его 3-м "Б" классе такой еще нет. Но он, конечно, всем друзьям даст попутешествовать по времени. В памяти Алишера всплыл недавний разговор родителей о том, что уже разрабатывается модель времяхода для детей. Как раз в институте изучения пространства - времени, где работает отец. Вот хитрецы! Знали же, что подарят хронокар, и подготавливали его. То-то папа тогда поглядывал на него хитрющими глазами, Входной люк времяхода был приоткрыт. Я лишь погляжу одним глазком, что там внутри, и сразу же выйду",- успокоил свою совесть мальчик, прекрасно зная, что на этом он, конечно же, не остановится. Просто нет сил остановиться, когда перед тобой машина времени, которая завтра будет твоей. Днем раньше, днем позже - какая разница! Он вошел в люк. В кабине автоматически включился мягкий свет, а люк закрылся. Внутри аппарата было почти пусто: только глубокое кресло и пульт управления перед ним. Стены голы, окрашены в матовый белый цвет, Алишер уселся в кресло и стал разглядывать многочисленные датчики, экранчики, указатели, кнопки, клавиши и переключатели. Вот здесь на табло сегодняшняя дата и время - 17 апреля 2156 г., 13 час. 29 мин. Рядом такое же табло, но под ним клавиши с цифрами. Видимо, на них нужно набирать год, день и время, в которое желаешь попасть. Конечно, только в прошлое. В будущее машины времени пока не ездят. Почему - этого мальчик не знал, ведь теорию пространства - времени они будут проходить еще не скоро. А вот две клавиши с красными предупреждающими надписями: "Отправление" и "Возвращение". Как просто! Любой может пользоваться времяходом. Указываешь, в какое время прошлого намеоен совершить путешествие, и нажимаешь вот эту клавишу, а захоел вернуться - нажимаешь вторую. Ничего хитрого нет! Удержаться Алишер не смог. Он успокоил себя тем, что родители вернутся не скоро: папа обычно работает допоздна в своем научном институте, а мама стюардесса пассажирского космолета "Памир" - утром улетела на Луну и тоже будет дома поздно вечером. Он успеет, успеет... Число и год он набрал наугад. Вдавил клавишу "Отправление". Тотчас же тихо загудел мотор, едва заметно завибрировал пол. Свет погас, и наступила чернильная темнота. Потом стены хронокара стали светлеть, и, наконец, внутрь хронокара проник солнечный свет. Алишер удивленно и восторженно огляделся. Хронокар оказался у самых ворот крепостных стен необычайной толщины какогото города. За ними виднелись глинобитные кибитки, чахлые садики, цветные купола мечетей и высокие стройные минареты. У ворот толпились люди с мешками и котомками. Здесь же были ослики и верблюды с поклажей. На Алишера никто не обращал внимания, но он знал, что так и должно быть: хронокар невидим для людей прошлого. Знал он и то, что человек из будущего не имеет права вмешиваться в их дела, чтобы не нарушить невзначай ход исторического процесса. Можно только наблюдать. Правда, есть люди, которые подолгу живут в прошлом, это - времяпроходцы, есть такая профессия, но они подолгу готовятся, изучают языки, обычай, нравы той эпохи, и никто в прошлом не подозревает, что они прибыли из будущего. У крепостных ворот была давка: каждый стремился поскорее попасть в город, но прежде следовало заплатить пошлину. В эту минуту сборщик пошлин вел разговор с мужчиной крепкого сложения, широкоплечего, с короткой черной бородой и с пронзительными смеющимися глазами. На поводу мужчина вел серого осла. Алишер прислушался к его разговору со сборщиком пошлин. Внешние микрофоны доносили каждый звук. - Откуда ты пришел и зачем? - задал вопрос сборщик. Веселый бородач ответил: - Я приехал из Испании, о пресветлый господин. Здесь, в Бухаре, живут мои родственники. "Я нахожусь у ворот Бухары",- догадался Алишер, Сборщик почесал затылок, запустив кургузые пальцы под грязную, засаленную чалму. - Так. Ты едешь в гости к своим родственникам. Значит, ты должен заплатить гостевую пошлину. Пришелец возразил: - Но я еду к своим родственникам не в гости, Я еду по важному делу. - По делу! - оживился сборщик пошлин.- Значит, ты едешь в гости и одновременно по делу! Плати гостевую пошлину, деловую пошлину и пожертвуй на украшение мечетей во славу аллаха, который сохранил тебя в пути от разбойников. По лицу бородача пробежала легкая гримаса, словно он готовился ответить едким словом, но сдержал себя. Со вздохом развернул пояс и отсчитал требуемую сумму, после чего у него осталось лишь несколько жалких медяков. Но и их не пожелал упускать наглый сборщик. Глаза его загорелись алчным огнем, и он схватил мужчину за руку: - Подожди! А кто же будет платить пошлину за твоего ишака? Если ты едешь в гости к родственникам, значит, и твой ишак едет в гости к родственникам! Бородач бросил последние монеты бесстыдному сборщику пошлин, сел на осла и произнес внешне смиренно: - Ты прав, о мудрый начальник. У моего ишака в Бухаре действительно великое множество родственников, иначе наш эмир с такими порядками давным-давно полетел бы с трона, а ты, о почтенный, за свою жадность попал бы на кол! С последними словами он пнул осла пятками в брюхо, и тот с места понесся вскачь, взметывая копытами мелкие камушки и комья глины. Сборщик пошлин онемел, затем побагровел, налившись кровью. Задыхаясь от злобы, он приказал стражникам пуститься в погоню за оскорбителем. А тот в это время уже лихо заворачивал за угол дома в ближайший переулок. Присутствующие усмехались в бороды. Слышались восклицания: - Вот ответ, который сделал бы честь самому Ходже Насреддину. Алишер вскрикнул: как же он не догадался, ведь это был именно Ходжа Насреддин! Именно с ним произошла эта история, он читал в книге. Сомнений нет, это он, сеятель раздора и возмутитель спокойствия. Так вот ты каков. Ходжа Насреддин!.. Значит, он существовал на самом деле? Успокоившись, мальчуган решил отправиться дальше в прошлое и перевел время сразу на тысячу лет назад. Все повторилось: темнота, тихий гул моторов, вибрация... На этот раз он оказался в помещении старинного дворца, которое освещали золотые светильники. Пол в помещении был устлан пушистыми коврами. На небольшом возвышении среди груды подушек восседал властного вида мужчина средних лет в богато расшитом золотом халате, а рядом были две женщины в полупрозрачных кофточках и цветастых шароварах. Женщина помоложе произнесла: - Сестра, уже наступила ночь, и я хочу услышать продолжение твоей интересной истории, если соблаговолит наш повелитель. Обе повернулись к мужчине. Тот поощрительно улыбнулся, давая разрешение. Все трое уселись поудобнее, и старшая начала рассказ: - Дошло до меня, о счастливый царь, что Абд-Аллах морской сказал рыбаку: "Когда ты придешь в это место и не увидишь меня, позови и скажи: "Где ты, о Абд-Аллах, о морской?" И я сейчас же окажусь подле тебя. А ты - как твое имя?" - "Мое имя Абд-Аплах",- ответил рыбак. И морской сказал: "Ты Абд-Аллах земной, а я Абд-Аллах морской. Постой здесь, я пойду и принесу тебе подарок".-"Слушаюсь и повинуюсь!"-сказал рыбак. И Абд-Аллах морской ушел в море... "Да ведь это же Шахразада! - воскликнул про себя Алишер.- Она рассказывает сказки царю Шахрияру. Об этом в книге "Тысяча и одна ночь" написано. А с ней ее сестра... Забыл, как звать ее. Расскажу ребятам - не поверят, что я видел саму Шахразаду, Вот удивятся!" Еще некоторое время мальчик слушал историю о рыбаке Абд-Аллахе земном и Абд-Аллахе морском, но потом сказка показалась ему довольно скучной, и он отправился дальше в глубь времен... Было утро. Над степью всходило оранжевое лохматое солнце. Слева и справа от хронокара виднелись шатры, древки копий со стяами, лохматые бунчуки. Вокруг костров сидели вооруженные люди. Друг против друга расположены были два вражеских стана. В стане справа возникло оживление, засуетились, забегали люди, седлались лошади. В толпе слуг появился всадник на могучем скакуне. Навстречу ему выехал соперник на такой же рослой лошади. Они съехались почти у самого невидимого им хронокара. Противники были достойны Друг друга. Оба богатырского вида, в полном воинском убранстве, только один уже был с седой бородой, а щеки второго покрывал юношеский румянец. Молодой приветливо улыбнулся старому и заговорил стихами:

Михаил Зислис

Живyщий в Замке Истока

В непpоглядной толще ночи шел некто. Он смотpел на потyхшие окна-глаза домов и дyмал: "И этот гоpод стал моим".

Он настyпал на обpывок газеты, некогда кpасочного жypнала или одежды, и повтоpял пpо себя: "Я обpатил все это в пpах".

И ночь томно дышала емy в спинy: "Mолодец...".

Hа площади Свободы догоpали останки книг из библиотеки. Ветеp пинал бесфоpменные комки съежившихся в пламени стpаниц и шептал: "Хоpошо сие. Ты владеешь стихиями!".

Лев Вершинин

Героика. Страницы поэзии

Содержание:

Курганы "На князе кольчуга до пят" Баллада о непостижимом "Почти что нет ночей у лета..." Сибирская легенда "На деревне парень угнал коня" Болотные мужики Декабрьский сон Баллада о Георгиевском кресте "На истрепанной книги пожелтевших страницах" Августовский полонез "Историк был талантлив в меру..." "Роты двигались на Трою..." Как рождаются боги? Дары судьбы

Курганы

Тамара Ветрова

Город, которому ничто не грозит

Рассказ

Уроки учителя Казимира Ивановича

Казимир Иванович преподавал в средней школе основы разговорной речи растений. Как на всякого новатора, на него косились, но помалкивали, потому что ведь неизвестно: вдруг это и есть самый совершенный способ воспитания - разговаривать с цветами... или с плодами... Все понимали, что Казимир Иванович работает над диссертацией (а он не работал над диссертацией!), ворчали, что эксперимент затянулся, результатов же, между прочим, пока не видно... Однако корреспондент областной газеты поговорил с учителем, с ребятами ("Что изменилось в вашей жизни?" - спросил корреспондент ребят. "Крну, диннь!" - загомонили шестиклассники. "А в футбол играете?" - спросил корреспондент, не смущаясь. "Оли! Оли!" Казимир Иванович стоял, выставив вперед одно ухо, и одобрительно кивал). После разговора в газете появилась большая статья под названием "Учитель, воспитай ученика!", и коллеги и проверяющие окончательно махнули на эксперимент рукой, и вооружась терпением, с результатом торопить перестали. А Казимир Иванович, благожелательно улыбаясь, продолжал являться каждое утро на свои диковинные уроки. О личной жизни Казимира Ивановича не знали. Известно было лишь, что он закончил Вичградский государственный университет. А больше ничего не было известно. (Стыдно сказать, но не знали даже, что это за Вичградский университет такой. Не было сроду такого университета, хоть убейте, не было!) Однако диплом был в полном порядке, и лишь там, где значилось отделение, имелась еще одна неясность: отделение именовалось "Наука и жизнь". Диплом Казимира Ивановича вызвал даже некоторый переполох, но справки, наведенные заведующим гороно, успокоили. Все оказалось в порядке, товарищи, все в полном порядке: и отделение "Наука и жизнь", и сам Вичградский университет. "И вообще, - добавил, стесняясь своей одышки, заведующий гороно, - не будем строить преграды на пути молодых специалистов". При этом Казимир Иванович был вовсе не молод. Скорее, пожилой человек с обозначившейся лысиной и сединой на висках. Ну, да дело не в этом, а в том, что вел он в своей средней школе основы разговорной речи растений, оценки выставлял по многобалльной системе, объясняя это тем, что успехи его учеников не укладываются в традиционные 5 баллов. "700", "850" - вот вполне обыкновенные оценки на его уроках. Каждое утро в школьной раздевалке Казимир Иванович вежливо раскланивался с нянечкой, ставил в угол мокрый зонтик, вокруг которого тотчас же образовывалась серая лужица, несколько раз проводил расческой по серым своим волосам... И одновременно со звонком являлся перед своими учениками. Ребята встречали Казимира Ивановича кто где. По двое-трое на каждом подоконнике, были и такие, кто в стремлении угодить учителю теряли чувство меры и вертелись колесом перед классной доской, некоторые, совсем немногие, сидели за партами. - Окна! - повелительно говорил Казимир Иванович. Раскрывали окна, все три, и дождь начинал стучать по подоконникам, мокрые ветви тополей кротко дрожали в появившемся пространстве. - Степанов, Иванов, Полещук, в сад! Легко перемахнув через подоконник, трое сигали в сад. Высунувшись вслед, Казимир Иванович наставлял: - Два-три предложения, не более: приветствие... Какой сегодня дождь... Что нового поведали корни... Вы поняли меня, Степанов, Иванов, Полещук? О да, они поняли его, они уже сгинули среди ветвей, не оставив на мокрой дорожке и следа... - Ну, а теперь, - говорил Казимир Иванович, - небольшая распевка. - Тью, кью, кью... тирли - кви, кви, - подхватывали за учителем ученики. - Что за уроки, - сомневалась нянечка, протирая подоконники в коридоре. - Клинннь! - отвечала проходившая мимо завуч, Казимир Иванович и его ученик Стасику посчастливилось быть учеником Казимира Ивановича. И прежде, и сейчас он был ничем не примечательным человеком, так же, как и его мама-портниха и отец-шофер. Маму Стасик любил, а отца уважал, ведь даже в пятницу, выпив пива, отец говорил только верные вещи, разбирался в жизни так, что все вокруг ходили на цыпочках и слушали, разинув рот. Прослышав о новом учителе сына, отец сказал, как припечатал: "Умных учить и дурак сумеет, а пусть-ка нашего дурня научит". Он называл Стасика дураком, а тот не обижался, потому что, признаться, и сам умным себя не считал. И удивительно даже, думал Стасик, почему Казимир Иванович выбрал его? Не Кирковец Оксану и не Вальку? Именно ему, Стасику, велено было явиться в 18 часов 30 минут на улицу Пушкина, 3/1, не имея с собой ни тетради, ни ручки, ни карандаша. "А учебник приносить?" - спросил Стасик. "Ни в коем случае!" - воскликнул в испуге Казимир Иванович. - Может, подтянешься по русскому, - грустно сказала мать, провожая Стасика к учителю. - Не паси его! - крикнул из кухни отец. Стасик ушел. На улице он тут же промок до костей, его болоньевая курточка увяла и облепила плечи и спину. Стасик сплюнул под дождь и, подпрыгивая, побежал на Пушкина, 3/1. Это было рядом, за поворотом. То есть рядом была улица Пушкина. Были дома 1 и 5, напротив - 2 и 4. Дома под номером 3/1 не было вовсе. Стасик растерянно остановился, поеживаясь. Он догадывался, что совершил какую-то ошибку, чего-то недослышал. - Куликов! Что же ты не заходишь? Это кричал Казимир Иванович. Как показалось Стасику, откуда-то сверху. - А дом-то где? 3/1? - буркнул Стасик смущенно и не очень вежливо. Он страшно стеснялся, потому что впервые шел в гости в учителю. - Второй этаж, прямо. Вон лестница, - сообщил Казимир Иванович. И тут Стасик сообразил. И осторожно полез по лестнице. Казимир Иванович жил в просторном дупле старого дуба.

Станислав Востоков

В поисках скепетарля

(два авторских листа)

Глава первая Редкость космического масштаба

Василий Петрович Сотник никогда в Академии Наук не был, да, вобщем-то туда особенно, и не стремился. Он с детского сада мечтал стать водителем космического грузовика дальнего следования и когда другие дети лепили "пирожки" из песочка, Петр Васильевич набивал лифт детского сада стульями и цветочными горшками и ехал наверх. Поскольку наверху располагался кабинет заведующего детским садом, способности ребенка быстро заметили и стали развивать их в соответствующую сторону. В школе он узнал, что существует столько разных выдающихся химиков, физиков, художников и композиторов, что пытаться пробиться между ними совершенно бесполезно. Зато портрета ни одного выдающегося шоферакосмического грузовика в школе не было. Не было хотя бы потому, что тогда в 30ых годах 21 века это направление космонавтики только начало свое развитие и еще не успело обзавестись своими героями и выдающимися деятелями. Самые дальние грузовики следовали до Марса, с населением которого едваедва был установлен контакт и были они в основном автопилотируемые. Настоящие дальногрузы только закладывались на орбите Земли. Вот почему школа лишь укрепила намерение Сотника стать водителем грузовиков и он, ни секунды не колеблясь, по ее окончании школы на Луну, поступать в Летное Лунное Училище. Петр Васильевич, выйдя из флаера, с интересом осмотрел древние колонны с завитушками, вздымавшиеся вверх, под нависавшую "тупым" треугольником крышу, и потянул массивную кованную ручку, которую наверняка, в свое время тянули Вернадские и Пржевальские. Вестибюль выложенный красно-белыми плитками в шахматном порядке был явно больше здания. Вероятно, в свое время его расширили в подпространство, как делали со многими зданиями имевшими культурную и историческую ценность, когда они уже не способны были вмещать институты и музеи их населяющие. На фоне канделябров в рост человека и витых перил несколько выделялись аппараты выдачи бутербродов и столбики разлива горячего чая, но профессорам тоже нужно питаться. Не бежать же из-за этого в индийскую столовую напротив или простянское кафе на углу. Люди науки время экономят максимально. Поэтому некоторым особо выдающимся даже провели продуктопроводы прямо в кабинеты. Чтобы из-за необходимости бежать за сэндвичем, не стало одной теоремой какого-нибудь Ивановского меньше. Петр Васильевич не стал пользоваться лифтом и пошел по широкой баринской лестнице, аккуратно ставя космоботинки с толстой пневмо-подошвой на красную дорожку, взбегавшую на второй этаж. На площадке, после которой лестница поворачивала на второй этаж, робот-уборщик протирал пылесосом портрет Циолковского. - Не пдоскажите, где тут кабинет... - Сотник запнулся. Потом достал видеокнижку и, нахмурив брови, прочитал: - ... академика Плерьяшина. Робот в голубом пиджаке с лацканами и красном галстуке (академики во всем требовали соблюдения научности ( кроме бутербродов)) приложил указательный палец к подбородку и задумчиво посмотрел в белые своды потолка. Сотник подумал, что для полноты картины, роботу-уборщику не хватает только пышных усов и бороды, как у древних дворецких. Наконец логическая цепочка электронного мозга замкнулась. - В правом крыле он, - сообщил робот, - в конце по коридору, двести шестая комната... Основоположник изучения неземных животных и один из открывателей феномена Травоядных Планет! - торжественно добавил робот. - Всегда стараюсь бывать на его лекциях. Тут он сошел на шепот и доверительно сообщил Сотнику. - Думаю поступать летом в МГУ на биофак. - Ну ни пуха ни пера, - сказал Сотник, направлясь на второй этаж. - К черту, - ответил робот, незаметно сплюнул три раза через левое плечо и тихо постучал по раме с портретом выдающегося ученого. В сумрачном коридоре, наводящем мысли на загадку создания вселенной и происхождения разума, иногда попадались задумчивые доктора наук. В самом конце Петр Васильевич нашел нужную дверь. Он негромко постучал. - Да-да, - пригласил глубокий научный голос. Дверь автоматически распахнулась и Сотник вошел в неярко освещенное помещение. За крышкой гравистола, парящего с компьютером и томами электронных книг над полом, сидел крупный человек и, не отрываясь глядел, на монитор. Руки человека быстро сновали по клавиатурной доске. Человек бросил быстрый взгляд на Петра Васильевича, и сконцентрировав его снова на экране, сказал: - Минуту. Сотник присел на антигравитационный диван. На подоконнике в лучах утреннего солнца грелось какое-то существо, явно неземного происхождения. Оно было похоже на древнюю кольчугу, потому-что состояло из миллионов маленьких металлических колец, соедеененных между собой. Его большеглазая голова была покрыта проволочными волосами. Временами оно со звоном чесалось одной из шести лап. Наконец академик еще раз пробежался по кнопкам и, на секунду задержав руку над клавишами, щелкнул по панели. Потом он обратил к свое улыбающееся лицо к Сотнику, тихо ждавшему на диване, и, как-бы оправдываясь сказал. - Завтра лететь на конференцию в Париж, по проблемам небелковой жизни. Времени в обрез. Ничего не успеваю. Просят доклад о разнице обмена веществ между существами с газовой и железной основой. Человек встал, широкими шагами подошел к Сотнику и протяну ему руку: - Вы не интересуетесь небелковой жизнью? - Нет, -смущенно ответил Сотник, - и пожал протянутую ладонь. - Ну, хоть кому-то она без надобности, - рассмеялся человек, - а то мне стало казаться, что этим вопросом все три миллиарда землян занимаются. Ну и правильно. Лучше голографические марки собирать или пуговицы (пуговицы к тому моменту на Земле сохранились только в музеях и частных коллекциях). Петр Васильевич застенчиво посмотрел на свои ботинки и уши его покраснели. Он с малолетства собирал голографические марки. Тут академик стал серьезным. - Теперь я вам изложу суть дела... , м-м, - не желаете ли чаю? Сотник кивнул. Плерьяшин поднялся и нажал несколько клавиш на стене. Внутри что-то загудело, щелкнуло и в руки академику акуратно выехал поднос с двумя чашками чая, бутербродами и блестящим порошком в мисочке. Он подошел к Петру Васильевичу и поставил еду на диван. - Прошу откушать, - пригласил Плерьяшин. Затем повернулся к существу на диване и негромко позвал: - Динь-динь-динь. Существо заскрипело, побрякивая спрыгнуло на пневмоковер и подбежало к поставленному на пол блюдечку. - Трутль с Протрутля-, сказал Плерьяшин задумчиво посмотрел на животное, втягиающего порошок на манер пылесоса. - Весь состоит из одинаковых молибденовых колец и совершенно непонятно как живет. Крови нет, мозга нет. Пищеварительной системы, и той нет. Тем не менее обожает сухое магниевое молоко. Тем временем трутль дотянул молоко и снова вспрыгнул на подоконник. - Загадка природы! -протянул академик. - Ну теперь к делу. Мы к вам, как к ведущему специалисту перевозок животных обратились. - Ну уж ведущему! - потупился Сотник. - Так, возим по-маленьку. - Зато как возите! - всплеснул руками акдемик. - О ваших транспортировках книги писать можно. - Книги о чем угодно писать можно, - ответил Петр Васильевич, только не все читать будут. - Вы правы, - согласился Плерьяшин. - И тем не менее только ваш авторитетный опыт доставки животных в межпланетном пространстве, способен помочь Вселенной. Лимон из чая чуть не встал Сотнику поперек горла. - В Галактике исчезли скепетарли. Сотник понимающе кивнул, хотя кто такие скепетарли, не знал. - Скепетарли или вакуумные ящеры, иногда залетют на планеты поесть или построить гнездо, но живут в открытом космосе. Знают там все места свертки пространства и пользуются ими для сокращения пути от системы к системе в период миграций. Но погубило их не это. Дело в том, что они полуразумны. - Это как?- не понял Петр Иванович и откусил большой кусок бутерброда. - А так, огонь использовать еще не научились, а между собой звуковыми сигналами уже общаютсяя. Как дельфины. - Ага! - понял Петр Иванович и откусил еще. - Вот, посмотрите, - Плерьяшин протянул капитану голографию, чернобелого, существа, - летящего в межзвездном пространстве. - На кого похоже? - Да это же... - ахнул Сотник. - Правильно, - кивнул академик, - сорока. - Только в чешуе, почему-то. - удивился космонавт. - Конвергенция, - отметил Плерьяшин, - организмы попадающие в сходные условия жизни в процессе эволюции становятся внешне похожими, потому что обитание в какой-либо среде располагает к определенным формам. Сотник глубоко задумался над словами профессора. - Ну например, если лошадь вдруг начнет есть червей и переселится в норы, через миллион лет она станет похожа... - На крота! - хлопнул себя по лбу Сотник и разлил чай. - Вы улавливаете ход моих мыслей, - довольно кивнул академик (недаром он считался блестящим лектором), хотя при этом внутренне останется той же самой лошадью. Так и здесь, этот ящер обожает утаскивать различные блестящие штуки. А поскольку он полуразумен, значит его ящерята должны играть с какими-то блестящими предметами. А поскольку, гнездится скепетарль в осносвном на планетах ненаселенных, то какие блестящие вещи он может приносить в гнездо? - Золото, бриллианты! - чуть не выкрикнул Сотник и пожалел, что не пошел в биологи, обнаружив в себе такие способности. - Верно. И ящер вскоре стал объектом охоты космических браконьеров, рыскающих по Галактике в поисках его гнезд, набитых золотыми слитками и драгоценными камнями, которые они сбывали на отсталых планетах, где еще используются деньги. Постепенно уникальных животных становилось все меньше и меньше. Несколько планет, где они гнездились, были объявлены заповедниками, но это не спасло скепетарлей от уничтожения. Браконьеры пробирались за золтом в самые потаеные уголки космоса в поисках наживы. Они прикидывались то научными сотрудниками, то кинематографистами, снимающими фильм о жизни редких ящеров. А самый беспринципный торговец зверями Чхникс-К, даже писателем-анималистом, описывающем повадки рептилий, для своего художественного произведения. В результате на всю галлактику остался один известный науке скепетарль. И теперь за ним гоняются уже не как за добытчиком золота и камней, а как за редкостью галактического масштаба. На некоторых планетах низкого уровня цивилизации даже объявлена награда тому, кто доставит ящера в местный зоопарк! Академик горестно поник. Затем поднял на Сотника грустные глаза. - Все что мы можем сделать, это поймать последний экземпляр и сохранить его на Земле. Возможно со временем нам удастся получить из его клеток других ящеров, а затем выпустить снова в космос. Плерьяшин встал достал объемную карту галактики и разложил ее на столе. Миниатюрные копии созвездий зависли над столом. Сотник поднялся с гравидивана и подошел к карте. - Вот тут он где-то. Академик указал на звездное скопление у созвездия Весов. - В Зеленой Туманности. Все последние сообщения о скепетарле оттуда. Правда несколько экспидиций уже побывало там, но безрезультатно. Вся надежда только на вас. Сотник кивнул. Он все понял. Да, ради такого дела стоило отложить рейс с коровами к Альфе Центавра. - Кого дадите в помощники? - спросил Сотник. - Доцента? Доктора? А то ведь без специалиста. Еще чего доброго напутаем. Академик помялся и опустил глаза. - Понимаете, - сказал он, - у нас сессия на носу. Доценты принимают, студенты сдают... Я бы сам, да вот... на конференцию надо. У Сотника медленно открылся рот. Он было хотел, что-то сказать, но слова никак не хотели трансформироваться из сигналов мозга в осмысленное звучание. Экспидиция рушилась не начавшись. - Но вы не беспокойтесь, - быстро заговорил Плерьяшин, видя, что творится с капитаном. - У нас есть одна довольно осведомленная личность, в высшей степени талантливый биолог и активно прогрессирующий ученый. Так, что будет у вас на борту специалист. - Ладно, - мрачно сказал Петр Васильевич, - давайте вашего талантливого завтра в восемь к кораблю. Да пускай с собой книг побольше захватит. Если что, сам выслеживать буду. Петр Васильевич молча пожал руку смущенного профессора и направился к двери. На пороге он обернулся и сказал. - Да, и скажите вашему специалисту, если опоздает будет прогрессировать на Земле. Я ждать не буду. Все. Глава вторая Праздник Нептуна

Януш А. Зайдель

КОЛОДЕЦ

Перевод Е. ВАЙСБРОТА

Сквозь голые кроны деревьев было видно серое небо, под ногами мягко проминались опавшие листья. Влажные от утреннего дождя, они уже не шуршали. Ян шел от академгородка к институту. К беспокойству примешалось и любопытство. Что ему предложат?

Перед кабинетом профессора Маера он глубоко вздохнул, откашлялся и, придав лицу серьезное выражение, осторожно приоткрыл дверь.

- Разрешите?

Януш А. Зайдель

СТРАННЫЙ, НЕЗНАКОМЫЙ МИР

Перевод Е. ВАЙСБРОТА

Опускаясь по пологой параболе в плотной атмосфере планеты, корабль гасил скорость.

- Высота?

- Три триста... три двести пятьдесят...

Неожиданно угрожающе завыла сирена автопилота, и корабль рывком развернуло на 180°. На полной тяге взревели двигатели. Резкое торможение вдавило космонавтов в кресла.

- Что случилось? - спросил Гие.

- Автопилоту пришлось посадить корабль, - прохрипел Моокс.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Нет, Атланты не исчезли в пучине времени. Они дремлют в каждом из нас. Нужно лишь разбудить генетическую память и запустить процесс преобразования человека в могущественного властелина вселенной. Но согласится ли кто-нибудь на такую метаморфозу добровольно?

© Lyolik

В начале книги приведены краткие сведения об авторе.

Новый сенсационный роман-мемуар Вл. Войновича «Автопортрет. Роман моей жизни». Автор легендарной трилогии о солдате Иване Чонкине, талантливый художник-живописец, поэт, драматург, журналист и просто удивительно интересный человек — Вл. Войнович на страницах своей новой книги пишет не только о себе, но и о легендарном времени, в которое ему выпало жить.

Поддавшись чарам коварной соблазнительницы, Клан, брат-близнец могущественного мага Хойта, был навеки превращен в вампира. Он не сумел разглядеть чудовище, скрывавшееся за красотой и обаянием королевы демонов Лилит, и тем самым обрек себя на вечные страдания. Богиня войны Морриган поручает Хойту возглавить борьбу против Лилит, которая вынашивает планы уничтожить человечество и стать владычицей мира. Для этого он должен собрать «круг шести», в который, кроме него, войдут Киан, воин, ученый, оборотень и дерзкая рыжеволосая ведьма, от одного взгляда на которую в сердце мага вспыхивает страсть…

У избранных нет выбора — победа или жизнь, которая хуже смерти.

Любовь всесильна, загадочна и не подчиняется никаким законам.

Могущественный Киран давно смирился с печальной истиной — он обречен на вечное одиночество и вечный голод измученной души. Но однажды он спасает от гибели юную Эмили — и эта хрупкая девушка дарит «ночному охотнику» радость настоящей любви…