Новинки видеопроката

Кочетков Андрей

Hовинки видеопроката

ДО ПОСЛЕДHЕГО ГВОЗДЯ. Космический боевик.

Плотник Забейдеpий одеpжим манией забивать гвозди. Он постоянно носит с собой молоток и чемодан гвоздей и вколачивает гвозди в каждое удобное и неудобное место. Однажды в гостинице он вбивает в стену свой очеpедной гвоздь. Hо он не знает, что за стеной спит пpапоpщик Hедобейко. Безуспешные попытки вбить гвоздь пpодолжаются всю ночь... Этот случай пеpевоpачивает жизнь Забейдеpия. Он пpинимает pешение вытащить все вбитые им гвозди, меняет молоток на гвоздодеp и отпpавляется в путь. Дело близится к концу, остается всего один гвоздь, и тут выясняется, что свой самый пеpвый гвоздь он вбил в двухлетнем возpасте в обшивку летающей таpелки. Забейдеpий выходит в откpытый космос и, pассекая пустоту гвоздодеpом, носится от планеты к планете в поисках последнего гвоздя, попутно освобождая вселенную от гнета ненавистных Т-Мангов. И вот гнездо зловещих Т-Мангов найдено. Полный гнева Забейдеpий веpшит свой пpавый суд напpаво и налево, цель его близка. Hо пpобившись к таpелке он обнаpуживает что его гвоздь пpобил обшивку, пять секций и сиденье командиpа. Тоpчащий наpужу гвоздь - вот пpичина злобности Т-Мангов. Забейдеpий со смаком выдиpает последний гвоздь, Т-Манги pаскаиваются в своих злодеяниях.

Другие книги автора Андрей Кочетков

Кочетков Андрей

ЗАМРИ-УМРИ-ЗАСОХHИ

Лето выдалось жаpким, давно уже отшумели весенние дожди, почва потpескалась и все больше напоминала какую-то диковинную паутину сотканную из пустоты и безмолвия. Деpево ждало, оно больше ничего не умело. Ждало дождя. Редкий ветеp не пpиносил ничего кpоме шоpоха осыпающихся листьев и напpасных надежд. Каждую ночь звезды смеялись над ним. Здесь, в этом кpаю, ожидание было безумием, но деpево еще помнило вpемя, когда на месте буpой засохшей массы было озеpо и к нему пpиходили звеpи. Вода ушла, коpни умиpали, а деpево ждало. Деpево вспоминало как большие звеpи забиpались в озеpо и поднимали тучу бpызг. Иногда бpызги долетали до деpева. Деpево думало, каково это оказаться целиком в воде и не понимало, почему звеpи в конце концов уходили. Так пpоходили дни.

Популярные книги в жанре Юмор: прочее

Павел ВОРОНЦОВ

ПОГНАВШИМСЯ ЗА МИРАЖОМ

(кто потерялся в танце миражей)

Поселений на Марсе много, а вот космодром один. И если воду, воздух и даже пищу можно загнать в замкнутый цикл, то это еще не значит, что можно обойтись совсем без грузоперевозок. Самолеты с вертолетами не для здешней разряженной атмосферы а ракеты жрут слишком много топлива, так что основная тяжесть ложится на краулеры. Большие многогусечные чудища могут неделями катиться среди красных бархан от поселения к поселению в соответствии с маршрутом, проложенным мудрыми спутниками. В таких поездках их сопровождают лишь марсианская пыль да миражи. Миражей в марсианских пустынях много.

ПАВЕЛ ВОРОНЦОВ

ПРОПОВЕДНИК

Я сила, которая вечно хочет

Добра и вечно творит Зло...

Двое встретились на дороге.

- Выбрось это, - сказал один, - там, куда ты идешь, тебе это не пригодится.

- Всегда так говоришь, - ответил второй, поправляя меч на поясе, - но пока эта штука меня кормит.

- Мне ненавистен твой образ жизни, - сказал первый.

"И тем не менее ты меня кормишь", - подумал второй, но лишь рассмеялся вслух. И они разошлись, как всегда расходились.

Чудна ДЕЛЬТА при тихой погоде, когда вольно и плавно, сдав отчет и системную ленту, грезит вслух Борис Васильевич о ее будущих возможностях! Ни зашелохнет; ни прогремит. Глядишь и не знаешь: не то рекламный буклет пишут, не то соглашение о требованиях разрабатывают. Любо тогда каждому дельтовцу оглядеться с вышины, и глядят они в свои задания и календарные планы, и не наглядятся, и не налюбуются светлым своим зраком, и усмехаются чему-то. Бог их знает — чему!

Сцена первая.

Место действия – офис неизвестной компании, в которой работает Весли.

Хор коллег поет заздравную песнь в честь Дженис.

Весли

Когда ж они заткнутся наконец

И жрать усядутся? Их пенье

Мертвого поднимет из могилы!

Колеги прекращают петь, начинается застолье.

Весли

Заглохли. Наконец-то!

Теперь могу спокойно я подумать о том

Смута Новейшего Времени

или

Удивительные Похождения Вани Чмотанова

Николай Боков

Как думаешь, чем кончится тревога?

.................................

Слыхал ли ты когда,

Чтоб мёртвые из гроба выходили

Допрашивать царей, царей законных,

Назначенных, избранных всенародно...?

А.С. Пушкин «Борис Годунов»

Рассказы опубликованы в журнале "Иностранная литература" № 12, 1976

Из рубрики "Авторы этого номера"

...Сборник «Зеркала» («Lustra»), в котором были напечатаны предлагаемые читателю короткие рассказы X. Бардиевского, вышел в издательстве «Чительник» (Warszawa, Czytelnik) в 1971 году.

Мне нужно было найти его. Искать было легко — след был еще теплый. Он вел меня в дебри зеленых, не отбрасывающих тени заборов, за которыми раздавались утомленные жарой голоса: "Ти, виварка вонюча, — укорял один негромкий, экономящий силы, — я і по водичку, я і по корову, а вона сидить і цілий день со6і пизду чуха…" В доме напротив хорошо развитая девушка развешивала белье, ловко переступая через пыльных, окопавшихся кур сильными ногами. Она бросила в меня макитрой, как только я произнес его имя. Черные стриженые волосы на лобке в гневе встали дыбом, пробив белую ткань купальника. Кровавый след уводил дальше, он привел меня к пряничному домику, раскрашенному нежными цветами. Здесь могла бы жить Белоснежка. Маттиолы росли прямо под окнами, на них валялся одуревший от ароматов кот. В ничтожной тени возле кота наслаждался потемневший от простой лагерной жизни дядька. Балансируя на корточках, он специальным взглядом набросил на меня невидимую сеть, как тарантул. "Івана нема", — сказал он, и выбросил "Приму" в роскошные мальвы. Окурок прочертил в горячем воздухе изящную математическую истину, после чего был немедленно склеван громадным, как орел, белым петухом. Левый глаз петуха закрывало бельмо, одна нога была закована в кандалы, железная цепь тянулась за ним к собачьей будке. "Він у нас замість собаки, — сказал темный дядька, сбивая плевком жирного шмеля с наглой георгины, — ми його на цеп посадили, щоб людей не клював". Я спросил его про Катерину. "ЇЇ увезли в лікарню", — сказал он бесстрастно, — та дура через твого Івана засунула голову в костьор. Правда, обгоріла не сильно, врачі сказали, шо скоро випишуть". Я попрощался. Иван оставлял за собой выжженную землю, как Чингисхан, и я тащился за ним, как отставший от орды мародер.

Перед вами сборник рассказов Алеси Казанцевой, которая однажды приехала в Москву на недельку и осталась навсегда. Которая один раз заскочила на киностудию и больше оттуда не вышла. Которая была очень одинока и поэтому начала писать в Интернете свои рассказы о жизни и работе вторым режиссером на съемках фильмов, сериалов и рекламы. Она стала признанным автором в Интернете: сначала в «Живом Журнале» под именем Алеси Петровны (ее блог входил в топ-3), потом на «Фейсбуке» (более 55 000 подписчиков). Известные режиссеры хотят экранизировать ее истории, Юлия Меньшова называет их неизбежным счастьем, а Яна Вагнер завидует тем, кто по какой-то причине их еще не читал. Семен Слепаков считает Алесю Казанцеву феноменом российской литературы ХХI века, а режиссер Авдотья Смирнова – своим кумиром. Теперь все лучшие и новые тексты Алеси Казанцевой собраны под одной обложкой.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

И.А.Кочетков

О.В.Лелекова

С.С.Подъяпольский

КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКИЙ И ФЕРАПОНТОВ МОНАСТЫРИ

АРХИТЕКТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ

ВВЕДЕНИЕ

Небольшой городок Кириллов, раскинувшийся на берегу Сиверского озера недалеко от Волго-Балтийского водного пути и в 130 километрах от Вологды, стал в наши дни одним из наиболее известных центров туризма. Пробудившийся широкий интерес к художественной культуре прошлого привлек внимание к двум древним монастырям Белозерья - Кириллову и Ферапонтову, в которых сосредоточены замечательные сокровища русской архитектуры, живописи и прикладного искусства.

Кочетов Всеволод Анисимович

На невских равнинах

Аннотация издательства: Книгу известного советского писателя Всеволода Кочетова составили повести: "На невских равнинах" (о ленинградских ополченцах), "Предместье" (о содружестве фронтовиков и тружеников тыла во имя победы над фашистскими оккупантами), "Профессор Майбородов" (о созидательном труде бывших воинов в первые послевоенные годы), и другие произведения.

С о д е р ж а н и е

Кочетов Всеволод Анисимович

Предместье

Аннотация издательства: Книгу известного советского писателя Всеволода Кочетова составили повести: "На невских равнинах" (о ленинградских ополченцах), "Предместье" (о содружестве фронтовиков и тружеников тыла во имя победы над фашистскими оккупантами), "Профессор Майбородов" (о созидательном труде бывших воинов в первые послевоенные годы), и другие произведения.

С о д е р ж а н и е

Глава 1

Евгений КОЧНЕВ

ПЕРВЫЕ АВТОМОБИЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ

События нашего рассказа совершенно достоверны и вошли мировую историю как первый в мире автомобильный пробег. Они тем более удивительны, что их героем стал не какой-нибудь славный богатырь, а хрупкая, далекая от автомобильного дела женщина. Звали ее Берта и носила она никому не известную в те годы фамилию Бенц. Это сегодня любой житель Земли знает, что такую фамилию имел знаменитый создатель первого в мире бензинового автомобиля. Осенью 1885 года Карл Бенц, скромный техник из немецкого городка Мангейм, разработал трехколесную самодвижущуюся повозку с двигателем внутреннего сгорания мощностью всего лишь около одной лошадиной силы. В январе 1886 года он построил ее и запатентовал свое изобретение, даже не предполагая, что его самобеглая тележка станет прародителем всех современных автомобилей. Фрау Берта как могла помогала мужу, выполняя часто роль простого подмастерья: подносила Карлу инструмент, поддерживала непослушные детали мотора, закапывала топливо в карбюратор и вдувала воздух в него. Нередко родителям помогали сыновья-погодки Ойген и Рихард. Так совместными семейными усилиями Бенцы построили несколько моторов и похожих друг на друга колясок на велосипедных колесах. Но они не произвели никакого впечатления ни на обывателей, ни на промышленников как в родной Германии, так и за ее пределами. Карл Бенц не делал рекламы своим работам, автомобили показывал только друзьям и почти никогда не появлялся за рулем в городе. Как практически мыслящая женщина, Берта не раз выговаривала мужу: "Слушай, Карл, никогда не добьешься успеха, если будешь только сидеть дома и корпеть над своими моторами. Сядь на трехколеску, съезди в город, покажи ее публике и газетчикам, заплати им, пусть напишут о тебе. Люди должны узнать, что ты не зря работаешь!.," Но Карл оказался упрямым. Ему было легче сутками напролет доводить до совершенства все детальки своего детища, нежели показаться с ним на публике. Но и фрау Берта была упряма. Она уже давно, совсем не полагаясь на предприимчивость мужа, вынашивала сумасшедший план, откладывая его воплощение со дня на день. Однажды, когда почти все семейные деньги были на исходе, а у Карла все время что-то не ладилось, он вдруг вышел из себя: "Сил моих больше нет! И денег нет! Брошу все. Видно, надо забыть об этих несчастных самоходках! А ты твердишь, Берта, чтобы я заплатил прессе. Нет и нет! Ни пфеннига они не получат!.." И тогда Берта окончательно решила осуществить давно задуманную идею, чтобы помочь несговорчивому мужу и поднять его моральный дух. В одно прекрасное августовское утро 1888 года, когда городок еще крепко спал, а сам герр Бенц громко храпел у себя в кровати, она тихо встала, разбудила обоих сыновей, они наспех перекусила и двинулись к сарайчику, где хранился последний, третий автомобиль Бенца. Они его тихонько выкатили на улицу и оттолкали подальше от дома, чтобы шум мотора не разбудил хозяина. Там они, раскрутив тяжелый маховик, завели машину, и фрау Берта, одетая в длинное белое платье и шляпку с косынкой, взобралась на высокое сиденье и устроилась за рукоятками руля, торчавшего из пола прямо перед нею. По бокам уселись сыновья, одетые в простые дорожные костюмчики и шапочки с большими козырьками. Ойгену к тому времени исполнилось пятнадцать, Рихарду четырнадцать лет. Итак, поехали! Первое автомобильное путешествие с приключениями началось. Быстро проскочили пустые улочки Мангейма и выехали на загородную дорогу. Начались рытвины и колдобины, тряска усилилась, рукоятки чуть не выскакивали из рук Берты, а переднее колесо никак не хотело слушаться руля. Рихард обернулся назад, где стоял мотор, и, прикоснувшись к цилиндру ладонью, проверил, не перегрелся ли он. Другой рукой он отодвинул от мотора непослушный электропровод, чтобы тот не перетерся. Старший сын правой рукой ухватился за рукоять руля, помогая матери справиться с управлением и не угодить в придорожную канаву. Так проехали несколько километров. Вдруг Рихард взмолился: "Мама, может, вернемся? Папа будет страшно рассержен, когда проснется и узнает, что мы уехали без разрешения". Но Берта была непреклонна: "Нет, Рихард, и не думай об этом. Будь посмелее. Мы сделаем то, что задумали. А домой вернемся только после того, как погостим в Пфорцгейме у бабушки и дедушки. Держись!" "Но ведь это больше ста километров,- снова заканючил младший,- мы никогда не доедем дотуда!" "Будь наконец мужчиной! - отрезала мать.- Мы едем не просто в гости, а должны испытать папину машину, показать ее людям и доказать, что она лучше, чем повозка с лошадьми. Вперед!" Первый в мире автомобильный пробег продолжался. Прошло уже полтора часа, как выехали из дома, а машина все тянула и тянула вперед. "Недаром папа сказал, что эта трехколеска его лучшее творение,- задумчиво произнес Ойген.- Работает как часы". "Молчи уж, все еще впереди",- резко одернула его мать. Вот и первый населенный пункт Рейдельберг. Людей уже побольше. Некоторые со страхом отскакивают от невиданного трещащего чудища на колесах. Другие, их большинство, с интересом провожают бойко бегущее удивительное сооружение, каким правит симпатичная женщина в белом развевающемся платье и с трепещущей по ветру косынкой. Вслед машине несутся самые благие пожелания, но нередко и проклятия "дочери дьявола" да лай придорожных собак. Автомобиль эскортируют велосипедисты, провожающие путешественников до окраины городка. Безо всяких приключений добрались до Вислоха, и тут пришлось остановиться - кончился бензин. Завернули к аптеке Вилли Эккеля, где у остолбеневшего старичка хозяина скупили весь его запас бензина, служившего для лечебных примочек и протираний. "Мне не бензина жалко,- бубнил про себя аптекарь, перебирая стеклянные банки на полках.- Жалко такую красивую фрау, которая может взлететь на воздух вместе со своей стальной машиной и детишками..." Потом дорога пошла в гору. Мощности слабенького трехсильного моторчика явно не хватало. И тут Берта убедилась в справедливости народного изречения "Баба с возу, кобыле легче". Она соскочила с сиденья, передав руль Рихарду, и вместе с Ойгеном уперлась сзади в раму машины, не давая ей скатиться назад под уклон. Так они вытолкали автомобиль на вершину холма и с облегчением вздохнули, но тут неожиданно появилась иная, не менее опасная трудность. Машина быстро понеслась вниз, и Берта со старшим сыном изо всех сил стали давить на тормозную педаль. Папа Карл не думал, что его полностью груженная трехколеска сможет бегать так резво, и сделал самые простые тормоза: два деревянных башмака, обитых кожей, прижимались прямо к резиновым шинам-обручам задних колес, как теперь делают на велосипедах. На небольшой скорости их хватало, но на спуске машина с полным экипажем и заправленным баком не тормозилась и, разгоняясь, неслась к долине, где маячил крутой поворот к городку. Из-под тормозов пошел дым, резко запахло паленой кожей, но машина разгонялась все сильнее. Что делать? Спрыгивать и оставлять ее на произвол судьбы? Жалко. Да и прыгать на такой скорости уже опасно. Мальчишки не на шутку испугались и закричали от страха. Вот уже и поворот, а скорость все растет. И тут Берта вновь проявила неженскую стойкость и изобретательность. "Спокойно! - прикрикнула она на сыновей.Замолчите! Пересядьте на сторону к центру поворота и как можно дальше высуньтесь из машины". Сама Берта всем телом отклонилась в ту же сторону и, крепко ухватившись за рукоятку, сильно повернула ее. Машина задрожала, но послушалась руля и вписалась в поворот, только внутреннее колесо чуть оторвалось от дороги. Высокая машина вновь опустилась на все три колеса и бойко побежала дальше, миновав самый опасный участок пути. Еще два-три спуска, и кожа тормозных башмаков сгорела начисто. Она превратилась в угольки и отпадала кусочками. Теперь уже с ветерком съехать с очередной горы не удается. Без тормозов это слишком рискованно, но ехать все же надо. Теперь все втроем слезают с машины и, упираясь спинами о раму, буквально на своих плечах медленно сносят ее вниз. Несмотря на внешнюю легкость и воздушность папиного детища, на плечи женщины и подростков пришелся немалый груз - около трехсот килограммов. Но что не сделаешь ради семейного благополучия и престижа! А может быть, ради всего автомобильного прогресса будущего. Ибо именно в том легендарном путешествии родились первые навыки дальних пробегов и опыт вождения автомобилей в трудных условиях. На очередном подъеме чуть не случилось беды. В то время как Берта со старшим сыном изо всех сил упирались сзади, подталкивая экипаж вверх, Рихард дал сильный газ, мотор взревел, и тут вдруг раздался громкий металлический звук. Машина на секунду вздрогнула, застыла на месте и вдруг всей своей массой налегла на подпиравших ее своими плечами людей. Рихард быстро сообразил, что случилось неладное, соскочил вниз и тоже уперся плечом о раму. Совместно остановили автомобиль, подложив под колеса по камню, отошли к обочине, устало присели и отерли пот со лба. Оказалось, лопнула одна из цепей, вращавших задние колеса. Кое-как потом скатили повозку в долину, в местечко Брюхштале, и тут фрау Берта не пожалела, что взяла сыновей в дорогу. Они ловко поставили новую цепь, которую, к счастью, сообразили взять с собой. Тут сказалась выучка отца, постоянно учившего детей управляться с техникой. Пока подростки работали, мать смогла отдохнуть в тени под деревом, а машину уже окружила толпа любопытных, не видавших никогда ничего подобного. Среди них были и репортеры, не преминувшие сообщить об этом событии на следующий день в своих газетах. Собственно, и это тоже было целью путешествия. Между тем дорога тянулась дальше. Мотор начал барахлить. Берта, хорошо знакомая со всеми конструкциями супруга, быстро обнаружила, что засорилась трубка подачи топлива в карбюратор. Ничего страшного! Она уверенно сняла с себя шляпную заколку и прочистила ею трубку. Потом все-таки перетерлась изоляция провода и тот стал искрить. Тоже ничего! Вновь пригодилась женская изобретательность и... важный атрибут женского туалета. Берта решительно сняла с себя резиновую чулочную подвязку и обмотала ею поврежденное место на проводе. Поехали дальше. Но теперь пробуксовывает на шкивах приводной ремень. Не страшно! Надо посыпать его мелким песком, который прочно прилипает к замасленной поверхности ремня. Совсем сгорели тормоза? А вот и местечко Баушлотт, а в нем мастерская сапожника. Он мигом раскроил из обувной кожи два нужных куска и гвоздиками аккуратно прибил их к деревянным тормозным башмакам. Снова в путь! Но что это? Пищит ось переднего колеса, оно с трудом катится, и чувствуется запах дыма, который въется из втулки. Ее срочно нужно смазать. И в ход пошли бутерброды, взятые в долгое путешествие. Точнее, сливочное масло, которым они были обильно намазаны. Пришлось им пожертвовать ради дела. Так в заботах одолели весь 120-километровый путь, и вскоре после полудня автомобиль с эскортом веселых велосипедистов и конных экипажей въехал в Пфорцгейм, где его уже ожидали сотни любопытных горожан, стоявших вдоль улиц. Их успели заранее предупредить из соседних городков по телеграфу. Все с восторгом взирали на необычную повозку, обдававшую обывателей сизым дымом и оглушавшую их невероятным треском. Но не меньшее изумление вызывала гордо сидевшая на ней женщина в испачканном грязью и маслом платье, сбившейся шляпке и спадавшем до колена чулке. Лицо ее, тоже чумазое от пыли, светилось счастливой улыбкой. Одной рукой она придерживала руль, а другой прижимала к себе сыновей, грязные лица которых тоже озаряла уставшая улыбка победителей, каким победа досталась в трудной и долгой борьбе. На центральной площади они увидели огромный лозунг "Добро пожаловать в Пфорцгейм!". Под ним радостно улыбались сам бургомистр и почетные люди города. На следующий день местные газеты вышли с шапкой: "Вчера Пфорцгейм пережил свой самый великий день!" Об этом событии потом все газеты Германии писали целую неделю, хотя никто из журналистов не смог разглядеть в этом событии истоков будущего автомобильного спорта. В том далеком 1888 году это было всего лишь экзотическое и удивительное путешествие, героиней которого стала обычная слабая женщина и подростки. Поразительно было и то, что на такой "гигантской" дистанции она развивала невиданную до тех пор скорость - 20 километров в час, обгоняя по пути самые резвые кареты. Карл Бенц, коварно обманутый собственной женой и сыновьями, страшно разгневался, но после обеда по телеграфу до него дошли новости о триумфальном приезде его семейной команды в Пфорцгейм и ликовании его жителей. Тут-то Карл и понял, что Берта сделала невозможное, но очень важное дело. Об автомобилях Бенца заговорили как о самых надежных и простых машинах, способных совершать длинные поездки. Таких простых, что даже женщина и дети могут с легкостью с ними управиться. Нельзя было представить себе иной лучшей рекламы, к тому же бесплатной, если не считать стоимости бензина, кожи для тормозов да вконец испорченной чулочной подтяжки... Чере два дня с таким же триумфом Берту Бенц с сыновьями приветствовали жители Мангейма, когда они благополучно совершили обратное 90-километровое путешествие. На них вновь обрушились приветствия и букеты цветов, но важнее всего было то, что на папу Карла обрушился не менее бурный поток заказов на его машины, просьб о закупке лицензий на них и предложений о сотрудничестве. Его дела быстро пошли в гору. Легендарный автомобиль-путешественник показывали по всей стране на выставках и наградили его золотой медалью. Сам Бенц от имени Великого князя земли Баден получил "дозволение на пробные поездки на изобретенном им экипаже". А что получила сама героиня первого пробега? Пожалуй, ничего существенного, кроме всемирной известности и морального удовлетворения за быстро улучшающиеся дела мужа. И это было самое главное. Ведь именно с тех дней берет начало триумфальная история известного автомобильного концерна "Мерседес-Бенц".